WWW.KONF.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Авторефераты, диссертации, конференции
 


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 17 |

«БЕЛОРУССКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ГЕОГРАФИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ ОО «БЕЛОРУССКОЕ ГЕОГРАФИЧЕСКОЕ ОБЩЕСТВО» БЕЛОРУССКИЙ РЕСПУБЛИКАНСКИЙ ФОНД ФУНДАМЕНТАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ СОВРЕМЕННЫЕ ...»

-- [ Страница 4 ] --

ПЛ следует рассматривать не только как сложную экосистему, но, более того, как синергийный междисциплинарный объект (Ракитников, 1972; Копыл, 1992, 2004, 2007). Концепция системного объекта предполагает выявление признаков целого (сущностных, эмерджентных). Положенный в основу концепции ПЛ комплексный подход Л.Г. Раменского, логично перешедший в системный и далее в синергийный, стал принципиальной основой обобщения: на первоначальном этапе – типологии, базирующейся на сходстве сущностных признаков множества индивидуальных ландшафтов, и на более высоком, следующем этапе – классификации, построенной на иерархии этих признаков как обязательном свойстве системного объекта (Копыл, 2004, 2007).

Эту дихотомию частного и всеобщего сформулировали для географических объектов П. Хаггет и Р. Дж. Чорли (1971), ссылавшиеся на Аристотеля и Френсиса Бэкона: «…эффективнее и результативнее рассматривать явления реального мира, исходя из родовых характеристик их совокупностей, а не сосредоточиваться на их индивидуальных отличиях друг от друга». Идиографический (индивидуализирующий) и номотетический (классификационный) подходы к реальному миру являются двумя последовательными этапами обобщения в его изучении Карта – следующий этап в ряду моделирования, необходимая пространственная модель региона ландшафтопользования, снабженная легендой-классификацией. Она отражает важнейшие свойства системного объекта с его динамизмом, эмерджентностью и иерархичностью признаков. Карта – основа разнообразной информации о площадях, объеме и прочих параметрах природно-кормового потенциала, их дифференциации в связи с разнообразием типов ПЛ.

Формализованный итог вышеупомянутого моделирования – система эмпирических математических формул, алгоритм, выполненный на основе аппроксимированных параметров, количественно отражающих существенные свойства ландшафта. Алгоритм играет роль механизма, инструмента управления рассматриваемой природно-антропогенной системой, являясь таким образом технологией геоэкологических разработок (Копыл, 1992, 2006). Выполнение подобной технологической разработки позволяет ввести объект (ПА) в сферу ландшафтного планирования, являющегося в целом экономико-социо-экологической процедурой, которую правомочно включить так же в состав технологий, необходимых при противостоянии экологическому кризису, но не фундаментальных научных исследований.

Отсутствие управления при использовании ПЛ ведет к их деструкции, к выходу за пределы инварианта, что нередко способствует полному распаду, диссипации, хаосу. Вступление в силу внешнего энергетического фактора, например, ветра, вызывает дефляцию, ослабляет синергию всех элементов системы или вообще снимает ее, приводит к возникновению бедленда, открывая пути энтропии, в нашем случае – это пути опустынивания (Копыл, 2006). Но при снятии или значительном уменьшении нагрузок остается возможность формирования нового инварианта в процессе самоорганизации, что правомочно идентифицировать как формирование диссипативных структур. Синергия дает им толчок и может осуществляться через связь с материнским ландшафтом, дающим семена растений и твердое вещество, поступающее с поверхностным стоком из сохранившихся более высоких ландшафтных ярусов коренного типа.

Культурно-исторические ландшафты лесной зоны Европейской России Низовцев В.А. Московский госуниверситет, г. Москва, Россия_____ Культурно-исторический (посткультурный) ландшафт - целостное историко-культурное и природное образование, отражающее историю природопользования и духовного развития местного (этнического) сообщества конкретной территории с однородными природными (ландшафтными) свойствами. Характерными чертами культурноисторических ландшафтов является: своеобразие, уникальность (или типичность) природной среды и историчность ландшафта (сохранность исторического облика); насыщенность памятниками исторического, архитектурного и духовного наследия; целостность и единство природной и антропогенной составляющей, памятника и его природного окружения;

экологичность ландшафта (органичность сочетания природной и антропогенной составляющей, эколого-эстетические свойства).

В их современной ландшафтной структуре участвуют антропогенно-природные и даже антропогенные («рукотворные»), комплексы. Наряду с антропогенно трансформированными природными компонентами и элементами морфологической структуры включают артефакты, социофакты, ментифакты, так называемый «антропогенный слой ландшафта». Особую роль в формировании культурно-исторических ландшафтов играют интеллектуальные и культурные ценности, которые могут становиться и самостоятельным компонентом ландшафта, своего рода информационным блоком. Они могут служить своего рода своеобразной «биографической летописью» жизнедеятельности населения в определенных ландшафтных условиях в конкретное историческое время, свидетельством материальной и духовной культуры создававшего его социума.

Многие такие ландшафты можно отнести к категории ассоциативных, т.к. материальные элементы в них или отсутствуют, либо малосущественны, а историко-культурные ассоциации заключены в природных элементах, которые и являются собственно их носителями. Как правило, культурно-исторические ландшафты относятся к категории реликтовых ландшафтов, закончивших свое эволюционное развитие, а основная «историческая» жизнь оказалась в далеком прошлом, как, например, сохранившиеся культурные ландшафты исторических центров древних городов. Многие такие ландшафты в настоящее время находится в определенной стадии музеефикации, например, культурно-исторический ландшафт «Бородинское поле».

Выделятся три иерархических уровня посткультурных ландшафтов.

Наряду с собственно культурно-историческим ландшафтом выделяются его структурные элементы: ландшафтно-исторические комплексы.

Ландшафтно-исторический комплекс (ЛИК) – эго элементарная ячейка ландшафта, формирующаяся под влиянием природно-материальных факторов. Природная основа ландшафтно-исторических комплексов – это ПТК локальной размерности, в котором проводилось то или иное природопользование и именно в него нередко «вписан» материальный объект – свидетельство определенной хозяйственной и духовной деятельности. Иерархический уровень природной основы ЛИК соответствует рангу – подурочище и урочище (их можно назвать культурноисторическими урочищами), т.к. именно на этом уровне отмечается наиболее тесная корреляция хозяйственных угодий и ПТК.

Культурно-исторический район – совокупность культурноисторических ландшафтов на определенной территории, отражающая закономерности исторического ее развития. При выделении районов особое внимание уделяется на ландшафтные особенности территории, которые непосредственно влияли на расселение, на формирование поселенческой структуры и на хозяйственное освоение территории. Ландшафтно-исторический район является целостным пространственным объектом, насыщенным особо ценными природными и историкокультурными объектами, отражающими типичную природную среду и традиционную культуру, что делает их исключительно ценными памятниками (территориями) природно-культурного наследия нашей страны.

Ярким примером такого района служит Северо-Двинская водная система, в которой ландшафтообразующим ядром, своего рода системообразующим стержнем являются канальные системы герцога Вюртембергского, Мариинской и Северо-Двинской системы шлюзов, представленные озерно-речными системами, соединенными рукотворными каналами с сохранившимися памятниками гидротехнического строительств.

