WWW.KONF.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Авторефераты, диссертации, конференции
 


Pages:     | 1 |   ...   | 24 | 25 || 27 | 28 |   ...   | 30 |

«СОЦИОЛОГИЯ РЕЛИГИИ В ОБЩЕСТВЕ ПОЗДНЕГО МОДЕРНА Памяти Ю. Ю. Синелиной Материалы Третьей Международной научной конференции 13 сентября 2013 г. Белгород УДК: 215:172. ББК 86.210. С ...»

-- [ Страница 26 ] --

Именно РПЦ определяла и определяет характер, диапазон и интенсивность этих отношений. Открытость РПЦ к всестороннему взаимодействию с представителями других конфессий стала бы хорошим началом укрепления и развития межконфессионального диалога на территории России. Следует указать также на необходимость большей активности и самих религиозных организаций в защите своих законных интересов, в разрешении разного рода конфликтных ситуаций с использованием соответствующих правовых механизмов. При этом общественные и религиозные институты должны тесно взаимодействовать, особенно в области просвещения и социальной работы.

Позиция государства в вопросе развития межконфессиональных отношений, подчас имеет ключевое значение. Часто, например, в процессе обсуждения проблем формирования общенациональной идеи, способной объединить все российское общество, говорится, преимущественно, только об одной религии или даже конфессии, и остается без внимания тот факт, что Россия – многонациональная, многорелигиозная и тем более многоконфессиональная страна. В качестве особого аспекта в комплексе нормативно-правовых мер обеспечения конструктивного межконфессионального диалога можно отметить выстраивание оптимальной системы государственноконфессиональных отношений (далее – ГКО), учитывающей современные реалии поликонфессиональности российского общества, не допуская нарушения прав религиозных меньшинств и любой религиозной дискриминации. ГКО – это общественно значимая сфера внутренней политики и законодательства, от которой во многом зависят и состояние межнациональных отношений, и психологический климат, и общественно-политическая ситуация в стране.

Необходимо отметить, что при всех доктринальных расхождениях религиозных организаций, различиях национально-культурных традиций и даже национальнополитических устремлений верующих в России у них существуют фундаментальные предпосылки к взаимопониманию и взаимодействию – это принадлежность к общему Отечеству, единство духовно-нравственных ценностей и сознание ответственности за стабильность в стране. Присущая различным религиям и конфессиям общность основных этических ценностей благоприятствует взаимопониманию их приверженцев, обеспечивает предпосылки к взаимодействию и сотрудничеству в социальногуманитарной сфере.

Вспомним словам патриарха Кирилла, произнесенные им, когда он был еще митрополитом Смоленским и Калининградским: «Но не будем забывать и о том, что базовые религиозно-этические принципы традиционных для России вероисповеданий неизменно ориентировали своих последователей на взаимодействие с людьми других конфессий и убеждений в духе мира и согласия. Таким образом, в России естественным образом сложилась совершенно определенная система межрелигиозных отношений, ставящая во главу угла добрососедские отношения… Ибо мы можем многому научиться и многие проблемы решить, если сумеем использовать этот замечательный и эффективный потенциал межрелигиозного взаимодействия и сотрудничества, доставшийся нам от предков»1.

1 Митрополит Кирилл: «Опыт взаимодействия традиционных религий – великое культурно-цивилизационное достояние многонациональной России». Выступление председателя ОВЦС на первом заседании Объединенной В свою очередь, представители российского протестантизма в «Основах социальной концепции Российского объединенного союза христиан веры евангельской»

отметили следующие направления социальной деятельности: участие в воспитании детей в детских домах и интернатах; опека над немощными людьми; нравственная поддержка заключенных; оказание психологической, духовной и материальной помощи людям, входящим в группы риска (наркоманы, бездомные, беспризорные дети).

Приоритет отдан организации различных видов социальных учреждений – детских приютов, реабилитационных центров, бесплатных столовых, воскресных школ, а также учреждений, оказывающих гуманитарную помощь1. Таким образом, мы видим, что для религиозных организаций существует обширное поле взаимодействия в различных сферах социальной и духовной жизни современного общества.

Интересны слова, сказанные патриархом Кириллом в его вступительной речи на открытии Межрелигиозной конференции «Взаимодействие религиозных общин России в области ВИЧ/СПИДа», 18-19 ноября 2008 г. в Москве.

Патриарх Кирилл сказал:

«Мне кажется, очень важен сам факт нашей сегодняшней встречи – встречи представителей различных религий и конфессий России.

Во-первых, он свидетельствует о развитии наших исторически добрых отношений, об укреплении взаимопонимания и солидарности, о том, что наше сотрудничество охватывает самые разные области. Я думаю, что, работая в этих областях, мы могли бы совершенствовать наше взаимодействие, несмотря на различия, имеющиеся в наших вероучениях и в нашем отношении к проблемам современности.

Во-вторых, мы должны стремиться быть примером для общества. Верующие разных религий, хотя они и различаются в вероучениях и духовных практиках, способны многое предпринимать вместе – как люди веры, как люди традиции, как люди ответственного нравственного действия. Само наличие наших совместных усилий является важным знаком того, что в России успешно реализуются общественный мир и согласие.

