WWW.KONF.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Авторефераты, диссертации, конференции
 


Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 32 |

«Четвертые Ковалевские чтения Материалы научно-практической конференции С.-Петербург, 12-13 ноября 2009 года Санкт-Петербург ¶ББК 60. Редакционная коллегия: А.О.Бороноев, зав. кафедрой ...»

-- [ Страница 13 ] --

Пивоваров А.М. (Санкт-Петербург) Значение внутриличностной коммуникации для современной индивидуальности Процесс возрастающей индивидуализации, ставший отличительной тенденцией всех периодов современности, состоит в преобразовании человеческой идентичности из «дано» в «найти» и возложении на отдельных людей ответственности за выполнение задачи становления себя как индивидуума, т.е. существа, способного отстаивать свои права и совершать действительный, а не мнимый выбор. Парадокс состоит в том, что такая свобода личности возможна лишь в свободном обществе, которое может появиться лишь как результат постоянного сознательного самоопределения людей в качестве граждан.

Внутренняя коммуникация личности занимает в ряду этих проблем далеко не самое последнее место. Наша идея состоит в том, чтобы посмотреть на индивидуальность современного человека сквозь призму предлагаемой нами концепции социологического анализа феномена внутриличностной коммуникации. Внутриличностную коммуникацию мы определяем как вербальное осознаваемое общение, происходящее во внутреннем мире личности между «Я» и воображаемыми собеседниками, выражающими различные смысловые позиции. Интерес социолога состоит в том, чтобы выявлять те ключевые смысловые позиции, которые участвуют во внутренней коммуникации человека, как типичного представителя того или иного общества.

Мы полагаем, что большинство характеристик индивидуальности эпохи первого модерна уже предполагали необходимость активизации внутренних коммуникативных ресурсов личности. Это произошло в силу того, что уже человек времени классической современности поместил сам себя в такие жизненные условия, при которых он стал вынужден обрабатывать большие объемы информации, составлять и отстаивать мнение по практически каждому вопросу, участвовать в процессах, которые управляют его жизнью.

Общество «второй», поздней, или «текучей» современности отличается гораздо меньшей ценностной определенностью и заданностью социальных практик. В обществе риска индивиды становятся основными действующими лицами в обеспечении своего определяемого рынком существования и связанного с этим планирования и организации собственной биографии. Возможность избежать индивидуализации и отказаться от участия в ней становится все более иллюзорной. Эти и другие обстоятельства говорят в пользу усиления востребованности поздней современностью внутренних коммуникативных ресурсов личности.

В эпоху позднего модерна индивид в условиях распространения рисков нового характера, вынужден вступать во взаимодействие с экспертным системам на основе «активного доверия». Ему волей неволей приходиться принимать сознательные решения о том, кому и в какой степени доверять или не доверять.

Общество позднего модерна - это общество всеохватывающей рефлексивности, это мир, где все открыто сомнению, мир, в котором нет абсолютных истин и авторитетов, мир, в котором нужно все время самостоятельно интерпретировать происходящее и активно адаптировать экспертное знание. Рефлексивность современности проникает в самые глубины самости (self), которая становится рефлексивным проектом.

Жизнь в современном мире, в мире поздней современности, к сожалению, предполагает наличие разнообразных напряжений и сложностей на внутриличностном уровне функционирования индивида. Гидденс предлагает анализировать эти сложности как определенные дилеммы - унификация/фрагментация, бессилие/ контроль, авторитет/ неопределенность, персонализация/коммодификации - которые так ли иначе должны быть разрешены индивидом, для того, чтобы сохранить последовательность в описании личностной идентичности [4]. Эти дилеммы представляют собою разнонаправленные импульсы, крайние значения которых задают смысловые координаты внутренней коммуникации современной индивидуальности. Где-то в этом поле напряженности стоит искать те смысловые позиции, которые участвуют в воображаемых взаимодействиях, осуществляемых в сознании современного человека.

Своеобразное отягчающее обстоятельство такого сложного положения современной индивидуальности состоит в том, что проект самости строится в морально и бытийно обедненной среде, поскольку современный мир влечет за собой так называемую «секвестрацию опыта» - отвержение или исключение переживания нравственно и экзистенциально важных моментов человеческого существования. Обращая внимание на этот момент, Гидденс пишет о «нависшей угрозе личностной бессмысленности». На наш взгляд, выход из этой ситуации «экзистенциального вакуума», а также решение задачи возрождения интереса к общественному, лежит через преодоление современным и индивидом на уровне его внутренней коммуникации еще одной дилеммы, которую можно было бы обозначить как одномерность против многомерности.

Преодоление этого противоречия состоит в нахождении баланса между односторонностью и разнообразием смысловых позиций (и стоящих за ними ценностей), участвующих во внутриличностной коммуникации современной индивидуальности в процессе ее самоопределения и интерпретации событий и явлений быстроменяющейся действительности.

Литература

1. Бауман З. Текучая современность. СПб,. 2008

2. Пивоваров А.М. Внутриличностная коммуникация как предмет социологического анализа // Журнал социологии и социальной антропологии. № 4, 2006.

3. Inkeles A. & Smith D.H. Becoming modern. Individual change in six Developing Countries. Harvard, 1974.

4. Giddens A. Modernity and Self-Identity. Stanford, 199 Сатикова С.В. (Санкт-Петербург) Медиация как форма управляемой коммуникации С начала 90-х годов в РФ распространяется практика медиации, как особой технологии посредничества в разрешении конфликтов, альтернативной судам и арбитражам. В США и многих странах Западной Европы система медиативной помощи населению в разрешении конфликтов постепенно приобретает черты социального института, со своими организационными и нормативными компонентами, с широким внедрением в общественное сознание. В России этот путь еще предстоит пройти. На данный момент о существовании такой практики знает не более 15% населения нашей страны, а возможность обратиться к медиатору имеют только отдельные жители Санкт-Петербурга (где первым в России в 1992 году начал работать Центр переговорных технологий по подготовке медиаторов и оказанию соответствующих услуг), Москвы, Екатеринбурга, Перми и некоторых других крупных городов.