В состав этого своеобразного и уникального культурно-исторического района входят культурно-исторические ландшафты древнейших городов России Белозерска и Каргополя, «архитектурные жемчужины» Севера культурно-исторические ландшафты Кирилло-Белозерского, Феропонтова и Горицкого монастырей и Нило-Сорской пустыни. Заселение и хозяйственное освоение этого района Севера в значительной степени связано с освоением водных путей. В ранние времена - это естественные водные пути и связующие их волоки, позднее – рукотворные водные системы. В этот культурно-исторический район входят также разнообразные по свойствам и структуре природные ландшафты и в разной степени антропогенно преобразованные ландшафтные комплексы. Многие такие ландшафты в настоящее время находится в определенной стадии музеефикации, например, культурно-исторические ландшафты канала герцога Вюртембергского, древних городов или древних монастырей.

Ландшафт и историческая застройка Смоленска Гаевская З.А.

Смоленский гуманитарный университет, г. Смоленск, Россия_____ Город Смоленск - административный центр области, один из древнейших русских городов, крупный промышленный центр и транспортный узел. Смоленск возник на древнем торговом пути «из варяг в греки»

как город кривического союза племен. Первое датированное упоминание Смоленска в Устюжском (Архангелогородском) летописном своде относится к 863 году: по свидетельству летописца, он был тогда «град велик и мног людьми».

Общая панорама города впечатляет связью исторической застройки с природой. На две части с востока на запад, разрезан город руслом Днепра. Ближний правый северный берег - низкий и пологий. Основная часть Смоленска расположена амфитеатром на высоком южном берегу, прорезанном глубокими (до 80-85 м) и длинными оврагами. Общая открытость пространства и доступность взору даже дальних районов (из-за протяженности оврагов) определили исключительную живописность города. Поросшие деревьями и кустарниками склоны вводят глубоко в застройку зеленые массивы, церкви на высотах рельефа завершают и объединяют силуэт города [1].

Обогащению силуэта, приданию цельности старому городу способствует крепостная стена 16 века и величественная громада Успенского собора (1677-79 гг., 1712-40 гг.), расположенного на самом высоком холме. Соборная гора находится в центре Смоленска, и образует самую высокую точку рельефа. Соборная гора - высокий мыс между двумя оврагами, врезанными в береговое плато. На центральной площадке мыса возвышается собор Успения (1677-79 гг.,1712-40 гг.). Вокруг него всевозможные постройки комплекса собора и архиерейского двора. Вместе, хотя это и разновременный комплекс сооружений, но он воспринимается как единый архитектурный ансамбль. Главенствующая громада собора Успения играет роль центральной доминанты. Собор идентичен окружению, он «вырастает» из земли.

Графическая структура Успенского собора идентична графической структуре пейзажа. По мнению Курбатова Ю.И: «Особое место принадлежит идентичности графической структуры архитектурной формы и пейзажа. Это обусловлено в известной мере особенностями нашего зрения. Мы уже обратили внимание на то, что объемы, удаленные более на чем на 50 м, воспринимаются как двухмерные. Их оценка основана, прежде всего, на анализе контуров. Взгляд прослеживает конфигурацию линий, точки их перелома, их ритмическую организацию. Именно поэтому особенно существенна идентичность силуэта архитектурной формы силуэту объемных форм дальних планов пейзажа. Это может привести к вписыванию объекта в контуры природных форм. Приобретает значение так же тождественность и других линий архитектурной формы линиям, доминирующим в общей структуре пейзажа» [2].

Эта идентичность графической структуры архитектурной формы и пейзажа хорошо видна на примере взаимосвязи собора Успения с природным окружением. Горизонтальная каменная ограда, окружающая весь архитектурный ансамбль Соборной горы, вторя горизонтальному зеркалу Днепра, создает логичный переход от сложной поверхности основания к вертикально устремленному собору. Мощный параллелепипед собора Успения, расчлененный пилястрами, с трехступенчатыми капителями хорошо вписывался в природное окружение. Трехступенчатые капители, проемы с фигурными наличниками создают «живую» вертикальную линию силуэта. Эта «живая» вертикальная линия силуэта основного объема близка к природным вертикальным силуэтным контурам деревьев. Активной связи собора с природным окружением способствует силуэтная линия покрытия собора и силуэтные линии барочных глав собора, которые идентичны по конфигурациям наклонным линиям склонов холмов. Интервалы между главами собора также близки к природным формам по силуэту.

Идентичность графической структуры исторической застройки и графической структуры пейзажа усиливалась и поддерживалась за счет учета колористики пейзажа. Устойчивой традицией в древности было стремление зодчих сделать архитектурную композицию воспринимаемой не только в ярко солнечном свете, но и при пасмурной погоде.

Бело-розовый цвет с кирпично-красными деталями декора был характерен для архитектурных памятников 12 и 16 вв. Н.Н Воронин и П.А Раппопорт приводят заключение по церкви Петра и Павла: «Таким образом, можно думать, храм был бело-розовым, с оставленными открытыми кирпично-красными деталями декора. Это напоминало расцветку народной вышивки – красной нитью по белому холсту и несколько смягчало общую строгость храма» [3].

Белыми с кирпично-красными элементами декора были и башни

Смоленского кремля. В.В Косточкин приводит следующие сведения:

«Наряду с побелкой крепость имела и раскраску. Мумией были окрашены также декоративные рамочные обрамления бой ниц башен и прясел стены, некоторые элементы карнизов башен и промежутки между карнизами. Все это усиливало декоративную значимость архитектурных деталей крепости, четко вырисовывавшихся на фоне огромных плоскостей стен и башен, сверкавших белизной известковой побелки» [4].

Применение бело-розового цвета с художественной точки зрения выгодно. Живописцы хорошо знают, как бывает выигрышно для картины брошенное на фоне зелени и голубого неба белое архитектурное пятно. Своим белым цветом здания хорошо вписывались в зимний пейзаж, являясь рукотворными эквивалентами снежных гор. Красно-коричневый цвет декора ассоциировался с цветом стволов деревьев. Доминирующий в летнем пейзаже Смоленска зеленый цвет требовал защитного, дополнительного цвета красного. Этот кирпично-красный цвет декора выявлял архитектурные детали своей вещественностью. Близостью к теплым цветам земли кирпично-красный цвет хорошо увязывал здания с цветом почвы.

Окраска Успенского собора в зеленый цвет при белых членениях фасада позволила создать гармоническую связь между собором и цветовым обликом местности. Зеленый цвет здания камуфлировал громадное здание собора в летнем пейзаже, делая его естественным продолжением Соборной горы.

Предположительно окраска зданий эпохи барокко была в активные красные, зеленые, синие тона, с выступающими белыми деталями. Такая окраска была целесообразна при неярком, часто бестеневом освещении.

Для Смоленска характерно преобладание пасмурной погоды (178 дней) [5]. Кирпично-красный цвет был необходим в качестве дополнительного цвета к зеленому. Зеленый цвет окраски зданий эпохи барокко мог идеально подходить к роли «искусственных курганов» выраставших из мощного природного основания. Окраска в синие цвета мало вероятно.

В пейзаже Смоленска мало песочных тонов, требующих дополнительного - синего цвета.

Для зданий эпохи классицизма была следующая цветовая гамма. Цоколи окрашивались в серый (дикий) цвет. Поле стены в светло - желтый, светло - зеленый, светло – серый или светло - синий цвета. Преобладающим цветом стен был желтый различных оттенков. Крыши делались зелеными или красными [6]. Основные архитектурные цвета желтый и красно-коричневый сохраняют свою силу и позволяют видеть крупные членения фасадов зданий на расстоянии от объекта наблюдения до 1200м.

