WWW.KONF.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Авторефераты, диссертации, конференции
 


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 33 |

«К 100-ЛЕТИЮ НИЖЕГОРОДСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА ИМ. Н.И. ЛОБАЧЕВСКОГО СПЕЦИФИКА ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СОЦИАЛЬНЫХ РАБОТНИКОВ Нижний Новгород –– 2015 УДК 3 ББК 60.5 С71 ...»

-- [ Страница 4 ] --

И, наконец, последнее, но очень важное. Осознана необходимость соблюдать уважительное отношение к работнику. Давать даже самые срочные задания в вежливом тоне, исключая использования «командного голоса». Особенно это важно при работе с персоналом, где преобладают женщины.

Все эти управленческие инновации оказались достаточно эффективными.

В течение несколько лет на крупных фирмах удалось сформировать у значительной части работников заинтересованное отношение к успеху своего предприятия и его деятельности. Удалось привлечь их к творческому участию в развитии производства и пробудить мотивацию повышения качества трудовой деятельности.

Формирование нового отношения работников к своему предприятию тщательно контролировалось и контролируется сейчас путем опроса. Так, например, ежегодно проводятся выборочные опросы во всех странах, входящих в Евросоюз. При этом оценивается «включенность работников в деятельность своего предприятия». Это общее понятие имеет две составляющих: «преданность предприятию» и «идентификация с деятельностью предприятия» [1, 2].

Под «преданностью» понимается высокая степень удовлетворенности работой на предприятии и отсутствие желания его покинуть. Под «идентификацией» подразумевается признание значимости для себя целей и задач предприятия и готовность содействовать его успеху, если возникнет необходимость, причем даже без какого-либо дополнительного вознаграждения.

В нашем распоряжении есть результаты оценки состояния показателей, о которых мы здесь говорим, по всем странам Евросоюза в целом за 2006 г. (в процентах к общему числу вошедших в выборку работников).

Доля работников, «преданных предприятию»………………….....70,0.

Доля работников, «идентифицированных с предприятием»…..51,0 [2].

66 Эти цифры свидетельствуют о высокой организационной культуре трудовой деятельности на предприятиях Европейских стран.

Более подробно с методиками можно познакомиться в статье Б.Г. Тукумцева и с В.Ю. Бочарова «Новые требования к работнику промышленного производства в условиях современной модернизации (социологический анализ) в журнале Телескоп 2015 г. № 4. Эту статью можно найти также на Сайте Центра исследований социально-трудовой сферы СИ РАН Санкт-Петербург [3].

Хотелось бы выразить надежду, что описанные здесь опыт и идеи, направленные на преодоление последствий отчуждения работников наемного труда от своей трудовой деятельности, привлекут внимание руководителей и исследователей сферы социальной работы. Это могло бы положить начало разработке программ формирования новой культуры деятельности сотрудников сферы социальной работы, предусматривающей объединение усилий и руководителей, и персонала для повышение качества их деятельности.

Литература Рольф Ван Дик. Преданность и идентификация с организацией / пер. с нем.

1.

– Харьков: Изд-во Институт прикладной психологии «Гуманитарный Центр», 2006. 142 с.

Майтленд Р. Преданность работников в Европе: характеристики, причины 2.

и последствия // Персонал Микс. 2003. № 4.

Тукумцев Б.Г., Бочаров В.Ю. Новые требования к работнику промышленного производства в условиях современной модернизации [Электронный ресурс] // Телескоп. 2012. №4. URL: http://www.socinst.ru/labour. (Дата обращения 02.09.2015).

СЕКЦИЯ 1

НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЕ НАПРАВЛЕНИЯ

РАЗВИТИЯ ТЕОРИИ СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЫ

ДОКЛАДЫ

–  –  –

Вопросы социальной поддержки населения являются важными для правительства любого государства. Авторы статьи анализируют механизмы такой помощи в США на примере крупнейшего мегаполиса – города Нью-Йорка. Раскрываются различные виды работы с многочисленными категориями людей, нуждающихся в материальной и иной помощи со стороны государства.

Questions of social support of population are important for the government of any state. The authors analyze the mechanisms of such assistance in the U.S. for example, the largest metropolis of the city of New York. The authors describe arious types of work with numerous categories of people needing financial and other assistance from the state.

Ключевые слова: Социальная работа, социальные службы, социальные программы, жертвы домашнего насилия, продуктовые талоны, медицинская страховка.

Keywords: Social work, social services, social programs, victims of domestic violence, food stamps, medical insurance.

Сегодня вопросы социальной поддержки населения являются важными для правительства любого государства. Но так было не всегда. Если говорить о 68 Соединенных Штатах, то еще в начале прошлого века эта тема не поднималась вообще, хотя некоторая помощь оказывалась через благотворительную деятельность частных лиц, религиозные организации. В к. XIX нач. XX вв. ряд стран, в том числе Германия, Франция, Британия и Швеция, начали вводить финансируемые и управляемые правительством программы социального обеспечения граждан. В США ничего подобного не происходило. Как заметил о Соединенных Штатах того периода один автор, «Бедным в их нужде здесь не помогает никто». Никто не помогал им, потому что большинство американцев разделяли убеждение Президента Кливленда: «Хотя народ обязан с энтузиазмом поддерживать свое правительство... в его (правительства) функции отнюдь не входит содержать народ». [1] До 1930-х гг. подобный подход превалировал в Америке, и федеральное правительство никакой помощи бедным и нуждающимся не оказывало. В богатейшей стране США до конца 20-х гг. ХХ в. неимущие и безработные люди ни в чем не могли рассчитывать на помощь государства. Лишь после тяжелейшего периода, получившего название Великой Депрессии, и во многом благодаря политике выдающегося американского президента Франклина Делано Рузвельта появилось новое направление внутренней политики – государственная поддержка бедных людей [2].

Организация социальной поддержки семьи является неотъемлемой частью социальной политики современного государства. В большинстве развитых стран социальная защита основана на принципах солидарности и совместного участия граждан в ее финансировании, главным образом через уплату налогов.

