WWW.KONF.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Авторефераты, диссертации, конференции
 


Pages:     | 1 |   ...   | 17 | 18 || 20 | 21 |   ...   | 26 |

«Ответственный редактор: Президент Ассоциации социологов Казахстана, доктор социологических наук, профессор М.М. Тажин Редакционная коллегия: Исполнительный директор Фонда Первого ...»

-- [ Страница 19 ] --

Uzbekistan in representation of 13,92 % of Kazakhs and 11,92 % of Russian is threat in a greater degree, rather than in representation of other ethnic groups of 7,46 %.

Kirghizia in representation of all ethnic groups is not the state bearing threat with a scanty percentage and almost equal parity.

On a question: whether «you Agree what for Kazakhstan as the Turkic state the most important thing is strengthening of relations with the Turkic states (Turkey, Azerbaijan, Kirghizia, Uzbekistan, Turkmenistan), and, not with other states of region and the world»?

For 21,17 % of Kazakhs completely concordant with a question of a priority of relations with the Turkic states has the great value, 35,97 % partially concordant among Kazakhs, possibly, this category of Kazakhs is not absolutely assured in priority of the above-named fact. As for Russians in priority relations with the Turkic states it is much less than consonants, only 9,27 %, probably, Russian consider as more prior relations with Russia and are afraid of the future closer integration of the Turkic states, at the same time, among Russians there is high enough percent partially concordant with this fact – 33,77 %.

Completely concordant with priority relations with the Turkic states most of all among representatives of other ethnic groups of 23,88 %, and 25,37 % partially concordant among them.

In a question: whether «you agree what the trustworthy ally and the economic partner of Kazakhstan is Russia»?

45,02 % of Kazakhs completely agree that Russia is the trustworthy ally and the economic partner of Kazakhstan, and on accruing, 66,89 % of Russian and that is worthy, 74,63 % (i.e. the biggest percentage indicator) other ethnic groups completely agree with the given fact. 35,05 % of Kazakhs only partially agree with this fact, Russian of 23,18 % and other ethnoses of 17,91 % are more condent the estimations of Russia, as ally and the partner of Kazakhstan. Despite falling of the worked out details of rockets «Proton» on the Kazakh earth, cases of display of nationalism in Russia in relation to natives of the Central Asia, the opinion of the majority – 82 and more % of the population of Kazakhstan positively concerns Russia.

About friendliness of the state the biggest percent was attributed by Russia, it is considered friendly in relation to Kazakhstan of all respondents of 84,25 % and this indicator differs not much from an indicator of social researches of last 2006 which has made 89,89 %. It is no wonder as the population of Kazakhstan connects guarantees of security of the state with Russia, and frequent contacts of the top leaders of both countries promote strengthening of opinion on friendliness of Russia.

Concerning friendliness of China respondents have given 20,13 % of the voices. That too it is natural, recently between our countries became more active economic both political connections and goods turnover makes more than 13 billion dollars.

The USA is considered as the friendly state by only 13,00 % of respondents.

Turkey being brotherly in relation to Kazakhstan the country and constantly declaring it, on a friendliness indicator showed 32,50 % that it is grown on 12 % in comparison with result of last year's sociological interrogation – 20,10 %.

The security status and identity in the region at level which leaves much to be desired, tell results of carried out of sociological research among the Kazakhstan population. Research revealed that the big percentage of the population of the country critically concerns Uzbekistan and Kyrgyzstan.

Indicators of friendliness of Uzbekistan also have grown, though not so high 18,63 %, in comparison with last year – 12,33 %, i.e. on 6 % that is the good factor in matter of integration of the countries of the Central Asia. It is represented that growth of this indicator was affected by change of a government of Turkmenistan and activization of interstate contacts between Uzbekistan and Turkmenistan, Kazakhstan and Turkmenistan, Kazakhstan and Uzbekistan.

Kirghizia is considered friendly only for 23,38 % of respondents, this indicator could be and above, considering cultural and a linguistic community of Kazakhs and Kyrgyzs, but the events occurring in the next republic, cause alarm in the population of Kazakhstan and fear that instability can be transferred here.

In general, indicators of friendliness of Uzbekistan and Kyrgyzstan in estimations of the population of Kazakhstan do not please, as in business of integration of the countries TSA and oppositions to calls and threats of globalization at the country population the feeling of liking to the next people on the basis of a generality should be developed: cultural, language, religious etc. And, for this purpose it is necessary to spend ideological work on development at the population of our countries of regional identity.

Russia has collected on this indicator only 7,13 %, the overwhelming majority of Kazakhstani people does not consider it as threat, despite numerous displays of nationalism, chauvinism and neofascism occurring in Russia. Turkey also is not considered the state bearing threat to Kazakhstan with scanty percent in 3,38 %, as Turkey – the state traditionally friendly in relation to Kazakhstan.

After events on Tengiz where there was a collision of the Kazakh and Turkish workers, in Turkey the attitude to natives of our country has not changed, it remains same benevolent, the great number of the Kazakhstan citizens testies to it leaving in Turkey as tourists and businessmen.

On a question: whether «you agree what for Kazakhstan as the Turkic state the most important thing is strengthening of relations with the Turkic states (Turkey, Azerbaijan, Kirghizia, Uzbekistan, Turkmenistan), instead of with other states of region and the world»? Following conclusions have been drawn.

