WWW.KONF.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Авторефераты, диссертации, конференции
 


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 11 |

«Материалы Всероссийской научно-практической конференции КаМсКий торгоВый путь Елабуга, 26-27 апреля 2007 года Елабуга Печатается по решению Редакционно-издательского совета ЕГПУ, ...»

-- [ Страница 6 ] --

Основание города Васильева Новгорода произвело сильное впечатление на современников. Причем, как замечает В.Ф. Кудрявцев, в то время ценились в основном только воинские успехи, а всякие мирные и полезные учреждения не принимались во внимание. Поэтому большая часть современных великому князю русских осуждала Василия Ивановича за основание этого города на Казанской земле. «Дальновиднейшие-же тогдашнему времени русские, к числу которых принадлежал и митрополит Даниил, видели, напротив, в основании Василя ступень к вернейшему и окончательному покорению всего казанского царства. «Митрополит и вельможи великую хвалу Василю воздавали за то, что этот город поставил: темде городом всю казанскую землю возьмем» (Следственное дело об Иване Берсене и Федоре Жареном, с допросами старцу Максиму Греку и келейнику его Афанасию. Слова противников Берсеня)» [4].

Недовольные походом и его результатами упрекали основателей города в том, что поставили город не на левом (более удобном и защищенном от неприятеля) берегу Суры, а на правом опасном берегу. Их упреки в какой-то степени были оправданы, так как на правом берегу Суры город оказался в окружении враждебных русским народов, в частности черемисов, которым было достаточно окружить город с трех сторон, чтобы овладеть им.

Основавши город Василь, великий князь хотел придать этому городу и другое, более важное значение — статус торгового города для развития торговых связей с Прикамьем. Диктовалось это прежде всего обстоятельствами того времени: необходимостью гарантировать безопасность русских купцов, чего не было на казанских ярмарках, и, что не менее важно, устроить в Василе международную ярмарку, открытую и для других народов, и обеспечивающую взаимный интерес с обеих сторон. Необходимость взаимного обмена обусловлена были потребностями русских в рыбе, а казанцев — в соли. Таким образом, мы можем говорить о зарождении торговли русских с восточными народами.

В.Ф. Кудрявцев опровергает мнение Н.М. Карамзина, считавшего, что Васильская ярмарка просуществовала хотя бы номинально целое столетие. Напротив, он считает, что эта ярмарка со статусом международной в лучшем случае могла существовать в Василе только до покорения Казани, т.е. в течение 29 лет. И это вполне оправдано, так как с покорением Казани и особенно Астрахани восточные купцы оставили Волжскую ярмарку. Никаких документов, свидетельствующих о развитии ярмарочной торговли в Василе, не обнаружено. В силу этих обстоятельств В.Ф. Кудрявцев выдвигает еще одно предположение в вопросе о существовании ярмарки: «Всякое торговое движение придает городу несомненное улучшение и выдвигает его из прежнего состояния. Если бы в Василе происходила ярмарка, то город должен был поправиться хотя в количестве своих строений, равно и увеличиться в числе жителей» [5].

Ничего такого в Василе не наблюдалось. В последующем малолюдный и бедный Василь, потеряв военное и торговое значение, утратил характер города. Василий Филиппович называет даже конкретную дату — 1708 год, т.е. до того времени, когда он, как город, вошел в состав Казанской губернии.

Таким образом, становление русского города Василя на Суре имело свои особенности, обусловленные географическим положением: в историческом плане тем значением, которое он имел прежде для Московского государства как пограничный город, как оплот для развития торговых связей с Прикамьем.

В заключение хотелось бы отметить, что большая часть оставленного В.Ф. Кудрявцевым научного наследия в настоящее время не освоена в должной степени и требует к себе пристального внимания историков.

–  –  –

Оборонительные сооружения Хлынова (Вятки) возникли сразу после основания города, то есть еще во второй половине XIV в.