Цветовые вариации всех эпох объединял архитектонический характер принципа композиции – символическое изображение каркасной структуры. Во всех цветовых вариациях различных эпох господствовало сочетание насыщенных цветов со светлыми цветами. Выявляется символическое изображение каркасной структуры, за счет сочетания насыщенных цветов со светлыми цветами, для выявления организованности графической структуры пейзажа и графической структуры исторической застройки. Насыщенные цвета (кирпично-красный, зеленый, желтый) применялись при окраске зданий осознанно, в соответствии с задачей камуфлирования или выделения зданий, в соответствии с характером рельефа. Все это свидетельствует об осознании цветопейзажа как единого организма, имеющего свою логику, свой характер.

Таким образом, ландшафт и историческая застройка составляют целый единый организм, формирующий своеобразие образа города Смоленска.

Литература

1. Архитектурные памятники Смоленской области: [в 2 кн.] / под ред. В. И. Плужникова; Всесоюз. науч. - исслед. ин - т искусствознания.

– М., 1987. С-56.

2. Курбатов, Ю. И. Архитектурные формы и природный ландшафт.

Композиционные связи / Ю. И. Курбатов; – Л.: Изд - во. Ленингр. ун та, 1988. С-108.

3. Воронин, Н. Н. Зодчество Смоленска 12 - 13 вв. / Н. Н. Воронин, П. А. Раппопорт. – Л.: Наука, Ленингр. отд – ние, 1979. С-67.

4. Косточкин, В. В. Крепость Смоленска / В. В. Косточкин – М.:

2000. С-32

5. Смоленск: Крат. Энцикл. / под ред. Д. И. Будаева. – Смоленск:

ТРАСТ – ИМАКОМ, 1994. С-11.

6. Ожегов, С. С. Типовое и повторное строительство в России в XVIII – XIX веках. / С. С. Ожегов. – М.: Стройиздат, 1984. С-92.

Городской ландшафт в представлении горожан Караваев В.А. Институт географии РАН, г. Москва, Россия_______ В 1994 г. В России была принята муниципальная реформа, законодательно провозгласившая сочетание государственной власти и муниципального самоуправления. В то же время, укрепление вертикали власти преобладает над строительством фундамента местного самоуправления.

В связи с этим, важно изучать не только на качественном, но и на количественном уровне проявления самоорганизации городской среды, как в отношении определения своей территории в городе, так и в организации различных предприятий городской инфраструктуры.

Интерес к гуманитарным вопросам ландшафтных исследований в последние годы заметно вырос, что подтверждает тематика международных конгрессов IALE.

В данной работе была проведена дифференциация городской территории на основе количественного анализа анкет жителей. Они должны выявить городскую местность (далее – ГМ) – территорию, которую считают своей, хорошо знают и часто посещают. Респондентам предлагается также наполнить её объектами инфраструктуры, которые для них наиболее важны – фокусами.

Рассматриваемая в контексте исследования самоорганизация горожан отражается в их способности выявлять «свою ГМ».

Изучение мнения жителей позволит районировать городскую территорию на единицы, подобные природным ландшафтным единицам.

ГМ является частью городского ландшафта подобно тому, как физикогеографическая местность – частью природного ландшафта.

Смысл субъективного представления о ГМ заключается в совокупности мнений жителей о ней как об объекте исследования. Реальность её существования подтверждается тем, что достаточное для статистически достоверного исследования количество горожан предлагает совпадающие границы местности и наполняет её сходными фокусами, которые образуют каркас ГМ.

В качестве модельной территории была выбрана Юго-западная часть Москвы. Для проведения было намечено ядро предполагаемой местности, главный признак которого – типичность района для изучаемой части города. Она проявляется в застройке, архитектуре, одновременности освоения и однородности населения.

Модельная группа – пожилые горожане: он наименее мобильны и привязаны к месту проживания, именно для них наиболее важны объекты городской инфраструктуры.

На модельной территории было намечено 5 ядер – областей опроса.

В результате анкетирования выявлено 4 ГМ: УниверситетскоАкадемическая, Черёмушки, Нахимовский проспект, Улица Марии Ульяновой. Первая местность была выявлена по итогам анкетирования жителей в 2 областях опроса - полученные данные свидетельствовали о значительном перекрытии площадей. Подобный результат подтверждает отсутствие прямой зависимости итогов районирования от гипотезы исследователя.

Границы ГМ проводятся по повторяемости названий улиц или иных объектов, являющихся для жителей пограничными. При обработке анкет был выявлен «качественный скачок» - 30 % совпадающих названий.

Анализируя выявленные ГМ, историю застройки и заселения территории, природных рубежей и границ административно-территориальных единиц, мы предположили существование единицы более крупной единицы – городского ландшафта.

Для пожилых горожан в качестве фокусов выступают 8 групп объектов: рынки, палатки, продовольственные магазины, предприятия бытового обслуживания, озеленённые рекреационные территории, церкви, учреждения культуры, а также фокусы-символы – объекты, составляющие для респондентов «визитную карточку» ГМ.

Анализ фокусов проводится на основе описания диаграмм, отражающих их упоминаемость в зависимости от среднего удаления от мест проживания респондентов. Исследуется расстояние (по пути, который предпочитает респондент) и время, которое необходимо затратить.

Упоминаемость 6 групп фокусов из 8 находится в диапазоне 42-65 %, Обособленно расположены учреждения культуры и рынки, популярность которых составляет 29 % и 82 % соответственно.

В 6 группах выявлены фокусы как пешеходной, так и транспортной доступности. Только рынки и церкви – объекты исключительно транспортной доступности. Среднее расстояние, на которое ходят пешком – 784 м, усреднённое время при этом – 17 минут. Расстояние до объектов транспортной доступности составляет 4.900 м, время – 28 минут.

Время выступает как более важный фактор популярности фокусов, чем расстояние – показатели времени в разных городских местностях по различным группам фокусов намного ближе, чем расстояния.

Различные виды самоорганизации – разных социальных, профессиональных групп – взаимно обуславливают друг друга и противостоят управлению (организации) городской среды. Многокомпонентность такой системы затрудняет поиск универсальной меры самоорганизации.

Однако в каждом конкретном случае – в вопросах о границах территориальной дифференциации, характере и распределении различных видов фокусов и т.д. – возможна своя оценка. Объективность подобной оценки повышается, когда данные для неё получаются «из первых рук» - от самих жителей.

Проблемы изучения звуковых ландшафтов Матасов В.М.

Институт природного и культурного наследия г. Москва, Россия_ Философская основа акустической экологии проста: ее автор - R.

Murray Schafer, музыкант, композитор и профессор канадского университета Simonа Fraserа – предположил, что мы слышим акустическую окружающую среду как музыкальную композицию и несем ответственность за эту композицию. Как и многие идеи, выросшие в конце 1960-х, глубокая мысль Schafer’а сейчас спрятана за часто цитируемую фразу – шумовое загрязнение (noise pollution). Первым шагом Шефера стало замечание о невероятном преобладании визуальной информации в обществе – «культура глаза», как это явление часто обозначалось во многих работах – и указание на то, что умение детей слушать стремительно падает. В ответ на эту проблему, Шефером было предложено развивать набор упражнений «по прочистке ушей» (“ear cleaning”), включающий «звуковые прогулки» («soundwalk») – прогулочные маршруты, основной целью которых ставится осознание звуковой среды (Schafer 1967 and 1969).