Recently the government of the state and, personally, the president of Republic Kazakhstan N.A.Nazarbayev made active by actions on integration of the countries CAU. The president of Kazakhstan does much to unite the Turkic countries CAU in counteraction to globalization calls, therefore it was important to dene how the population of Kazakhstan concerns the idea of importance of a priority of relations of RK with the Turkic states.

As a result of the carried out sociological research it has been revealed that the most part of the population of Kazakhstan realizes importance of relations with Turkic republics as on the general result makes 19,15 % and partially concordant 34,67 % that in the sum makes 53 and more % [2].

It is necessary to carry out the explanatory work to mass-media, on radio and TV concerning prospects of Central Asian integration as, the state consists of the people and how rank-and-le members of a society will react to integration of the Turkic states, will testify to correctly spent policy of the state and, as a whole, will promote integration of the Turkic states. It is expedient to arrange exit lectures of experts – political scientists on the enterprises concerning prospects of the further prosperity of Kazakhstan in the big family of the Turkic peoples.

Russia, according to the majority of interrogated Kazakhstanis, is the friendly country and does not represent threat, at the same time China and the USA are considered as the states bearing threat of security of Kazakhstan. It is no wonder that China and the USA have been dened by respondents as the states menacing to security of Kazakhstan. It was motivated that, spending an aggressive policy, these states often do not reckon with opinion of the world community and international law.

As to our neighbours in region business here is not processed as well as it would be desirable, the population of Kazakhstan indifferent to a state of affairs in neighbouring countries and considers these states bearing threat to some extent. Such state of affairs cannot promote integration in any way and the more so to security on the basis of regional identity.

Список литературы:

1. Научно-аналитический отчет по проекту «Общенациональная идея глазами казахстанцев»

(социологический опрос) Института философии и политологии МОН РК, Алматы, 2006.

2. Научно-аналитический отчет по проекту «Идейно-нравственные и политические ориентации населения Казахстана» Института философии и политологии МОН РК, Алматы, 2007.

–  –  –

В данной статье рассматриваются вопросы наличия или отсутствия чувства региональной идентичности в проведенном социологическом опросе среди населения Казахстана, что является важным фактором в интеграции стран Центральной Азии.

–  –  –

Осы бапта Орталы Азия елдерiнi бiрiгуiнде маызды фактор болып табылан азастанны трыныдарыны арасында ткiзiлген леуметтік зерттеу бар болу немесе айматы барабарлыты сезiмiнi жотыыны сратары аралады.

–  –  –

СОЦИАЛЬНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ ПРЕДОТВРАЩЕНИЯ ЧРЕЗВЫЧАЙНЫХ

СИТУАЦИЙ, ВЫЗВАННЫЕ КРИЗИСОМ, В ОПАСНОМ ПРОСТРАНСТВЕ

Понять сущность социального пространства, его назначение и роль в практической жизни общества нам поможет следующее сопоставление. Например, физическое пространство является показателем реальной местности. Ее характерными признаками являются расстояние, особенности рельефа местности, степень ее занятости, обустройство, площади, на которых происходят различные материально-технические процессы.

Социальное пространство отражает условные границы в пределах которых возникают, развиваются и проявляют себя различные формы взаимодействия личности и отдельных общностей,совокупность которых позволяет получить желаемый результат. Каждый человек по разному включается в определенное социальное пространство, прилагает различные усилия для его упорядочения и использования в достижении желаемого результата деятельности.

Многие задачи, которые решает для себя отдельная личность, являются общезначимыми, их решали до него, будут идти этим же путем и после него. К таким процессам относятся: получение образования; обучение профессиональным навыкам; выбор места трудовой деятельности; определение стратегии, тактики трудового поведения и их реализации;

система решения социально-бытовых проблем; нормы и культура поведения в различных ситуациях.

Достижение конкретного результата деятельности возможно при условии:

– целенаправленного упорядочения, координации интересов, потребностей, отношений;

– наличия требуемого для этого правового, экономического, социального, организационного, духовного, материального-технического, научного обеспечения в необходимым объеме, состоянии, длительности, взаимосвязи;

– определенной степени активности и динамичности субъектов социального пространства.

Характеристика качественного состояния социального пространства определяется его сбалансированностью между провозглашенными целями общества и усилиями (правовыми, социальными, экономическими, психологичискими, нравственными и др.), которые приходится преодолевать на пути их достижения. Степень упорядоченности системы связей в социальном пространстве, которая дает возможность многократно воспроизводить требуемый результат, является показателем уровня его технологичности т. е. готовности к использованию здесь конкретных социальных технологий.

Социальная технология предоставляет собой систему последовательной деятельности отдельного человека, коллектива, органа управления, с помощью которой возможно получение ими желаемого результата, а также многократного воспроизводства. Потенциал социального пространства определяется наличием в нем устойчивых систем связей, отношений, ресурсов, необходимых для обеспечения функционирования здесь различных социальных технологий.

Эффективность социального пространства характеризуется основными показателями:

– степенью доступности, использования его потенциала;

– объёмом затрат для реализации конкретных социальных технологий в данном социальном пространстве;

– способностью к самовоспроизводству своего потенциала, его развитию;

– уровнем культуры использования потенциала социального пространства и др.

Объектом исследования являются несколько или одно наиболее типичное для региона или отрасли опасное пространство, предоставляет собой целостную пространственнотехнологическую форму жизнедеятельности людей, включающую как сферу производства, заданную определенным технологическим ритмом, так и вид социальной организации – профессионально-трудовой, культурно-духовной. Объект исследования расчленяется на две под системы: работающие люди и их социальные организации; субъект управления.