Медиация - это особый тип переговоров по урегулированию конфликта с участием нейтрального посредника-медиатора. В задачи медиатора входит управление процессом переговоров без вмешательства в его содержание. Стороны сами находят варианты и принимают решение, а медиатор обеспечивает добровольность и равноправие их участия в переговорах, учет интересов каждой из сторон и реалистичность соглашения. Специфика медиации заключается в широком целенаправленном использовании посредником коммуникативных техник и технологий для повышения взаимопонимания сторон конфликта и создания возможности для принятия ими взаимовыгодных соглашений. Одной из основ медиации считаются гарвардские принципиальные переговоры, с их ориентацией на ответственное прояснение и удовлетворение основных интересов сторон.

По данным исследований, проводимых в различных странах мира, медиация позволяет урегулировать до 80% социальных конфликтов от микро до мега уровней. Практика применения медиации в 2008-09 гг. на 8 участках муниципальных судов СанктПетербурга показала, что урегулируется около 65% тех конфликтов, где стороны соглашаются на медиацию.

Высокая эффективность медиации связана с тем, что она представляет собой процесс управляемой коммуникации.

Медиативные переговоры включают в себя 8 стадий, где широко применяются коммуникативные техники.

К таким стадиям относятся:

введение в процесс медиации, презентация позиций сторон, дискуссия по позициям, формулировка повестки переговоров, выработка предложений по каждому пункту повестки, подготовка соглашения, выход из медиации. На каждой из основных стадий может быть использована особая стадия индивидуальных встреч медиатора с каждой из сторон - «кокус».

Основой управления медиатором процессом переговоров по урегулированию конфликта выступают принципы медиации.

Важнейшим из них является нейтральность посредника, что означает равное отношение к сторонам, без каких-либо преимуществ для одной из них; невмешательство в содержание конфликта, отказ от оценок, советов, рекомендаций, подсказок и т.п. Сохранять подобную нейтральность и беспристрастность трудно, но это позволяют сделать коммуникативные техники: активного слушания, управления эмоциональным состоянием, обратной связи, отделения фактов от эмоций, проверки на реалистичность предложений и другие.

Чем лучше медиатор управляет процессом коммуникации, тем эффективнее проходит разрешение конфликта, а стороны не замечают воздействия и, соответственно, берут на себя ответственность за содержание и выполнение соглашения, выработанного в ходе медиативных переговоров. Именно уровень управления коммуникацией, степень владения коммуникативными техниками определяют основную компетентность медиатора. К сожалению, в России мало как профессиональных медиаторов, так и людей с развитыми навыками коммуникации, что, возможно, и приводит к высокой конфликтности.

Распространение медиации в РФ ограничивают:

–  –  –

1 Работа подготовлена при поддержке РФФИ, исследовательский грант № 09-06а 2 Myr F. The quiet revolution: Three theses for the future of game studies.

http://www.digra.org/hardcore/hc4 человеке, играющем за компьютером. Под влиянием этих тенденций оформляется новое направление – исследования игры или game studies.

Анализ социальных причин всплеска игровой активности дает исследователь из университета штата Иллинойс Дмитрий Уильямс.

Д. Уильямс приходит к выводу, что понижение роли гражданских и публичных мест в повседневном мире, где можно встречаться и контактировать с реальными людьми, является фоном для развития практик компьютерных игр. Поскольку реальное пространство связей и контактов уменьшается, приверженность игровым практикам растет1. Спрос на человеческое общение, но трудности его реализации в реальном мире, перемещают эту потребность в виртуальную среду.

Все чаще предпринимаются попытки рассмотреть компьютерную игру как локус эстетических форм в обществах цифровых технологий. Автор почти единственной отечественной культурологической работы об играх А. И. Липков пишет: «Мы уже свыклись с тем, что и фотография, и кино, и радио, и телевидение …

– все это искусства. Их общее наименование – «искусства технической эры» - как бы компенсирует либо хотя бы оправдывает комплекс их неполноценности в сравнении с искусствами рукотворными, великими, имеющими давнюю родословную… Гораздо труднее свыкнуться с тем, что вот эти подростковые компьютерные игрушки – тоже искусство, и у него – своя эстетика, драматургия…»2.

При изучении компьютерной игры в таком ракурсе становится ясным, что это явление стоит между традиционной игрой, которая структурирует игровые практики, и художественной работой, которая стимулирует образные и познавательные способности человека в сфере его эстетического опыта. Социолог из Манчестера Грэм Киркпатрик разрабатывает комплекс идей, посвященных эстетике компьютерных игр. Г. Киркпатрик отмечает, что компьютерная игра появляется в конце искусства в его традиционном смысле. Но ни в коем случае нельзя сказать упрощенно, что компьютерная игра вытесняет или заменяет искусство. Скорее, она начинает занимать часть пространства, где когда-то располагалось искусство.

Эстетический опыт может мигрировать за пределы того, что обычно 1 Ibid. P. 15.

2 Липков А. И. Ящик Пандоры: Феномен компьютерных игр в мире и в России. М.: Издво ЛКИ, 2008. С. 28 называется искусством и быть обнаружен где-нибудь еще1. В размышлениях Г. Киркпатрика о феномене компьютерных игр связываются воедино эстетические искания современного искусства и художественные особенности игр. Современное искусство стало все более и более абстрактным, монтажным и конструктивистским, оно развивается как искусство, «отказавшееся от подобия».

Появление эстетики компьютерных игр как будто порывает с этим, поскольку игры предлагают роскошные интерфейсы, представляют красочные населенные миры.

Понимание цифровой игры как материального артефакта помогает нам определить отношения между формой игры и более широкой культурой, такой взгляд на игры развивает Анджела Нделианис2.

Она считает, что современные формы развлечения могут интерпретироваться как «необарокко», и это связано с тем, что они:

1. Полицентричны. Необарокко-формы развлечения не восприимчивы к линейному чтению, сопровождающему традиционные тексты.

2. Обладают свойствами лабиринта.

3. Строятся на повторении. Одни и те же действия выполняются много раз, пока они не приведут к успеху.

4. Требуют технологической виртуозности.

Изучение игр видится междисциплинарной областью, поскольку исследователи имеют дело со сложностью компьютерных игр как гибридных явлений. Новые вопросы о последствиях распространения игр появляются быстро, но ответов на них немного.

Эти вопросы формируют повестку дня для ученых, вот - всего лишь несколько из наиболее очевидных: каков социальный эффект замещения реальных связей виртуальными, регулируемыми игрой?