В-третьих, наша встреча ясно свидетельствует, что религиозные общины России, всегда бывшие хранителями нравственных устоев, ценностей и традиций, сегодня – как и прежде – готовы служить обществу, открыты к активному социальному партнерству с государством и различными общественными силами»2.

Таким образом, из заявления патриарха мы можем сделать вывод, что РПЦ, как самое крупное конфессиональное объединение открыто к сотрудничеству с представителями различных конфессий в сфере нравственного воспитания и социального партнерства, что, отчасти, и реализуется на деле, например, в реализации различных программ по профилактике ВИЧ/СПИД. Но это далеко не исчерпывающий список возможных сфер сотрудничества. Помимо уже названного, мы можем выделить следующие направления деятельности: миротворческая и благотворительная деятельность, экологическое и этическое воспитание, забота о духовно-нравственном, физическом, психическом и психологическом здоровье людей. Несомненно, что при реализации указанных направлений традиционным конфессиям необходимо более тесное сотрудничество с государственными и конструктивно настроенными политическими, общественными и религиозными институтами.

комиссии по национальной политике и взаимоотношениям государства и религиозных объединений при Совете Федерации - http://www.mospat.ru/archive/33465.htm 1 Основы социальной концепции Российского объединения союза христиан веры евангельской. – М., 2002.

2 По материалам сборника «Участие Русской Православной Церкви в борьбе с распространением ВИЧ/СПИДа и работе с людьми, живущими с ВИЧ/СПИДом». – М.: Российский Круглый стол, 2010.

Поднимая вопрос о влиянии основных социальных институтов на межконфессиональную коммуникацию – важнейший фактор формирования социальной стабильности в обществе – обратим наше внимание, во-первых, на СМИ. Если сравнивать современную ситуацию в СМИ с ситуацией, сложившейся в СССР, то мы можем назвать множество положительных факторов, сводящихся к свободе слова и возможности публиковаться в СМИ как для церковных иерархов и представителей различных религий, так и для религиозно и конфессионально ориентированных авторов из числа деятелей культуры, ученых, журналистов и др. Сложившаяся ситуация во многом способствует развитию межконфессиональной коммуникации, открытому обсуждению представителями разных конфессий, различных социальных, нравственных и духовных проблем.

Но вместе с тем, современные СМИ сеют конфликты и способствуют развитию нетерпимости среди представителей различных религий и конфессий. Иногда террористическим актам или иным действиям и событиям, носящим скорее политический характер, придается чрезмерная религиозная окраска, приводящая к стериотипизации и развешиванию ярлыков наподобие «все мусульмане – террористы». Таким образом, неграмотное поведение СМИ может способствовать возникновению социальной нестабильности в обществе. Современным СМИ необходимо очень внимательно относиться к сообщениям, носящим религиозный характер, и не допускать неграмотного и тем более противоправного освещения вопросов касающихся межконфессиональных конфликтов или межконфессионального взаимодействия.

Важную роль в развитии межконфессиональной коммуникации играют и религиозные СМИ, которые объединяют печатную периодику, радиостанции, а также отдельные телеканалы и телепередачи.

Особое место в этой системе занимают религиозные интернет-ресурсы. Религиозные организации широко используют Интернет и онлайновые технологии в информационно-коммуникационной деятельности, направленной на: информирование общества о своей деятельности; создание и поддержание единого информационного пространства в религиозных общинах; популяризацию своего учения в разных слоях современного российского общества. Но межрелигиозный диалог в Интернете представлен незначительно, члены каждой религиозной организации формируют собственный, чаще всего автономный сегмент Рунета, не связанный с ресурсами других религий и конфессий. Межрелигиозные и межконфессиональные дискуссии в интернете отличаются гораздо меньшей толерантностью, чем состояние межрелигиозного и межконфессионального диалога на официальном уровне. Нередки случаи ожесточенной полемики и оскорблений как в адрес представителей другой религии, так и в адрес пользователей, не разделяющих религиозные ценности1.

Во-вторых, существенным звеном трансляции социальной этики в современное общество и важным элементом поддержания социальной стабильности является семья: именно в ней закладываются все основы мировоззрения индивида. Семья – тот социальный институт, который в первую очередь может воспитывать толерантное отношение индивида к представителям других конфессий, воспитывать в нем открытость и готовность взаимодействовать на межконфессиональном уровне, а это те качества, которые обязательно должны быть присущи членам стабильного общества.

1 Лученко К.В. Религиозный сегмент Рунета. Основные характеристики // Журналистика в 2004 году. СМИ в многополярном мире. Сборник материалов научно-практической конференции. Часть I. – М.: Факультет журналистики МГУ им. М.В. Ломоносова, 2005. С. 201-203.