Сегодня интерес к акустической экологии растет благодаря работе World Forum for Acoustic Ecology (WFAE), который был основан в августе 1993 года на международной конференции по акустической экологии в Канаде. Сейчас в него входят некоторые страны Европы, Япония, Австралия, Канада и США. С 2000 года стал выходить в свет журнал, посвященный акустической экологии – Soundscape.

При этом проблем изучения акустической среды по-прежнему много. В первую очередь – междисциплинарность. Изучение звуковых ландшафтов связано с акустикой, архитектурой, экологией, медициной, этнологией, дизайном, гуманитарной географией, психологией, ландшафтным планированием и многим другим. В связи с этим необходимо взаимодействие между различным специалистами, однако многие исследовательские коллективы не всегда оказываются к этому готовы.

Следующей проблемой является определение объекта исследований и терминологии, особенно ярко это заметно у нас в стране, где акустическая экология совсем недавно «появилась на свет». Возникают трудности перевода термина «Soundscape». Это может быть акустическая среда, звуковой ландшафт, звуковое пространство, звук ландшафта, звуковой пейзаж и т.п. В процессе исследований произойдет «выкристаллизация» нужного термина.

В любом случае представляется необходимым разобраться более основательно в объекте исследований. В связи с этим встает вопрос о его структуре и динамике. И вопрос сразу встает не один. Где расположены звуковые ядра, экотоны, границы? Как отличить фоновый, главный и особенный звуки? Существует ли иерархия и каковы критерии выделения единиц? Может ли изменяться ранг комплекса во времени?

Каковы циклы и ритмы звуковых ландшафтов? Можно ли по звуку судить о смене состояний ландшафта?

Все эти вопросы должны решаться в конкретных полевых работах.

Конечно, уже сейчас существуют общие представления о возможных ответах, однако без эмпирического материала в данных исследованиях не хотелось бы что-либо утверждать.

Следующей проблемой, несомненно, является методика описания звуковых ландшафтов. Вероятно, при описании звукового ландшафта конкретной территории в первую очередь следует выделить постоянные и периодичные звуковые комплексы, которые являются основой партитуры данного звукового ландшафта. И сразу же возникает вопрос о форме описания этих основных составляющих звукового ландшафта. Главным представляется все-таки схематическое (графическое) отображение, сопровождающееся словесным описанием, а также нотными, аудио и видеозаписями. Эта схема может быть вероятностной (вероятность услышать тот или иной звук в конкретный момент), громкостной (уровень громкости источника звука), спектральной и др.

Отдельно стоит проблема картографирования звуковых ландшафтов. Карта звуков дает возможность понять, как действительное географическое пространство структурируется в акустическом отношении.

Было бы неплохо фиксировать местоположение источников звука, и при известных акустических характеристиках этих источников, а также свойствах перераспределяющей звук поверхности (среде), моделировать звуковой ландшафт в каждой конкретной точке. Таким образом, получение звуковых карт вполне реально. Немаловажной проблемой является также классификация звуковых ландшафтов. Возникает и необходимость охраны звуковых ландшафтов как объектов нематериального наследия.

Ландшафт как феномен коммуникации Ковалев А.П.

Харьковский национальный университет, г. Харьков, Украина____ Мы привыкли связывать коммуникацию с общением между людьми. В действительности она распространена значительно шире и является одним из важнейших свойств Универсума. Порой мы даже не замечаем, что участвуем в коммуникативном процессе. Но мы существуем в Мире, научное описание которого, наряду с такими физическими категориями, как вещество, энергия, пространство, время, энтропия, присутствует ещё и информация. Речь идёт об особом свойстве Универсума – его информационности. Её природа ещё в конце ХІХ столетия была вскрыта Антри Пуанкаре, хотя он и не пользовался этим термином. Она проявляется в его знаменитой теореме об энергии (так называемые точки разрыва функций Пуанкаре), а также в его разработках, касающихся точности измерения и возможности предсказания траекторий. Теперь становится понятным, что феномен информации связан, прежде всего, с тем, что взаимодействие между объектами не основывается на детерминизме, а протекает с участием шума. Это значит, что в определённых условиях воздействие (сигнал) может быть воспринят по-разному, тем более, что такое взаимодействие происходит, прежде всего, на поверхности объекта, свойства которой могут существенно отличаться от свойств самого объекта. К тому же, взаимодействие всегда сопровождается ростом энтропии, что снижает точность. Коль так, все объекты, взаимодействуя, порождают информацию, т. е. участвуют в коммуникативном процессе. Тем более это свойственно живым организмом и человеку. Это значит, что Мир обречён на коммуникацию, причём проявление каждого феномена связано с его «лицом», за которым «прячется» его сущность – глубинная организация. Такое «лицо» есть организация коммуникативной поверхности. Это - чисто физиономическое явление. Именно так следует понимать и ландшафт.

В отличие от традиционной точки зрения на ландшафт как геокомплекс определённого ранга, сложившейся в советской географии, автор определяет его как организацию рисунка дневной поверхности (в случае географического ландшафта); в общем случае это организация коммуникативной поверхности – паттерн, который мы можем воспринять, запомнить и впоследствии воспроизвести в памяти. Такое понимание ландшафта представляет собой возврат к его классической версии (в духе А. Гумбольдта) и вытекает из его этимологии (природный фон на картинах художников). В этом случае феномен ландшафта, вместе с такими феноменами, как лицо, рельеф (как организация поля высот), архитектура (как организация жизненного пространства), образует особый класс коммуникативных феноменов. Это значит, что ландшафт в самом широком смысле, включая такие его варианты, как социальный, политический, экономический и в том числе географический, рассматривается как проявление той или иной динамической системы на её поверхности, которое формируется реципиентом на основе некоторых данных.

Речь идёт о том, что динамика системы как бы производит свой двумерный образ на своей поверхности путём кодирования динамических режимов: морфология есть застывшая динамика системы. В случае географического ландшафта речь идёт о существовании глобальной географической машины – геосистемы – как организации множества элементарных процессов, которая «вышивает» узор на дневной поверхности. Эта точка зрения близка к взглядам А.С. Викторова (1986), однако здесь сам ландшафт есть рисунок дневной поверхности. Этот рисунок, будучи воспринят человеком, выражается как ландшафт местности – некоего ландшафтообразующего пространства дневной поверхности, выделение которого содержит в себе субъективный момент. Более того, что дневная поверхность может содержать в себе многие особенности организации рисунка, которые мы не выявляем, что послужило основой для введения понятия об онтоландшафте – некоторой реальной организации рисунка, которая либо не выявляться, либо выявляться по-разному.

Значит, имеет место существенная разница между дневной поверхностью и ландшафтом. Так, мы не можем разложить ландшафт на части, как это было принято в советском ландшафтоведении, поскольку ландшафт – это целостный образ, формирующийся в нашем сознании. Это – коммуникативный феномен. Так геосистема, которую мы не можем наблюдать, формирует своё «лицо». А это значит, что мы не можем сфотографировать или нарисовать ландшафт, как не можем и картографировать его (как и рельеф). На самом деле на фотографии или рисунке с помощью фрагментов разного цвета и формы как системы кодирования, на карте (с помощью условных знаков) отображается структура дневной (топографической – в случае рельефа) поверхности. Глядя на изображение и зная код, мы воспроизводим в своём сознании ту конфигурацию местности, которая изображена.