Не являются ли различные игры различными кодами и различными коммуникативными модальностями, ведущими к различным результатам? Что случается, когда семьи прекращают смотреть телевизор и начинают играть в игры? Что происходит, когда друзья перестают встречаться, но входят в мир Warcraft и играют в течение нескольких часов? Каковы эффекты того, что игры стали переносными, беспроволочными и сетевыми? Важно стараться не драпировать наши собственные идеологии, надежды, опасения и подозрения на вершине этих вопросов, что может происходить как от 1 Kirkpatrick G. Between Art and Gameness: Critical Theory and Computer Game Aesthetics / Graeme Kirkpatrick // Thesis Eleven. 2007. Vol. 89. Р. 75–76.

2

Ndalianis A. Neo-Baroque Aesthetics and Contemporary Entertainment. Cambridge, MA:

MIT Press 2003.

горячей защиты игровых технологий, так и от консервативной технофобии.

Сибирев В. А. (Санкт-Петербург) Верификация теории Лумана о коммуникациях применительно к рекламе Значимость понятия коммуникации в социологии возрастает.

По Луману общество представляет собой совокупность всех социальных коммуникаций и проявляет себя в виде коммуникаций.

Общество оказывается возможным потому, что коммуникация связывает как единое целое информацию, сообщение и понимание и, значит, общество.

Одним из основополагающих тезисов социологической теории коммуникации Н. Лумана является тезис о ее невероятности, которая проявляется трояким образом1. Во-первых, невероятность понимания смысла сообщения, что обнаруживается по контексту. Во-вторых, невероятность достижения адресата неразвитые каналы и средства коммуникации. В-третьих, это невероятность успеха коммуникации.

Это невероятность того, что получатель, получив и восприняв рекламное сообщение, последует ему в своем поведении.

В обществе потребления в связи с этим становится интересным рассмотрение рекламы как коммуникационного процесса на макроуровне через призму ее воздействия на сознания и подсознание человека, его социальное поведение.

Схематически применительно к рекламе это можно представить следующим образом. На первом этапе рекламодатель на основе информации о предлагаемом им товаре формирует рекламное сообщение. Оно содержит явный и латентный смысл. Например, телевизионная реклама является наиболее мощным из рекламных средств вследствие огромного размера аудитории, сочетания звукового и зрительного воздействия, а также определенной пассивности зрителя и большей, по сравнению с другими, похожести на межличностный контакт.

Делается это с целью заинтересовать потребителей, убедить его, что рекламируемая продукция соответствует его ценностям и стилям жизни, и вызвать ответную позитивную реакцию. Реклама предлагает нам мир овеществлённых возможностей. Потребители выбирают покупки на основе соответствия образу самого себя – они

1 См.:Сайт факультета социологии: http://www.soc.pu.ru/publications/pts/luman_c.html

покупают те вещи, в которых видят отражение себя – это и есть аутентичность.

Главная цель рекламы – убедить потребителя, что рекламируемая продукция способна вызвать уважение и зависть соседей, улучшить имидж, повысить свой социальный статус и приобрести душевное равновесие и т. д. Однако для этого ему нужно понять смысл рекламного сообщения, социальный контекст используемых вербальных и невербальных выразительных средств.

Язык рекламы служит для создания особой реальности, реальности условной и одновременно возможной, реальности возможностей.

Вторая проблема связана с достижимостью адресата рекламы.

Каждая из используемых коммуникаций имеет свойственную только ей целевую аудиторию. Кроме того, взаимодействие аудитории и целевой группы рекламного сообщения носит не однозначный характер. Определение аудитории, на которую нацеливается рекламная кампания, является важным шагом в разработке целей и стратегий выбора рекламных средств. Все усилия средств рекламы будут потрачены впустую, если зрителями или читателями рекламного объявления станут не те люди, на которых оно рассчитано.

Для решения этой проблемы на практике используются разные методы. Во-первых, выбор конкретных рекламных инструментов осуществляется с учетом следующих важных факторов: 1) Общих целей и стратегии кампании; 2) Размера и характера аудитории каждого рекламного средства; 3) Географического охвата и т. д. Вовторых, часто используется комбинация различных коммуникаций. В результате возникает синергетический эффект, позволяющий в большой степени охватить целевую аудиторию. В-третьих, используются агенты влияния. Информация дается агентам влияния, которые влияют на получателя. Опора на лидеров мнений представляет собой опору на уже имеющиеся в обществе социальные и коммуникационные сети, что является гораздо более эффективным, чем создание новых каналов коммуникации. Это особенно важно, когда покупатель и потребитель – разные лица. Чтобы реклама была эффективной, она должна воздействовать на лицо, принимающее решение о покупке, а не на самого потребителя.

Третья и самая главная проблема связана с воздействием рекламы на потребителей. Рекламное обращение должно соответствовать логике мышления покупателя. Еще в 1896 г.

американец Э. Левис предложил формулу рекламного обращения, которая используется и сейчас под названием AIDA. Это название — аббревиатура английских слов: внимание (Attention), интерес (Interest), желание (Desire), действие (Action).

Формула показывает, в какой последовательности должна воздействовать реклама на человека: вначале привлекая к себе внимание, потом пробуждая интерес и поддерживая это внимание, затем вызывая желание иметь товар и создавая условия для мысленного его приобретения и наконец — побуждая совершить покупку и показывая, как это можно сделать. Таким образом, на каждом этапе вероятность воздействия рекламного сообщения уменьшается. Тем не менее, она действует.

Теория социальной коммуникации Лумана, будучи верифицированной на материалах рекламы, могла бы во многом прояснить, как и с какой эффективность действует реклама на стиль поведения человека в массовом обществе.

Соколов М.М. (Санкт-Петербург) Коммуникативное поведение в островном академическом сообществе: Случай петербургской социологии Исследование социальных коммуникаций уже долгое время страдает от доминирования одной парадигмы, использующей теорию информации как основную метафору взаимодействия. Попытки Гоффмана и этнометодологов предложить альтернативу ей не имели значительного успеха даже среди социологов, которые, как правило, просто не распознавали поправки, которые те пытались внести, в качестве таковых. Между тем, начиная с диссертационной работы Гоффмана, эти попытки составляли важную сюжетную линию в его работе. Понятие “коммуникативное поведение» указывает на то, что получение сигнала и способ обращения с ним сам по себе является choice variable, находящейся под контролем взаимодействующих сторон. Сообщение может не достичь адресата не в силу дефектов канала или несовпадения кодов, а в силу уклонения последнего от его получения; аналогично, принятие сообщения всегда подразумевает некий footing, который определяет совершенно разный способ его восприятия – “правильно услышанное” выступление диссертанта для стенографистки и рецензента не имеют ничего общего.