Предмет исследования составляет: оценка уровня социального напряжения, социального усталости людей, социального фона. В этой связи в поле внимания – выявления нравственной, профессиональной, интеллектуальной и иной готовности занятых на объекте работников действовать в условиях социального и технического дискомфорта, отклонения напряжения чрезвычайного ситуации. Именно поэтому возможен анализ коррелирующих воздействии органов управления на процессы экстремальных ситуации.

Исходными понятиями, подлежащими операционализации в ходе исследования, являются:

– социотехническая система, социальные факторы, стрессовые ожидания, состояние сбалансированности социальных и технических подсистем, уровней разбалансированности последних (индикаторы измерения, показатели, нормативы, факторы риска и показатели приближающейся катастрофы – социальные технические, социотехнические); факторы социального и технического риска, социальная усталость, социальная патология, состояние трудовой и жизненной мотивации работников, инновационные технологии коррекции управления в экстремальных ситуациях;

– интересы, ценности, цели, мотивы сбалансированного поведения личности, в сложных социотехнических системах; механизмы коррекции в условиях напряжения и опасности взрыва;

– профессионально-трудовая, интеллектуальная, социально-бытовая, личностномотивационная, духовно-культурная сферы.

В предмет исследования входят также характеристики: социально-демографические, социально-профессиональные, культурно-бытовые, духовные,психологические, медицинские.

К числу индикаторов относятся:

– интенсивность процессов разрушения (социальных, технических);

– уровень разбалансированности социальных и технических структур;

– степень риска, грани социотехнической катастрофы;

– качество методов управления предотвращением аварии, катастрофы;

– технология предотвращения аварии, катастрофы;

– уровень социальной усталости людей.

Было выдвинуто пять основных гипотез исследования, которые почти полностью подтверждены полученными результатами.

1. Творческий потенциал людей, работающих в сфере сложных техногенных производств, один из самых высоких. Наиболее талантливая молодежь 60-70-х годов ориентировалась на эти отрасли – достаточно вспомнить конкурсы в вузах, но в настоящее время уровень использования потенциала людей, их общественного престижа и жизненного обустройства резко снизился. Условия жизнедеятельности творчески одарённых людей не адекватны их умственным затратам, усиливается конфликт творчески одаренной личности и окружающей его технической и социальной среды.

2. Готовность работников к предотвращению чрезвычайных ситуаций, напряжений не мотивирована, находится на негативном или пассивно-выжидательным уровне, что является одним из важнейших источников возможных взрывов и катастроф.

3. Происходит снижение технической, профессиональной культуры из-за оттока наиболее перспективных (и работоспособных) людей в другие сферы, повышается степень риска у оставшихся за счет увеличения дискомфорта жизни, смены ценностных ориентации, ухудшения здоровья, психологического равновесия, социально-бытового обустройства, информационного вакуума и т.п.

Индикаторы:

– уровень устойчивости социотехнических систем;

– качество методов управления по минимизации риска и исключению катастроф;

– степень риска, границы социально – технической катастрофы;

– уровень социальной усталости людей;

– уровень социальной, политической напряженности в регионе;

– социальная технология предотвращения аварий.

4. Субъекты управления в неизвестной экстремальной ситуации нередко действуют на уровне прежних стереотипов управления, отсутствуют инновационные подходы, слепо копируется зарубежный опыт, не используются современные социальные технологии.

5. Уровень социальной организации деформирован, разбалансированы его социальные регуляторы, организация перестала быть механизмом нормализации межличностных отношений, формирования благоприятного морально – психологического климата.

Для реализации поставленной цели исследования использовался комплекс методов сбора и обработки информации: статистической анализ, контент – анализ документов и прессы, фрагменты мозговой атаки и деловой игры с активом управления, факторный анализ «группы риска», анкетный и экспертный опрос, моделирование, прогнозирование.

Сигнальная устойчивость основных подсистем, выделенных на каждом уровне, обусловлена прежде всего минимизацией риска их развития и функционирования в условиях социального и технического дискомфорта, отклонения, напряжения, чрезвычайной ситуации, а также целенаправленным преодолением и снятием всех факторов социальной и технической усталости и разбалансированности структурных элементов. Наряду с социальной диагностикой решается вопрос о создании надежной защитной системы, социальных и технических сдержек и амортизаторов возможных «волнений» социотехнической системы изнутри, а также «ударов» извне.

Таким образом, задача обеспечения устойчивости социотехнической системы на операциональном уровне сводится к установлению и определению следующих основных параметров ее функционирования и развития:

– уровень социального и технического дискомфорта всех структурных элементов системы;

– степень социальной и технической адаптации системы к отклонением, усталости, чрезвычайным ситуациям.

Поддержка социотехнической системы в устойчивом состоянии определяется на основе разработки показателей, опирающихся на нормативную модель организации исследования, которая изложена выше.

Приоритеты в структуре поддержки устойчивости социотехнической системы выделяются, но критериям влияния разных элементов системы, ее сдержек и амортизаторов на ее общую стабильность.

Обобщающие оценки, характеризующие статистическую и динамическую модели устойчивости, таковы: факторы риска, поддержки элементов, уровень надежности разных подсистем, системы в целом, построение «структур решений».

Основными критериями анализа и оценки устойчивости социотехнической системы являются:

– определение идеальных параметров ее развития и функционирования;

– определение допустимых параметров ее развития и функционирования;

– определение меры соответствия реальных параметров функционирования социотехнической системы ее нормативным и идеальным значениям.