Она включает систему социальных гарантий, в числе которых семейные пособия и другие виды поддержки семей в таких жизненных ситуациях, как рождение и воспитание детей, потеря работы или трудоспособности главой семьи, отсутствие одного из родителей. [3] В настоящий момент конкретная работа в данном направлении ведется на уровне местной власти, этими проблемами занимается администрация городов.

Так, в Нью-Йорке, как впрочем и во всех других городах Соединенных Штатов Америки [1], существует специальная организация, на которую возложена социальная работа по ряду важнейших направлений социальной политики государства.

15 августа 1966 г. Специальным Указом номер 28 (Executive Order N 28) была создана Администрация по управлению кадрами – Human Resource Administration (HRA). Она стала самым крупным объединением при руководстве мэра города Джона Линдси, созданным для улучшения и интеграции социальных служб города. Кроме HRA туда вошло агентство по кадрам и развитию карьеры, агентство по делам молодежи, агентство по развитию общественных организаций и агентство помощи нарко- и алкозависимым.

В современных США существует развитая система социальной работы с населением, в рамках которой ключевыми направлениями являются трудоустройство и финансовая помощь определенным категориям людей. В администрации города Нью-Йорка существует департамент кадров и социальных услуг (сокращенно HRA|DSS), который помогает отдельным людям и целым семьям добиться финансовой независимости и оказывает помощь в удовлетворении основных жизненных потребностей: в жилище, питании и других бытовых нуждах. Значительная часть американских семей с детьми не может обеспечить себя жильем. В стране действует несколько жилищных программ, которые предоставляют нуждающимся социальное жилье в специально строящихся для этого домах, а также субсидии на покупку или строительство собственного жилища, на аренду жилья. Службой HRA|DSS охвачено более трех миллионов ньюйоркцев, что составляет значительный процент от общего числа постоянно проживающих в городе. HRA|DSS предлагает различные социальные программы и услуги, включая временную помощь в виде наличных денег, продуктовых талонов, медицинскую страховку, помощь в быту престарелым и инвалидам, а также жертвам домашнего насилия. Существует отдельная программа помощи больным СПИДом и программа взыскания алиментов на детей.

В данной службе существует несколько подразделений, каждое из которых имеет свою специфику деятельности и компетенцию. Начнем со службы adult protected servis (APS), которая занимается поддержкой людей с умственной и физической инвалидностью. Особое внимание к этой категории вызвано тем, что они легко могут стать жертвами разного рода мошенников, так как сами не могут защитить себя и свои интересы вследствие своих болезней. На программу поддержки Adult Protected Servis (APS) имеют право люди, во-первых, достигшие 18 лет (для детей существует отдельная программа), во-вторых, в силу своей болезни не могут правильно рассчитывать свои возможности и защитить себя от физического и ментального насилия, эксплуатации и преступного бездействия окружающих, в-третьих, не имеют никого, кто бы мог или хотел им помочь. Сейчас эта программа имеется в каждом районе города Нью Йорка, а в крупнейшем районе города – Манхеттене даже два офиса APS.

Следующая программа, пожалуй, самая популярная среди безработного населения и самая привлекательная для неимущих граждан – это cash assistance, т.е. помощь наличными деньгами. Эти средства могут быть потрачены на оплату жилья, электроэнергии и наличные на необходимые нужды (например прачечная, парикмахерская, химчистка, одежда, обувь, бытовые принадлежности.) 70 Малоимущие люди могут иметь право на продовольственные талоны и медицинскую страховку. Право на участие в данной программе возникает при наличии следующих оснований: уровень постоянного дохода, наличное имущество, счет в банке, состав семьи и наличие или отсутствие законного статуса пребывания в США. Для соответствия этой программе обычно требуется, чтобы лицо было уже работающим где-либо или обучающимся в каком-либо учебном заведении. Если же претендент не работает и не учится, служба сама направляет его на программы, которые помогают научиться найти работу. Там его обучают, как правильно составить резюме, как использовать компьютер и иные навыки при поиске работы, как правильно наниматься на работу, как правильно одеваться при встрече с работодателем и многое другое, что минимально необходимо знать для трудоустройства. Эти программы носят название «business link and back to work». Если человек работает, но имеет очень низкую зарплату или неполный рабочий день и низкий доход, то он также имеет право на эту социальную поддержку.

Молодым людям без диплома о среднем образовании программа предлагает ускоренные курсы для получения среднего школьного образования. В настоящее время совершенно необходимо иметь среднее образование для получения практически любой работы, даже неквалифицированной. Если молодые люди хотят учиться дальше или уже учатся в колледже, они должны принести соответствующие подтверждающие учебу документы, и тогда они также получают наличные деньги. Третья категория не учащиеся и не работающие по причине временного заболевания тоже могут рассчитывать на эту поддержку, но при этом их временная нетрудоспособность, препятствующая и работе, и учебе, должна быть удостоверена специальной службой. Кроме того, право на эту программу имеют алкоголики и наркоманы, которые проходят реабилитацию и лечение или намерены пройти эту реабилитацию, для чего тоже существуют специальные службы и программы.

Еще один вид социальной помощи, установленный законодательством города Нью-Йорка, – это разовая помощь в случае непредвиденных обстоятельств (emergency assistance – срочная помощь). В основном это случаи накопления большой задолженности в оплате электроэнергии или по квартплате в том случае, если это грозит выселением из арендованной квартиры. Однако, не во всех случаях желающие имеют право получить такую помощь, в определенных ситуациях им может быть отказано.

Частью программы социальной поддержки населения является child support enforcement, или взыскание с неплательщика алиментов на детей. Мать или отец, которые в одиночку воспитывают ребенка, при подаче на программу направляются в обязательном порядке в офис OSCE на собеседование. Право на получения такой поддержки имеют только те матери/отцы-одиночки, которые не имеют материальной помощи от другого родителя.