Ставится под сомнение возможность использования единой системы таксономических единиц (фаций, урочищ, местностей) для отображения структуры поверхности. Эта система представляет собой попытку редуцировать сложную структуру, вместив её в простую линейную схему. Что касается местности, это вообще только ландшафтообразующее пространство, которое может иметь разный по сложности рисунок. Если рисунок не имеет организации, то о ландшафте говорить вообще не приходится. В таком случае в ландшафтной экологии пользуются термином «нулевой ландшафт». Автором введено понятие о минимальном ландшафте как том минимальном наборе характерных черт рисунка определённого типа, который позволяет говорить о поверхностях данного типа, например, флювиальном, гляциальном, эоловом ландшафте и т.п.

Историко-ландшафтная основа процесса освоения Алтае-Саян Глебова А.Б., Чистяков К.В.

Санкт-Петербургский госуниверситет, г.

Санкт-Петербург, Россия_ Ландшафты Алтае-Саян являются уникальными природными комплексами. Они формировались в течение многих тысячелетий под воздействием, как природных, так и антропогенных факторов. Освоение региона началось еще в плейстоцене. С этого времени Алтае-Саянская горная страна служила центром формирования многих этносов и своеобразным путем транзита при переселении народов из степей Внутренней Азии на Запад. «Следы» этих исторических и этно-географических процессов дошли до наших дней в виде комплексов курганов, каменных изваяний, городищ, петроглифов и т.д. Подобное разнообразие археологических памятников обусловлено своеобразными природными чертами.

Удаленность горной страны от океанов, континентальность климата и большие амплитуды высот обеспечили разнообразие ландшафтов от гляциально-нивальных до пустынных. Целью работы являлось выявление связей между ландшафтными условиями и различными этносами в процессе освоения Алтае-Саян человеком.

Для достижения поставленной цели была разработана типология ландшафтов и составлена оригинальная ландшафтная карта Алтае-Саян с помощью ГИС-технологий (программа Mapinfo) в масштабе 1:500000. На ландшафтной карте было выделено 115 типов ландшафтов. Также была составлена среднемасштабная археологическая карта Алтае-Саян и соответствующая ей база данных по зафиксированным археологическим памятникам. По описаниям, данным в литературных источниках, с помощью ГИС-технологий (программа Mapinfo) было привязано около двух тысяч памятников. Все типы археологических памятников были разделены на двенадцать групп: 1. Городища, крепости, поселения, стоянки (проживания); 2. Комплексы курганов; 3. Одиночный курган; 4. Комплексы поминальных сооружений; 5. Оленные камни, балбалы, стелы, каменные изваяния (древнетюркские изваяния с оградками и каменными рядами); 6. Подъемочный материал (стоянки обнаруженные при размыве); 7.

Стоянки-мастерские; 8. Древние выработки меди, олова, железа; 9. Петроглифы; 10. Надписи; 11. Пещеры; 12. Случайные находки.

История освоение ландшафтов Алтае-Саян, в зависимости от смены культур, подразделяется на следующие этапы: каменный век (600-350 тыс. – III тыс. до н.э.); энеолит (III – нач. II тыс. до н.э.); эпоха бронзы (II тыс. до н.э. – VIII до н.э.); раннескифское (VIII – середины VI вв. до н.э.);

скифское (VI – нач. II в. до н.э.); гунно-сарматское (II в. до н.э. – V в.

н.э.); древнетюркское (V – VII вв.); уйгурское (VII – IX вв.); древнекыргызкое (IX – XII вв.); монгольское (XII – XIV вв.) время – XX вв.

В результате проведенных исследований было установлено, что наибольшее распространение на территории Алтае-Саянской горной страны имеют горно-таежные ландшафты (42%), альпийско-тундровые занимают 25% от общей площади, 13% принадлежит степным ландшафтам, по 9% горно-долинным лесным и лесостепным.

Во все времена наиболее освоенными ландшафтами являлись степные (40%), преимущественно котловинные низкогорные озерные и среднегорные пролювиальные равнины с сухими степями и лесостепные (18%) среднегорья с мелколиственно-светлохвойными лесами в сочетании со степями. Большое количество археологических находок сосредоточено также в горно-долинных лесных ландшафтах (14%), главным образом, на дренированных террасированных долинах рек с разнотравно-злаковыми лугами и ивово-тополевыми лесами. Меньше археологических памятников приходится на горно-таежные ландшафты (10%). В высокогорьях археологические памятники (11%) встречаются, как правило, по долинам рек и на субальпийских и альпийских лугах.

7% памятников сконцентрировано в горно-долинных лугово-степных ландшафтах. Процесс освоения Алтае-Саян имел немонотонный (возвратно-поступательный) характер. В скифское, древнетюркское, древнекыргызкое и в монгольское время территория была наиболее густо заселена. В каменном веке, энеолите, в эпоху бронзы, гунно-сарматское и уйгурское время регион был менее заселен.

Происходившие изменения в ландшафтах за последние несколько тысяч лет, главным образом, в большей степени были обусловлены климатическими изменениями при относительно консервативных системах традиционного природопользования.

С засушливыми фазами голоцена соотносится неолит, начало эпохи бронзы, гунно-сарматское, древнекыргызкое и монгольское время. В более увлажненные периоды (энеолит, скифское, древнетюркское и уйгурское время) в котловинах, на горных склонах формировались луговые степи, которые служили кормовой базой для домашнего скота. Сопоставление климатических периодов и этапов освоения человеком природных ландшафтов показывает, что наиболее активное освоение ландшафтов приходится на периоды увлажнения климата.

Имеющиеся археологические данные свидетельствуют о том, что рост воздействия человека на ландшафты в течение исторического времени не был постепенно-нарастающим, а носил периодический характер. Наиболее сильную антропогенную нагрузку на ландшафты население оказывало в скифское, древнетюркское, древнекыргызкое и монгольское время. Эти периоды сменялись периодами относительно меньшего воздействия: энеолит, бронза, раннескифское, гунно-сарматское, уйгурское время. Кроме того, в историческом прошлом на территории Алтае-Саян случались локальные экологические кризисы, связанные с антропогенными факторами.