Основные направления исследования, связанные в первую очередь с практическими задачами, нацелены на разработку следующих социальных технологий:

1) определение допустимых порогов рассогласования элементов системы;

2) определение приоритетных направлений развития системы на основе выявления «слабых звеньев», «провалов»;

3) определение уровня социальной и технической усталости среды и способов разрешения возникающих напряжений и конфликтов;

4) определение вектора социальных интересов, согласование возникающих проблем на основе различных альтернатив. Например, снятие возможных конфликтов между разными социальными субъектами.

Автором предложена шкала, по которой социальные явления рассматриваются как случайные, если ими охвачено до 10% единиц наблюдения; как устойчивые – от 11 до 40%; как перерастающие в массовые – от 41 до 60%; массовые – от 61 до 90%; всеобщие – свыше 90%.

Рассогласование между нормативной и реальной моделью развития и функционирования системы допустимо и рассматривается как не угрожающее устойчивости существующей системы, если разница количественных параметров остается в границах идентичной интерпретации.

Если рассогласование элементов нормативной и реальной моделей оказывается в границах близлежащих качественных интерпретаций (интервалы между ними находятся в пределах 25%), то уже можно говорить о «потенциале напряженности», который трансформируется в «конфликтный потенциал», если рассогласование достигает двух и более качественных признаков или превышает 25%. Чем больше разница, тем более «заблокировано»

в системе конфликтное деструктивное взаимодействие. Порог катастрофы достигается в случае полной «блокады» выхода «конфликтного потенциала» и составляет 75%.

В процессе исследований, используя экспертные оценки, определяют уровень надежности основных элементов системы. Нормативные параметры функционирования системы моделируется с опорой на представления экспертов о «весе» тех или иных структурных элементов, ее надежности.

Построение нормативной модели устойчивости системы и определение «слабых звеньев» основывается на системе показателей, которые классифицируются по сферам жизнедеятельности объекта исследования. К их числу относятся:

1) производственно-технологическая сфера;

– надежность технологических систем;

– надежность технологических решений;

– надежность экономического положения предприятия, вклад предприятия в экономику региона: а) финансового положения, исходя из внутренних ресурсов, б) бюджетных ассигнований;

– надежность управления предприятием;

2) профессионально-трудовая сфера;

– профессиональная надежность;

– удовлетворить трудом;

3) социально-бытовая сфера;

– социально-бытовая обустроенность;

– удовлетворенность социальной – бытовой стороной;

4) социально-политическая сфера;

– государственная поддержка предприятий подобного рода;

– возможность коллектива принимать решения на уровне региона;

– общественное мнение по поводу состояния и перспектив развития предприятия;

– учет мнения коллектива в принятии решений, связанных с управлением предприятия;

5) культурно-духовная сфера;

– культурно-образовательный уровень;

6) морально-психологическая сфера;

– уверенность, надежды на будущее;

– высокий профессионализм и готовность выполнять технологические требования в любых ситуациях;

– психологическая устойчивость личности к различным социальным аномалиям;

7) социальная сфера;

– сплоченность, единство коллектива;

– численность коллектива;

– совпадение нормативной и реальной социальных структур в коллективе.

С помощью математической модели можно не только осуществить достаточно полную и глубокую диагностику состояния социотехнической напряженности на объекте, но и предложить адекватные меры ее снижения.

Использование инновационной технологии при оценке социотехнической ситуации на объекте, выявления «болевых точек» позволяют решать следующие задачи. Главная из них

– не просто выявление зон напряжения, составления социальных технологий, способных изменить положение дел в лучшую сторону. Принципиально для данного проекта то, что две задачи здесь решаются в органической связи. Этому способствует технология оптимизации самой исследовательской и внедренческой работы.

Главный недостаток сегодняшних управленческих действий тот, что они устарели, не отражают быстро меняющийся обстановки еще, так сказать, задолго до запуска, тот есть на стадии проектирования, составления замысла. Поэтому само управленческое действие нередко не только не заключает в себе положительной нагрузки, но порой даже несет отрицательный заряд. Поэтому управление в процессе своего функционирования порождает гораздо больше сложностей, чем их было до этого.

Автору проекта удалось преодолеть эту характерную болезнь нашего управления еще на стадии проектирования: определение уровня социотехнической устойчивости системы изучается в органической связи с методами разрешения возникающих напряжений, конфликтов.

Поэтому исследование включало в себя и выявление:

а) дестабилизирующего вектора развития и нормального функционирования системы;

б) вероятности «снятия» усталости за счет внутренних ресурсов системы;

в) возможных последствий, «сценариев» их разрешения;

г) уровня «напряжения» системы в процессе ее адаптации к «вызовам» и «угрозам» извне.

Исследование основывалось на поэтапном использовании комплекса социологических приемов и методов. Например, по Восточно – Казахстанской области затоплено около 700 домов, из них полностью непригодны для жилья 470. Подтоплены школы, детсады, интернаты. Эвакуировано около 7 тысяч человек, в основном в Тарбагатайском районе. Некоторые из них сейчас возвращаются в свои дома. Пострадало очень много хозпостроек, по предварительным данным, погибло около 33 тысяч голов мелкого рогатого скота, 7 тысяч КРС. Разрушено шесть мостов. Самый главный из них – между городами Аягоз и Зайсан.

По линии «Казахавтодор» проводится строительство временного моста, есть договоренность с Минтранскомом о том, чтобы в ближайшее время восстановить разрушенный мост.

I этап –изучение сводок, отражающих разные стороны функционирования технических и социальных подсистем объекта, накопление статистической информации об усталости системы.