Следующая категория социально уязвимых граждан – «жертвы домашнего насилия» – domestic violence support. Под термином «домашнее насилие» закон подразумевает не только физическое насилие, но и ментальное. Под таким видом насилия понимается принуждение к сексуальным отношениям, когда желание не является взаимным, принуждение к нежелательным формам сексуального контакта, угроза причинения вреда самой женщине, ее детям, близким.

Сюда же относится постоянная критика и оскорбления, навязчивая слежка за личной жизнью или попытка контролировать поведение иным способом (проверка почтовых сообщений, телефонных переговоров, обыск личных вещей, постоянное подслушивание, подглядывание и прочее). Такие люди, обычно женщины, также нуждаются в защите и поддержке со стороны государства.

Они могут получить временное жилье для себя и своих детей, бесплатную помощь адвоката, направление в другие организации социальной защиты, где им окажут материальную поддержку. Телефон данной службы работает круглосуточно.

Существует также отдельная горячая линия телефона для геев и лесбиянок, которые оказались жертвами домашнего насилия. Они могут обращаться как в службу по общей горячей линии, так и по своей отдельной телефонной линии, где с ними общаются специалисты, знакомые с их проблемами.

В работе администрации города Нью-Йорка есть специальная программа «

Защита от мошенников». Она является своеобразной программой защиты самой социальной службы от мошенников, которые пытаются использовать службу в своих корыстных интересах. Именно для того, что бы обезопасить проект от мошеннических действий со стороны недобросовестных лиц, была разработана и успешно реализуется эта специальная программа. Данное подразделение включает в себя три отдела: общий отдел по расследованию, отдел по расследованию медицинского мошенничества и отдел по взысканию убытков, причиненных этим мошенничеством. Причем объектами расследования являются не только клиенты службы, но и врачи, фармацевты и медицинские учреждения. Особенно часто предметом расследования являются мошеннические действия врачей в сговоре с клиентом службы для получения денежных компенсаций за лечение якобы больного. При обнаружении подобной схемы махинаций отдел по расследованию передает информацию в прокуратуру для изучения всех обстоятельств и последующей передаче дела в суд.

Одна из самых главных программ называется SNAP – обеспечение продуктовыми талонами на питание. Их размер установлен около 200 долларов на человека в месяц, талон также дает возможность бесплатного питания горячими блюдами в коммунальной кухне. Отметим особо, что на эти продуктовые талоны нельзя купить алкоголь, сигареты или сходить в кафе. В настоящее время этой программой пользуется почти два миллиона жителей города с низкими доходами. Это очень большое число жителей города, причем не только граждан США. Для участников этой программы выдаются специальные пластиковые карты, на которые ежемесячно зачисляются эти суммы.

Еще одним важным направлением социальной работы является забота об одиноких престарелых и больных – «home «care». Эта программы была организована, чтобы помогать престарелым, а также людям, имеющим инвалидность.

Она включает не только медицинскую помощь, но и не медицинскую, бытовую помощь. Социальные работники регулярно посещают таких больных и помогают им организовать свою бытовую жизнь, в частности, делают перевязки, помогают в купании, пользовании туалетом, в покупках, уборке, стирке, приготовлении пищи. Если у престарелого и одинокого человека нет родственников, которые могли бы за ним ухаживать, это делают работники социальной службы города.

В компетенции данной службы имеется еще одно направление – помощь людям, заболевшим СПИДом, – HASA.

Данная служба помогает больным вести более здоровую и независимую жизнь, т.е. помогает им с жильем, уплатой квартплаты, с питанием, участием в разных социальных программах, с лечением, собрать документы для подачи на пенсию по инвалидности, в поисках работы. К каждому прикрепляется свой социальный работник. Центры HАСА находятся во всех пяти районах Нью-Йорка. Эта Служба HАСА существует в США с 1980-х гг. как реакция американского правительства на разразившуюся в стране в те годы эпидемию СПИДа. В июне 1985 г. HRA организовала специальный отдел финансовой помощи больным СПИДом (DASIS). В 2000 г. это агентство было переименовано в HASA, и в настоящее время оно оказывает широкий спектр финансовых и других услуг больным спидом (жилищные проблемы, психологическую поддержку и т.д.).

Еще одно направление социальной деятельности – WeCARE. Эта программа рассчитана на заботу о людях с медицинскими проблемами. Речь идет о комплексной помощи людям, у которых имеются физические и психические проблемы, не позволяющие им самостоятельно устраивать свою жизнь, и не имеющих близких людей, которые могли бы их опекать. Этим гражданам социальная служба города предоставляет различные услуги. Эта программа доступна людям лишь при наличии специального направления, выданного HRA после изучения ситуации и собеседования с претендентом. Программа WeCARE помогает получить лечение, помощь в разрешении юридических и семейных проблем, помощь в подаче заявления на получение пособия по инвалидности. Также программа помогает добиться некоторой физической и психической стабильности, чтобы человек мог устроиться на работу.

В 1996 г. президент Билл Клинтон издал закон О персональной ответственности и возможности трудоустройства", – «Personal Responsibility and Work Opportunity Reconciliation Act – (PRWORA)». Этот закон явился крупнейшим изменением в законодательстве страны с момента подписания Закона о социальном страховании " в 1935 г. Он был характеризован как конец велфера в привычном понимание этого термина. То, что раньше было известно как «Закон о помощи семьям с детьми» – «Aid to families with dependent childrenAFDS)» стало «Законом о временной поддержки нуждающимся семьям» – «Temporary Assistance to Needy Families(TANF)» [4]. TANF установил 5-летний в течение жизни срок получения пособия. Идея временности стала основополагающей. Новый закон сделал акцент на первостепенности идеи самой работы, а не помощи, связанной с ее отсутствием [3]. В отличие от других развитых стран, в Соединенных Штатах Америки социальная политика строится на том, что основная ответственность за личное благополучие гражданина лежит на нем самом. Только тот, кто не в состоянии прокормить себя и свою семью, может рассчитывать на поддержку государства, общины или этнической группы.