Межконфессиональным отношениям в России в новых условиях необходим новый импульс, при котором каждый народ, каждая культура, религия, должны иметь возможность проявить свою самобытность, свой потенциал в гармоничном единстве со всем российским обществом. Современная обстановка в стране требует от лидеров всех конфессий совместной работы по просвещению российского общества, избавлению от мнимых угроз и недоверия друг к другу. Эффективность межрелигиозного диалога во многом зависит от взвешенного, деликатного тона устных и печатных выступлений религиозных деятелей, публицистов, политиков, от степени и формы сотрудничества или соперничества самих религиозных деятелей различных конфессий, от понимания важности многостороннего сотрудничества сообществ с различными религиозными идентичностями, культурными кодами, которое достигается реальным и массовым, а не верхушечным, лишь широко декларируемым диалогом.

Круглые столы, конференции, диспуты, совместные благотворительные акции должны послужить хорошим примером доброго отношения друг к другу для всех людей, независимо от религии и конфессии. Только в такой ситуации возможно поддержание социальной стабильности современного российского общества.

–  –  –

ОРГАНЫ МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ

И РЕЛИГИОЗНЫЕ ОБЪЕДИНЕНИЯ:

СОЦИАЛЬНАЯ СУЩНОСТЬ И ПОТЕНЦИАЛ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ

Аннотация: В работе проводится аналогия между религиозными объединениями, с одной стороны, и муниципальными образованиями, с другой стороны. У них присутствует не менее половины общих атрибутов. На основе российского законодательства о городском округе намечены возможные направления муниципально-религиозного сотрудничества.

Ключевые слова: муниципалитет, религия, характеристики, деятельность.

–  –  –

LOCAL GOVERNMENTS AND RELIGIOUS ASSOCIATIONS

Abstract: Local governments and religious association are described as analogical objects because they have at least a half of same attributes. Using Russian law, author offers some directions for cooperation.

Keywords: municipality, religion, characteristics, activity.

Из трех уровней власти: федерального, субъекта федерации и муниципального, – наиболее близким к населению является последний. Именно муниципальная власть решает большую часть проблем, возникающих в жизни человека [3, с. 5]. Власти более высоких уровней решают проблемы более фундаментальные. Наиболее общие, смысложизненные проблемы верующих решаются религиозными объединениями и, как следствие, они должны иметь черты скорее государственных (и даже надгосударственных международных) организаций, нежели местных. Однако если взглянуть на примерный список признаков местного сообщества, то можно увидеть, что дело обстоит совсем наоборот: конфессиональное сообщество является аналогом муниципального как минимум наполовину.

Большинство ученых признает наличие четырех основных признаков местного сообщества: во-первых, население / общность людей (историческая, культурная, соседская и т.д.); во-вторых, место (территория), пространство в пределах определенных границ (географических, административных, экономических, информационных и т.д.); в-третьих, социальное взаимодействие (общие правила и нормы поведения, общее правительство, общественные услуги и т.д.); в-четвертых, чувство сообщества (общность ценностей, чувство принадлежности, чувство сопричастности к событиям в обществе, чувство ответственности перед сообществом и т.д.) [3, с. 19].

В конфессиональных сообществах явно видны третий и четвертый признаки муниципального. Люди, принадлежащие к одной религиозной общности, имеют единые правила и нормы поведения, задаваемые, прежде всего, религиозной доктриной. А религиозное объединение (точнее, служители культа) является общим правительством. Также оказываются разнообразные услуги (в зависимости от конкретной религии, например, крещение, венчание, отпевание и т.п.). У последователей одной религии наличествуют общие ценности, задаваемые опять же религиозной доктриной.

Чувства принадлежности, сопричастности и ответственности также присутствуют, особенно у членов так называемых сект [2, с. 127].

Что же касается первого и второго признака муниципального сообщества, то частично их можно наблюдать и у конфессионального: в известной мере общность культурная (поскольку религия является как минимум частью культуры [4, с. 64]), а также ограниченное (в большей или меньшей степени) информационное пространство. Итак, во многом конфессиональное сообщество является подобием муниципального. Значит, несмотря на все различия их природы (культурные, юридические и т.д.), они являются совместимыми во взаимодействии и можно интегрировать их усилия, направленные на решение проблем человека.

Поскольку религиозные объединения, являясь субъектом права, в меньшей степени ограничены, чем муниципальные образования, то имеет смысл рассматривать возможные направления взаимодействия, исходя из чтко установленных законом вопросов местного значения [6]. В противном случае муниципальное образование нарушит закон. В качестве муниципального образования будет рассмотрен городской округ, поскольку перечень его вопросов местного значения является наиболее общим.

В области владения, распоряжения и пользования муниципальным имуществом возможно предоставление этого имущества изъявившим желание сотрудничать религиозным объединениям на платной основе. Это ставит религиозное объединение в положение коммерческой организации. Но, во-первых, муниципалитет не призван заниматься благотворительностью, он должен работать эффективно, а во-вторых, грань между коммерческими и некоммерческими организациями весьма условна [1, с. 15].

Главное – соблюсти принцип равенства религиозных объединений перед законом [5].

В области обеспечения малоимущих граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, сотрудничество возможно путем предоставления религиозными объединениями своего жилья для малоимущих. В данном случае роль органов местного самоуправления заключается в предоставлении информации религиозным объединениям о нуждающихся, роль посредника. Разумеется, данная роль не снимает с муниципалитета обязательств обеспечивать жильем нуждающихся.