Эти рассуждения имеют очевидное приложение в случае, когда мы обращаемся к коммуникации в сравнительно изолированном географически локальном академическом сообществе, таком, как петербургская социология.

Понятие научной коммуникации является схемой интерпретации, которая используется всем сторонами для восприятия/организации происходящего:

существует консенсус по поводу того, что ученые должны обмениваться информацией и что их успешность в этом является, в некотором смысле, критерием их состоятельности. Физическая близость жителей нашего острова друг к другу делает подобный контакт относительно простым делом – по сравнению с контактами с жителями других островов. Однако данные о реально состоявшихся со-присутствиях в ситуации академической коммуникации вносят в эту картину неожиданные нюансы. Были проанализированы данные об участии в примерно 30 крупных городских (и нескольких происходивших вне города) мероприятиях (частью регулярных, частью – однократных), имевших место на протяжении последних 10 лет. Анализ корреспонденций, исчерпавший примерно 88% инерции, демонстрирует двумерную структуру (на рисунке отображена только часть точек), на которой отчетливо присутствует три зоны, известных по другим исследованиям: “Грантлэнд”, “Ленинградская школа” и “вузовская наука”. Зоны представляют собой интерактивные пространства, сцены, актеры на которых регулярно оказываются в физическом соприсутствии (или, как минимум, со-присутствуют с кем-то третьим, кто может на основании опыта сравнивать их друг с другом). У зон есть организационная база – учреждение, предоставляющее помещение для собрания, печенье для кофе-брейка и девушек для переписки и раздачи бейджей – однако близость не объясняется общность базу - как минимум одна из зон имеет несколько баз (Грантлэнд), и обе остальные включают членов из организаций, которые не являются базой.

Наблюдаемая конфигурация заставляет нас задаться вопросом:

что именно определяет принадлежность к одной из сцен? И как поддерживается дистанция между ними? Несколько ответов, указывающих на легитимные аспекты структуры научной коммуникации – (1) тематическую специализацию и (2) теоретические предпочтения – очевидно иррелевантны. Тематическая структура коллективных мероприятий на разных сценах часто практически идентична, граница между теоретическими и методологическими предпочтениями может быть проведена только с очень большой долей приблизительности (одно-единственное учреждение имеет нечто вроде отчетливой методологической программы). Другие объяснения, частично пересекающиеся, указывают на (3) сетевую квази-клановую структуру сообщества (в реальности существует несколько сетей, построенных на интенсивных личных связях, и коммуникация преимущественно развертывается внутри них); (4) академические рынки с их институциональной базой, укорененными интересами и легитимационными требованиями (участие в коммуникации обусловлено потребностью в создании репутации в глазах соответствующих экономических контрагентов); (5) социальнополитическая лагеря, выстроенные в измерении “славянофильскийзападнический”; (6) статусные соображения (доминирующие агенты, ассоциирующие себя с «современной” (по умолчанию – западной) социологией, и доминируемые, избегающие столкновения со своим сомнительным положением); (7) более тонкие жанровые и стилистические конвенции, действующие как сегрегирующий признак как напрямую, так и через различие реквизитов, необходимых для следования им.

Старых Н.П. (Орел) Имидж органов местного самоуправления как разновидность имиджевой коммуникации В современном обществе все проблемы, можно рассматривать как проблемы коммуникации (для того чтобы что-то решить и «наладить отношения», надо «договориться»). То есть, коммуникация воспринимается как реальная связь, которая может соединять, удерживать в целостности разнородное современное общество, разделённое на столь разнородные культурные и пространственновременные пласты.

Коммуникация пронизывает все стороны жизни общества, социальных групп и отдельных индивидов и, естественно, представляется различными видами. Одним из них и является имиджевая коммуникация.1 Основными инструментами имиджевых коммуникаций выступают слова и цифры, используемые в различного рода комментариях, аналитических обзорах, социологических опросах и рейтингах.

Обобщённо имиджевую коммуникацию можно представить как процесс обмена сигналами с целью информирования, манипулирования или убеждения. Он основывается на одинаково понимаемых смысловых значениях имиджевых характеристик объекта.

1 Почепцов Г. Паблик рилейшенз: теория и практика. К.: Ваклер, 2001. С. 320

Процесс передачи имиджевой информации включает четыре стадии: привлечение внимания к данной коммуникации; обеспечение приема соответствующего сообщения; обеспечение интерпретации (декодирования) сообщения; обеспечение запоминания информации в целях её последующего воспроизведения и подчинения объекта точке зрения отправителя сообщения.

Объект имиджевой коммуникации – целевая аудитория, которая представляет собой лицо или группу лиц, воспринимающих определенный текст имиджевого характера. Вполне понятно, что без получателя нет ни сообщения, ни самой коммуникации. Обращает на себя внимание и факт участившихся случаев, в основном, неявного игнорирования обратной связи, позволяющей оценить результативность того или иного сообщения. Степень достижения цели имиджевой коммуникации может быть оценена количественно только за счет наличия обратной связи.1 Примером имиджевой коммуникации служит имидж органов местного самоуправления, который служит средством взаимодействия местной власти и населения.

Именно с помощью данной имиджевой коммуникации происходит передача ценностей:

внутренних и стоящих за ними разнообразных внешних ценностей, выражающих глубинные потребности и стремления местной власти и населения.

Имидж органов местного самоуправления должен занимать ведущее место в процессе взаимодействия населения и органов местного самоуправления.

Главная функция имиджа органов местного самоуправления формирование положительного отношения к органам местного самоуправления. Если положительное отношение сформировано, то за ним вследствие влияния социальных связей обязательно последуют доверие и, в свою очередь - высокие оценки деятельности.

Также имидж органов местного самоуправления отражает социальные ожидания общества, его определенных групп, которые обусловлены их насущными потребностями и интересами. В процессе формирования имиджа органов местного самоуправления активную роль играет готовность местного сообщества, так или иначе, воспринимать органы местного самоуправления.

