WWW.KONF.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Авторефераты, диссертации, конференции
 


Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 29 |

«Материалы Всероссийской научной конференции X Ковалевские чтения Россия в современном мире: взгляд социолога 13-15 ноября 2015 года Санкт-Петербург ББК 60.5   УДК 316        Д 37    ...»

-- [ Страница 8 ] --

4.Происходит деформация, а часто и дискредитация методического аппарата социологических исследований, что приводит к серьезнейшим искажениям реальности, и, потенциально, к критическому снижению прогностического потенциала отечественной социологии (в качестве примеров приведем отечественные методы определения «уровня общественной религиозности» и «обязательное социально-психологическое (по сути социаологическое) «тестирование на наркотики»).

5. Нельзя не сказать и о разрыве с зарубежными методологическими и методическими теориями и подходами и «двойных стандартах» анализа отечественных и зарубежных социальных явлений, процессов, и, в особенности, политик.

Гегемония «официального традиционализма» уже приводит к формированию неразрешимых в рамках этой концепции противоречий и конфликтов, которые не могут быть разрешены без ее уточнения и корректировки.

На наш взгляд, эти противоречия в следующим:

1. На сегодняшний день можно выделить, как минимум, пять сосуществующих «традиционализмов» (Закон официально признает четыре традиционных религии, продолжает существовать и все активнее рассматриваться как «традиционная» «советская модель ценностей, отношений и практик).

2. Неразрешимое противоречие между «официальным традиционализмом» и «официальным феминизмом».

3. Противоречие между официальным традиционализмом и реальными практиками гегемонных групп и субкультур. Наши исследования показали, что наибольшими приверженцами ценностей и практик, которые принято определять как «западные», «потребительские» и так далее являются как раз представители элит (прежде всего, молодые), которые, предположительно, с этими ценностями должны бороться во имя традиционализма.

4. Все более обостряется противоречие между официальным традиционализмом и необходимостью оставаться в рамках международных политических, экономических, культурных и академических сообществ.

5. Противоречие между содержащемся в Конституции РФ запретом на цензуру и все более учащающимися попытками представителей традиционных религий, «национальных движений», а чаще «активистов» тех или иных общественных движений диктовать государственную культурную политику. При этом фактически отсутствует практика госзащиты от различных форм давления на авторов и произведения, выражающих альтернативные от традиционных взгляды.

6. Между официальным традиционализмом и все более актуальной необходимостью борьбы с религиозным фундаментализмом и националистическим экстремизмом как в политической, так и в гуманитарной и социальной сферах.

Преодоление этих противоречий, на наш взгляд, может быть достигнуто при помощи следующих мер.

1. Строжайшее соблюдение государственными и муниципальными органами власти глав 1 и 2 Конституции РФ, как на уровне правотворчества, так и уровне правоприменения. Принуждение общественных, религиозных организаций и граждан к уважению Конституции.

2. Недопущение как на федеральном, так и региональном и местных уровнях действий ведущих к нарушению правового единства территории РФ, а так же соблюдение единства в трактовке правовых норм в отношении представителей любой национальности, религиозной и социокультурной группы, признания приоритета правовых норм над религиозными и социокультурными.

3. Сохранение, и господдержка академических и научных свобод в выборе тематики и методов научного исследования. Создание на региональном уровне программ социогуманитарных исследований

4. Создание механизмов светской, независимой общественной экспертизы программ, методов и реальных практик религиозного и национального воспитания.

Распространение правил возрастного контроля за контентом и содержанием печатных изданий и интернет-сайтов, принадлежащих религиозным и этническим общественным организациям.

ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПОДХОДЫ К ИССЛЕДОВАНИЮ

СОЦИАЛЬНЫХ СВЯЗЕЙ В СОВРЕМЕННОЙ МОЛОДЕЖНОЙ СРЕДЕ

–  –  –

В современном информационном обществе бурно развиваются электронные средства коммуникации с помощью различных «гаджетов»: телефон, смартфон, IPad и т.д.

Практически все эти устройства направлены на осуществление коммуникации и получение новых возможностей самореализации каждого индивида путем получения необходимой ему информации и контактов в сети интернет.

Жизненный старт и адаптация в современном обществе молодежи происходит под воздействием формирования их социальных связей и социальных отношений.

Как сильные, так и слабые социальные связи играют очень значительную роль в решении жизненных проблем современной молодежи. Наиболее острыми проблемами современной молодежи являются: получение образования, поиск работы, личные взаимоотношения (доверие) и построение новой ячейки общества. В современном мире для решения проблем на первый план выходят социальные связи, а не материальные составляющие.

Можно сказать, что чем больше и шире круг социальных связей, тем востребованней становится индивид, и у него появляется шанс добиться гораздо большего, чем у индивида, который имеет ограниченный круг связей.

Этот факт доказан в работах Марка Гранноветера, показавшего в своих исследованиях силу «слабых» связей. В частности он подчеркивает, что «сильные» связи оказывают социальную поддержку при решении личных вопросов, а при поиске работы обретают силу «слабые» связи [1, 41-42]. Так же и в отечественных исследованиях подчеркивается, что наличие нужных связей является необходимым условием для продвижения и достижения успеха в жизни [5, 131-132]. Необходимо отметить, что наличие связей, их характер и включенность в определенные социальные сети, можно рассматривать как один из необходимых параметров социального капитала, которым обладает каждый молодой человек [7].

Век развития новых информационных технологий дает новый импульс для изучения социальных связей, так как технологии развиваются стремительно быстро, а вместе с их развитием и развертыванием процессов глобализации и информатизации, трансформируется общение, а следовательно и социальные связи, что отражается не только на жизни отдельного индивида в обществе, но также на развитии и существовании всего общества вцелом. (переделать предложение) Таким образом, одним из основных объектов изучения выступают «социальные связи», а также их «сила». Понятие «социальная связь» является совокупностью взаимоотношений, взаимозависимостей, связей между людьми посредством личных контактов, а также опосредованных информационными средствами связи.

Жизненный цикл социальной связи начинается с контакта, будь то телефонный звонок, письмо или разговор на улице. В процессе взаимодействия социальный контакт может перерасти в социальную связь, насколько она будет «сильной» или «слабой»

зависит от обстоятельств, в которых находятся индивиды. Чем больше точек соприкосновения, тем более вероятно, что жизненный цикл связи будет продолжительным. Рационально-чувственное восприятие жизни в обществе является основой расширения сети социальных связей индивидов.

Механизм формирования социальных связей наиболее обстоятельно проанализирован польским социологом Яном Щепаньским. Ученый подчеркивает, что первоначально происходит психологический контакт, основанный на визуальном наблюдении индивидов друг за другом, появляется интерес. Затем, заинтересованность побуждает к познанию друг друга индивидов путем социального контакта. В процессе социального контакта индивиды обмениваются вербальными и не вербальными символами и ценностями. Отметим, что в современных условиях социальный контакт в большей степени происходит в виртуальном мире, где невозможно полноценно оценить достоверность данных, предоставляемых индивидами друг другу. Отсюда возникает вопрос доверия в сети [6, 134-138].