Укрепленное поселение возникло на левом берегу Вятки, где река и глубокий Засорный овраг образуют высокий мыс. С западной стороны это место защищал отвершек оврага, и только с северной стороны пришлось выкопать ров для круговой обороны города. По данным «Повести о стране Вятской», кольцо укреплений образовали поставленные вплотную друг к другу срубы жилищ. Сама «Повесть» говорит об этом следующим образом: «Во многа бо лета во граде Хлынове, где ныне кремль-город, построены жития жителей тех кругом города храмины друг подле друга в близости задними стенами ко рву ставлены вместо городовой стены, понеже то место окружено от северной страны ископанным рвом, а от западу и полудни преглубоким рвом, а с востоку от реки Вятки высокая гора»

[1]. Эти сведения были подтверждены Л.Д. Макаровым в 1983 г. во время производства охранных мероприятий при ведении земляных работ. В частности, при осмотре разреза кремлевского вала, образовавшегося в результате рытья водопроводной траншеи, Л.Д. Макаров обнаружил под земляной насыпью шириной не менее 13 м бревна и дощатые настилы полов, оставшиеся от срубных построек более раннего времени [2]. Эти сооружения он идентифицировал как остатки укреплений типа «жилые стены».

К началу XVII в. хлыновский кремль окружал вал, поверх которого шла стена, срубленная в два ряда и закрытая сверху тесовой крышей. Пространство между двумя рядами срубов в связи с появлением артиллерии было засыпано землей или камнями. Внутри вала Л.Д. Макаровым прослежены клети, забутованные глиной [3]. Кроме того, кремль имел восемь башен, четыре из которых были проезжими. Общая длина стены достигала 420 саженей (около 900 м) [4]. Кремлевские укрепления Хлынова в это время в целом были идентичны крепостным постройкам городов Киевской Руси домонгольского времени [5], что свидетельствует о живучести традиций крепостного зодчества на Вятке.

К западу и северу от кремля располагалась посадская часть города, защищенная деревянным острогом. Острог представлял собой сплошной ряд вкопанных в землю заостренных бревен, перед которым был выкопан небольшой ров. За бревнами располагалась неширокая площадка из бревен на столбах, на которой могли разместиться обороняющиеся. Острог несколько раз передвигался вследствие расширения территории посада, и к началу XVII в. проходил по дуге, начинающейся у истока Раздерихинского оврага и кончающейся берегом Засорного оврага. Его западная граница проходила примерно по линии пересечения современных улиц Свободы и Московской [6].

До 1663 г. коренных изменений в оборонительной системе Хлынова не происходило, проводилось лишь восстановление крепостных стен, поврежденных пожарами 1631 и 1634 гг. А уже в 1663 г.

произошла полная перестройка оборонительных сооружений города. Это было вызвано рядом народных выступлений конца 40-х — начала 60-х гг. XVII в., после чего было принято решение об укреплении городов и усилении их оборонительных систем.

В местной летописи о ходе этих работ говорится следующим образом: «7122 (1663) года месяца сентября в 17 день начали строить земляной город, а строили стольник и воевода князь Григорий Афанасьевич Козловский, а делали оба города 3 года» [7]. Под обоими городами в данном случае подразумеваются укрепления кремля и укрепления посада. В ходе перестройки кремлевских укреплений вместо деревянных стен были насыпаны земляные валы высотой около 5 м. Вал был менее подвержен разрушению артиллерийским огнем, чем деревянные стены, что было важно вследствие усиления мощности пушек в XVII в. Попадая в вал, ядра зарывались в нем, теряли свою пробивную силу и застревали. Несколько таких ядер было найдено в насыпи вала при ведении археологического надзора за ходом земляных работ. Основу конструкции вала, его «скелет» составляли так называемые тарасы — две параллельные бревенчатые стенки, соединяющиеся между собой поперечными перегородками. Эти стенки образовывали изолированные ячейки, заполненные землей. С внешней стороны тарас был насыпан и одернован крутой откос. Со стороны р. Вятки вал от оплывания защищали срубы из пяти рядов толстых бревен. По верху вала были набиты зубцы из заостренных вверху бревен, за которыми находились наполненные землей туры — плетеные ивовые корзины диаметром и высотой по одному аршину (72 см), поставленные друг от друга на расстоянии аршина, как и зубцы на стене. В линию вала было встроено пять деревянных башен, внешний вид и устройство которых довольно подробно описаны в письменных источниках XVII в.