От имиджа органов местного самоуправления в значительной мере зависит не только их наполняемость высококвалифицированными кадрами, а, следовательно, и

1 http://old.iamik.ru/14559 19.05.2008

эффективность, но и доверие, уважение населения; то, как будет воспринята в общественном мнении деятельность органов местного самоуправления. Имидж органов местного самоуправления один из ключевых показателей эффективности и прочности органов местного самоуправления, их соответствия ожиданиям членов общества.

Таким образом, имидж органов местного самоуправления как разновидность имиджевой коммуникации на муниципальном уровне играет важную роль, поскольку во многом определяет, насколько активно используется социальный, экономический, социокультурный и административный потенциал муниципального уровня.

Тангалычева Р.К. (Санкт-Петербург) Межкультурные коммуникации в условиях глобализации В эпохи, предшествовавшие современности, межкультурные контакты носили единичный характер и распространялись в первую очередь на открывателей новых земель, христианских миссионеров и торговцев, то в наше время скорее можно говорить о неизбежности межкультурных контактов практически для каждого жителя планеты.

Миллионы людей в своей повседневной жизни реально или виртуально являются свидетелями проявлений разнообразных, часто очень отдаленных от их собственных, культур и, следовательно, вынуждены определенным образом реагировать на эти проявления.

В условиях глобализация межкультурная коммуникация приобретает ряд особенностей, диктуемых следующими социальными трансформациями:

• изменение концепции пространства и времени;

• рост культурных взаимодействий;

• появление новых субъектов (акторов) транснациональных связей;

• увеличение взаимозависимости и взаимовлияния различных культур;

• расширение (релятивизация) идентичности.

Р.Робертсон, ведущий теоретик глобализации, показал как культуры и общества вместе со своими представителями как бы сжимаются (сливаются) в единое целое на основе взаимных интеракций. Он описывает этот процесс как «компрессию мира». По мере расширения и структурации взаимовлияний и сотрудничества мир становится все более интегрированным пространством и единой системой (Robertson 1992: 27).

Специфической чертой межкультурной коммуникации в условиях глобализации, является немыслимый ранее рост культурных контактов и появление новых субъектов (акторов) транснациональных связей. Наиболее влиятельных и могущественных субъектов являются транснациональные корпорации (ТНК), международные правительственные и неправительственные организации.

Кроме того, можно выделить и других транснациональных акторов:

• мигранты, перемещающиеся из одной страны в другую в поисках лучших условиях жизни;

• международные туристы, число которых в 2002 г.

достигло 703 миллионов человек;

• профессионалы (архитекторы, журналисты, ученые), которые часто путешествуют и чувствуют себя как дома в любой стране мира как в профессиональном смысле на основе участия в международных проектах;

• медиа-персонал, рок/поп музыканты и спортсмены;

• персонал транснациональных корпораций;

• студенты, пилоты авиа-линий, дипломаты.

представители криминальных глобальных сетей и многие другие.

Еще одной особенностью межкультурной коммуникации в условиях глобализации можно назвать увеличение взаимозависимости и взаимовлияния различных культур, которое базируется на трех основных признаках: выработка коллективного (глобального) мышления; рост мультикультурной осведомленности;

появление рефлексивных социальных акторов.

Рост мультикультурной осведомленности людей является следствием конца империалистической политики, когда цивилизованными признавались только наиболее продвинутые общества Запада, которые сумели установить взаимоотношения «доминирования – зависимости» в мире. Для того чтобы присоединиться к «сильным мира сего» надо было принять их законы и институты. В литературе такое распределение сил получило название однонаправленных культурных и политических потоков, когда большинство обществ мира были вынуждены «догонять»

прогрессивный западный мир «по их схемам». В современных условиях многие страны достигли успешной модернизации и попали в число наиболее развитых обществ мира, что в свою очередь привело к росту национального самосознания и культурному возрождению.

Литература

1. Cohen R., Kennedy P. (2007). Global Sociology. London: Palgrave Macmillan.

2. Robertson R. (1992) Globalization: Social Theory and Global Culture.

London: Sage.

Хохлова А.М. (Санкт-Петербург) Коммуникативные практики в виртуальном пространстве русскоязычного фандома: между девичьей рукописной культурой и литературно-творческой деятельностью Использование новых каналов и практик коммуникации является отличительной чертой современного общества. В частности, Интернет предлагает принципиально новые возможности самопрезентации, конструирования личных и групповых идентичностей, поиска информации и партнеров для общения. В течение долгого времени Интернет-коммуникации рассматривались в социальных науках с точки зрения перверсии и девиантного поведения; они интерпретировались как отклонение от «нормального» взаимодействия в «реальном мире». Особенно четко эта негативная коннотация прослеживалась, когда речь заходила о виртуальных сообществах и субкультурах, поскольку традиционное представление о субкультурах включает коннотацию «низовой, маргинализованной культуры» или контркультуры [2].

Лишь в последнее время Интернет стал изучаться социологами как виртуальное пространство формирования новых повседневных практик молодежи, а также реализации разнообразных креативных стратегий пользователей [4]. На наш взгляд, перспективным направлением является исследование виртуальных фанатских коммуникативных практик, организованных вокруг обсуждения культовых авторов, книг, фильмов. Поклонники формируют сообщества, создавая фан-сайты и форумы, обмениваются информацией и мнениями.

Однако коммуникативная деятельность фанатов не ограничивается интерпретацией популярных культурных продуктов; они сами производят новые символические блага:

сочиняют истории, стихи, анекдоты с участием культовых персонажей; рисуют, создают видеоклипы, пишут музыку.

Наибольшей популярностью в русскоязычном Интернетпространстве пользуются сайты, посвященные вселенным Дж.Р.Р.

Толкиена, «Звездных войн» и Дж.К. Роулинг. Именно виртуальное пространство, созданное поклонниками серии детских книг о Гарри Поттере, особенно динамично развивалось в последние годы, привлекая все новых посетителей таких популярных сайтов, как www.hogwartsnet.ru, www.snapetales.ru и др.

Итак, объектом представленного в докладе исследовательского проекта является русскоязычный фандом по мирам «Гарри Поттера»

– виртуальное пространство, созданное поклонниками этой литературной серии. Предметом исследования выступают механизмы формирования и воспроизводства коммуникативных практик в данном фандоме. В качестве основного метода был выбран качественный анализ содержания фановских произведений, отзывов на эти произведения, обсуждений на форумах и т.д.