Арсенал современных сетевых теорий, рассматривающих общество с точки зрения интеракций, связей и социальных графов, основывается на классической теории действия М. Вебера и теории взаимодействия Г. Зиммеля. «В современной концепции социальных связей понятие «социальное действие» является центральным и по идущей от М. Вебера традиции характеризуется направленностью на достижение осознанной определенной цели, преднамеренностью и индивидуальной активностью. Именно социальное действие является элементарной единицей взаимодействия» [2, 37] Идеи и теории как классической, так и современной социологии позволяют глубинно изучить и осмыслить возникающие феномены века электронной информации и коммуникации. Представители западного классического интеракционизма, такие как Дж.

Мид и Г. Блумер в своих теориях референтных групп и ролевых теориях указывают на то, что поведение и развитие индивида базируется на трех факторах: структура личности, роль индивида, референтная группа.

В отечественной социологической мысли продолжают развиваться идеи символического интеракционизма. Так, Оганян К.К. приводит в пример концепцию А.С.

Звонницкой, в которой «эективация» (социальная связь) становится основным элементом социальной действительности, а, следовательно, коммуникация в социальных связях становится главной единицей социального анализа, на основе которого формируется личность индивида [4, 3252].

При изучении социальных связей необходимо отметить теоретикометодологическую значимость сетевых теорий. Последние подразделяются на два основных направления. Одно из них – «культурное» (иными словами «реляционная социология») – в основном работы Г. Уайта. Ко второму направлению относят теорию «актор-сеть» М. Каллона и Б. Латура. «Общие черты этих подходов заключаются в том, что оба подхода рассматривают создание смыслов как действие, ведущее к возникновению связей, и постулируют приоритет действий над акторами, или в сетевых терминах то, что связи (ties) предшествуют узлам (nodes). Кроме того, они учитывают различную природу акторов-людей (human actors) и акторов-не-людей (non-human actors).

В данных подходах используются качественные методы и данные, позволяющие исследовать отношения, интерпретации и практики. Но, кроме сходства, эти подходы имеют и существенные различия. В теории «актор-сеть» акторы люди и акторы-не-люди в равной мере способны к действию. Реляционная социология считает акторов-не-людей неспособными создавать смыслы, даже если эти акторы — часть социальной сети. В реляционной социологии только исследователь определяет, кого и что учитывать в ходе анализа. Теория «актор-сеть» собирает данные открыто, интерпретативно; акторы сами создают связи. [3, 29-30] Таким образом, рассмотренные теоретические подходы к изучению сети социальных связей индивидов в информационном обществе дают импульс к дальнейшему изучению феномена «социальная связь». Исследование позволит спрогнозировать, какими будут социальные связи в on-line и off-line среде; какой формат приобретет социальный капитал индивида, как будет адаптироваться молодое поколение к условиям жизни общества.

–  –  –

В связи с современным мировым кризисом капитализма всё больше людей обращают своё внимание на марксистско-ленинскую теорию как на руководство к действию для коммунистического переустройства общественных отношений. Однако в историческом плане м/л. теория и после развала социалистич. системы продолжает находиться в состоянии догматического кризиса. Это показывает методологическая проверка м/л. теории на внутреннюю логическую непротиворечивость с позиции самого диалектико-материалистического метода.

Естественно, для проверки разрабатывается определённая довольно сложная методика. Но мы её в целом опустим – остановимся только на начальном этапе проверки м/л. теории, который сразу выявляет ошибки м/л. теории, а именно её внутреннюю логическую противоречивость.

СХЕМА

МАРКСИСТСКО-ЛЕНИНСКОЙ ТЕОРИИ

ВХОДНЫЕ ВЫХОДНЫЕ ДАННЫЕ

ДАННЫЕ

–  –  –

Итак, самым слабым теоретическим звеном в м/л. теории является гипотеза «О будущем развитии будущего коммунизма», ибо построение коммунизма после социализма оказалось так и не реализованным на практике. Проверяем её на соответствие марксову методу – т.е. диамату.

В работе В. И. Ленина «Государство и революция» [1, 1120] изложены основные положения гипотезы классиков о «будущем развитии будущего коммунизма» в обзорно сконцентрированном виде. А именно.

После свершения социалистич. революции весь частный капитал и земля объявляются совокупной собственностью трудящихся страны в лице гос. собственности, и сразу же на основе этого госуд. акта в стране начинают развиваться коммунистические отношения.

Основоположники марксизма-ленинизма это развитие коммунист.

отношений исторически условно делят по степени экономической зрелости на 2 этапа или 2 фазы:

социализм и собственно сам коммунизм. Собственно сам коммунизм и является конечной целью борьбы трудящихся за абсолютную свободу и равенство.

Основное отличие между социализмом и коммунизмом заключается в различном подходе к распределению между трудящимися общественно производимых продуктов потребления. Они и являются основными диалектическими противоположностями понятия «коммунист. отношений», которые находятся в постоянном взаимодействии друг с другом.

При социализме основным принципом распределения общественно произведённых продуктов потребления между трудящимися является социалист. принцип: «кто не работает, тот не ест» и «за равное количество труда равное количество продукта». Или, как говорят сейчас, «от каждого по способностям, каждому по труду».

При развитии коммунист. отношений из капиталистических этот социалист.

принцип, как историческое наследие прошлого, вносит и сохраняет между трудящимися элемент фактического экономического неравенства и поэтому, по мнению основоположников марксизма-ленинизма, является «недостатком» для подлинных коммунист. отношений [1, 9495].

Под подлинно коммунист. отношениями в качестве конечной цели борьбы за социальную справедливость К. Маркс, Ф. Энгельс, В. И. Ленин понимали такие отношения, когда в обществе при распределении общественно произведённых продуктов потребления между членами общества достигалось бы, по сути, абсолютно полное диалектическое равенство между гражданами общества и абсолютная свобода за счёт ПОЛНОГО ИСКЛЮЧЕНИЯ социалист. принципа распределения, именуемого ими «узким горизонтом буржуазного права», и ПОЛНОЙ ЗАМЕНОЙ его другим, подлинно коммунист. принципом распределения «от каждого по способностям, каждому по потребностям», осуществляемого на базе полной коммунист. сознательности трудящихся масс и высочайшей, невиданной до того времени производительности труда [1, 9899, 361; 2, 20].

Вот эта марксистско-ленинская идея и служила предметом насмешек и зубоскальства со стороны буржуазных идеологов, как идея утопического коммунизма, при котором якобы – по мнению классиков – в принципе может ПОЛНОСТЬЮ ОТОМЕРЕТЬ

ГОСУДАРСТВО.