Е. Кондрацкий – исследователь и пропагандист географии Беларуси Пирожник И.И. Белорусский госуниверситет, г. Минск, Беларусь__ Профессор Варшавского университета Ежи Кондрацкий (1.11.1908– 13.04.1998) широко известен во многих странах мира как крупный ученый-географ ХХ в. в области комплексной физической географии, ландшафто-ведения, лимнологии, картографии, а также организатор географического образования и научных исследований. Родился он в Варшаве, где в 1926 г. закончил гимназию и стал студентом Варшавского университета. В 1931 г. получил диплом магистра философии по специальности «география» и после воинской службы (19311932 гг.) с 1 января 1933 г., по инициативе профессора С. Ленцевича, был принят на должность ассистента в географический отдел Варшавского университета, с которым была связана вся его последующая многогранная научнопедагогическая деятельность. В годы Второй мировой войны Е. Кондрацкий принимал участие в военной компании 1939 г. и длительный срок пребывал в лагере для военнопленных (до января 1945 г.). В первые послевоенные годы был инициатором и главным организатором восстановления географического образования в Варшавском университете. В 1951 г., после организации Географического института, Е Кондрацкий возглавил кафедру физической географии, в 1954 г. стал неординарным профессором, а в 1969 – получил звание ординарного профессора. Обязанности руководителя кафедры физической географии непрерывно исполнял 25 лет (до 1979 г., совмещая в отдельные годы функции декана факультета Биологии и Наук о Земле (19531956), директора Института Географии (19701977), активно участвовал в работе Польского географического общества (членом которого был с 1933г., с 1947 г. входил в состав Главного совета ПГО, в 19591968 гг. был его председателем, а в 19531959 и 19681987 гг. вице-председателем) почетным председателем которого был избран в 1987 г. Профессор Е. Кондрацкий был географом широких научных интересов, которые постоянно расширялись в ходе его научной карьеры. В предвоенные годы, под влиянием профессора С. Ленцевича, его научные работы были посвящены геоморфологии и геологии четвертичного периода, а также лимнологии. В столетнюю годовщину его рождения следует отметить, что его первым географическим полигоном стала северо-восточная территория довоенной Польши Браславское Поозерье. На основе проведенных лично полевых экспедиционных исследований на Браславщине Е. Кондрацкий в 1938 г. защитил диссертацию «Исследования морфологии и гидрографии Браславского Поозерья», которая была издана как монографический том «Географического обзора» [1], включала подробную геоморфологическую карту региона и каталог озер. Еще раньше об этом удивительном уголке белорусской земли Е. Кондрацкий сделал сообщение на конгрессе славянских географов и этнографов в Софии [2].

В 1950-х годах занимался комплексными физико-географическими исследованиями в разных регионах Польши, итогом которых стало физико-географическое районирование Польши и фундаментальные монографии «Физическая география Польши» (6-е изд. в 1988 г.) и «Региональная география Польши» (2-е изд. в 2000 г.), по которым учились многие поколения польских географов, а зарубежные географы, в т.ч. и белорусские, познавали уникальные географические образы соседней страны. Значительный вклад в мировую географию внес профессор Е. Кондрацкий, разрабатывая методы комплексных исследований ландшафтов, физико-географического районирования Европы в десятичной системе. При этом он активно сотрудничал с географами соседних стран, предложив свои схемы физико-географической регионализации Чехословакии, Литвы, Германии.

В начале 1990-х годов Е. Кондрацкий посетил Беларусь и регион своих первых географических исследований Браславщину. Его огромный опыт, географическая наблюдательность, комплексный подход к анализу природы и человеческой деятельности, принесли плоды в форме широкого спектра публикаций о природе и хозяйстве Беларуси в географических изданиях Польши. Об итогах своей поездки он рассказывал, выступая с докладами в региональных отделах Польского географического общества (Катавице, 1993 г.). В академическом географическом журнале Польши «Географический обзор» он опубликовал схему физико-географической регионализации Литвы и Беларуси [3], изложив свои взгляды (с применением европейской десятичной системы) в массовом журнале «География в школе» [4]. В последующем он еще несколько раз обращался к географии Беларуси, опубликовав отдельные статьи о Браславском Поозерье [5], озере Свитязь [6], рецензии на школьный географический атлас Беларуси [7] и геоморфологическую карту [8], перевод на польский язык статьи белорусского географа В. С. Аношко, которая была опубликована в краеведческом журнале [9]. Если учесть работы Е. Кондрацкого (всего он опубликовал более 750 работ A. Rychling, 2008), посвященные географическим объектам Беларуси (Полесье и др.) в энциклопедических изданиях, то следует признать, что он был не только крупным географом XX века, но и активным исследователем и пропагандистом географии Беларуси. Научные связи и совместные географические исследования призваны продолжить на новом этапе поколения молодых географов Варшавского и Белорусского университетов.

Литература

1. Kondracki J. Studia nad morfologia i hydrografia Pojezierza Braslawskiego // Przeglad Geografichny, 1938, T. 17.100s.

2. Kondracki J. Pojezerze Braslawskie // Congr. Geogr., Etnogr. Slaves., Sofia, 1938, S. 7677.

3. Kondracki J. Fizyczno-geograficzna regionalizacja republik Litewskiej i Bialoruskiej // Przeglad Geografichny. T. 64, Z. 34, S. 341346.

4. Kondracki J. Republika Bialoruska // Geografia w szkole. T. 45, z. 1, s. 2428.

5. Kondracki J. Pojezierse Braslawskie // Poznaj Swiat. 1996, z. 1, s. 5254.

6. Kondracki J. Jezioro Switaz // Poznaj Swiat. 1995, z. 9, s. 2931.

7. Kondracki J. Atlas Bieloruskoj SSR (рецензия) // Polski Przeglad Kartograficzny. 1995, T. 23, z. 3, s. 9697

8. Kondracki J. Geomorfologiczeskaya Karta Bieloruskoj SSR (рецензия) // Polski Przeglad Kartograficzny. 1995, T. 23, z. 3, s. 9798.

9. Anoszko W. Bialorus na mapie swiata (перевод Е. Кондрацкого) // Poznaj Swiat. 1995, z. 11, s. 45-49 Эоловый ландшафт на месте селитьбы в Полесье Пирожник И.И. Белорусский госуниверситет, г. Минск, Беларусь;

Снытко В.А. Институт истории естествознания и техники РАН, г. Москва, Россия; Щипек Т.

Силезский университет, Сосновец, Польша_____________________

На водораздельных территориях Полесья встречаются эоловые местности как проявления действия ветра на песчаном субстрате, о чем свидетельствует анализ крупномасштабной карты на междуречье рек Ясельды и Чары. В результате борьбы ветра и растительности эоловая деятельность может ослабевать, и только в результате чрезвычайных ситуаций она может активизироваться.

Местности вокруг полесских озер в зоне Огинского канала издревле заселялись людьми. Об этом, в частности свидетельствуют стоянки первобытного человека, обнаруженные на берегах озера Бобровичского в урочище Челновка. С XYI века вели свое начало селения Вядо и Тупичицы на берегу этого озера. Человек здесь хозяйствовал, освоив под пашню и пастбища лесные и болотные угодья.

В годы Великой Отечественной войны в зоне Огинского канала в сентябре 1942г. произошел крупный «Огинский бой» партизанского отряда имени Щорса с немецкой карательной экспедицией. После этого сражения гитлеровцы сожгли вместе с жителями ряд деревень, в том числе Вядо и Тупичицы. После войны эти селения не были восстановлены. На их месте сформировалась антропогенная пустыня: пески, не закрепленные растительностью, пришли в движение и окружают памятный обелиск на месте бывших усадеб.

Современная площадь развеваемых песков составляет около двух десятков гектаров. С геоморфологической точки зрения, здесь существует почти плоская, местами слегка всхолмленная дефляционная поверхность, бесспорно сформированная южными ветрами. Крайние, в основном восточные и западные, менее подвижные участки, находящиеся в ветровой тени, довольно интенсивно зарастают водорослями и мохообразными, что со временем приведет к зарастанию сосудистыми растениями и закреплению песчаного покрова.