Анализ собранных эмпирических материалов позволяет сделать вывод о том, что русскоязычный фандом по мирам «Гарри Поттера»

можно одновременно рассматривать как:

(1) сообщество, организованное на основании общего интереса к определенному культурному продукту, обладающее коллективной идентичностью и предполагающее развитие специфических коммуникативных практик его членов и использование особых коммуникативных каналов;

(2) субкультуру, то есть относительно устойчивую во времени коммуникативную систему, включающую социальный и знаковый уровни (в пользу этого подхода говорит существование в фандоме специфических межличностных связей, иерархий, форм общения, атрибутики, символики, мифологии, дискурсивных особенностей, вербального фольклора и пр.);

(3) социокультурное пространство реализации творческих практик и производства новых культурных продуктов. Здесь происходит размывание традиционных границ между творцом и аудиторией: книги Дж.К.Роулинг («канон») выступают лишь поводом для собственной творческой деятельности, а аудитория наиболее успешных фикрайтеров (авторов историй, стихов и пр.) и художников порой насчитывает несколько тысяч человек.

На наш взгляд, произведения, создаваемые обитателями фандома (фанфики), можно условно разделить на 2 категории в зависимости от заявленных или латентных целей автора и реакции аудитории. С одной стороны, здесь обильно представлены фанфики, явно продолжающие традицию рукописного девичьего рассказа, подробно описанного С.Б. Борисовым [1]. Здесь компенсаторная, (квази)диологовая и социализационная функции «перевешивают»

художественные достоинства текста. Сюжеты охватывают стандартный набор любовных коллизий: знакомство, дружбу, зарождение любви, первые эротические опыты, ревность, коварство, измену, ссоры и расставания, – описанных весьма лаконично и нередко низведенных до уровня клише. Волшебный же мир канонического «Гарри Поттера» выступает не более чем поводом для высказывания и подтверждения обыденной, «приземленной»

этической программы, необязательным экзотическим фоном, на котором разворачивается повествование. С другой стороны, существуют авторы, которые четко определяют свою деятельность как литературно-творческую, пусть и не профессиональную. Для таких авторов и их аудитории значимы чисто эстетические критерии оценки собственных текстов, что позволяет условно рассматривать фандом как виртуальное пространство производства и потребления символических благ.

Взаимодействие между двумя категориями авторов, нередко принимающее форму латентного конфликта, определяет специфику коммуникативных практик фандома.

Литература

1. Борисов С.Б. Любовный рассказ в ансамбле девичьего альбома // Рукописный девичьий рассказ. М.: ОГИ, 2004.

2. Омельченко Е. Молодежные культуры и субкультуры. М.: Ин-т социологии РАН, 2000.

3. Щепанская Т.Б. Система: тексты и традиции субкультуры. М.:

ОГИ, 2004.

4. Lewis L.A. (ed.) (1992): Adoring Audience: Fan Culture and Popular Media. Routledge, NY.

Царева А.В. (Санкт-Петербург) Научные сети в виртуальном пространстве Научные сети в виртуальном пространстве - специфические социальные образования, самоорганизующиеся на базе информационно-коммуникативных технологий - объединяют в себе две принципиально различающиеся основы, две «реальности».

Прежде всего, такая форма коммуникации в рамках научного сообщества наследует уже сложившиеся характеристики научной коммуникации в «реальном» пространстве. В то же время эти сети подчинены законам виртуального пространства, диктующего собственные правила коммуникативной игры и наделяющего подобные сообщества принципиально новыми особенностями.

Телекоммуникационные сети представляют собой специфическое информационное пространство, где социальные общности создаются, действуют, структурно совершенствуются или упрощаются, образуют взаимные связи и распадаются. Структуры информационных потоков и структуры социальные, система каналов распределения/ограничения информации и система социальных статусов имеют самую непосредственную связь. В конкретных случаях использование различных коммуникационных технологий для обеспечения связей между отдельными структурными элементами виртуального пространства, особенности взаимодействия структуры и коммуникации могут значительно варьироваться.

Сетевые компьютерные технологии формируют основания для новых форм научной коммуникации, - индивидуальных, групповых и в форме сообществ - в рамках которых особенно актуальна перспектива развития следующих тенденций:

- Возможность формирования в поле сетевой научной коммуникации так называемых «сообществ практики». Сообщество практики или сообщество обмена знаниями - Community of Practice, термин введенный Этьеном Венгером, обозначает общественное образование, члены которого вовлечены в совместную деятельность, искренне заинтересованы в этой деятельности и возможности ее совершенствования, и общение с другими участниками является необходимым условием их сотрудничества. Согласно образному определению самого Венгера, «Сообщества практики — это группы людей, разделяющих интерес или страсть к тому, что они делают и обучающихся, как делать это наилучшим образом, в ходе постоянного взаимодействия» [цит. по Wenger E.

Communities of practice. The Home-page of Etienne Wenger http://www.ewenger.com/theory/index.htm:]. Такие сообщества могут возникать на любом поле. С точки зрения формирования сообществ обмена знаниями в поле профессиональной интеллектуальной и коммуникативной деятельности, распространение и публикация информации приводит к обучению членов всего сообщества. В частности, институционализация научных сообществ предполагает обустройство пространства (реального или виртуального), где ученые могли бы обмениваться результатами своих исследований.

Результатами формирования такого пространства становится распространение информации о результатах научной деятельности, поощрение исследовательской активности, взаимообучение, формирование связей возможного сотрудничества, возможность наблюдать за деятельностью экспертов и возможность обращаться к экспертам за советом и помощью.

- Изменение способов накопления участниками сетевой научной коммуникации «научного капитала». Процессы накопления научного капитала и формирования авторитета в поле науки - в первую очередь следствие коммуникативных процессов.

Неотъемлемой частью научного авторитета является его социальное представление, символическая власть, обеспеченная символическим же аппаратом. Одна из характеристик специфического «научного»

капитала - «имя в сообществе» или концепция visibility — легкость распознавания имени данного участника среди остальных, выделение его из общего фона. Особенности виртуальной коммуникации, в частности, преодоление пространственных и временных ограничений, новые возможности самопрезентации, свободные от «статусных» ограничений «реального» пространства, создают дополнительный канал для формирования visibility, а включение в коммуникативное пространство «сообщества практики» создает дополнительные возможности для экспертизы нового знания.