II этап – выявление экспектаций (стрессовых ситуаций) в отношении возможных аварий, чрезвычайных ситуаций, катастроф.

III этап – изучение механизмов «разблокировки» потенциала напряженности. Определение социальных «клапанов» сброса «высокого давления».

IV этап – определение на основе экспертных оценок «силы» внутренних реверсов системы, способности противостоять «возмущениям» социальной и технической усталости.

V этап – синтез полученной информации и определение приоритетного вектора развития системы.

На основе полученных данных и анализа состояния системы по каждому этапу и предлагаются пакеты социальных технологий, обеспечивающих повешение социальной устойчивости развития и функционирования исследуемого объекта.

Именно такой подход к осуществлению и реализации проекта позволяет получить ряд новых теоритических и практических результатов, которые на деле способствуют снижению уровня сонно технической напряженности на опасных производствах, предотвращению чрезвычайных происшествий.

Список литературы:

1. Продвижение имиджа Казахстана в странах Евразийского региона (результаты комплексного исследования). – Алматы, 2008.

2. Лапин Н.И. Инверсия доминантных процессов социокультурной трансформации и ее акторы.

М.: Высшая школа, 2006.

3. Мертон Р. Социальная структура и аномия // Социологические исследования. 1992. №3

–  –  –

К ВОПРОСУ ОБ ОСОБЕННОСТЯХ ПОЛИТИЧЕСКИХ

КОНФЛИКТОВ В УСЛОВИЯХ ГЛОБАЛИЗАЦИИ

Кризис, охвативший все сферы жизни мирового сообщества, экономическая и социальная трансформации государств породили множество острых противоречий, накаливших социально-политическую и духовно – нравственную атмосферу в мире. Обострились отношения между нациями, различными группами и слоями населения. Конфликты рождаются на почве ежедневных разногласий и противоборства разносторонних мнений, интересов, личностных особенностей и т.д.

Многие ученые считают, что существование общества без конфликтов невозможно, так как конфликт является неотъемлемой частью бытия людей, источником происходящих в обществе изменений. Конфликты делают социальные отношения более мобильными. Население быстрее отказываются от привычных норм поведения и деятельности, которые ранее их вполне удовлетворяли. Чем сильнее социальный конфликт, тем заметнее его влияние на течение социальных процессов и темпы их осуществления.

Конфликт в форме конкуренции поощряет творчество, инновации и, в конечном счете, содействует прогрессивному развитию, делая общество более жизнеспособным, динамичным и восприимчивым к прогрессу. Это заставило ученых подходить к нему как к спутнику социальных отношений и социальной действительности, ее имманентному свойству, несущему в себе и позитивные, и негативные функции. В общественном сознании стало складываться понимание того, что любой конфликт требует урегулирования, что позволит максимально снизить отрицательные последствия происходящих коллизий.

Социальные конфликты – одно из важнейших явлений современной жизни. Хорошо известно, что жизнь человека в обществе сложна и полна противоречий, которые часто приводят к столкновению интересов как отдельных людей, так и больших социальных групп [1].

В условиях глобализации социальные конфликты получают своеобразное проявление.

Конфликтами охвачены все сферы жизни мирового сообщества. Эти конфликты порождены реальными противоречиями в ходе усугубления кризисного состояния общества. Нередко происходят, можно сказать «неестественные» столкновения, искусственно создаваемые, умышленно провоцируемые, раздуваемые, особенно характерные для межнациональных и межрегиональных отношений. Результатом их являются кровопролития, и даже войны, в которые помимо своей воли оказываются, втянуты целые народы. Конфликты на основе объективно возникающих противоречий, если они разрешаются, способствуют общественному прогрессу [2].

В современных условиях развития мирового сообщества приобретает большое значение политический конфликт. Это прослеживается в концепциях социологов, где уделяется немаловажное значение аспекту политической власти, как одного из часто встречающихся предметов конфликта. Так, Р. Дарендорф полагает, что власть лежит в основе социальной структуры, а главными чертами любого общества являются господство, конфликт и подавление. Основной источник конфликта – власть одних групп людей над другими. Если власть сосредоточена в руках немногих, а остальные не могут ее получить, но при этом люди могут объединяться в политические группы, то политический конфликт обостряется [3].

В обществе едва ли найдется другой феномен, который можно было бы сравнить с властью, по своему свойству постоянно вызывать противоречия и конфликты. Власть – извечное яблоко раздора между людьми, социальными группами и классами. Борьба за власть

– наиболее бескомпромиссная и жестокая. В нее вовлекаются отдельные личности и массы народа. Непосредственными же агентами политического противоборства выступают организованные субъекты: институты государства, политические партии, парламентские фракции, общественно-политические движения, средства массовой информации. Вне организации ни классы, ни какие-либо другие социальные группы не станут субъектами политического конфликта. Именно организация преобразует разобщенных индивидов, объективно составляющих ту или иную социальную общность, в единое образование и является необходимой формой, которая позволяет последней публично декларировать и защищать свои интересы и ценности. Поэтому когда отсутствуют условия для создания политической организации, сама организация становится предметом конфликта.

Как и любой социальный, политический конфликт – это осознанное столкновение общественных субъектов с противоположными интересами. Он возникает и развивается по поводу политической власти и ее функционирования в данном обществе. Отправная методологическая посылка в анализе политического конфликта – выяснение его природы.