В понижениях поверхности развеваемого покрова встречаются немночисленная галька красных гранитов, а также серые кремни с признаками неолитической обработки, что свидетельствует о древнем селении в этих местах. На поверхности развеваемого песчаного покрова сохранились различной величины дефляционные останцы, часто закрепленные единственными кустарниками или небольшими соснами.

Здесь также наблюдаются небольшие дефляционные мульды и уступы. Аккумулятивные формы представлены песчаными тенями, образующимися в тени куртинок травянистой растительности, немногочисленными бугорками, высотой до 1–1,5 м, а также небольшими и маломощными, отчасти подвижными песчаными покровами. Передняя часть одного из них, с уклоном 4–5 к северу, наcтyпает на подножие наветренного склона (5–6), закрепленного мхами, лишайниками и травянистой растительностью, небольшой поперечной дюны высотой 2–3 м. На вершинной части этой дюны (транзитный склон) сохранилось несколько старых дубов. Травяной подветренный склон, с уклоном 10–12, соединяется с закрепленной поверхностью эоловых покровных песков.

Кроме дефляции здесь также, прежде всего на наветренном склоне дюны, наблюдаются многочисленные признаки современного концентрированного смыва в виде мелких (до 20 см) борозд. В сухую и ветреную погоду они, как правило, подвергаются развеванию и засыпанию песком.В других местах современно развеваемые эоловые пески непосредственно переходят в закрепленные мхами, лишайниками и травянистой растительностью эоловые покровы, которые, в свою очередь, сопутствуют подобным покровам, поросшим сосновым бором. Растительность, существующая вдоль берегов оз. Бобровичского, особенно рядом с анализируемым участком, как наземная, так и водная, выступает барьером для переносимых ветром частиц гумуса и песчаного материала, выдуваемых из бывших полей и огородов. Данный эоловый материал не смог поступить в водоем и задерживался на побережье озера.

В ландшафтах Полесья создавались в результате прекращения хозяйственной деятельности человека на отдельных территориях в послевоенное время условия для активизации эоловых процессов, о чем свидетельствует современный эоловый ландшафт на берегу озера Бобровичского на месте деревень Вядо и Тупичицы.

Антропогенная трансформация ландшафтов Южной и Юго-Восточной Азии Лавринович М.В. Белорусский госуниверситет, г. Минск, Беларусь Территория Южной и Юго-Восточной Азии давно и плотно заселена человеком, столь же давно и интенсивно используются и природные богатства в хозяйственных целях.

В настоящее время здесь сохранилось немного природных комплексов, не трансформированных антропогенной деятельностью, а различные отрасли хозяйства выступают в качестве активных агентов преобразования не только природных, но и антропогенных подсистем современных ландшафтов. Основной процесс, прослеживающийся на рассматриваемой территории – сдвиг природной зональности в сторону расширения саванн. Саваннизация захватила влажнотропические леса, смешанные листопадно-вечнозеленые леса, ксерофитные леса и редколесья.

Основной причиной возникновения антропогенных саванн на месте вечнозеленых лесов (Малайзия, Мьянма) является подсечно-огневое земледелие после вырубки и выжигания леса. Территория эксплуатируется с 2-3 летним периодом ротации. Если же периоды культивации следуют один за другим или расчищенные участки выжигаются, возникают новые сообщества с преобладанием трав, главным образом аланг-аланг.

Последние отличаются необычайной агрессивностью и являются настоящим препятствием, как для естественного восстановления лесной растительности, так и для сельского хозяйства. Эти заросли называют «зеленой пустыней».



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 17 |
 

Похожие работы:

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «КУБАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ» М Е Т О Д И ЧЕ С К И Е У К А З А Н И Я К С Е М И Н А РС К И М З А Н Я Т И Я М по дисциплине Б1.В.ОД.3Основы психологии и педагогики Код и направление 40.06.01Юриспруденция подготовки Гражданское право; Наименование направленности предпринимательское (профиля) подготовки научноправо; семейное...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ «САРАТОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ Н.И. ВАВИЛОВА» АГРАРНАЯ НАУКА В XXI ВЕКЕ: ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ Сборник статей VI Всероссийской научно-практической конференции I часть САРАТОВ УДК 378:001.89 ББК 4 Аграрная наука в XXI веке: проблемы и перспективы: Сборник статей VI Всероссийской научно-практической конференции....»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ «ЯРОСЛАВСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННАЯ АКАДЕМИЯ» (ФГБОУ ВПО «Ярославская ГСХА») СБОРНИК НАУЧНЫХ ТРУДОВ ПО МАТЕРИАЛАМ XXXVIII МЕЖДУНАРОДНОЙ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКОЙ СТУДЕНЧЕСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ «НИРС – ПЕРВАЯ СТУПЕНЬ В НАУКУ» Часть I ЯРОСЛАВЛЬ УДК 631 ББК 4ф С 23 Сборник научных трудов по материалам XXXVIII Международной...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РФ ДЕПАРТАМЕНТ НАУЧНО-ТЕХНОЛОГИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ И ОБРАЗОВАНИЯ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ «ВОРОНЕЖСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ ИМПЕРАТОРА ПЕТРА I» АГРОИНЖЕНЕРНЫЙ ФАКУЛЬТЕТ «АГРОПРОМЫШЛЕННЫЙ КОМПЛЕКС НА РУБЕЖЕ ВЕКОВ» МАТЕРИАЛЫ МЕЖДУНАРОДНОЙ НАУЧНОПРАКТИЧЕСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ, ПОСВЯЩЕННОЙ 85-ЛЕТИЮ АГРОИНЖЕНЕРНОГО ФАКУЛЬТЕТА ЧАСТЬ II ВОРОНЕЖ УДК 338.436.33:005.745(06) ББК 65.32 Я 431 А263 А263...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫХ НАУК РОССИЙСКИЙ ФОНД ФУНДАМЕНТАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ «БАШКИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ» ФУНДАМЕНТАЛЬНЫЕ ОСНОВЫ НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКОЙ И ТЕХНОЛОГИЧЕСКОЙ МОДЕРНИЗАЦИИ АПК (ФОНТиТМ-АПК-13) МАТЕРИАЛЫ ВСЕРОССИЙСКОЙ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКОЙ...»

«Министерство сельского хозяйства Российской Федерации ФГБОУ ВПО «Ульяновская государственная сельскохозяйственная академия» Материалы 64-й внутривузовской студенческой конференции Том III Ульяновск Материалы внутривузовской студенческой научной конференции / Ульяновск:, ГСХА, 2011, т. III 357 с.Редакционная коллегия: В.А. Исайчев, первый проректор проректор по НИР (гл. редактор) О.Г. Музурова, ответственный секретарь Авторы опубликованных статей несут ответственность за достоверность и точность...»

«ИННОВАЦИОННЫЙ ЦЕНТР РАЗВИТИЯ ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ INNOVATIVE DEVELOPMENT CENTER OF EDUCATION AND SCIENCE Сельскохозяйственные науки в современном мире Выпуск II Сборник научных трудов по итогам международной научно-практической конференции (10 сентября 2015г.) г. Уфа 2015 г. УДК 63(06) ББК 4я43 Сельскохозяйственные науки в современном мире/ Сборник научных трудов по итогам международной научно-практической конференции. № 2. Уфа, 2015. 30 с. Редакционная коллегия: кандидат биологических наук...»