А что будет, если при проверке этой гипотезы о коммунизме мы, например, используем закон единства и борьбы противоположностей, называемый В. И. Лениным «ЯДРОМ ДИАЛЕКТИКИ»?

Подставим понятие «коммунист. отношения» м/л. теории в закон единства и борьбы противоположностей диалектико-материалистического метода. Получим схему на рис. 2.

СХЕМА

–  –  –

1. Единый материальный носитель – это люди.

2. Постоянная во времени обобществлённая собственность на все средства производства и землю.

–  –  –

Из схемы видно, что обе диалектические противоположности – оба принципа распределения общественно производимых материальных благ – имеют одинаковые как природу своего возникновения, так и условия своего существования.

1. Материальными носителями противоположностей являются люди.

2. Все средства производства и земля являются общими – общественной собственностью.

В результате ничто логически не способствует тому, чтобы один принцип ПОЛНОСТЬЮ исключил другой. Поэтому при коммунист. отношениях они будут существовать вместе и всегда, какими бы высокопроизводительными ни были бы производительные силы общества. Более того, это также не противоречит положению м/л.

теории о том, что НЕОБХОДИМЫМ способом существования общества является производство материальных благ.

Тогда социалист. и коммунист. принципы относятся друг к другу соответственно, как НЕОБХОДИМОЕ к ДОСТАТОЧНОМУ. И ДОСТАТОЧНОЕ по диалектикоматериалистическому принципу единства НЕОБХОДИМОГО и ДОСТАТОЧНОГО никогда не может исключить НЕОБХОДИМОЕ – при заданных ОБЩИХ условиях существования КОММУНИСТ. ОТНОШЕНИЙ.

А раз социалистич. принцип распределения общественно производимых материальных благ при коммунист. отношениях сохраняется во времени – без буржуазии,

- то и ГОСУДАРСТВО, как таковое, вопреки мнению классиков м/л. теории [1, 9899], – НЕ ОТОМРЁТ при коммунист. отношениях НИКОГДА!

ВЫВОД. ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ есть АТРИБУТ человечества. (Причём дальнейшая независимая методологическая проверка двух других гипотез – 2, 3, - на внутреннюю логическую непротиворечивость только подтверждает данный вывод.) Коммунист. утопия К.Маркса о ПОЛНОМ (!) отмирании государства при коммунизме как конечной фазе коммунист. отношений алогична, ошибочна. И, в конечном счёте, она работает не на пролетариат, а на бесконтрольное перерождение социалистической бюрократии в буржуазную с реставрацией капиталистического строя через манипулирование общественного сознания в духе тоже утопической идеологии анархистов по ликвидации всех национальных государств, как таковых, в результате чего

- на установление «нового мирового порядка» со стороны глобалистских транснациональных компаний и мирового финансового капитала!

М/л. теорию необходимо исправить.

–  –  –

Тема изучения установок молодежи на создание семьи в будущем очень актуальна на сегодняшний день. В России уже не первый год наблюдается демографический кризис, а уровень брачности лишь немного опережает уровень разводимости. В г. Тюмени за 2014 г. зарегистрировано 6777 тыс. браков, а разводов за этот же период оказалось 3975 тыс.

[1]. Поскольку в браки вступает преимущественно молодежь, в первую очередь, следует изучить молодых людей и их установки на брак, создание семьи и расторжение брака, выявить причины, по которым молодежь ставит на первое место успешную социализацию и продвижение по карьерной лестнице, а создание собственной семьи - на второе место.

Следует выяснить причины отказа молодежи от рождения собственных детей, либо планирование только одного ребенка. Необходимо понять, чем обусловлены молодежные установки на создание семьи и вступление в брак; исследовать отношение современной молодежи к созданию семьи в сравнении с предыдущими поколениями.

Данная тема изучалась многими российскими социологами на региональном уровне: Москве, Санкт-Петербурге, Чебоксарах и др. Темой семейно-брачных установок молодежи занимались такие исследователи, как: В.А. Балцевич, А. Темкина, М.Э.

Елютина, А.С. Спиваковская и др.

В социологии понятие социальной установки используется впервые Знанецким Ф.В. и Томасом У. для обозначения ориентаций индивида в качестве члена группы относительно ценностей группы. Определение ситуации индивидом посредством социальных установок и ценностей группы дает представление о степени адаптации индивида. Таким образом, социальная установка, в отличие от «установки» в исходном психологическом смысле, фиксирует в большей мере ценностное отношение к социальному объекту, указывает и на факт разделенности (коммуницируемости), и на факт переживания [2].

Для проведения исследования по выявлению семейно-брачных установок современной молодежи в городе Тюмени были использованы методы анкетирования и контент-анализа. В анкетировании приняли участие молодые люди от 16 до 30 лет, проживающие на территории города Тюмени: школьники, студенты, работающие люди.

Выборочная совокупность составила 300 человек, из которых 151 юноша и 149 девушек.

Доля респондентов в возрасте 16-20 лет составила 19%, 21-25 лет – 39%, 26-30 лет – 42%.

Рассмотрим наиболее значимые результаты нашего исследования.

Большинство опрошенной молодежи (49%) считают, что отношение к браку и семье у современного поколения изменилось в худшую сторону, обосновывая это тем, что многие сейчас не торопятся закреплять свои отношения официально и нейтрально относятся к «фактическому браку». На втором месте молодые люди (34%), которые считают, что отношению к браку у современной молодежи не изменилось в сравнении с предыдущими поколениями. Об изменениях в положительную сторону говорят 10% тюменской молодежи.

Описывая личное отношение к браку, большинство опрошенных (57%) отмечают, что официальный брак является обязательным, и сами в будущем собираются зарегистрировать свои отношения. Не считают официальный брак обязательным 29% молодых людей, но в будущем не исключают возможности вступления в брак. Совсем не собираются вступать в брак лишь 7% опрошенных респондентов, так как не считают его обязательным.

Что касается «фактического» брака, то большинство респондентов относится к нему нейтрально. Не исключают возможности фактического брака в будущем 32% опрошенных, 31% респондентов, несмотря на нейтральное отношение к такому типу брака, не хотели бы придерживаться его в будущем. Отрицательно относятся к «фактическому» браку 29% молодых людей. Данное распределение ответов говорит о том, что отношение молодежи к регистрации брака становится менее серьезным, так как в предыдущих поколениях официальный брак являлся обязательным, а «фактический» брак не рассматривался как возможный вариант отношений.

На вопрос о расторжении брака большинство респондентов (41%) ответили, что рассматривают такой исход отношений только в крайнем случае, например, по причине алкоголизма, насилия в семье и т.д. Не исключают такого исхода отношений в будущем 25% опрошенных. Нейтрально относятся к расторжению брака, но для своих отношений считают его неприемлемым, 19% опрошенных молодых людей. Совсем не признают такого исхода отношений ни при каких обстоятельствах 15% респондентов. На основе полученных данных можно высказать предположение, что семейные ценности у современных молодых людей ослабевают, так как у предыдущих поколений расторжение брака являлось неприемлемым.