В литературе встречаются различные, в том числе и противоположные, подходы. С точки зрения исторического материализма, политический конфликт порождается всецело или в основном экономическими противоречиями и является их концентрированным выражением. Экономика в конечном итоге – определяющий по отношению к политике фактор, но лишь для некоторых типов общественных систем и определенных исторических эпох. Конфликты внутри политики и ее с другими сферами общественной системы детерминируются не одними экономическими противоречиями, а многими социальными коллизиями. Если бы все сводилось к экономике, то политические проблемы, терзающие общество, решались бы сами по себе, по мере развития экономики. Однако такого в реальной жизни не происходит.

Очевидна односторонность дихотомической концепции политического конфликта как взаимодействия полярных классов-капиталистов и наемных рабочих. Признание единственного, детерминирующего все политические конфликты классового фактора, по мнению Р. Дарендорфа, лишает анализ конкретности: выявления более специфических социальных причин политического противоборства [3].

Встречается представление о политическом конфликте как следствии идеологических противоречий. Во многих случаях политическое противоборство действительно провоцируется несовместимостью идеологических взглядов и позиций. Тем не менее, практически мыслящие политики предпочитают ориентироваться на реальные интересы, а не на идеологические доктрины.

Некоторые теоретики пытаются найти причины конфликтов в психологии самой политической деятельности и политических отношений. Известный немецкий юрист и политолог К. Шмитт, например, видел источник виртуального конфликта, становящегося реальностью в экстремальных ситуациях, в противоположности «друг-враг», свойственной политике. По природе своей, по мнению К. Шмитта, эта противоположность не нормативная и не чисто духовная. Она сегодня действительна и дана как реальная возможность, и «народы группируются в соответствии с ней» [4]. Суждение немецкого ученого содержит только часть истины. В самом деле, в острых ситуациях политического конфликта субъекты действуют по модели противоположности – «друг-враг». Однако в основе враждебного взаимоотношения лежит не что иное, как антагонизм политических интересов. Отсюда известный афоризм «для политика не существует друзей и врагов, есть только вечные интересы».

В политическом конфликте его субъекты апеллируют к общим интересам. Каждый конкурирующий субъект стремится утвердить в качестве общих, обязательных интересы тех социальных групп, на представление которых он претендует. Реализует же свое стремление лишь господствующий субъект, т. е. тот, кто обладает политической властью, кто фактически управляет. Интересы же подвластных структур ущемляются и соответственно – защищающих их политических сил. Именно, в этом заложена реальная возможность полярности позиций и действий сторон.

Полнота политического конфликта характеризуется как организационной идентичностью его субъектов, так и идеологической, являющейся элементом предмета борьбы.

Каким бы ни был политический конфликт, он открыто или завуалировано мотивируется идеологически. Хотя идеологический фактор не играет определяющей роли в политической конфронтации, он выполняет важную организующую и мобилизующую функцию.

Идеологическая мотивированность политического конфликта – существенная причина его продолжительности и широкого распространения в обществе, а также его влияния на социальную активность граждан. Политическая активность масс, если она не управляема, оборачивается разрушительными последствиями, ибо сотрясает основы общества, бьет по его опорам. Негативные последствия политического конфликта множатся в случае самоидентификации противостоящих субъектов по религиозным верованиям. Это вносит в атмосферу противоборства крайний радикализм, нетерпимость к чужим ценностям, порождает неумолимую жестокость борьбы, соединенную с ненавистью к противнику.

Политический конфликт – сложное образование; в нем аккумулируется ряд противоречий, что обусловливает многие конфликтные линии. Последние выражают противоречивые специфические интересы противоборствующих сторон, порождаемые как социальными расколами, так и перераспределением власти. Конфликтные линии в любом политическом противоборстве разделяют сторонников спорных позиций и решений. В отдельной ситуации партии, стоящие за различными конфликтными линиями, вступают в коалиции. Ориентация на ту или иную линию лежит в основе политического поведения.

Политический конфликт означает переход на более высокий уровень сложности. Его возникновение связано с сознательно формулируемыми целями, направленными на перераспределение власти. Для этого необходимо выделение на основе общей неудовлетворенности социального или национально-этнического слоя особой группы людей – представителей нового поколения политической элиты. Зародыши этого слоя формировались в последние десятилетия в виде незначительных, но весьма, активных и целеустремленных, диссидентских и правозащитных групп, открыто выступавших против сложившегося политического режима и становившихся на путь самопожертвования ради общественно значимой идеи и новой системы ценностей.

Наиболее опасной стадией политического конфликта является кризис. Можно выделить следующие модели кризисного поведения: балансирование на грани войны; создание кризисов для оправдания задуманной акции; демонстрация силы. Антиподом подталкивания кризиса является кризисная стабильность. Она предполагает отсутствие побудительных материальных и психологических причин к нанесению упреждающих действий в ходе развития кризиса. Одним из основных критериев стабильности является наличие материальных возможностей для нанесения ответных действий, способных нанести неприемлемый ущерб агрессору.

Наиболее применимым до настоящего времени способом разрешения политического конфликта являются прямые и косвенные насильственные действия. Международная практика наших дней свидетельствует о сохранении примата военного насилия в разрешении противоречий в мирное и военное время. В мирное время оно используется как угроза применения военной силы для достижения поставленных целей, что в политическом лексиконе принято называть «сдерживанием» или «устрашением». Последнее десятилетие дает немало примеров использования других насильственных способов политического, экономического, психологического характера для воздействия на субъектов конфликтов.

Важное место в предотвращении конфликта занимают и ненасильственные действия и, прежде всего, переговоры, ведение которых определяется видом конфликтных отношений.