Государство берет на себя обязательства помогать лишь отдельным, наиболее уязвимым, категориям населения, оказавшимся в крайней нужде [5]. Такой подход к социальной политике в известной степени обусловлен национальными особенностями страны, в числе которых: огромные размеры и федеративное устройство; пестрый этнический и расовый состав; индивидуализм как национальная черта характера. Принятый штатом Нью-Йорк Акт о реформе велфера" – «Welfare Reform Act (WRA)» в 1997 г. подчеркнул важность перехода с государственной помощи на временную поддержку, необходимую до обретения финансовой независимости через трудоустройство. В 1996 г. центры финансовой поддержки стали переименовываться в рабочие центры.

Помимо вышеназванных крупных программ социальной помощи существует еще множество мелких, роль которых в масштабах страны весьма незначительна. В их числе программа Хэдстарт, подчиненная Управлению по делам детей и семей Министерства здравоохранения. Цель ее – обеспечить полноценное развитие и подготовку к школе детей из бедных семей. Она предусматривает предоставление ряда медицинских и образовательных услуг детям до 5 лет и их семьям, а также беременным женщинам. Для оказания услуг по программе предоставляются гранты государственным и частным коммерческим и некоммерческим организациям. Помимо бюджетного финансирования привлекаются также средства благотворительных фондов и церкви. Количество детей, охваченных этой программой, составляет всего 907 тыс., при том, что в работе по ней занято 213 тыс.

оплачиваемых сотрудников и 1 млн. 360 тыс. волонтеров [6].

Таким образом, в современных США имеется разветвленная система социальной поддержки бедной части населения [7], которая позволяет большому количеству людей иметь более или менее нормальные условия жизни и перспективу на ее улучшение.

Литература Ричард Поуэлек. Система социального обеспечения в Америке. [Электронный ресурс] Доступ через http://www.infousa.ru/society/socialsec.htm. Дата обращения 25.09.2003.

Гуськов Д. Политика нового курса Франклина Делано Рузвельта в начале 2.

великой депрессии. // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики №3 (53). С. 43-46.

Войтенкова Г.Ф., Лебедева Е.В. Социальная поддержка семей с детьми в 3.

США // Народонаселение. 2007. №4. С. 94-106.

4. U.S Department of Health and Human Services. 2012. "TANF FY 2014 Budget." Accessed 12/2/2014 from https:/ Temporary Assistance for Needy Families 2010/www.acf.hhs.gov/sites/default/files/olab/sec3i_tanf_2014cj.pdf

5. Peterson J. Welfare Reform and Inequality: the TANF and UI Programs//Journal of Economic Issues. Lincoln (Neb.). Vol. 34. 2000. No 2. P. 517-526.

6. http://www.acf.hhs.gov/programs/hsb/research/2006.htm

7. http://www.nyc4all.com/ru/social

–  –  –

Предлагается ветхозаветное и талмудическое видение реализации социальной функции государства на примере еврейских общин, проживающих на территории чуждых народов. Состояние, условно именуемое «государство в государстве», придает данным общинам автономию, свойственную государству при самостоятельном решении подобных вопросов.

The article brings forward the Old Testament’s and Talmudic view of realization of the social capacity of a State as exemplified in Jewish communities residing on territories belonging to other nations. The status conventionally called a state within a state imparts those communities a State’s inherent autonomy while dealing with social tasks.

Ключевые слова: социальная функция, еврейская община, социальная солидарность, общественно-полезные обязанности.

Keywords: social capacity, Jewish community, social solidarity, public-spirited duties.

Социальная функция является одной из основных в древневосточной традиции государственности наряду с защитной и воспитательной. Спецификой иудейского учения является коллективный характер решения вопросов социального обеспечения, реализованный на практике еврейскими общинами в период рассеяния на территории государств с чуждой культурой и вероисповеданием. Этим и привлекателен опыт иудейской теории, что зафиксированные в первоисточниках предложения затрагивают проблему гармонизации в едином сообществе групп индивидов с разными религиозными, идеологическими, культурными и иными запросами.

Идея формирования и поддержания социальной солидарности не только внутри общины евреев, но и в международном сообществе, а также в обществах, характеризующихся плюрализмом культурных традиций, проходит через всю иудейскую литературу, начиная с ветхозаветной, устанавливающей условия сосуществования еврейского коллектива с другими социальными группами в библейском государстве. В дальнейшем эта проблема получает развитие в раввинистических источниках, которые воссоздают еврейское ветхозаветное прошлое и мессианское будущее без ссылок на какую-либо существующую иудейскую государственность.

Предписываемая законом общественная солидарность обусловлена двумя взаимосвязанными принципами: «любить ближнего, как самого себя» (Левит 19:18) и наказывать злодеев (Псалмы 139:9-12).

Конкретизируется обязанность совершать социально полезные действия: посещение больных, утешение скорбящих, участие в похоронах, материальная помощь нуждающимся и пр. Некоторые из добровольных актов настолько необычны, что являются обязательными только для членов сообщества, связавших себя договором: предоставление безвозмездных займов, выкуп заложников, прощение долгов на седьмой год, особые формы благотворительности и много другое. Некоторые объекты любви не подпадают под общее требование взаимной любви. Так, недостаточно просто испытывать любовь к обездоленным, так как последние нуждаются еще и в особой защите и помощи [1]. Аналогично прописаны и проявления общественного неприятия. Общественные связи иудеев должны проявляться не только в любви и взаимопомощи, но и в единодушном порицании злодеяний. Неприемлемо простирать поддержку социума на недостойный объект, хотя для этого он должен сперва проявить себя таковым. В обществе, обусловленном всеобщим повиновением Закону, недостойными считаются упорствующие грешники, еретики вероотступники, всем своим поведением отвергающие авторитет закона [2]. Упорствующих отступников больше не связывают с обществом «членские узы», они не могут в дальнейшем рассчитывать на защиту, гарантированную общественным договором. Контакты с ними, включая браки, запрещены.