Главной башней кремля являлась Спасская башня, расположенная на его юго-западной стороне. Свое имя она получила от образа Спаса Нерукотворного, располагавшегося над воротами, и от Спасской церкви, к которой вел проезд под ней. Проезд закрывался рублеными створными воротами, а при срочной необходимости — падающей деревянной решеткой. Высота Спасской башни достигала 20 саженей (43 м), что делало ее самым высоким строением кремля.

Под ее шатровой крышей была устроена «вышка» — помещение для караула с окнами на все стороны света. Здесь же висел набатный колокол, извещавший горожан о приближении врага или о пожарной опасности. Башня имела три уровня бойниц и щель для отвесного боя, через которую можно было поражать неприятеля, подобравшегося вплотную к стенам башни.

На расстоянии 75 сажен (162 м) от Спасской находилась Воскресенская проезжая башня, получившая свое название по ближней церкви. Она имела три уровня бойниц и завершалась четырехскатной кровлей. Еще через 89 сажен (192 м) к востоку, у крутого берега р. Вятки, находилась третья башня — Богоявленская, названная также по церкви. Первоначально такая же, как и Воскресенская, в начале 1680-х гг. она была перестроена и получила шатровую кровлю и вышку для караула. С этой башни начиналась восточная сторона укреплений кремля. Через 44 сажени (95 м) стена прерывалась Никольской башней, стоявшей на высоком берегу реки. Она имела 2 уровня боя, а в ее нижнем ярусе были устроены «проходные»

ворота, за которыми по крутой деревянной лестнице можно было спуститься к реке. Над воротами был поставлен образ Николы Можайского, давший название башне. Еще через 79 сажен (171 м) городская стена круто меняла направление на западное, проходя по берегу Засорного оврага. В восемнадцати саженях от угла стены (39 м) располагалась Покровская башня. Свое название она получила также по иконе. Через Покровские ворота по крутому склону оврага можно было спуститься к Успенскому монастырю. До начала 80-х гг. XVII в. эта башня была единственной на южной стороне кремлевской стены. В 1681-1683 гг. воевода П.Д. Дорошенко счел оборону этого участка недостаточной, и вместо одной Покровской были построены две башни на юго-западных и юго-восточных углах: Наугольная против Успенского монастыря и Наугольная за архиепископским двором. От последней башни оставалось еще 27 сажен (58 м) дерево-земляной стены до Спасской башни. Это звено замыкало кольцо крепостной стены хлыновского кремля [8]. Общая протяженность кремлевской стены, как и раньше, достигала 420 саженей (около 900 м).

Кремль был хорошо снабжен вооружением. В башнях стояли большие пищали на колесных станках, имелись склады мушкетов, ручных пищалей, бердышей и другого оружия. Между Спасской и Воскресенской башнями в толще земляного вала находился пороховой погреб, в который из города вел подземный ход, выложенный кирпичом и запиравшийся с обоих концов железными решетками [9].

Кроме башен, в стене было устроено несколько выводов, количество которых в разное время было различным. Вывод представлял собой выступающий за линию крепостной стены деревянный сруб, в котором находилась пищаль для огня вдоль крепостной стены по подступившему вплотную неприятелю. В плане вывод имел форму пятиугольника с одной незащищенной стороной. Для защиты обороняющихся на этих элементах оборонительной системы города сооружались плетеные туры и тесовая кровля на столбах. Наличие выводов должно было компенсировать довольно большое расстояние между кремлевскими башнями и укрепить обороноспособность города за счет возможности вести огонь во фланг штурмующего противника.

С запада и севера кремлевский вал был окружен рвом, который на протяжении почти 150 сажен (примерно 320 м), от Богоявленской до Спасской башни, был заполнен водой. Две другие стороны кремля защищала крутизна коренного берега Вятки и Засорного оврага. Ров пролегал приблизительно по линии современной улицы Динамовский проезд. От проезжих башен через него были перекинуты мосты с перилами, которые, очевидно, можно было быстро развести в случае опасности [10].