Шаймарданова Р.Р. (Уфа) Телевидение как средство формирования электорального поведения: социологический анализ В последние десятилетия наблюдается все более растущее проникновение СМИ в политическую сферу, их превращение в один из важнейших средств формирования электорального поведения.

Трансформационные изменения в России привели к появлению новых субъектов политической деятельности с присущими им своими потребностями и интересами.

В связи с этим актуализируется проблема диалога между СМИ и аудиторией. Нарастающий дефицит социального доверия к массмедиа и многим другим политическим институтам можно преодолеть в процессе их конструктивного взаимодействия в интересах населения. В этом плане большая роль отводиться телевидению.

Наиболее ярко влияние телевидения на массовое сознание электората проявляется через информационные технологии.

Телевидение может выступать как средство политического информирования и просвещения электората. Но чаще всего субъекты политической деятельности используют телевидение как инструмент манипуляции для достижения своих целей.

Деятельность различных российских телеканалов постсоветского периода выявляет ряд противоречий, связанных с их становлением, развитием и местом в политической системе.

Проблемы проявляются и в специфике их становления как субъектов политического поля и в особенностях взаимодействия телевидения с другими субъектами политической сферы.. Для современной России, еще только встающей на путь формирования основ демократического правового государства и полноценных институтов гражданского общества очень важно осознание принципа: «государство для человека, а не человек для государства».

Гражданское общество вырастает из чувства социальной ответственности - стремления гражданина самостоятельно, либо в кооперации с другими гражданами брать на себя решение своих и общих проблем, не сваливая их на государство. Социальный прогресс в России невозможен без ответственного гражданского общества, умеющего критиковать и контролировать власть, заставляющего работать ее в своих интересах.

Шебанова А.

А. (Харьков, Украина) Имидж современной семьи сквозь призму кинематографа Семья – уникальный социум. В семье наиболее реально создать обстановку, проникнутую духом бережного, заботливого отношения друг к другу, детям и другим членам семьи. Семья стоит у истоков становления личности и предопределяет, каким быть её физическому и нравственному здоровью. Однако в последние годы наблюдается кризис брачно-семейных отношений. Назревший институциональный кризис семьи объясняется в большей мере девальвацией фамилистических ценностей. Индустриализация семейных функций корпорациями и государством, нападки феминистской идеологии, политическое влияние индивидуализма, заменившего фамилизм, – вот первичные факторы семейного упадка. Таким образом, корни проблемы уходят в ценностное поле человека, которое формируется прежде всего средствами массовой коммуникации:

информационными агентствами, рекламой, прессой, интернетом, телевидением, кино и т.д. Особенно это касается формирования ценностных установок молодежи, от которой и зависит будущее семьи.

Основным транслятором создаваемого имиджа брака и семьи, бесспорно, являются СМИ в целом и кинематограф в частности. В ХХ веке мир стал более зависим от коммуникации, чем это было ранее, и статус социальных институтов, структур, групп населения стал определяться местом, которое они занимают в потоках массовой информации.

Имидж семьи, пропагандируемый в кино, во многом определяет актуальные модели семейного поведения, активно участвует в формировании такого сложного феномена, как мода, создает типизированные образы-эталоны семьи, которые впоследствии сопровождают человека всю его жизнь, оказывая значительное влияние на его мировосприятие. Посредством идентификации и проекции человек неосознанно подражает образам семьи, изображаемым в современном кино.

Имидж семьи рассматривается нами с точки зрения теории массовой коммуникации, когда созданные образы семьи выполняют социальные функции (социальной идентификации, ценностной ориентации). Люди принимают те социальные нормы поведения, которые пропагандируются средствами массовой информации как положительный стереотип образа жизни. Таким образом происходит социализация индивида в соответствии с нормами. Такой подход позволяет четко задать предметное поле работы, а также раскрывает все многообразие имиджевых коммуникаций в кинематографе.

Согласно теории референтных групп, каждый человек ориентируется на определенную группу (или несколько групп), членом которой он может и не являться, но нормы, идеалы и ценности которой воспринимает в качестве образцов, эталонов собственного поведения. И киноиндустрия с удовольствием предоставляет подобные образцы.

Кинематограф советского периода всесторонне подчеркивал важность и значимость семьи как на личностном, так и на общегосударственном уровне. Фильмы 60-70 и начала 80-х годов активно пропагандировали брак, полноценные семьи. Примерами таких фильмов являются «Семья Ивановых» (1975), «По семейным обстоятельствам»(1977), «Суета сует»(1978), «Однажды 20 лет спустя»(1980), «Будьте моим мужем»(1981), «Женатый холостяк»(1983), «Любовь и голуби» (1984).

В период перестройки доминирующее место заняли совсем другие фильмы («Маленькая Вера» (1988),«Авария - дочь мента»(1989)), где транслируются диаметрально противоположные ценности и установки.

В Голливуде наблюдалась обратная ситуация:

кино 1970-1980-х насквозь пропитано духом бунта против родителей и учителей, кинематограф 1990-х уже характеризуется возвратом к консервативной романтике старых семейных ценностей.

На современно киноэкране доминирующую роль по просмотру занимают телесериалы. Отечественные сериалы последних лет изображают женщину, прежде всего, как успешного профессионала, достигающего или достигшего карьерных высот, от чего страдает прежде всего ее личная жизнь, а не семейная. Там же где семья фигурирует в сериале, то на ней негативно отражается занятость мамы, жены, дочери (например, «Тайны следствия», «Татьянин день», «Две судьбы», и др.

) В полнометражных картинах («Любовь-морковь»(2007), «Костяника. Время лета»(2006) «Бедная Саша» (1997), «Ирония Судьбы.Продолжение»(2007)) наблюдается преобладание однодетных/бездетных семей из двух поколений, при этом полные фамилии практически отсутствуют, и не последнюю роль здесь играет настойчиво пропагандируемый имидж самостоятельной («современной») женщины, которая не зависима от мужчины, может сама воспитывать ребенка.