В области предупреждения и ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций, мобилизационной подготовки, аварийно-спасательных формирований возможно образовательное сотрудничество. В религиозных объединениях, изъявивших желание, должны быть специалисты по чрезвычайным ситуациям, а органы местного самоуправления могут организовать семинары по повышению квалификации данных специалистов. В области охраны общественного порядка муниципальной милицией возможно вступление членов религиозного объединения в данную милицию с целью охраны порядка на территории своего религиозного объединения. Однако данный вопрос должен быть решен с учетом последующего урегулирования вопроса о муниципальной милиции специальным федеральным законом.

В области обеспечения мер пожарной безопасности возможно образовательное и методическое сотрудничество путем совместной выработки наглядных пособий для членов заинтересованных религиозных объединений по недопущению пожаров. В области охраны окружающей среды возможно экономическое сотрудничество путем зачета стоимости природоохранных мероприятий, которые выполнены религиозным объединением на предоставленных муниципалитетом объектах сверх установленных законодательством норм, в стоимость арендной платы.

В области образования по основным программам возможно участие школьных учителей в преподавании в образовательных учреждениях, функционирующих при религиозных объединениях, на платной основе за счет средств религиозного объединения. Оплата за счет средств муниципального образования будет означать нарушение прав граждан, не принадлежащих к данному религиозному объединению, поскольку заработная плата учителей формируется в том числе из их средств путем налоговых отчислений. Бесплатная же работа учителей в указанных образовательных учреждениях невозможна в силу права каждого работника на своевременную и справедливую заработную плату [7].

В области обеспечения населения услугами общественного питания возможно предоставление льгот по арендной плате религиозным объединениям, столовые которых находятся в муниципальных зданиях. В области библиотечного обслуживания населения возможно принятие в муниципальные библиотеки от религиозных организаций книг, газет, журналов, иной печатной продукции, а также создание единого каталога, включающего сведения о единицах хранения как муниципальных библиотек, так и библиотек религиозных объединений. Возможен также обмен опытом между сотрудниками данных библиотек.

В области развития физической культуры и массового спорта возможна совместная просветительская деятельность религиозного объединения и органов местного самоуправления по вопросу полезности данных занятий. В области опеки и попечительства возможно составление и передача религиозным объединением в соответствующий орган местного самоуправления списков членов данного объединения, удовлетворяющих требованиям законодательства, для расширения выбора опекунов и попечителей.

В области организации ритуальных услуг и содержании мест захоронения возможно заключение соглашений между муниципалитетом и религиозным объединением на отправление культовых действий в случае, если на то была воля покойного или его законных представителей. В области благоустройства и озеленения территории возможен зачет стоимости проведенных работ религиозным объединением в стоимость арендной платы, если данные работы проводились на муниципальных земельных участках, переданных религиозному объединению на праве аренды.

Литература

1. Вербицкая Ю.О. О делении организаций на коммерческие и некоммерческие / Корпорации и учреждения: сборник статей (отв. ред. М.А, Рожкова).– М.: Статут, 2007.

2. Дворкин А.Л. Сектоведение. Тоталитарные секты. Опыт систематического исследования. – Нижний Новгород: Издательство братства во имя св. князя Александра Невского, 2002.

3. Муниципальное управление: Учеб. пособие для вузов / А.Г. Гладышев, В.Н. Иванов, Е.С. Савченко и др. – М.: Муниципальный мир, 2002.

4. Туркин Л.П. Введение в социальную философию: Авторский курс лекций в 3 ч. Ч.3: На пути к духовности. – Екатеринбург: УрАГС, 1996.

5. Конституция Российской Федерации от 12.12.1993. / Справочная правовая система «КонсультантПлюс».

6. Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации: федеральный закон от 6.10.2003 № 131-ФЗ. / Справочная правовая система «КонсультантПлюс».

7. Трудовой кодекс Российской Федерации от 30.12.2001 № 197-ФЗ. / Справочная правовая система «КонсультантПлюс».

–  –  –

ЭТНОКОНФЕССИОНАЛЬНЫЕ И ПРАВОВЫЕ РЕГУЛЯТИВЫ

ДЕЯТЕЛЬНОСТИ РЕЛИГИОЗНЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ

В ОРГАНАХ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ И МЕСТНОГО

САМОУПРАВЛЕНИЯ НА ПРИМЕРЕ БЕЛГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Вопрос применения правовых и этноконфессиональных регулятивов можно рассматривать как вопрос социальных инноваций, который распространяется на взаимодействие органов государственной власти и местного самоуправления с религиозными организациями в современной посткоммунистической России и строится на основе законодательства Российской Федерации, а также исходя из следующих принципов:

социального предпочтения, сотрудничества и поддержки через отношения социального партнерства, означающего признание важности социальной деятельности религиозных объединений, подтвердивших свое существенное позитивное значение для человека, семьи, общества, государства;

совместной социальной ответственности органов государственной власти и местного самоуправления и религиозных организаций за выполнение и последствия взятых на себя обязательств;

учета международного опыта применения норм, в том числе и международного права, приемлемого для Российских условий;

равноправия религиозных организаций;

гласности и законности;

невмешательства органов государственной власти и местного самоуправления в деятельность религиозных организаций, если они не противоречат законодательству Российской Федерации[3].