По справедливому мнению С. Ласт-Стоун, общественная солидарность, связанная с идеей договора, фигурирует в Ветхом Завете в описании отношений иудеев с неевреями [3, p. 12]. Последних Библия делит на три группы: язычники, пришельцы и поселенцы. Иудеям запрещено вступать в какие-либо формы общения с язычниками-идолопоклонниками, так как идолопоклонство воспринимается не только как абсолютная ложь, но и как нравственная деградация.

Ветхий Завет предписывает сообществу (и этот призыв многократно повторяется в священном тексте) очистить территорию от идолопоклонства и идолопоклонников.

С другой стороны, Библия наставляет: 1) любить пришельца как самого себя (Левит 19:33-34); 2) обеспечить равенство перед законом как для иудеев, так и для пришельцев (Исход 12:49); 3) оказывать помощь пришельцу:

Левит 23:22; Второзаконие 24:19-21. В оригинале текста Ветхого Завета (ТаНаХе) для обозначения пришельца используется слово «гер» – индивид нееврейского происхождения, соседствующий с иудеями, принявший еврейскую политическую власть и соблюдающий основные (но не все) предписания Закона, полученного благодаря договору с Богом. При этом пришелец ограничивается в политических и имущественных правах. Пришелец не получает земельного надела в отличие от представителей израильских колен, что относит его к разряду малоимущих, а, следовательно, к слоям населения, наиболее нуждающимся в проявлении общественной солидарности и благотворительности (Второзаконие 10:18).

Обращает на себя внимание, отмечает С. Ласт-Стоун, отсутствие библейской модели какого-либо назначения ответственными за благосостояние членов коллектива частных или общинных учреждений. Общинные органы управления впервые проявляются в талмудический период. Согласно Талмуду, горожане как участники единого легализованного организма (юридического лица) совместно реализовывали общественные потребности в синагоге, школах, ритуальной службе и полицейской защите. Они также организовывали подобие профсоюзов, наделенных правом установления мер и весов, цен и размера заработной платы. Средневековые kehilot (общины) создавали представительные органы, издававшие нормы в пределах своей компетенции и в интересах членов кагаля. Общинные органы устанавливали налоги и распределяли бремя выплаты налогов, устанавливаемых страной обитания, между общинниками в зависимости от размера дохода последних и уровня их благосостояния.

Наиболее ярким недостатком иудейской традиции, отмеченным С. Ласт-Стоун, является отсутствие модели, позволяющей, изживая социальную дискриминацию, предоставить равные права всему населению.

Ветхозаветное увещевание использовать одинаковые нормы для иудеев и пришельцев оказалось неосуществимым, ввиду ограничений, налагаемых талмудической и позднесредневековой юриспруденцией на поселенцев. И, хотя некоторые раввинистические источники предлагают рациональные решения данной проблемы, они тоже не универсальны. Самым распространенным является традиционный раввинистический метод, использующий различные толковательные техники и анализ казусов. Такие методы часто сопровождаются глубинными изменениями менталитета, выражающимися в пересмотре целесообразности и правильности тех или иных институтов.

С. Ласт-Стоун приводит в качестве примера отмену рабства, вызванную глубоким отвращением к данному явлению и обоснованную при помощи различных толковательных приемов [3, p. 29].

Профессор Н.Дж. Зохар в своем труде «Гражданское общество и государство» рассуждает о том, что статус автономной еврейской общины сопоставим с понятием «государство в государстве» [4, p. 35], особенно в те времена, когда она (община) пользовалась большей самостоятельностью и властью над своими членами. С этим можно было бы согласиться, учитывая, какая часть общественно важных вопросов решалась централизованно, а какая была передана различным общественным организациям.

В Талмуде населенный пункт предстает как некий огромный двор при доме, жители которого нуждаются в более продуманной защите, характеризующейся не только возведением стен, но и упорядоченностью жизни, распределением родов деятельности, основанной на разработке четких правил общежития, в которых делается попытка сочетать потребности индивида с интересами 78 коллектива [5]. Принадлежность к населению определенного города предполагает участие горожан в производстве материальных благ для обеспечения существования поселения. В эти отношения оказываются вовлеченными как исконные представители общины, так и присоединившиеся к ним [4, p. 39-42].

Между тем, все ранее изложенное явно относится к объединению индивидов в «формате» общины, гражданского общества, или «договорного» сообщества, но прямо не связано с государством. Есть несколько объяснений этого:

1) перечисленные в Ветхом Завете и Талмуде увещевания адресованы людям, пребывающим в преддверии создания государства либо уже утратившим его; 2) пытаясь создать определенный социальный порядок внутри небольшого объединения, индивиды приобретают навыки, которые им обязательно пригодятся в государственном общении.

Литература Goodman Lenn Evan. Maimonides’ Philosophy of Law // Jewish Law Annual/1.

1.

1978. P. 88-89.

2. Morell Samuel. The Halachic Status of Non-Halachic Jews // Judaism 18, nо. 4 (1969). P. 448-457.

3. Last Stone, Susan. Judaism and Civil Society // Law, Politics and Morality in Judaism. – Princeton University Press, 2006.

4. Zohar N.J. Civil Society and Government // Law, Politics and Morality in Judaism. – Princeton University Press, 2006.

Бава Батра. Глава I // Талмуд. Критич. пер. Н. Переферковича. М.: Издатель 5.

Л. Городецкий, 2007. Т. IV. С. 158-162.

–  –  –

Анализируется статус профессии социального работника в социальноисторическом и культурном контексте. Показывается многовариантность и противоречивость этого процесса. Делается вывод, что социальная работа может быть источником новой духовной мотивации, которая обогащает общую культуру.

The article analyzes the status of the social work profession in the sociohistorical and cultural context. Is shown multi-variant and contradictions of the process. It concludes that social work can be a source of new spiritual motivation, which enriches the general culture.

Ключевые слова: социальная работа, культура, личность, духовный мотив.