В начале 1680-х гг. туры были заменены заборолами — сплошной двухметровой бревенчатой стенкой с узкими бойницами и боевой площадкой, откуда велась стрельба и метались камни. Тогда же всю боевую площадку закрыли сверху двускатной кровлей [11].

В отличие от укреплений кремля, которые претерпели только качественные изменения и остались в прежних границах, оборонительная система посада в 1660-е гг. фактически была выстроена заново. До этого времени посадскую часть города защищал лишь острог. К середине XVII в. городская застройка вышла за пределы острога, который оказался в тылу посада и потерял свое прежнее оборонительное значение.

Вновь выстроенную посадскую стену отличали большая протяженность, в несколько раз превышающая длину кремлевской стены, и большая разность высот рельефа, достигавшая 48-50 м. Как и в случае с кремлем, основными составляющими укреплений посада являлись вал и ров. На протяжении почти 3 км (1476 саженей) был насыпан земляной вал высотой до 8,6 м. Внешнюю сторону вала укреплял острог из заостренных вверху бревен, расположенный между валом и рвом. С южной стороны города вал смыкался с кремлевскими укреплениями и проходил по берегу Засорного оврага, а с севера и востока — по южному берегу Раздерихинского оврага и берегу р. Вятки до Богоявленской башни кремля. Если принять современную планировку г. Кирова, то направление посадского вала в западной его части от Засоры до Раздерихинского оврага можно провести в основном по ул. Володарского, Степана Халтурина и Труда [12].

Ров полукольцом охватывал посад с запада. В разрезе он имел симметричную треугольную форму с несколько скругленным дном, что было прослежено в ходе охранных археологических раскопок Е.А. Кошелевой. Общая его глубина в разрезе составила около 3 м, ширина в верхнем горизонте — около 6 м. Края рва были задернованы, чтобы предотвратить их затекание. Между берегом рва и основанием вала находилась горизонтальная площадка для предупреждения сползания земли в ров [13]. Той же цели служил так называемый верблюжий горбик — небольшая насыпь высотой несколько сантиметров, расположенная на этой площадке. По верхнему краю склона рва также были зафиксированы столбовые ямки — предположительно следы надолбов, наклоненных в сторону поля. Линия прохождения посадских укреплений прослежена в ходе ведения археологических исследований в г. Кирове [14].

От кремлевских укреплений посадская стена отличалась наличием так называемых городней — срубов, поставленных по линии обороны вплотную друг к другу и образующих крепостную стену переменной высоты. Эти городни перекрывали вытекающие из города ключи и сухие овражки, которые пересекал вал. Часть срубов была засыпана землей, другие предназначались для обороняющихся. Городни на 1 сажень (2,16 м) возвышались над уровнем вала. На некоторых городнях имелись так называемые обламы, то есть выступающие вперед площадки, защищенные деревянным бруствером, доходящим до груди человека. Они предназначались для ведения огня вдоль посадской стены. Кроме того, обламы имелись не только на городнях, но и непосредственно на валу [15].

На всем протяжении укреплений посада было поставлено 7 деревянных башен и девять выводов. Первая башня — Успенская — стояла на городнях, устроенных через окружающий кремль глубокий ров, и имела проезжие ворота и четырехскатную кровлю. На всем протяжении южной стороны посадских укреплений башен больше не было, имелись только два вывода.

На повороте стены на северо-запад, в конце Никитской улицы, стояла высокая Никитская башня, заканчивающаяся шатром. Она была поставлена на Пасеговской дороге, господствовала над Засорным оврагом и контролировала подходы к нему. Она имела три уровня бойниц, а ее створные ворота дополнялись тяжелой падающей решеткой. Остатки Никитской башни до настоящего времени видны на территории парка «Аполло», однако ее археологические исследования не проводились. Следующая, самая большая на посадском валу — Московская, она же Спасская проезжая башня — стояла в самом западном пункте укреплений на вершине холма, там, где сходились Морозовская и Московская улицы и где начиналась Московская дорога. От этой башни также начиналась дорога в Казань.