Органы местного самоуправления, исходя из вышеопределенных принципов, устанавливают правовые отношения и взаимодействуют с религиозными организациями в сферах формирования моральных, нравственных, семейных, гражданских и патриотических ценностей; предотвращения и разрешения межрелигиозных конфликтов; благотворительности, социального обслуживания, военно-патриотической деятельности; обеспечения национальной безопасности; представительства в органах государственной власти и органах местного самоуправления; воспитания и просвещения; образования и науки; использования и сохранения памятников истории и культуры религиозного назначения; финансово-хозяйственной деятельности; имущественных отношений. Реальные правовые регулятивы, направленные на обеспечение взаимоотношений органов государственной власти, местного самоуправления с религиозными объединениями как субъектами права, формируются преимущественно по вышеперечисленным направлениям.

Необходимо отметить, что в силу ряда объективных и субъективных причин во всех вопросах, касающихся совместных проектов муниципальных властей и религиозных организаций, особенно если речь идет о масштабных социальных инициативах, требуется тщательная проработка понятий и определений, механизмов их принятия и внедрения. Это совокупность крайне важных этапов, содержание или смысл которых требует особого похода в понимании тех или иных терминов, бывает различным в зависимости от системы, в которой они имеют хождение. Иногда формулировки одного и того же понятия диаметрально противоположны, или находятся в разных плоскостях. Это может внести путаницу или искажение при формулировании целей и намерений, и как результат вызвать негативное отношение со стороны общества к возможным инициативам.

Как было отмечено выше, взаимодействие органов государственной власти, местного самоуправления и религиозных организаций и объединений должно строиться на правовых началах, конституционных нормах и нормах международного права. Для осуществления этого взаимодействия накоплен богатый опыт в виде свода законодательных актов и иных правовых норм как международных, так и федеральных, большую роль в этом процессе играют и органы местного самоуправления на территории ряда субъектов Российской Федерации и в том числе в Белгородской области.

Основными факторами, которые на ряду с правовыми нормами играют значительную роль в этом процессе, на наш взгляд, являются и вопросы определения стратегии поведения как религиозных организаций, так и органов государственной власти и органов местного самоуправления и, несомненно, весь этот процесс опирается на конфессиональные регулятивы, которыми руководствуются, в том числе, и граждане.

На протяжении многовековой истории нашего государства формы и принципы взаимоотношений властных структур и Церкви принимали разнообразные формы.

Мы можем проследить, как менялось представление о них в различные эпохи истории нашего государства.

Изначально эти отношения носили характер симфонии, для которой характерно наиболее тесное сотрудничество и даже некоторое взаимопроникновение одной структуры в другую. Фактически речь может идти о двух властных началах: светском и церковном, причем власть духовная приобретает признаки светскости. Как светская власть вмешивалась в дела церковные, так и церковь стремилась влиять на исключительно мирские процессы, находящиеся традиционно в ведении светской власти. Само понятие «симфония» (consonatia) было введено императором Юстинианом в его знаменитой Шестой новелле, адресованной патриарху Константинопольскому Епифанию. В ней подчеркивается важность и даже необходимость согласованной работы «священства» и «царства» в деле благоустройства жизни человеческой, направлению ее к истинному благу. «Симфония властей» стала впоследствии по существу политической доктриной Византийской империи и одновременно основным принципом церковно-государственных отношений и получила дальнейшее развитие.

К сожалению, в силу различных причин, как правило, более субъективного, нежели объективного характера, принцип «симфонии властей» неминуемо вырождался в два течения: цезарепапизм и папоцезаризм. Попытки императоров вмешиваться в дела церковные, называя себя епископом внешних дел церкви, вызывали всегда резкий протест, в тоже время посягательства церковных иерархов на дела государственные возбуждало недоверие и даже откровенное противодействие со стороны светской власти.

Таким образом, с течением истории наше государство и другие страны пришли к форме взаимодействия с религиозными объединениями по принципу разграничения полномочий и сфер влияния на основе четкой правовой базы. И светская власть, и церковные структуры выступают здесь как два контрагента, имеющие общие цели и задачи. Органы местного самоуправления как форма осуществления власти на местах в полной мере подчиняются этим положениям. Рассмотрим подробнее правовые основы сотрудничества государственных органов и религиозных организаций и объединений в современной России и на примере Белгородской области.

На территории РФ в данной области действуют ратифицированные РФ международные нормы наряду с федеральным законодательством, законодательством субъектов и муниципальными нормативными актами, что уже само по себе является инновацией в этих отношениях после того периода, когда о тесном взаимодействии этих организаций и не могло быть и речи.

В соответствии со статьей 17 Конституции Российской Федерации «В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам права и в соответствии с настоящей Конституцией. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц».