Keywords: social work, culture, personality, spiritual motive.

Профессия социального работника является принципиально новой, но с глубокими историческими корнями в культуре. Внешне его деятельность часто малопривлекательна, так как связана с решением бытовых и текущих социальных вопросов людей, которые не могут сами их решить, поэтому нуждаются в помощи. И все же своими принципами и определенными тенденциями эта профессиональная деятельность устремлена в будущее. Таким образом, профессия социального работника внутренне противоречива и динамична. Попробую кратко развить этот тезис.

Новизна рассматриваемой профессии в том, что речь идет о формировании социальной культуры нового типа, то есть такой культуры, в которой социальные отношения и взаимосвязи формируются, воспроизводятся и развиваются самим человеком. Но поскольку новая социальная культура еще достаточно новая, погружена в решение злободневных проблем с использованием ресурсов различных сфер общества, то в полной мере она еще не проявила своей специфики и своего потенциала. За обыденными образами социальной работы мы часто не можем разглядеть ее действительного исторического социокультурного смысла.

Социальная работа представляется то неким приложением к экономической сфере для решения проблем нуждающихся социальных групп; то видится она своеобразным «ослабленным» продолжением социальной политики, в которой социальные работник выполняют функцию посредника между государством и гражданским обществом. Кто-то в социальном работнике видит практикующего психолога. А для кого-то социальная работа тождественна на практике реализованному гуманизму, альтруизму, благотворительности, филантропии и милосердию сразу или каждому из этих элементов в отдельности, поэтому ее историю насчитывают сотнями лет и она, как правило, идеализируется. В 80 стремлении к интеграции всего и вся или к теоретическому компромиссу между идеями различных социально-гуманитарных наук социальную работу нередко представляют в качестве универсальной социальной деятельности, в качестве основы теории и метода которой видится принцип междисциплинарности.

Тогда социальная работа становится близкой по смыслу с педагогической деятельностью (социальной педагогикой), призванной воспитывать личность, формировать ее субъектные качества и свойства.

Существуют и другие, хорошо известные аспекты социальной работы. И все же важно обратить внимание на ее историческую специфику в целом, увидеть в ней культурное своеобразие, выявить ее новый духовный потенциал.

Ведь нередко дело представляется таким образом, что социальная работа никакого отношения к культуре не имеет, поскольку в качестве клиентов социальной работы выступают лишь девианты, дезадаптанты, маргиналы, преступники и прочие деструктивные по отношению к культуре социальные категории лиц.

Или социальную работу связывают только с культурой постмодернизма, в которой социальная реальность рассматривается как нечто локально существующее и постоянно ускользающее из поля зрения науки: остается один дискурс, с помощью которого, якобы, можно, если постараться и если есть соответствующий писательский талант, уловить в сети «плотного» гипертекста «взбунтовавшее» социальное бытие, от которого страдают клиенты социальных работников. Тогда, действительно, фигура социального работника вырастает до масштабов единственного спасителя человечества, в исторического мессию, который призван, при отсутствии эффективных и целостных социальных систем, прикрыть их «своим телом». Или, как говорится, «накормить всех одним хлебом». Но научному познанию такая фигура, якобы, недоступна.

Возникает вопрос: откуда взяться таким людям, если не чудом? Какой такой социальный институт может сформировать качества социального работника, которыми он должен компенсировать существующую социальную ущербность и восстановить утраченную целостность человека в своем клиенте?

Ответ на этот вопрос можно найти, если мы будем исходить из того, что социальная работа вызвана определенным этапом в развитии общества и культуры, то есть имеет социокультурную природу.

Но, возникнув на основе определенных исторических предпосылок, социальная работа в настоящее время еще не сформировалась в самостоятельный институт. Он имеет свою специфику, свою особую систему видов деятельности, но еще не развернутую, поэтому их характер латентно присутствует в тех видах деятельности, которые существовали в прошлом или существуют в различных сферах общества как не относящиеся к социальной работе. Ведь не случайно же, что до сих пор идет скрытая дискуссия о том, как называть этот новый вид социальной деятельности. Кто-то считает, что нужно было назвать «социальной заботой», а кто-то – «социальной услугой». В последнее время клиенты стали участниками «социального контракта» и рождается «социальный бизнес».

И все же специфика социальной работы как новой профессии определяется не только и не столько видами деятельности и тем, как мы их назовем, сколько характером самой деятельности социального работника, его отношением к клиенту. Иначе говоря, теми параметрами, которыми социальная работа вписывается в систему культуры, и теми средствами культуры, которые позволяют ей успешно воспроизводиться как специфическому виду деятельности, а клиенту восстановить свой социальный статус. Социальный работник может использовать старые и всем известные виды деятельности (труд, игра, общение, помощь и т.д.), но в новом социокультурном контексте, с новым духовным наполнением.

С этой точки зрения, социальная работа в определенной мере продолжает линию развития культуры, связанную с милосердием, благотворительностью, меценатством и волонтерством. Следуя этой логике, истоки социальной работы можно найти в такой седой древности, что любой другой социальный институт (семья, государство, право и др.) покажется младенцем. Так и происходит в отечественной историографии, на основании которой социальные работники отмечают свою многовековую родословную. Все-таки социальная работа есть принципиально новый вид деятельности, которого не было в прошлом. Хотя совершенно нового не бывает так, чтобы нельзя было найти определенные предпосылки нового в прошлом, в том числе и духовные.

Однако существует другой, социокультурный подход к раскрытию природы социальной работы, который позволяет по-новому взглянуть на профессиональный статус социального работника. С этой точки зрения, давно обсуждается вопрос: социальная работа — это призвание или профессия? Вполне понятно, что отвечать на этот вопрос можно по-разному, но предпочтительным считается тот ответ, в котором социальная работа рассматривается и как призвание, и как профессия. Возразить против этого нечего.