Над воротами был установлен образ Спаса Нерукотворного, поэтому некоторые документы называют ее Спасской. Башня имела четыре уровня бойниц и вышку для наблюдения за местностью. За зданием центра отдыха «Победа» сохранились остатки вала, на котором стояла эта башня. После Московской башни городская стена 11 поворачивала на северо-восток и шла в этом направлении до Ильинской башни на выезде из одноименной улицы. От нее шла дорога в Спенцынский стан. Башня внешне напоминала Московскую, а над ее воротами также висел образ Спаса Нерукотворного [16]. Ильинская башня располагалась в квадрате, ограниченном современными улицами Володарского, Свободы, Степана Халтурина и Труда. Ее местоположение было точно определено во время раскопок остатков вала в этом районе в 2003 г. [17] После Ильинской башни городовая стена еще больше отклонялась к востоку и, достигнув самой северной точки за современной улицей Труда, изменяла направление на юго-восток, в конце концов упираясь в башню у вершины Раздерихинского оврага. Она имела два названия — Пятницкая и Троеворотная. Первый вариант связан с тем, что она находилась в конце Пятницкой улицы, а второй — с тем, что когда-то она имела трое ворот: один выход вел к р. Вятке, к перевозу, а второй — в ближайшие к городу угодья на горе левого берега реки. В Пятницкой башне имелось три уровня боя, а через насыпь рядом с ней проходила деревянная труба для стока воды из города. Северо-восточнее ее на крутом правом берегу Раздерихинского оврага, почти у самого угла укреплений, стояла Сретенская башня, господствующая над речным перевозом. Эта башня была названа по одному из престолов ближайшей церкви. Она была прохожей: через калитку в ее нижнем этаже можно было спуститься по крутой и извилистой дороге к перевозу. Почти сразу после Сретенской башни стена резко сворачивала на юг, проходя по берегу до последней посадской башни — Преображенской, стоящей почти напротив Преображенского девичьего монастыря. Она была практически идентична Сретенской башне. За ней шли 25 саженей (54 м) земляной стены до последних городень через ров, окружающий кремль. Здесь крепостная стена земляного города стыковалась с кремлевской стеной [18].

По своему плану система укреплений Хлынова представляла собой распространенный тип подковообразных укреплений мысовых поселений, отличаясь от них тем, что была усилена устройством земляных валов также та сторона, которую защищали крутые берега р. Вятки и Засорного оврага. Система обороны стала двухвальной, то есть практически эшелонированной. Основу оборонительной системы составляли земляные валы, почти неуязвимые для пушечных ядер.

Расстановка башен по длине крепостных стен была неравномерной: со стороны реки и Засорного оврага они стояли далеко друг от друга и не могли поддерживать огнем оборону всего периметра укреплений. Этот недостаток компенсировали выводы, поставленные между башнями, далеко расположенными друг от друга, или там, где стена изменяла направление. Выводы позволяли вести из пищалей не только фронтальный огонь, поражая пространство на 11 дальних подступах к стенам, но и фланкирующий для поражения подошедшего вплотную противника. Одной из особенностей укреплений Хлынова, связанной с сильной изрезанностью рельефа, было устройство высоких городней, перекрывающих овражки и вытекающие из города ручьи. Городни не только заменяли на этих участках земляные валы, но и частично выполняли функции башен [19].

Перестройка укреплений хлыновского кремля в 60-е гг. XVII в.

была произведена по старым границам, и поэтому она не повлияла сколько-нибудь заметным образом на планировку города. Укрепления посада возводились на новом месте и потому оказали существенное влияние на дальнейшую застройку Хлынова. Прежде всего посадская стена ограничила расширение территории города. Отныне желающие обзавестись новым домом в черте города должны были либо искать возможность поставить его в существующих границах посада, довольно густо заселенных, либо селиться за посадским валом в одной из слобод.