Возникновение, развитие и прекращение политического конфликта является не произвольным процессом, а цепью большого числа решений, связанных с эскалацией или деэскалацией враждебных действий, выбором средств и методов ведения борьбы и т.п. При этом особое значение имеет мотивация человека или коллективного органа, принимающего решение.

Как отмечает Президент Республики Казахстан Н.А. Назарбаев: «В условиях недостаточно конкурентоспособной экономики и неокрепшего гражданского общества поспешное, а значит, неподготовленное проведение радикальных политических реформ способно вызвать социальную дестабилизацию и привести к отторжению либеральных ценностей, свертыванию демократических процессов, что мы наблюдаем в некоторых постсоветских республиках» [5]. Страны, находящиеся на пути социально-экономической и политической модернизации, подвержены повышению уровня социальной напряженности и возникновению многочисленных конфликтов. Республика Казахстан имеет немалый опыт по предотвращению политических конфликтов, который высоко оценивается мировым сообществом.

Благодаря отсутствию в республике деструктивных конфликтов идет процесс демократизации политической системы, создаются условия для социально-экономических реформ. Стабильное развитие нашей республики явилось важнейшим фактором для утверждения Республики Казахстан в качестве председателя Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) в 2010 г. [6] Таким образом, политический конфликт есть целенаправленное противоборство общественных субъектов с противоположными политическими интересами, ценностями и целями в системе отношений власти, политического господства и управления. Понятие «политический конфликт» обозначает борьбу одних общественных сил с противостоящими им другими за влияние в институтах государственной власти; за доступ к принятию общезначимых решений; за участие в распоряжении ресурсами: за признание монополии своих интересов и ценностей и их организованное оформление (осуществление): наконец, за приоритетность своих взглядов и идей. Господствующие в обществе мысли – всегда мысли господствующих, властных сил.

Список литературы:

1. А. Лазукин. Конфликтология. – М.,2010, 152 с.

2. З. Мосунова, С. Никитина, Д. Рахинский, Ю. Никитина. Социальные конфликты в России // Вестник Филиала РГСУ в г. Красноярске, – Красноярск, 2007

3. Р. Дарендорф. Элементы теории социального конфликта //Социологические исследования.

– М.,1994. -№5.

4. К. Шмит. Понятия политического конфликта. Вопросы социологии. 1992.

5. Н. Назарбаев. Научиться жить по Конституции — это высшая школа демократии // Мысль. – 2005. – № 10. – С. 3–4.

6. Л. Иватова, Г. Насимова. Предотвращение социально-политических конфликтов как фактор обеспечения национальной безопасности Республики Казахстан//«Analytic» – Алматы, 2007. – №6

–  –  –

ЦЕННОСТНО-СМЫСЛОВЫЕ ДЕТЕРМИНАНТЫ РАЗВИТИЯ

ПРОФЕССИОНАЛИЗМА КАДРОВ ГОСУДАРСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ

КАК КЛЮЧЕВОЙ АСПЕКТ МОДЕРНИЗАЦИИ

ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ

Современная эпоха, выявила непреходящую и все возрастающую ценность человека и его деятельности, жизни людей во всем ее многообразии. Человек предстает перед нами как ресурс общественного развития и как носитель социального капитала, который является огромным резервом и импульсом общественного развития В работе современных исследователей акцент на человеческую составляющую начинает получать все более осознанное звучание, что во многом обусловлено научным поиском построения оптимальной модели общества, обеспечивающей политическое, социальное, человеческое развитие (Э. Шилз, К. Гирц, С. Хантингтон, И. Роксборо, Д. Беккер, Дж. Коуллин, П. Бурдье и другие).

В этой связи проблема модернизации и развития государственной службы в современных условиях может быть представлена с позиции жизненных сил социальных субъектов

– государственных служащих, их способностей к воспроизводству и совершенствованию жизни, в том числе, в процессе профессиональной деятельности в условиях историческиконкретного пространства и времени. В данном ключе воспроизводство характеризует повторяющийся характер процесса, его качественное состояние, способность субъекта восстанавливать свои жизненные силы, обеспечивая свое существование и развитие. Поэтому оно выступает критерием жизнеспособности как субъекта, так и общества. 4 Изучение государственной службы с позиций неклассической социологии акцентирует внимание на государственном служащем, профессионализм которого во многом определяется степенью взаимодействия его жизненных сил и жизненного пространства, частью которого является государственная служба. Следовательно, государственный служащий – это и объект, и субъект стратегии государственной службы. Человек как субъект – это высший уровень жизнеосуществления, реализации жизненных сил, активно взаимодействующий с природным и социальным миром и практически преобразующий его. Речь идет о траспонировании системы координат – «общество– организация – личность» – в систему «личность– организация – общество» 5,43 Следовательно, в данном контексте, профессионализм можно рассматривать как средство конструирования социальной реальности активно действующим субъектом.

Профессиональное развитие государственного служащего, формирование и становление его как субъекта профессиональной деятельности необходимо рассматривать в контексте взаимного влияния жизненных сил человека и его жизненного пространства: социокультурной и профессиональной среды в процессе профессиональной социализации.

Однако необходимо заметить, что жизненный потенциал государственного служащего во многом обусловлен не только природными особенностями, но и процессом социализации в целом.

К объективным закономерностям развития жизненных сил человека можно отнести те действующие условия, в которых происходило развитие жизненных сил человека, формирование его личности (семейное воспитание, образование, деятельность, общение, преодоление кризисных ситуаций). Качества и мера становления личности субъектом определяется масштабом и конструктивностью разрешения возникающих в жизни противоречий.