Однако это утверждение имеет слишком общий и односторонний характер. Почему, собственно говоря, нужно говорить только о призвании и профессии? Лишь потому, что так вопрос ставил сто лет назад М. Вебер в работах «Политика как призвание и профессия» и «Наука как призвание и профессия»?

К тому же данный вопрос можно поставить перед любой профессией и получить подобный общий ответ. Хотя никто не собирается принижать значение этого вопроса, по которому шла дискуссия о разных профессиях весь ХХ век.

82 Вполне правомерно, что этот вопрос возник и по отношению к социальной работе. И все же социокультурный подход позволяет взглянуть на проблему более широко. Важно его увязать с социокультурной спецификой самой социальной работы. Действительно, существует богатый арсенал элементов и форм культуры, которые могут быть использованы в профессиональной социальной работе и с точки зрения этих форм можно ее оценивать. Например, социальная работа есть служение (идея социального служения в православии и др.), выполнение своего нравственного долга (альтруизм, этика заботы и др.), реализация определенной мировоззренческой позиции (в волонтерстве и т.д.) и др. формы социальной деятельности, характер которых окрашен той или иной духовной установкой. Но для нас важно подчеркнуть, что сама социальная работа вырабатывает специфические формы социальной культуры, выступая источником новой духовной мотивации, поэтому социальная работа есть что-то еще, что является интегральной ее характеристикой. Немного подробнее об этом.

Если исходить из того, что духовность есть форма связи личности с культурой, то можно выделить различные виды духовности: мифология, религия, искусство, наука, философия, обыденное сознание. Я остановлюсь только на одном из них – на философии, что не исключает необходимости анализа с других сторон.

В самом общем виде можно выделить четыре позиции, которые могут быть источником духовной мотивации человека во взаимосвязи философии и социальной работы:

1. Отрицание такой связки вообще. Социальная работа видится узко профессиональной деятельностью по решению жизненных проблем с использованием социотерапии, психология, медицины и др. областей знания, но никак не философия. В таком случае социальная работа рассматривается как деятельность в области сферы социальных услуг. Такой прагматизм в социальной работе есть явление весьма распространенное, в том числе в российском обществе. Если следовать такому пониманию профессионализма, то социальную работу можно свести к разработке и реализации различных социальных технологий. Технологичность вещь рациональная и эффективная, но проблема часто упирается в понимание характера создаваемых социальных технологий и тех объектов, которые должны быть предметом их воздействия. Проблема с объектом в том, что он отдален на определенной дистанции, которая не позволяет понять и освоить его специфику в полной мере. В качестве технологий чаще всего используются те наработки, которые существуют в психотерапии, в практической психологии, в социологии управления, в социологии труда и т.д., но если они не охвачены соответствующим социально-гуманитарным знанием, включая философское, то это не будет социальной работой. Казалось бы, в этом нет ничего плохого, поэтому учебные планы подготовки включают десятки самых разных дисциплин, которыми должен овладеть социальный работник.

Трудность только в том, что овладеть ими профессионально он не может, а способ их соединения, которым является социальная культура и профессиональная философия, ему неизвестны. Все отдается на произвол талантливости человека, на откуп его жизненного опыта, который появляется не скоро. А может он вообще не появиться. Если социальное учреждение будет заниматься только социальными услугами, то появится только опыт оказания услуг, а не оказания помощи, не обеспечения социальной защиты, не служения определенным социальным идеалам. Но если этого нет, если нет таланта работы с людьми и нет адекватного опыта, то социальный работник приобретает поверхностную или не адекватную подготовку, не дающую укорененности социального работника в культуре своей профессии.

2. Использование философии для духовного прикрытия идеологических принципов социальной сферы. Социальная работа рассматривается как продолжение социальной политики, как ее «сниженная» форма, в которой социальные работники являются лишь проводниками политики государства, лишаясь самостоятельности как особый социальный институт [1]. Данная позиция характерна для официальных теоретиков социальной работы, оправдывающих любой поворот в социальной политике политической элиты. Социальный работник превращается в социальный демпфер, сглаживающий остроту социальных проблем. В качестве объекта технологического воздействия социального работника в этом случае рассматриваются клиенты: люди, пострадавшие от недостатков, конфликтов и пороков существующего общества и потому нуждающиеся в помощи, в защите и в реабилитации. В этом случае социальная работа начинает выстраиваться в соответствии с определенной социальнофилософской концепцией, которая доминирует в обществе: либеральной, консервативной, религиозной и др. Что касается марксистской философии, то, с ее точки зрения, социальная работа не нужна, поскольку само социалистическое общество и его государство социально ориентированы по своей природе, и не нужны какие-то профессиональные институты и организации. И все же есть нечто общее, что объединяет все эти философские концепции в отношении к клиенту: клиент рассматривается как объект, а в качестве субъекта выступает государство, социально-экономические организации, церковь и др.

3. Использование идей нравственной философии. Например, принципами социальной работы рассматриваются идеи филантропии, милосердия (Конфуция и др.), гуманизма, этика заботы и др. Использование духовного наследия культуры прошлого становится все более активным и продуктивным. Это важно потому, что социальная работа включает в себя исторически преодоленные формы социальной деятельности, и культура прошлого должна существовать и развиваться для воспроизводства этих социальных форм. В частности, социальное назначение социальной работы раскрывается в ее понимании как формы социального служения, как святое призвание. Социальный работник рассматривается как фигура миссионерская, сродни священнику. Все его действия соизмеряются с особым моральным кодексом и подкрепляющей его клятвой. Видимо, такое понимание статуса социального работника не может не вызывать уважения в силу его богатой духовной насыщенности, особенно когда социальное служение противопоставляется частнопредпринимательской модели социальной работы или государственно-чиновничьей. Тем более что в русской культуре существует фигура интеллигента, который исторически воплотил все те черты, которыми должен обладать социальный работник. В описаниях модели социального работника просвечивают черты народников, деятелей земств и других радетелей за народ.