Вследствие этого городские улицы довольно длительное время не росли в длину, а город стал застраиваться более плотно. Кроме того, в нескольких местах посадская стена прошла по жилой застройке. Всего под укрепления было взято пятнадцать дворов, которые к началу перестройки оборонительной системы города были уже нежилыми. Все это дополнительно ограничило границы посада. При этом строительство посадской стены снизило военное значение кремля, который ранее являлся главным звеном обороны города.

В целом можно сказать, что в результате перестройки кремлевских и посадских укреплений во второй половине XVII в. Хлынов превратился в сильную крепость, вполне соответствующую уровню развития фортификационного искусства своего времени.

Примечания

1. Повесть о стране Вятской. Свод летописных известий о Вятском крае [Текст] / Сост. А.А. Спицын. — Киров, 1993. — С. 9.

2. Макаров, Л.Д. Русские поселенцы на берегах Вятки [Текст] / Л.Д. Макаров // ЭЗВ. Т.4. История. — Киров, 1995. — С. 87-88.

3. Макаров, Л.Д. Древнерусское население Прикамья в X-XV вв.

[Текст] / Л.Д. Макаров. — Ижевск, 2001. — С. 16.

4. Эммаусский, А.В. Культура Вятского края XVII вв. [Текст] / А.В. Эммаусский // Энциклопедия Земли Вятской. — Т. 4. История. — Киров, 1995. — С. 70-71.

5. Древняя Русь. Город, замок, село. — М., 1985. — С. 169.

6. Тинский, А.Г. Планировка и застройка г. Вятки в XVII-XIX вв. / А.Г. Тинский. — Киров, 1976. — С. 13.

7. Летописец старых лет, что учинилось в московском государстве и во всей Русской земле в нынешняя и последняя времена [Текст] // ТВУАК. 1905. — Вып. IV. Разд. II. С. 19.

8. Тинский, А.Г. Крепостная архитектура Хлынова XVII в. / А.Г. Тинский // ЭЗВ. Т. 5. Архитектура. — Киров, 1996. — С. 29-31.

9. Эммаусский, А.В. Культура Вятского края XVII вв. / А.В. Эммаусский // ЭЗВ. Т. 4. История. — Киров, 1995. — С. 71-72.

10. Тинский, А.Г. Планировка и застройка г. Вятки в XVII-XIX вв. / А.Г. Тинский. — Киров, 1976. — С. 32-33.

11. Тинский, А.Г. Крепостная архитектура Хлынова XVII в. [Текст] / А.Г. Тинский // ЭЗВ. Т. 5. Архитектура. — Киров, 1996. — С. 28-30.

12. Эммаусский, А.В. Культура Вятского края XVII в. [Текст] / А.В. Эммаусский // ЭЗВ. Т. 4. История. — Киров, 1995. — С. 70-71.

13. Кошелева, Е.А. Археологические раскопки в г. Кирове [Текст] /

Е.А. Кошелева // Актуальные проблемы истории Вятско-Камского края. К 105-летию со дня рождения А.В. Эммаусского:

сб. ст. / Отв. ред. М.С. Судовиков. — Киров, 2003. — С. 18-19.

14. Кошелева, Е.А.Отчет об археологических исследованиях, проведенных летом 2000 г. в г. Кирове по ул. Володарского, 84 [Текст] / Е.А. Кошелева // Фонды Кировского областного краеведческого музея. Киров, 2000. — С. 1-16.

15. Эммаусский, А.В. Культура Вятского края XVII в. [Текст] / А.В. Эммаусский // ЭЗВ. Т. 4. История. Киров, 1995. — С. 73.

16. Тинский, А.Г. Планировка и застройка г. Вятки в XVII-XIX вв.

[Текст] / А.Г. Тинский. — Киров, 1976. — С. 33.

17. Кошелева, Е.А. Отчет об археологических исследованиях, проведенных летом 2003 г. в г. Кирове по ул. Володарского, 70-а.

[Текст] / Е.А. Кошелева // Фонды Кировского областного краеведческого музея. — Киров, 2003. — С. 1-20.