«Министерство сельского хозяйства РФ ФГБОУ ВПО «Государственный аграрный университет Северного Зауралья» «ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ АПК В РАБОТАХ МОЛОДЫХ УЧЁНЫХ» Сборник материалов региональной научно-практической конференции молодых учёных 5 февраля 2014 г. Часть Тюмень 201 УДК 333 (061) ББК 40 П 27 П 27 Перспективы развития АПК в работах молодых учёных. Сборник материалов региональной научно-практической конференции молодых учёных / ГАУ Северного Зауралья. Тюмень: ГАУСЗ, 2014. – 251 с....»

«ИННОВАЦИОННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ РОССИЙСКОЙ НАУКИ Министерство сельского хозяйства Российской Федерации Департамент научно-технологической политики и образования Федеральное государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Красноярский государственный аграрный университет» Красноярское региональное отделение Общероссийской общественной организации «Российский союз молодых ученых» Совет молодых ученых КрасГАУ ИННОВАЦИОННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ РОССИЙСКОЙ НАУКИ VII...»

«Государственное научное учреждение Сибирская научная сельскохозяйственная библиотека Российской академии сельскохозяйственных наук Наука и модернизация агропромышленного комплекса Сибири: материалы годич. общ. собр. и науч. сес. Сибирского регионального отделения Россельхозакадемии (25-26 янв. 2012 г.) / Рос. акад. с.-х. наук. Сиб. регион, отд-ние. — Новосибирск, 2012. -213 с. На годичном общем собрании Сибирского регионального отделения Россельхозакадемии были подведены основные итоги...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО НАУЧНЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ НАУЧНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ИНСТИТУТ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА ЮГО-ВОСТОКА ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ СТАБИЛИЗАЦИЯ АГРАРНОГО ПРОИЗВОДСТВА. НАУЧНЫЕ АСПЕКТЫ РЕШЕНИЯ ПРОБЛЕМЫ (ПОСВЯЩАЕТСЯ 140-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ Н.М. ТУЛАЙКОВА) Сборник докладов Международной научно-практической конференции молодых ученых и специалистов, 18-19 марта 2015 года Саратов 2015 УДК 001:63 Экологическая стабилизация аграрного производства....»

«Федеральное государственное бюджетное научное учреждение «Всероссийский научно-исследовательский институт табака, махорки и табачных изделий» ИННОВАЦИОННЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ И РАЗРАБОТКИ ДЛЯ НАУЧНОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ ПРОИЗВОДСТВА И ХРАНЕНИЯ ЭКОЛОГИЧЕСКИ БЕЗОПАСНОЙ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННОЙ И ПИЩЕВОЙ ПРОДУКЦИИ Материалы Международной научно-практической конференции 06 – 26 апреля 2015 г. Краснодар УДК 664.001.12/.18 ББК 65.00.11 И 67 Инновационные исследования и разработки для научного обеспечения производства...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН ФГБОУ ВПО БАШКИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ООО «БАШКИРСКАЯ ВЫСТАВОЧНАЯ КОМПАНИЯ» ИННОВАЦИОННОМУ РАЗВИТИЮ АГРОПРОМЫШЛЕННОГО КОМПЛЕКСА – НАУЧНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ Часть I ЭФФЕКТИВНОЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ, ОХРАНА И ВОСПРОИЗВОДСТВО ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ И ИННОВАЦИОННЫЕ ТЕХНОЛОГИИ ПРОИЗВОДСТВА ПРОДУКЦИИ РАСТЕНИЕВОДСТВА НАУЧНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ИННОВАЦИОННОГО РАЗВИТИЯ ЖИВОТНОВОДСТВА И ВЕТЕРИНАРИИ...»

«Министерство сельского хозяйства Российской Федерации Департамент научно-технологической политики и образования ФГБОУ ВО «Иркутский государственный аграрный университет им. А.А. Ежевского» Одесский государственный экологический университет Аграрный университет, Пловдив, Болгария Университет природных наук, Познань, Польша Университет жизненных наук, Варшава, Польша Монгольский государственный сельскохозяйственный университет, Улан-Батор, Монголия Семипалатинский государственный университет им....»

«Федеральное агентство научных организаций России Отделение сельскохозяйственных наук РАН ФГБНУ «Прикаспийский научно-исследовательский институт аридного земледелия» Прикаспийский научно-производственный центр по подготовке научных кадров Региональный Фонд «Аграрный университетский комплекс» Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Волгоградский государственный аграрный университет» ЭКОЛОГИЧЕСКИЕ И СОЦИАЛЬНОЭКОНОМИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РФ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «ВЕЛИКОЛУКСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННАЯ АКАДЕМИЯ» Совет молодых ученых и специалистов ВГСХА НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКИЙ ПРОГРЕСС В СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННОМ ПРОИЗВОДСТВЕ СБОРНИК ДОКЛАДОВ X Международной научно-практической конференции молодых ученых 16-17 апреля 2015 года, Великие Луки Великие Луки 2015 УДК 338.43 ББК 4 Н 34 Научно­технический прогресс в...»

«ПРОБЛЕМЫ УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ МЕЛИОРАЦИИ И РАЦИОНАЛЬНОГО ПРИРОДОПОЛЬЗОВАНИЯ Материалы юбилейной международной научно-практической конференции (Костяковские чтения) том I Москва 2007 РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫХ НАУК Государственное научное учреждение Всероссийский научно-исследовательский институт гидротехники и мелиорации имени А.Н.Костякова ПРОБЛЕМЫ УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ МЕЛИОРАЦИИ И РАЦИОНАЛЬНОГО ПРИРОДОПОЛЬЗОВАНИЯ Материалы юбилейной международной научно-практической конференции...»

«Министерство сельского хозяйства Российской Федерации Департамент научно-технологической политики и образования Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Красноярский государственный аграрный университет»СТУДЕНЧЕСКАЯ НАУКА ВЗГЛЯД В БУДУЩЕЕ Материалы Х Всероссийской студенческой научной конференции (2 апреля 2015 г.) Часть Секция 5. СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ И ИНФОРМАЦИОННЫЕ ТЕХНОЛОГИИ В МЕНЕДЖМЕНТЕ Секция 6. МАРКЕТИНГ В РЕКЛАМЕ И СВЯЗЯХ С ОБЩЕСТВЕННОСТЬЮ...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН РОССИЙСКИЙ ГУМАНИТАРНЫЙ НАУЧНЫЙ ФОНД АКАДЕМИЯ НАУК РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ «БАШКИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ» ЗЕМЕЛЬНАЯ РЕФОРМА И ЭФФЕКТИВНОСТЬ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ЗЕМЛИ В АГРАРНОЙ СФЕРЕ ЭКОНОМИКИ СБОРНИК СТАТЕЙ ВСЕРОССИЙСКОЙ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ (23 – 24 октября...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ «БАШКИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ» СОВЕТ МОЛОДЫХ УЧЕНЫХ УНИВЕРСИТЕТА СТУДЕНТ И АГРАРНАЯ НАУКА МАТЕРИАЛЫ V ВСЕРОССИЙСКОЙ СТУДЕНЧЕСКОЙ НАУЧНОЙ КОНФЕРЕНЦИИ (31 марта – 1 апреля 2011 г.) Уфа Башкирский ГАУ УДК 63 ББК 4 С 75 Ответственный за выпуск: председатель Совета молодых ученых, канд....»







 
2016 www.konf.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, диссертации, конференции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.