Наиболее обобщенной формой этих противоречий являются «противоречия между личностью, ее мотивами, способностями, потребностями и теми требованиями, которые предъявляет ей общество. 1, Государственная служба – это в основе своей управленческая система, причем не автономная. Управление есть социально-культурная подсистема, органически вписанная в систему национальной культуры. От того, насколько ее ценности стали ценностями управленца– профессионала, в конечном счете, зависит выбор и использование средств воздействия на общественные процессы и личность гражданина.

Зарубежные исследователи, анализируя проблему эффективности государственной службы, подчеркивают необходимость наличия таких ценностей как взаимное доверие (между политиком и чиновником), нейтральность, честность, неподкупность, профессиональная честь, карьера, секретность и т.д. Интегральным выражением этого набора ценностей выступает подотчетность и ответственность государственных служащих. Так, идея взаимного доверия является основой британской системы управления, обеспечивающей связь между чиновником и политиком: чиновник обслуживает политика, дает ему советы, а политик – в обмен защищает чиновника. В британской системе управления разработаны четыре базовых имиджа управленца, прослеживающие взаимосвязь отношений между политиками, избранными на выборные посты и назначенными государственными чиновниками. [6, 31].

Ценностные основания государственной жизни, отражающие ценности общества, являются важным объектом внимания во многих странах. В частности, Оболонский А.В.

подчеркивает что, признание жизнеспособности и легитимности политической системы страны во многом зависит от того насколько государственные институты и высшие должностные лица отвечают господствующим в обществе ценностям и идеалам, а их поведение соответствует нормам морали, что стало важной составляющей законодательной деятельности США. [7, 121] Период развития, который переживают все государства постсоветского пространства, сопровождается неоднозначными изменениями не только в политической, экономической, но и социально-психологической сфере жизнедеятельности. «Сегодня ценности из теоретической концепции жизни, – отмечает К.А. Абульханова-Славская, – превратились в едва ли не в основной ее ресурс. Личность выживает не в экономическом, а в жизненном смысле, благодаря тому, что ценности превращаются в саму жизнь, сохранение их начинает составлять смысл». 1 Рассматривая профессиональную деятельность кадров государственного управления в контексте социологии витализма, необходимо акцентировать внимание на том, что каждый индивид включается в профессиональную деятельность в границах господствующих в обществе ценностных ориентаций, задающих специфику жизненного пространства, с одной стороны, и средств достижения поставленных целей, с другой, в рамках воспринятых индивидом ценностных ориентаций, реализации его жизненных сил.

С этих позиций мотивация деятельности индивида госслужащего проявляется как профессионально-жизненное целеполагание, личностный смысл, как ее движущая сила, действующая в определенной нормативной среде системы государственного управления. В этих условиях личность может как распредметить нормы и ценности деятельности организации, превратив их в положительные мотивы своей профессиональной деятельности, так и придать этой нормативности чисто формальный характер по отношению к своей деятельности, а в некоторых случаях (когда речь идет о коррупции) и асоциальный характер.



Pages:     | 1 |   ...   | 17 | 18 || 20 | 21 |   ...   | 26 |
 

Похожие работы:

«СБОРНИК НАУЧНЫХ ТРУДОВ КОНФЕРЕНЦИИ СБОРНИК НАУЧНЫХ ТРУДОВ КОНФЕРЕНЦИИ УДК 316. ББК 71.05 Д4 Издано по заказу Комитета по науке и высшей школе Редакционная коллегия: доктор социологических наук, профессор Я. А. Маргулян кандидат социологических наук, доцент Г. К. Пуринова кандидат филологических наук, доцент Е. М. Меркулова Диалог культур — 2010: наука в обществе знания: сборник научных трудов Д международной научно-практической конференции. — СПб.: Издательство Санкт-Петербургской академии...»

«У нас в гостях социологи республики Корея От редакции. Предлагаем нашим читателям познакомиться со статьями корейских коллег – в них содержится много интересного, познавательного, вплоть до возможного применения их выводов и предложений в нашей стране. История Института российских исследований (ИРИ) началась 13 января 1972 г., тогда при Университете иностранных языков Ханкук был основан Центр изучения СССР и стран Восточной Европы. Это было единственное научное учреждение, проводившее анализ...»

«МЕДВЕДЕВА К.С. НАУЧНАЯ ЖИЗНЬ НАУЧНАЯ ЖИЗНЬ DOI: 10.14515/monitoring.2015.5.12 УДК 316.74:2(410) Правильная ссылка на статью: Медведева К.С. О социологии религии в Великобритании. Заметки с конференции // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. 2015. № 5. С. 177For citation: Medvedeva K.S. On sociology of religion in Great Britain. Conference notes // Monitoring of Public Opinion: Economic and Social Changes. 2015. № 5. P.177-182 К.С. МЕДВЕДЕВА О СОЦИОЛОГИИ РЕЛИГИИ...»

«Об итогах проведения секция «Социология» XXII Международной конференции студентов, аспирантов и молодых учёных «Ломоносов -2015» C 13 по 17 апреля 2015 года в Московском государственном университете имени М.В.Ломоносова в 22 раз проходила традиционная Международная научная конференция студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов». Основными целями конференции являются развитие творческой активности студентов, аспирантов и молодых ученых, привлечение их к решению актуальных задач...»







 
2016 www.konf.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, диссертации, конференции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.