Таким образом, подводя итог, необходимо отметить, что в современной кинематографии:

1. активно пропагандируется модель нуклеарной, малодетной семьи;

2. доминируют такие альтернативные стили жизни, как сожительства и одиночество;

3. формируется толерантное отношение к разводу и воспитанию детей одним родителем;

4. позиционируется феминистический образ женщиныработника конкурентоспособного мужчине, снижается роль матери.



Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 32 |
 

Похожие работы:

«МЕДВЕДЕВА К.С. НАУЧНАЯ ЖИЗНЬ НАУЧНАЯ ЖИЗНЬ DOI: 10.14515/monitoring.2015.5.12 УДК 316.74:2(410) Правильная ссылка на статью: Медведева К.С. О социологии религии в Великобритании. Заметки с конференции // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. 2015. № 5. С. 177For citation: Medvedeva K.S. On sociology of religion in Great Britain. Conference notes // Monitoring of Public Opinion: Economic and Social Changes. 2015. № 5. P.177-182 К.С. МЕДВЕДЕВА О СОЦИОЛОГИИ РЕЛИГИИ...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации ФГАОУ ВО «Белгородский государственный национальный исследовательский университет» Институт управления Кафедра социологии и организации работы с молодежью Российское общество социологов Российское объединение исследователей религии СОЦИОЛОГИЯ РЕЛИГИИ В ОБЩЕСТВЕ ПОЗДНЕГО МОДЕРНА Памяти Ю. Ю. Синелиной Материалы Третьей Международной научной конференции 13 сентября 2013 г. Белгород УДК: 215:172. ББК 86.210. С Редакционная коллегия: С.Д....»

«Министерство образования и науки РФ ФГАОУ ВО «Нижегородский государственный университет им. Н.И. Лобачевского» Национальный исследовательский университет Научно-исследовательский комитет Российского общества социологов «Социология труда» Центр исследований социально-трудовой сферы Социологического института РАН Межрегиональная общественная организация «Академия Гуманитарных Наук»К 100-ЛЕТИЮ НИЖЕГОРОДСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА ИМ. Н.И. ЛОБАЧЕВСКОГО СПЕЦИФИКА ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ...»

«У нас в гостях социологи республики Корея От редакции. Предлагаем нашим читателям познакомиться со статьями корейских коллег – в них содержится много интересного, познавательного, вплоть до возможного применения их выводов и предложений в нашей стране. История Института российских исследований (ИРИ) началась 13 января 1972 г., тогда при Университете иностранных языков Ханкук был основан Центр изучения СССР и стран Восточной Европы. Это было единственное научное учреждение, проводившее анализ...»

«Об итогах проведения секция «Социология» XXII Международной конференции студентов, аспирантов и молодых учёных «Ломоносов -2015» C 13 по 17 апреля 2015 года в Московском государственном университете имени М.В.Ломоносова в 22 раз проходила традиционная Международная научная конференция студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов». Основными целями конференции являются развитие творческой активности студентов, аспирантов и молодых ученых, привлечение их к решению актуальных задач...»

«Геннадий Вас а й сильевич Дыльнов е ло САРАТОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ Н.Г. ЧЕРНЫШЕВСКОГО Социологический факультет МАТЕРИАЛЫ МЕЖДУНАРОДНОЙ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ ДЫЛЬНОВСКИЕ ЧТЕНИЯ «РОССИЙСКАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ: СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ» 12 ФЕВРАЛЯ 2015 ГОДА ИЗДАТЕЛЬСТВО «САРАТОВСКИЙ ИСТОЧНИК» УДК 316.3 (470+571)(082) ББК 60.5 я43 М34 М 34 Материалы научно-практической конференции Дыльновские чтения «Российская идентичность: состояние и перспективы»: Саратов: Издательство...»

«УДК 316.3/ ББК 60. Ф 3 Ответственный редактор: Президент Ассоциации социологов Казахстана, доктор социологических наук, профессор М.М. Тажин Редакционная коллегия: Исполнительный директор Фонда Первого Президента РК Б.Б. Мухамеджанов (председатель) Доктор социологических наук, профессор С.Т. Сейдуманов Доктор социологических наук, профессор З.К. Шаукенова Доктор социологических наук, профессор Г.С. Абдирайымова Доктор социологических наук, доцент С.А. Коновалов Кандидат социологических наук...»

«ФОНД ПЕРВОГО ПРЕЗИДЕНТА РЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН СОВЕТ МОЛОДЫХ УЧЕНЫХ ИННОВАЦИОННОЕ РАЗВИТИЕ И ВОСТРЕБОВАННОСТЬ НАУКИ В СОВРЕМЕННОМ КАЗАХСТАНЕ III Международная научная конференция Сборник статей (часть 1) Общественные и гуманитарные науки Алматы – 2009 УДК 001:37 ББК 72.4:74. И 6 ОТВЕТСТВЕННЫЙ РЕДАКТОР: МУХАМЕДЖАНОВ Б.Г. – Исполнительный директор ОФ «Фонд Первого Президента Республики Казахстан» АБДИРАЙЫМОВА Г.С. – Председатель Совета молодых ученых при Фонде Первого Президента, доктор...»

«частный фонд «фонд первого президента республики казахстан – лидера нации» совет молодых ученых инновационное развитие и востребованность науки в современном казахстане V международная научная конференция сборник статей (часть 2) общественные и гуманитарные науки алматы УДК 001 ББК 73 И 6 ответственный редактор: мухамедЖанов б.г. Исполнительный директор ЧФ «Фонд Первого Президента Республики Казахстан – Лидера Нации» абдирайымова г.с. Председатель Совета молодых ученых при ЧФ «Фонд Первого...»

«СБОРНИК НАУЧНЫХ ТРУДОВ КОНФЕРЕНЦИИ СБОРНИК НАУЧНЫХ ТРУДОВ КОНФЕРЕНЦИИ УДК 316. ББК 71.05 Д4 Издано по заказу Комитета по науке и высшей школе Редакционная коллегия: доктор социологических наук, профессор Я. А. Маргулян кандидат социологических наук, доцент Г. К. Пуринова кандидат филологических наук, доцент Е. М. Меркулова Диалог культур — 2010: наука в обществе знания: сборник научных трудов Д международной научно-практической конференции. — СПб.: Издательство Санкт-Петербургской академии...»







 
2016 www.konf.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, диссертации, конференции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.