Одним из базовых положений, на которых строится взаимодействие, является понятие свободы совести, мысли, слова, выбора вероисповедования или убеждений.

В статье 1 Устава ООН говорится, что Организация Объединенных Наций преследует цели: 3. Осуществлять международное сотрудничество…в поощрении и развитии уважения к правам человека и основным свободам для всех. Статья 55 Устава ООН говорит, что Организация Объединенных Наций содействует: с) всеобщему уважению и соблюдению прав человека и основных свобод для всех, без различия расы, пола, языка и религии[4].

Во всеобщей декларации прав человека [5] провозглашается, что каждый человек имеет право на свободу мысли, совести и религии, это включает свободу менять свою религию или убеждения и свободу исповедовать.

При осуществлении своих прав и свобод каждый человек должен подвергаться только тем ограничениям, какие установлены законом исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе (статья 29).

Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах в статье 13 определяет, что участвующие в настоящем пакте государства обязуются уважать свободу родителей и в соответствующих законных опекунов выбирать для своих детей не только учрежденные государственными властями школы, но и другие школы, отвечающие тому минимуму требований для образования, который может быть установлен или утвержден государством, и обеспечивать религиозное и нравственное воспитание своих детей в соответствии со своими собственными убеждениями [6].

Декларация о ликвидации всех форм нетерпимости и дискриминации на основе рели и убеждений, провозглашенная резолюцией 36/55 генеральной ассамблеи ООН от 25 ноября 1981г., определяет, что каждый человек имеет право на свободу мысли, совести и религии.

Причем оно включает в себя свободу иметь религию или убеждения любого рода по своему выбору и свободу исповедовать и выражать их как единолично, так и сообща с другими (статья 1).

Родители наделяются правом в пределах семьи определять и регламентировать образ жизни ребенка в соответствии с их верой и убеждениями, но это не должно наносить ущерба ни физическому, ни умственному здоровью ребенка, ни его полноценному развитию (статья 5).

Обратимся от международного законодательства к отечественному корпусу нормативно-правовых актов, определяющих и регулирующих взаимоотношения между органами местного самоуправления и религиозными организациями.

Конституция Российской Федерации.

«Статья 13, пункт 5: «Запрещается создание и деятельность общественных объединений, цели или действия которых направлены на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, подрыв безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни».

Статья 17, пункт 3: «Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц».

Статья 29, пункт 2: «Не допускаются пропаганда или агитация, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду. Запрещается пропаганда социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства».

Статья 41, пункт 1: «Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь...».

Статья 41, пункт 3: «Сокрытие должностными лицами фактов и обстоятельств, создающих угрозу для жизни и здоровья людей, влечет за собой ответственность в соответствии с федеральным законом».

Статья 55, пункт 3: «Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства» [2].

Имея достаточно широкий и авторитетный список нормативно-правовых документов, делаем вывод, что они дают возможность по-новому взглянуть на проблему взаимодействия государства и религиозных организаций. Рассматривая и развивая вопросы взаимодействия религиозных организаций с органами местного самоуправления на федеральном уровне, принимается ряд Федеральных законов: Федеральный Закон «О свободе совести и о религиозных объединениях», Федеральный Закон «О противодействии экстремистской деятельности», которые напрямую гарантируют гражданам России право на свободу совести и свободу вероисповедания.

В Российской Федерации гарантируются свобода совести и свобода вероисповедания, в том числе право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать и менять, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними.

Иностранные граждане и лица без гражданства, законно находящиеся на территории Российской Федерации, пользуются правом на свободу совести и свободу вероисповедания наравне с гражданами Российской Федерации и несут установленную федеральными законами ответственность за нарушение законодательства о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях.

2. Право человека и гражданина на свободу совести и свободу вероисповедания может быть ограничено федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов человека и гражданина, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

3. Установление преимуществ, ограничений или иных форм дискриминации в зависимости от отношения к религии не допускается.

5. Никто не обязан сообщать о своем отношении к религии и не может подвергаться принуждению при определении своего отношения к религии, к исповеданию или отказу от исповедания религии, к участию или неучастию в богослужениях, других религиозных обрядах и церемониях, в деятельности религиозных объединений, в обучении религии. Запрещается вовлечение малолетних в религиозные объединения, а также обучение малолетних религии вопреки их воле и без согласия их родителей или лиц, их заменяющих.

Российская Федерация – светское государство. Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. Религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом.

Ряд этих правовых норм, провозглашенных в Конституции и Федеральных законах, противоречит практике их применения и восприятия частью общества. Так как, на наш взгляд, перед принятием правовых документов, в том числе и федерального уровня, не изучается общественное мнение всех слоев населения, что сняло бы напряженность, которая царит в обществе после принятия и введения в действие того или иного законодательного акта любого уровня.

В целом необходимо отметить, что любые взгляды имели, будут иметь как сторонников, так и противников и что само наличие правовой базы для открытого взаимодействия между религиозными организациями и государством говорит об инновационном подходе к решению давно существующих проблем. Конечно, на данный момент это взаимодействие осуществляется, однако нельзя не сказать о том, что протекает оно напряженно и иногда с некоторым недоверием сторон.