Мнения респондентов об идеальном и планируемом количестве детей совпадают.

Большинство респондентов хотят в будущем иметь двоих детей (34%). На втором месте – трое детей (28%). На данный момент дети есть лишь у 36% опрошенных молодых людей.

Идеальным репродуктивным интервалом для появления детей тюменская молодежь считает интервал от 1 до 3 лет (81% респондентов).

Данные, полученные в ходе анкетирования, подкреплены вторым методом контентанализом статей журнала «Социологические исследования» за последние пять лет. Этот метод позволил определить изученность данной темы. В ходе контент-анализа было просмотрено 1013 заголовков статей и аннотаций к ним, из которых 18 статей связанны с проблемами брака и семьи, что составило 1,8% от общего числа публикаций; выявлена частота упоминаний ключевых категорий: «семья», «брак», «установка».

Наиболее часто встречающаяся категория – «семья» – отмечена 15 раз. Статьи с этой категорией встречаются в журнале чаще других. Статья с категорией «установка» за отмеченный промежуток времени встретилась 1 раз, на основании чего можно сделать вывод, что тема установок является мало исследуемой в научном сообществе на данный момент. Статьи с категорией «брак» встретились 2 раза в промежутке 2011-2015 гг., следовательно, брак менее исследован, чем семья. Результаты контент-анализа показали, что к области исследования семейно-брачных установок молодежи редко обращаются современные исследователи.

Таким образом, выявлена специфика семейно-брачных установок современной тюменской молодежи. Молодежь города Тюмени положительно относится к официальному браку и намерена в будущем скрепить свои отношения в органах ЗАГС.

Большинство респондентов настроены на рождение двух детей. Отношение к «фактическому» браку у большинства респондентов нейтральное, в то время как расторжение брака считается допустимым лишь в крайних случаях.

Несмотря на значительное ухудшение семейно-брачных установок современной молодежи в сравнении с предыдущими поколениями, ситуация на сегодняшний день не является критической. По-прежнему велико количество молодежи, нацеленной на вступление в брак и создание собственной семьи в будущем. Появление новых типов брака, изменение отношения молодежи к расторжению брака не снижают ценность официального брака у большинства молодых людей и их негативной оценки развода.

–  –  –

Для нас социальное пространство – ансамбль социально-экономических позиций, особенности и содержание которых обусловлены исторически сложившимся общественным разделением труда, социальные дистанции между ними, взаимное расположение индивидуальных и коллективных субъектов общественной жизнедеятельности на этих объективно существующих позициях относительно друг друга в зависимости от их удельного веса экономического и других капиталов, а также от уровня развития их человеческих потенциалов.

Базовые компоненты социального пространства - социальные деятели, коллективные или индивидуальные. Именно их действия и взаимодействия и создают социальное пространство..Социальные акторы действуют на основе различных паттернов поведения и мышления и паттернов деятельности, индивидуальной и (или) коллективной. Паттерны поведения и мышления создаются на основе паттернов деятельностей, когда последние осваиваются субъектами действия, «хабитуализируются».

Паттерны поведения и мышления – одна из ключевых компонент социального пространства. Среди них необходимо выделять эуфункциональные и дисфункциональные паттерны. Эуфункциональные паттерны поведения и мышления поддерживают социальный порядок, преемственность в общественном развитии. Дисфункциональные паттерны дезорганизуют социальный порядок, разрушают уважаемые традиции, нарушают преемственность в общественном развитии. Выделение эуфункциональных и дисфункциональных паттернов, конечно, должно опираться на определенные ценности.

Именно на основе ценностной позиции можно определить количество и качество дисфункциональных паттернов, разработать стратегии защиты общества от их проникновения в его социальное пространство.

В условиях глобализации мировые агенты формирования социального пространства активно производят угодные им паттерны поведения и мышления и их символику, тиражируют эти паттерны, с помощью СМИ и через интернет распространяют их во всех регионах мира. Современное информационное пространство заполнено угодными западным производителям паттернами поведения и мышления Внедрение этих паттернов активно ведется и в постсоветской России. В ее информационном пространстве практически отсутствует конкуренция паттернов поведения и мышления Открытые миру национальные государства не способны противостоять массированному давлению основных мировых производителей паттернов поведения и мышления. Реально паттерны поведения и мышления в национальных культурах все в большей мере формируются извне. И сегодня роль национальных социальных акторов в создании и преобразовании социального пространства снижается. Ведущая роль в этих процессах принадлежит транснациональным агентам его формирования. Побеждают те из них, кто организует и контролирует производство паттернов поведения и мышления, их распространение и навязывание. Производство паттернов поведения и мышления, их распространение и навязывание сегодня является одной их эффективных форм символического насилия. На основе изощренных технологий культивируются одни паттерны поведения и мышления и принижаются другие. Кто не следует навязываемым паттернам, тот не может считаться современным,модным, тот достоин сожаления и унижения. А тех, кто может противопоставить себя «модному» и «современному», бросить ему вызов, меньшинство.

Например, представители так называемой западной цивилизации активно, всеми доступными средствами и с использованием новейших технологий продвигают по социальному пространству всего мира угодные им паттерны поведения и мышления.

Эти паттерны поведения и мышления сегодня проникли в социальное пространство многих стран, включая, социальное пространство России. Многие граждане России, особенно молодые люди, приняли и освоили эти паттерны. Между тем среди этих уже используемых гражданами России паттернов поведения и мышления немалое количество дисфункциональных для российского общества.

Одна из главных задач изучения социального пространства современной России – исследовать его наполненность различными компонентами, установить их количество и качество, преобладание одних над другими, форму и содержания компонент, реальные и потенциальные связи между ними. На основе полученных научных знаний можно разработать эффективные стратегии управляемой трансформации социального пространства современной России. Под управляемой трансформацией социального пространства мы имеем в виду разные типы и методы интервенций в пространство и его компоненты, то есть управленческие воздействия, направленные на изменение его свойств, его элементов и отношений между ними. Мы также вводим новое понятие «трансформанта социального пространства», под которой понимаем любую компоненту пространства, которая может стать объектом человеческой деятельности. Социальное пространство как целое и входящие в его состав поля (экономическое, политическое, культурное и другие) невозможно подвергнуть изменению. В то же время многие из компонент социального пространства и его полей поддаются управленческим воздействиям. К числу доступных для управленческих воздействий, несомненно, относятся: открытость-закрытость; доступность-недоступность; способы включения и исключения акторов из полей; способы рекрутирования в поля новых социальных акторов, способы их мотивирования; способы поддержания социального порядка в полях, нормы-правила взаимодействия социальных акторов в поле, насыщенность полей эу и дисфункциональным социальным капиталом, насыщенность позитивными и негативными паттернами поведения и т.п. В качестве объекта управления могут быть: количество и качество мест-позиций в социальном поле, их насыщенность ресурсами, доступ к позициям, дистанции между ними, возможности горизонтальной и вертикальной мобильности в поле для социальных акторов. Объектами управления могут быть и реальные, действующие в данное время социальные акторы с присущими им потребностями, интересами и правами, а также отношения между акторами и институционализированные нормы-правила взаимодействия акторов в пространстве и его полях. Доступными для управления могут быть разнообразные пространственные потоки и скейпы.