4. Рассмотрение взаимосвязи философии и социальной работы в их реальном взаимодействии, когда социальная деятельность внутри себя вырабатывает философские принципы. В этом случае философия является реальным, действующим фактором социальной работы, включена в структуру социальной деятельности, выступает духовной формой социальной культуры общества. Категория социального в этом случае приобретает онтологический смысл и становится объектом философии [2]. Такая философия социальной работы включает в себя не только философию социальных работников, но и философию их клиентов, то есть является диалоговой по своей природе. Но тогда требуется другая модель духовной мотивации в социальной работе. Остановлюсь на этом пункте несколько подробнее.

Согласимся с тем, что в какой-то мере каждый человек, действующий в различных сферах общества, решает те задачи, которые становится предметом особой профессиональной деятельности. Если бы это было не так, то методы, средства и приемы социальной работы были бы чужды ее клиентам. Социальный работник не является чужим в той социальной среде, в которой он занят профессионально. И все же он «свой среди чужих и чужой среди своих». Он становится чужим среди своих, чтобы стать своим среди чужих. И наоборот: став своим среди чужих, он становится чужим среди своих. То есть так или иначе, но социальный работник всегда профессиональный маргинал, как маргиналами были всегда принципиально новые исторические движения и формы культуры.

Напомню, что маргинал — это человек, который своими социокультурными чертами не вписывается в сложившуюся структуру социальных характеров, социальных типов личности. По этой причине он начинает быть субъектом и носителем различных форм культуры. Такое промежуточное, пограничное существование превращает маргиналов в источник принципиально новых форм культуры. Каждый новый тип культуры исторически был создан маргиналами.

Маргиналами были первые философы, противопоставляя свои теории мифам. В ряду выдающихся маргиналов были Сократ, Будда, Конфуций, Аврелий Августин.

В этой новой модели социальной работы как источника новой духовной мотивации конечной целью является выработка способности самоуправления.

Как отмечает Т. Шанин, «в социальной работе центральной фигурой является "клиент", а цель ее – освобождение его от нужды в социальных работниках»

[3]. Правда, при этом социальный работник сам часто нуждается в помощи, так как «в условиях постоянного государственного давления "сверху", часто при безразличии или даже враждебности общества в целом, каждый раз заново становится вопрос выживания социальной работы как профессии. В этом особенно важен вектор идеи, ее определяющей, и ее общий культурный контекст» [3].

Важно при этом отметить, что моральную поддержку своей профессии социальные работники, что вполне естественно, получают со стороны клиентов. Им не важен социальный статус и специфика профессии тех, кто им помогает, когда помочь больше некому. Социальный работник есть не слуга государства и не в услужении у клиента. Не может быть социальная работа и сферой бизнеса.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 33 |
 

Похожие работы:

«Об итогах проведения секция «Социология» XXII Международной конференции студентов, аспирантов и молодых учёных «Ломоносов -2015» C 13 по 17 апреля 2015 года в Московском государственном университете имени М.В.Ломоносова в 22 раз проходила традиционная Международная научная конференция студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов». Основными целями конференции являются развитие творческой активности студентов, аспирантов и молодых ученых, привлечение их к решению актуальных задач...»

«У нас в гостях социологи республики Корея От редакции. Предлагаем нашим читателям познакомиться со статьями корейских коллег – в них содержится много интересного, познавательного, вплоть до возможного применения их выводов и предложений в нашей стране. История Института российских исследований (ИРИ) началась 13 января 1972 г., тогда при Университете иностранных языков Ханкук был основан Центр изучения СССР и стран Восточной Европы. Это было единственное научное учреждение, проводившее анализ...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации ФГАОУ ВО «Белгородский государственный национальный исследовательский университет» Институт управления Кафедра социологии и организации работы с молодежью Российское общество социологов Российское объединение исследователей религии СОЦИОЛОГИЯ РЕЛИГИИ В ОБЩЕСТВЕ ПОЗДНЕГО МОДЕРНА Памяти Ю. Ю. Синелиной Материалы Третьей Международной научной конференции 13 сентября 2013 г. Белгород УДК: 215:172. ББК 86.210. С Редакционная коллегия: С.Д....»

«МЕДВЕДЕВА К.С. НАУЧНАЯ ЖИЗНЬ НАУЧНАЯ ЖИЗНЬ DOI: 10.14515/monitoring.2015.5.12 УДК 316.74:2(410) Правильная ссылка на статью: Медведева К.С. О социологии религии в Великобритании. Заметки с конференции // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. 2015. № 5. С. 177For citation: Medvedeva K.S. On sociology of religion in Great Britain. Conference notes // Monitoring of Public Opinion: Economic and Social Changes. 2015. № 5. P.177-182 К.С. МЕДВЕДЕВА О СОЦИОЛОГИИ РЕЛИГИИ...»

«СБОРНИК НАУЧНЫХ ТРУДОВ КОНФЕРЕНЦИИ СБОРНИК НАУЧНЫХ ТРУДОВ КОНФЕРЕНЦИИ УДК 316. ББК 71.05 Д4 Издано по заказу Комитета по науке и высшей школе Редакционная коллегия: доктор социологических наук, профессор Я. А. Маргулян кандидат социологических наук, доцент Г. К. Пуринова кандидат филологических наук, доцент Е. М. Меркулова Диалог культур — 2010: наука в обществе знания: сборник научных трудов Д международной научно-практической конференции. — СПб.: Издательство Санкт-Петербургской академии...»

«УДК 316.3/ ББК 60. Ф 3 Ответственный редактор: Президент Ассоциации социологов Казахстана, доктор социологических наук, профессор М.М. Тажин Редакционная коллегия: Исполнительный директор Фонда Первого Президента РК Б.Б. Мухамеджанов (председатель) Доктор социологических наук, профессор С.Т. Сейдуманов Доктор социологических наук, профессор З.К. Шаукенова Доктор социологических наук, профессор Г.С. Абдирайымова Доктор социологических наук, доцент С.А. Коновалов Кандидат социологических наук...»







 
2016 www.konf.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, диссертации, конференции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.