Церковное сознание видит роль государства как земного института, призванного обеспечивать воспитание граждан Царства Небесного. Государство, прежде всего, это такое устройство общества, в котором созданы все условия для сохранения и преумножения Божественных талантов, данных человеку, для охранения и удобного устроения жизни по Евангелию, для ограничения и (или) истребления всяких пороков и т.

п. Поэтому и видится союз Церкви и власти как единый организм, основанный на взаимоуважении, взаимодоверии, взаимодополнении, взаимодействии… В настоящее время мы строим отношения между религиозными объединениями и властными структурами, основываясь на схожих принципах. Но существует немалая разница в понимании и целей и средств взаимодействия, которое строится по принципу синергии – сотрудничества власти и Церкви, хотя цели сотрудничества и средства его достижения и осуществления иногда лежат в разных плоскостях.

Литература

1. Статья подготовлена при поддержке проекта «Управление региональной социальной политикой на основе технологии инновационного проектирования» в рамках Федеральной целевой программы «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России» на 2009 – 2013 годы (ГК № П582 от 18.05.2010).

3. Конституция Российской Федерации от 12 декабря 1993 г. - М.: «Юридическая литература», 2009.

3. Религиозные конфессии, движения и объединения на территории Белгородской области: справочник. В 2-х частях. Ч. 2. Правовое обеспечение взаимоотношений органов государственной власти и местного самоуправления с религиозными объединениями / [сост.

Г. В. Болотнов, отв. за выпуск И. В. Орехов]; Отдел по связям с общественностью и религиозными организациями информационно-аналитического управления аппарата губернатора области, Социально-теологический факультет Белгородского государственного университета, Белгородская областная организация общества «Знание» России. – Белгород: Белгородская областная организация общества «Знание» России, 2007. – С. 12.

4. Устав Организации Объединенных Наций. 1945 г. Действующее международное право. – Москва: Издательство Московского независимого института международного права, 1996 г., т. 1.

5. Всеобщая декларация прав человека, 10 декабря 1948 г. Действующее международное право. – Москва: Издательство Московского независимого института международного права, 1996. Т. 2.

6. Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах, 16 декабря 1966 г. Действующее международное право. – Москва: Издательство Московского независимого института международного права, т.2, 1996; официально опубликован Ведомости ВС СССР, 1976, № 17(1831).

–  –  –

Abstract: The church and the state, each in its field of work, have been shaping the life of man, confining space of their liberty with laws that govern the movement of spirit and of matter and reducing a persons choice to accommodation and acceptance of rules that promise prosperity. Individuals and groups that have not fitted into established canons and refused to recognize the jurisdiction of the church and state were punished with excommunication from the community or became the subject of other forms of oppression.

The project of creation of so-called new world, under the disguise of modernization, imposes standardization in all areas and is in favor of big forms and makes great integrations opposing the state. To all important traditional factors, which can influence the shaping of man, his mind and his way of life, including the church, it undermines the authority. In that process of joining big integrations (economic, political, security ones), the countries in Southeast Europe, which are today called the states of Western Balkans, showed a twofold and ambivalent readiness (1) to waive the only acquired state and national sovereignty (because of which, and among other things, it is assumed that the wars during the nineties were led in that area) and (2) to establish a new identity, for which the legitimacy should ensure „establishment“ of national and state churches, that are in disagreement with the canonical jurisdiction of the Orthodox Church.

In this paper, special emphasis is given to the changes that have shaped the Serbian state and their influence on the establishment of relations with the Serbian Orthodox Church, as well as several paradigmatic phenomenon of modernity, illustrating the relationship of the Serbian Church and Serbian state.

Keywords: Orthodox Church, state, global society, changes, state, global society, changes Prepared as a part of the project Sustainability of the Identity of Serbs and National Minorities in the Border Municipalities of Eastern and Southeastern Serbia (179013) conducted at the University of Ni – Faculty of Mechanical Engineering, and supported by the Ministry of Science and Technological Development of the Republic of Serbia.

Introduction

In late Modern, which is decisively marked by democracy, liberalism and market economy, the role of the state and especially churches, experienced substantial transformation. At the global level the state faces the challenge of action of multinational corporations and venture capital and the challenge of integration imposed by the acceptance of international law as a regulatory mechanism in all dimensions of public life. In such circumstances, there is a weakening of the state system and the weakening of collective identities.

(national and cultural): basic subjects in these countries are featureless (dedivinized) citizens, being exposed to the doctrine of human rights, do not recognize wider architectural movements of the new society in the making societies of comprehensive control. In late Modern, the church was separate from the state and society and its impact on the „world“ was disabled: in the so-called modern societies, in which religion is suppressed by progressivist ideology and the church if assimilated with social institutions and together with them, „serves“ the prosperity.