Трудно поддающиеся управленческим воздействиям являются реальные паттерны поведения и мышления социальных акторов и публичные арены (в том числе арены интернет пространства), места, где возможен и проводится публичный дискурс между социальными акторами (публичные арены могут существовать как внутри одного поля, так и вне его, существовать над всеми полями.

В современной России актуальной является задача разработки и реализации стратегии активной защиты эуфункциональных паттернов поведения и мышления, пропаганды новых и необходимых эуфункциональных паттернов и критика дисфункциональных паттернов поведения и мышления, демонстрация их ущербности.

–  –  –

Научное знание по своей природе является целостным, интегративным и системным. В этом плане изучение родительства сопряжено с необходимостью синтеза разнопредметных знаний и способов познания, объединения усилий гуманитарных и естественных наук: биологии, психологии и социологии. Соответственно в программе исследования родительства предполагается использование различных методов, качественной и количественной стратегии. Родительство включает биологические, психологические, социальные и социально-экономические связи между супругами и детьми, обусловленные рождением, воспитанием и социализацией ребёнка, обеспечивающие приобщение его к культурным и духовно-нравственным ценностям общества.

С биологической точки зрения, родительство изучается в контексте материнства.

Женщины становятся матерями в момент появления на свет своего первого ребёнка.

Биологическая функция, направленная на продолжение человеческого рода, зачатия и вынашивания, родов и кормления грудью является основой и непременным условием материнства. Нейрогуморальные механизмы полового созревания, обеспечения беременности и лактации на психофизиологическом уровне влияют на эмоциональное состояние матери. В отличие от отцовства, именно материнство биологически обусловлено, что важно понимать при изучении родительства как социальной функции и механизма воспроизводства.

Биологическое тесно связано с психологическими аспектами родительства.

Психофизиологические нарушения в организме матери детерминируют модели поведения, препятствующие нормальной социализации и воспитания ребенка. Также важно понимать, что от матери во многом зависит формирование соответствующих установок, принятия и позитивного настроя на воспитание ребенка у отца. Если женщина

- биологическая мать физиологически не способна к адекватному восприятию ребенка и новой для себя роли, это чревато негативными социальными последствиями.

С социологической точки зрения, родительство – это категория, представляющая собой «устойчивое, эмоционально насыщенное взаимодействие реальных и потенциальных родителей, связанное с рождением и воспитанием детей и характеризующееся соответствующим поведением мужчины и женщины» [1беспечивает социальное воспроизводство – качественное и количественное. Соответственно социум задает нормы родительского поведения, определенную систему ценностей. В современном обществе доминируют ценности детоцентризма и «чадолюбия». Заметим, забота о детях и любовь к ребенку не всегда имели высокую значимость. Как известно, в Средние века (и фактически до начала двадцатого века) рождение ребенка не воспринималось как событие-праздник; забота о ребенке не считалась делом «государственной важности», имело место жестокое обращение с детьми или равнодушие к ним. В условиях расширенного воспроизводства при высокой младенческой смертности, неразвитой медицине и невозможности вмешаться в репродуктивный цикл рождаемость фактически являла собой биологический процесс как результат удовлетворения физиологических потребностей и не более того. Родительство оценивалось по «полезности» воспроизводимого потомства: поэтому, как правило, приветствовалось рождение мальчиков, физически здоровых, способных выжить в довольно суровых бытовых условиях. Для отца ребенок мог быть прежде всего помощником, потенциальным наследником, для матери – еще одной обузой. Хотя, справедливости ради необходимо отметить, что в русской культуре присутствует уважительное отношение к материнству, когда в женщине видят нежную и мудрую хранительницу очага, «верную супругу и добродетельную мать». Но это, скорее, идеализированный литературный образ, редко имевший место в реальной действительности, особенно среди бедных (экономически несостоятельных) крестьян. Если ребенок был физически неполноценным, он становился тяжким бременем для всех. Но такие, как правило, просто не выживали.

Именно с этих позиций современная социология должна рассматривать родительство, детность, что позволит в перспективе объективно измерять социальнодемографические явления и процессы.

–  –  –

Обращение к заявленной теме представляется крайне актуальным. Проблема распространения экстремизма в Российской Федерации является одним из факторов, угрожающих национальной безопасности и целостности государства [10].

В начале XXI в. в мире происходит рост экстремистских проявлений. В России темпы прироста числа зарегистрированных преступлений экстремистской направленности постоянно возрастают: по данным МВД РФ, за период с 2004 по 2014 гг. их количество увеличилось со 130 до 1034, то есть практически в 8 раз.

В последние годы экстремизм стал объектом исследования различных социальногуманитарных наук: политологии, психологии, юриспруденции, педагогики, социологии и философии [5, с. 78].

В науке разработано множество вариантов типологии экстремизма:

1. По способу воздействия на социальную структуру: явный и скрытый.

2. По содержанию экстремистской деятельности: насильственный, информационно-пропагандистский, организационный.

3. По признаку масштабности: экстремизм одиночек, экстремизм малых групп (до 100 человек), крупных групп (более 100 человек), государств и межнациональных объединений.

4. По субъектам: экстремизм физических лиц; юридических лиц; нелегальных организаций и государств [6, с. 85].

5. По идейно-политической базе: политический, национальный и религиозный [3, с.

85].

В данном исследовании мы остановимся на анализе политического экстремизма в рамках различных социально-гуманитарных наук.

1. В политологии пока отсутствует единая точка зрения на сущность политического экстремизма.

Ряд исследователей рассматривает политический экстремизм как крайнюю форму политического протеста. Например, Е.В. Ефанова пишет: «В политическом плане экстремизм выступает против сложившихся общественных структур и институтов, пытаясь подорвать их устойчивость» [4].

Однако Ю.А. Авдееву взгляд на экстремизм как на сугубо оппозиционное и антигосударственное явление представляется слишком узким. По его мнению, наряду с антигосударственным существует и государственный экстремизм. Субъектом экстремизма в данном случае выступает государство, поддерживающее активное вмешательство во внутренние дела другой страны, а также экстремистскую деятельность на её территории [1, с. 119].

Политологи сосредотачиваются на изучении признаков и видов политического экстремизма, социальной базы, особенностей молодёжного политического экстремизма, а также на изучении политических партий, исповедующих радикальные идеологии, процессе их возникновения и развития.

Как утверждает З.Ю. Хуако, массовую базу политического экстремизма представляют маргинальные слои населения, представители националистических и религиозных движений и групп, недовольная существующим порядком часть интеллигенции и студенчества, а также амбициозные и несостоявшиеся политики [9].

Различные подходы к классификации политического экстремизма предлагает И.А.

Сазонов: по отношению к политическому спектру («левый», «правый», экстремизм «центра»), по глубине социально-политических изменений (революционный и реформаторский), а также по направленности социально-политических последствий (регрессивный и прогрессивный) [8, с. 61].

Молодёжный политический экстремизм изучают Е.В. Ефанова, В.И. Карпец, М.В.

Вершинин, В.Е. Петрищев и т.д.

Политологический подход позволяет проводить анализ программ экстремистских партий, их участие в политическом процессе, электоральную базу, влияние таких партий на политическую жизнь общества. Леворадикальным политическим течениям посвящены работы В.В. Витюка, С.А. Эфирова, К.Г. Мяло, И.П. Морозова и др. Праворадикальные течения анализируются в работах М.К. Арчакова, А.Г. Кузьмина, И.Н. Барыгина.

2. Особенность психологического подхода состоит в анализе субъективного мира личности, её психофизиологических особенностей, детерминирующих экстремистское сознание и поведение.

М. Арчаков среди этих особенностей отмечает:

- Потребность в принадлежности к определённой группе. Так считает и Д. Поуст:

«сравнительные социальные исследования показывают, что сильная потребность в принадлежности к группе является общей чертой террористов во всем мире» [12, p. 26].

Причём данную потребность ощущают как «неудачники», так и люди, уверенные в себе.

В первом случае участие в экстремистской организации позволяет компенсировать неудачи, во втором – связано с нарциссическими влечениями: членство в «единственно правильной» организации воспринимается как доказательство своих выдающихся способностей и превосходства над другими. Следствием подобных нарциссических тенденций является своеобразное реагирование на социальные проблемы. А именно – желание немедленно «осчастливить» какую-либо социальную группу или человечество в целом (современные левые выступают за права рабочих, женщин, национальных и сексуальных меньшинств, ультраправые – за права своей расы, нации).

- Садистские наклонности.

- Некрофилия: экстремисты не защищены от смерти задачей выживания и чаще всего не ставят такую задачу перед собой. [2, с. 72-74].

3. В социологии изучается отношение населения к экстремистской деятельности, осведомлённость об экстремистских организациях, мотивация и идеология политических экстремистов, экстремистские проявления в отдельных социальных группах (чаще всего – среди молодёжи), распространение экстремизма в интернете, методика противодействия экстремизму. Основными методами исследования выступают анкетирование и экспертный опрос.

Так, Л.В. Ярмоленко и А.М. Кирпиченко изучали мнение экспертов (профессиональные политики и молодые политические активисты Астраханской области) о взаимосвязи политического экстремизма и политического протеста. Исследование показало, что суждения экспертов-профессиональных политиков и экспертов-молодых политических активистов существенно не отличаются: протестное движение и как следствие экстремистская активность напрямую зависят от социально-экономических условий жизни граждан и социально-экономической ситуации в стране (как правило, ответственность за экономические проблемы возлагается на правящую политическую элиту) [11].

Исследователи О.В. Попов и О.О. Попова установили прямую зависимость отношения к экстремистским организациям от демократического выбора респондента, национализма и принадлежности к молодёжным организациям. Наименее всего поддерживают экстремистские организации сторонники демократии европейского типа, интернационально мыслящая часть молодежи и те, кто не участвует в молодёжных организациях [7, с. 112].

Для эффективного противодействию экстремизму, по мнению О.В. Попова и О.О.

Поповой, необходима программа государственной молодёжной политики, разработанная совместно учёными и практиками.

Авдеев, Ю.И. Экстремизм в современной России: истоки, содержание, типология 1.

[Текст]. / Ю.И. Авдеев, В.В. Арсеньев, В.Н. Найденко // Социологическая наука и социальная практика. 2013. – №2. – С.108-122.

2. Арчаков, М. Психологические особенности политического экстремизма [Текст]. / М.

Арчаков // Власть. – 2010. – №12.-С.71-74.

3. Балахничева, С.В. К вопросу о классификации экстремистской деятельности [Текст]. / С.В. Балахничева // Вестник Саратовской государственной юридической академии. – 2013. – №6 (95). – С. 84-87.

4. Ефанова, Е.В. Политический экстремизм и протестная активность молодёжи России [Текст]. / Е.В. Ефанова // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия: История. Политология. Экономика.

Информатика. – 2011. – т.20. – №19 (114).

5. Молодов, О.Б. К вопросу о понятии и типологии экстремизма [Текст]. / О.Б.

Молодов // Вестник БИСТ. – 2015. – №2 (27). – С. 78-82.

6. Никитин, А.Г. Виды и классификации экстремистского поведения:

общетеоретические и правовые проблемы [Текст]. / А.Г. Никитин // Актуальные проблемы экономики и права. – 2014. – №1. – 186-194.

7. Попов, О.В. Причины и особенности экстремизма в молодёжной среде. Меры противодействия молодёжному экстремизму [Текст]. / О.В. Попов, О.О. Попова // Научные ведомости. – 2008. – №4 (44). – С.110-117.

8. Сазонов И. А. Природа и исторические формы политического экстремизма (на примере политического развития России в XX в.): дис. … канд. полит. наук. М., 2004.

– 227 с.

9. Хуако, З.Ю. Политический экстремизм: информационный аспект по материалам социологического исследования [Текст]. / З.Ю. Хуако // Вестник Адыгейского государственного университета. Серия 1: Регионоведение: философия, история, социология, юриспруденция, поли

10. Экстремизм – угроза обществу [Электронный ресурс]. / Отдел Министерства внутренних дел Российской Федерации по ленинградскому району. – Режим доступа:

http://lenpolice.ru/экстремизм

–  –  –

Не за горами столетний юбилей Революции 1917 г. Предстоят горячие дебаты о роли, сыгранной этим событием в истории России и траектории современного российского общества. В качестве пролога к будущей дискуссии предлагается рассмотреть теоретический вопрос о связи «модернизации» и «революции» на примере России. Отправным пунктом послужат различные теоретические подходы, описывающие связь этих феноменов и, в частности, известная статья Ч. Тилли «Приводит ли модернизация к революции» [9] (или, напротив, модернизация выступает результатом революции?). Уже классическая социология революции предлагает широкий спектр ответов на этот вопрос. В ортодоксальном марксизме: «революции – локомотивы истории» [1, c. 87] (т.е. они не только единственный механизм модернизации, но и исторического развития, прогресса вообще). А. Токвиль напротив полагал, что революция это не что иное как следствие «консервативной реакции» земельной аристократии на централизацию и прочие модернизационные реформы инициированные сверху в ущерб их интересам [3]. Наконец, третий вариант представлен позицией Г. Моски, в соответствии с которой революция есть результат извечной борьбы элит (т.е. очевидные связи между модернизацией и революцией отсутствуют) [2].