In the countries of the South East Europe, the Orthodox Churches during the decades of building socialism and the formation of atheist political regimes, after the end of World War until the nineties of the 20th century, suffered but survived. They were the position to the socialist political regimes, and in the late eighties and early nineties supported „Perestroika“ and the commitment of the Orthodox countries to liberal political democracy. The systems of value, ways of thinking and lifestyle that was developed in a so-called Western cultural model, however, were not in accordance with the understanding of the spirit of unity of the Orthodox Church. As long as the European West sees European East as a resource (natural, material, human) for strengthening their own positions and a ground for economic and political interests, the Orthodox Church will, if in accordance with its nature, be in opposition to the Western integrations (Bigovic, 2000).

The relationship between the church and state, in principle, can be seen as the ratio of power distribution between them that went through a number of stages, therefore the following are the key ones: (1) the state and church work together in order to create strong government based on the authority of the church; (2) state government and the church representatives are trying to provide a „fair“ distribution of power – the power is distributed to the state and church; (3) the state government and the representatives of the church are in a conflict due to the division of power and attempts to usurps all the prerogatives of power, with the ultimate outcome to separate the church from the state; (4)the state government, even though it owns all the prerogatives of power, is trying to secure the support of the church on the issue for which there is no consensus among the interest groups in a given state. The relationship between the Orthodox Church and the state in the Southeast Europeans legally been going through all the phases of this relationship known in the wider environment, which is the part of so-called Christian civilization, but has its specificities which are the expression of the way of life of the citizens in homogenous Orthodox Christian areas and specific impact of centuries-long Ottoman rule on their statehood aspirations.

Ortodox church and Serbian state In order to understand the relationship between the Orthodox Church and the statenation in Southeast Europe today, it is necessary to recall how important Orthodox Church was in the creation of medieval states. Christian religion, referring to Orthodox Christianity, its power and influence incorporated in the development of civil foundations of medieval states is the foundation on which the modern Serbian state was rebuilt. Orthodox Christianity and churches proved to be a constitutive factor; such is Christianity at the time of recognizing it for a state religion (Theodosius I, 381). Long ago, Romanian emperors (Byzantium) observed cohesive potential of Christianity, its unifying power and ability to impose system of values that made stronger the foundations of the state, power and force (Men, 2000).Following Byzantine state and church policy and thanks to diplomatic skills of the Nemanjics-Simeon, Stefan Prvovencani and Archbishop Sava, Serbia, in the late 12th and early 13th century, legitimized its own national independence and autocephalous churchcreations afterwards recognized by the state and church authorities in the West and East. In this „golden Serbian Middle Ages“ (Crnjanski, 1988), through several generations of rulers and dignitaries, Serbia developed specific communality of state (ruler) and church authorities, which is best-explained with a term symphony: first, the representatives of the church, the rulers and nobility made decisions together about important issues at the state and church councils; second, the representatives of the church acknowledged the state authority and the authority of the rulers, while avoiding confrontation, which is typical of the representatives of the Catholic church and rulers of the Western Christian countries (states).

The Orthodox Church, acting in accordance with the recognition of the supremacy of the ruler (and state authority) in terrestrial affairs, nurtured and preserved the position of the supreme spiritual authority, which could also start up large masses in the exercise of the great deeds. The Serbs memory of old state and its conformation, „of the old glory and privileges“ (Samardzic, 1989) after the collapse of the state in 1459 was possible due to the action of the Serbian Orthodox Church and the exploits of its clergy for centuries – Orthodox Church in these troubled times of the fall of the Serbian state under foreign, Turkish invaders preserved the identity sparks that ignited the flame of liberation uprisings in the early 19th century. Restoration of the Serbian state, which was built on the Austro-Hungarian model and developed under the influence of French revolutionary element, however, led to a reduction of the power of church and its exclusion from the main national issues. However, among the people and in the modern Serbian state, it had unimpaired integrity and represented the institution of great confidence among ordinary people.



Pages:     | 1 |   ...   | 24 | 25 || 27 | 28 |   ...   | 30 |

Похожие работы:

«Об итогах проведения секция «Социология» XXII Международной конференции студентов, аспирантов и молодых учёных «Ломоносов -2015» C 13 по 17 апреля 2015 года в Московском государственном университете имени М.В.Ломоносова в 22 раз проходила традиционная Международная научная конференция студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов». Основными целями конференции являются развитие творческой активности студентов, аспирантов и молодых ученых, привлечение их к решению актуальных задач...»

«Геннадий Вас а й сильевич Дыльнов е ло САРАТОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ Н.Г. ЧЕРНЫШЕВСКОГО Социологический факультет МАТЕРИАЛЫ МЕЖДУНАРОДНОЙ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ ДЫЛЬНОВСКИЕ ЧТЕНИЯ «РОССИЙСКАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ: СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ» 12 ФЕВРАЛЯ 2015 ГОДА ИЗДАТЕЛЬСТВО «САРАТОВСКИЙ ИСТОЧНИК» УДК 316.3 (470+571)(082) ББК 60.5 я43 М34 М 34 Материалы научно-практической конференции Дыльновские чтения «Российская идентичность: состояние и перспективы»: Саратов: Издательство...»







 
2016 www.konf.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, диссертации, конференции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.