Современные концепции уточняют классические построения, избавляя их от излишних универсализма и прогрессизма. Согласно Б. Муру [7], революция - это один из путей модернизации (и в целом основной способ), поскольку он наилучшим образом позволяет устранить препятствия на пути модернизации. К тому же сама форма модерна не универсальна, она определяется в ходе революционного процесса: типом классового конфликта, характером революционной коалиции.

С.П. Хантингтон [4], напротив, предполагает, что революция происходят в странах добровольно или вынужденно вступивших на путь модернизации, но не завершивших его.

Причиной роста политического насилия становятся быстрые социально-экономические изменения, сопровождающиеся ростом политического сознания и быстрой мобилизацией новых групп в сочетании с недостаточно быстрым развитием политических институтов, неспособных ассимилировать и инкорпорировать все это. Революция есть следствие дефективной модернизации и возможна только в модернизирующихся обществах.

Хантингтон формализует различия между модернизацией Востока и Запада и соответствующими моделями революций.

По мнению Ш. Эйзенштадта [5], революция лишь один из множества путей прорыва к модерну, кроме того результатом революций могут быть и «срывы модернизации». Чтобы модернизация пошла по революционному пути и революция увенчалась именно модернизацией, необходимо сочетание целого ряда условий: кризис социальной системы имперского или имперско-феодального типа с культурной системой, относящейся к осевым цивилизациям Т.е. связь модернизации и революции не так уж имплицитна. Модернизация лишь обостряет проблемы связанные с преодолением разрыва центр-периферия, характерного для имперских систем и преодолением трансцендентального разрыва, характерного для «осевых цивилизаций». Учитывая, что Эйзенштадт рассматривает модернизацию как развитие изначально присущих каждой конкретной цивилизации символических и социальных особенностей, речь с скорее о связи культуры и революции, которую обостряет модерн.

К схожему заключению, хотя и другим путем приходит в своей статье Ч. Тилли:

рост населения, индустриализация, урбанизация и прочие крупномасштабные социальные трансформации безусловно оказывают влияние на вероятность революции, однако они делают это опосредованно, воздействия на возможности и ограничения коллективных борцов за власть. «Модернизация ни в каком объективном или регулярном смысле не приводит к революции» [9, c. 447].

Если обратиться к отечественной истории, то мы увидим, что на момент революции 1917 г. Россия была слабо модернизированной страной, остро нуждающейся в дальнейшей модернизации. Исторически одним из основных движущих сил частичной модернизации «сверху» в России было острое ощущение военной отсталости ее верховными правителями. Включенная в европейскую систему государств, Россия постоянно подвергалась военным проверкам эффективность ее государственной военноналоговой машины. Одновременно положение на периферии Европы всегда позволяло не доводить дело модернизации до конца. Успехи Петра I («царя-революционера») по модернизации армии, бюрократизации государства и ослаблении земельного дворянства превратили Россию в одну из доминирующих европейских. Тяжелая победа над Наполеоном закрепила это доминирующее положение сделав империю «жандармом Европы», что в свою очередь, точно в соответствии с концепцией Р. Коллинза, привело к перенапряжению сил державы геополитического гегемона.



Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 29 |
 

Похожие работы:

«частный фонд «фонд первого президента республики казахстан – лидера нации» совет молодых ученых инновационное развитие и востребованность науки в современном казахстане V международная научная конференция сборник статей (часть 2) общественные и гуманитарные науки алматы УДК 001 ББК 73 И 6 ответственный редактор: мухамедЖанов б.г. Исполнительный директор ЧФ «Фонд Первого Президента Республики Казахстан – Лидера Нации» абдирайымова г.с. Председатель Совета молодых ученых при ЧФ «Фонд Первого...»

«Российское общество социологов Министерство образования и науки Российской Федерации Уральский федеральный университет имени первого Президента России Б.Н. Ельцина ВОЙНА БЫЛА ПОЗАВЧЕРА. РОССИЙСКОЕ СТУДЕНЧЕСТВО О ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЕ Материалы мониторинга «Современное российское студенчество о Великой Отечественной войне» Екатеринбург Издательство Уральского университета УДК 94(470)1941/1945: 303.425.6-057.875 ББК 63.3(2)622+60.542.15 В65 Редактор: Ю. Р. Вишневский, доктор социологических...»

«СБОРНИК НАУЧНЫХ ТРУДОВ КОНФЕРЕНЦИИ СБОРНИК НАУЧНЫХ ТРУДОВ КОНФЕРЕНЦИИ УДК 316. ББК 71.05 Д4 Издано по заказу Комитета по науке и высшей школе Редакционная коллегия: доктор социологических наук, профессор Я. А. Маргулян кандидат социологических наук, доцент Г. К. Пуринова кандидат филологических наук, доцент Е. М. Меркулова Диалог культур — 2010: наука в обществе знания: сборник научных трудов Д международной научно-практической конференции. — СПб.: Издательство Санкт-Петербургской академии...»

«Геннадий Вас а й сильевич Дыльнов е ло САРАТОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ Н.Г. ЧЕРНЫШЕВСКОГО Социологический факультет МАТЕРИАЛЫ МЕЖДУНАРОДНОЙ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ ДЫЛЬНОВСКИЕ ЧТЕНИЯ «РОССИЙСКАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ: СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ» 12 ФЕВРАЛЯ 2015 ГОДА ИЗДАТЕЛЬСТВО «САРАТОВСКИЙ ИСТОЧНИК» УДК 316.3 (470+571)(082) ББК 60.5 я43 М34 М 34 Материалы научно-практической конференции Дыльновские чтения «Российская идентичность: состояние и перспективы»: Саратов: Издательство...»

«МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ М.В. ЛОМОНОСОВА СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ IX МЕЖДУНАРОДНАЯ НАУЧНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ «СОРОКИНСКИЕ ЧТЕНИЯ» ПРИОРИТЕТНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ РАЗВИТИЯ СОЦИОЛОГИИ В XXI ВЕКЕ К 25-летию социологического образования в России СБОРНИК МАТЕРИАЛОВ ИЗДАТЕЛЬСТВО МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА УДК ББК 60. С С65 IX Международная научная конференция «Сорокинские чтения»: Приоритетные направления развития социологии в XXI веке: К 25-летию социологического образования в России. Сборник...»

«Министерство образования и науки РФ ФГАОУ ВО «Нижегородский государственный университет им. Н.И. Лобачевского» Национальный исследовательский университет Научно-исследовательский комитет Российского общества социологов «Социология труда» Центр исследований социально-трудовой сферы Социологического института РАН Межрегиональная общественная организация «Академия Гуманитарных Наук»К 100-ЛЕТИЮ НИЖЕГОРОДСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА ИМ. Н.И. ЛОБАЧЕВСКОГО СПЕЦИФИКА ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ...»

«Санкт-Петербургский государственный университет Факультет социологии Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова Социологический факультет Социологическое общество им. М.М.Ковалевского Российское общество социологов Сборник материалов IX Ковалевские чтения Социология и социологическое образование в России (к 25-летию социологического образования в России и Санкт-Петербургском государственном университете) 14-15 ноября 2014 года Санкт-Петербург ББК 60. УДК 31 Редакционная...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации ФГАОУ ВО «Белгородский государственный национальный исследовательский университет» Институт управления Кафедра социологии и организации работы с молодежью Российское общество социологов Российское объединение исследователей религии СОЦИОЛОГИЯ РЕЛИГИИ В ОБЩЕСТВЕ ПОЗДНЕГО МОДЕРНА Памяти Ю. Ю. Синелиной Материалы Третьей Международной научной конференции 13 сентября 2013 г. Белгород УДК: 215:172. ББК 86.210. С Редакционная коллегия: С.Д....»

«МЕДВЕДЕВА К.С. НАУЧНАЯ ЖИЗНЬ НАУЧНАЯ ЖИЗНЬ DOI: 10.14515/monitoring.2015.5.12 УДК 316.74:2(410) Правильная ссылка на статью: Медведева К.С. О социологии религии в Великобритании. Заметки с конференции // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. 2015. № 5. С. 177For citation: Medvedeva K.S. On sociology of religion in Great Britain. Conference notes // Monitoring of Public Opinion: Economic and Social Changes. 2015. № 5. P.177-182 К.С. МЕДВЕДЕВА О СОЦИОЛОГИИ РЕЛИГИИ...»

«Министерство образования и науки РФ ФГАОУ ВО «Нижегородский государственный университет им. Н.И. Лобачевского» Научно-исследовательский комитет Российского общества социологов «Социология труда» Центр исследований социально-трудовой сферы Социологического института РАН Межрегиональная общественная организация «Академия Гуманитарных Наук» К 25-ЛЕТИЮ СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ СОЦИАЛЬНЫЕ ИННОВАЦИИ В РАЗВИТИИ ТРУДОВЫХ ОТНОШЕНИЙ И ЗАНЯТОСТИ В XXI ВЕКЕ Нижний Новгород –– 20...»

«IV МЕЖДУНАРОДНАЯ СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ «ПРОДОЛЖАЯ ГРУШИНА». Краткий обзор 27-28 февраля 2014 г. в Москве по инициативе Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ), Фонда содействия изучению общественного мнения «Vox Populi» и Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации (РАНХиГС) состоялась Четвертая международная социологическая конференция «Продолжая Грушина». Конференция традиционно посвящена памяти выдающегося...»

«НАЦИОНАЛЬНАЯ АКАДЕМИЯ НАУК БЕЛАРУСИ ИНСТИТУТ СОЦИОЛОГИИ НАЦИОНАЛЬНОЙ АКАДЕМИИ НАУК БЕЛАРУСИ СОЦИАЛЬНОЕ ЗНАНИЕ И ПРОБЛЕМЫ КОНСОЛИДАЦИИ БЕЛОРУССКОГО ОБЩЕСТВА Материалы Международной научно-практической конференции г. Минск 17 – 18 ноября 2011 года Минск “Право и экономика” УДК 316.4(476)(082) ББК 60.524 (4 Беи)я431 С69 Рекомендовано к изданию Ученым Советом Института социологии НАН Беларуси Рецензенты: доктор философских наук, профессор Л.Е. Криштапович, доктор социологических наук, профессор...»

«ФОНД ПЕРВОГО ПРЕЗИДЕНТА РЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН СОВЕТ МОЛОДЫХ УЧЕНЫХ ИННОВАЦИОННОЕ РАЗВИТИЕ И ВОСТРЕБОВАННОСТЬ НАУКИ В СОВРЕМЕННОМ КАЗАХСТАНЕ III Международная научная конференция Сборник статей (часть 1) Общественные и гуманитарные науки Алматы – 2009 УДК 001:37 ББК 72.4:74. И 6 ОТВЕТСТВЕННЫЙ РЕДАКТОР: МУХАМЕДЖАНОВ Б.Г. – Исполнительный директор ОФ «Фонд Первого Президента Республики Казахстан» АБДИРАЙЫМОВА Г.С. – Председатель Совета молодых ученых при Фонде Первого Президента, доктор...»

«УДК 316.3/ ББК 60. Ф 3 Ответственный редактор: Президент Ассоциации социологов Казахстана, доктор социологических наук, профессор М.М. Тажин Редакционная коллегия: Исполнительный директор Фонда Первого Президента РК Б.Б. Мухамеджанов (председатель) Доктор социологических наук, профессор С.Т. Сейдуманов Доктор социологических наук, профессор З.К. Шаукенова Доктор социологических наук, профессор Г.С. Абдирайымова Доктор социологических наук, доцент С.А. Коновалов Кандидат социологических наук...»

«V социологическая Грушинская конференция «БОЛЬШАЯ СОЦИОЛОГИЯ: расширение пространства данных» 12–13 марта 2015 г., МОСКВА МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ СОЦИОЛОГИЯ И BIG DATA КОНЦЕПЦИЯ БАЗ ДАННЫХ И ОБЛАЧНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ В Большакова Ю. М. СТРАТЕГИИ ПРОДВИЖЕНИЯ ИНТЕГРИРОВАННЫХ КОММУНИКАЦИЙ БИЗНЕСА Васянин М. С. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ СОЦИОЛОГИИ И БОЛЬШИХ ДАННЫХ СЕТЕВОЙ ИНФОРМАЦИОННЫЙ РЕСУРС «ФОМОГРАФ»: ОТ Галицкий Е. Б. АНАЛИЗА ДАННЫХ ОПРОСА К НАКОПЛЕНИЮ ЗНАНИЙ О ГРУППАХ РЕСУРСНОЙ ТИПОЛОГИИ Дмитриев А. ЧТО ТАКОЕ...»

«Об итогах проведения секция «Социология» XXII Международной конференции студентов, аспирантов и молодых учёных «Ломоносов -2015» C 13 по 17 апреля 2015 года в Московском государственном университете имени М.В.Ломоносова в 22 раз проходила традиционная Международная научная конференция студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов». Основными целями конференции являются развитие творческой активности студентов, аспирантов и молодых ученых, привлечение их к решению актуальных задач...»







 
2016 www.konf.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, диссертации, конференции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.