18. Тинский, А.Г. Планировка и застройка г. Вятки в XVII-XIX вв.

[Текст] / А.Г. Тинский. — Киров, 1976. — С. 33.

19. Там же. — С. 35.

–  –  –

Илецкое месторождение каменной соли является уникальным природным объектом Южного Урала. Уникальность этого месторождения заключается не в том, что оно единственное на данной территории (на Южном Урале и в Северном Прикаспии находятся более 30 подобных месторождений), и не в его размерах (есть месторождения и покрупнее), а в том, что каменная соль высочайшего качества залегает на берегах Илека очень близко к дневной поверхности. Это способствовало тому, что обитавшие на Южном Урале народы пользовались илецкой солью с древнейших времен.

Первые письменные свидетельства об Илецком месторождении каменной соли содержатся в «Книге Большому Чертежу», созданной в 1627 г. Там же впервые приводятся и сведения о разработке соли на Илецком месторождении: «... пала в Яик, с левые стороны Яика, Илез река, ниже горы Тустеби, по нашему та гора Соляная, ломают в неи соль» [1]. Добычей каменной соли для собственных нужд в тот период занимались башкиры, в общем ведении которых находилось месторождение. До первой половины XVIII в. русским солепромышленникам Илецкое месторождение не было доступно.

Внимание российского правительства илецкая соль привлекла во второй четверти XVIII в., с этого времени Илецкое месторождение начинает упоминаться в официальных документах. 31 декабря 1727 г. Сенат принимает «Устав о соляных промыслах, и о торге оною и о протчем». В уставе были перечислены все крупные соляные разработки в стране, и в 17-м пункте говорилось о частной торговле солью из Илецкого месторождения: «... близ реки Илека и в иных тамошних степных местах соль добывают и вывозят сухим путем, где по сему уставу позволяется промышлять с платежем пошлин свободно, однако ж Казанскому губернатору и Уфимскому воеводе велеть накрепко смотреть, чтоб, конечно, вывоз и продажа такой соли была с платежем пошлин и ежели от таможен будут доношения в тайных провозах, в том вспомогать и как возможно по состоянию тамошних мест делать предосторожность, чтоб в сборе соляных пошлин траты не было» [2]. Из содержания этой статьи устава видно, что в начале XVIII в. добыча илецкой соли достигла значительных размеров и соль не только использовалась местными народами для собственных нужд, но и вывозилась сухопутным путем на продажу в города Поволжья и Приуралья. Подтверждение этому 11 есть и в труде И.К. Кирилова, созданном в 1727 г., в котором, описывая Уфимскую губернию, автор говорит, что илецкую соль возят на продажу в Самару [3].

Интерес российского правительства к илецкой соли как к источнику пополнения казны и обеспечения населения важнейшим продуктом потребления, а также все мероприятия, связанные с началом промышленного освоения илецкого месторождения, необходимо связывать с именем И.К. Кирилова. П.И. Рычков пишет, что И.К. Кирилов узнал об илецкой соли от приезжавших в Москву и Санкт-Петербург башкирских старшин и уфимских жителей, а подтвердил эти сведения А.И. Тевкелев, ездившим с посольством к казахскому хану Абулхаиру [4]. После своего прибытия в Уфу И.К. Кирилов предпринимает ряд мер для добычи и отправки илецкой соли из Уфы в Москву и Санкт-Петербург. Он договаривается с башкирами о поставке ее в Уфу по 8 коп. за пуд. В январе 1735 г. И.К. Кирилов в своем письме в Екатеринбург просит В.Н. Татищева сообщить «провозные» цены на соль и поясняет, что башкиры, «хотя недавно зачали привозить, однако ж около трех тысяч пуд уже куплено и непрестанно везут, почему уповаю, до весны немалое число будет». Для доставки соли в Москву и Санкт-Петербург среди уфимских купцов ему найти подрядчиков не удалось. «А который с заводов был купец Бармин, тот в первом слове просил по 12 копеек с пуда до Санкт-Петербурга», — писал И.К. Кирилов [5]. О мероприятиях начальника оренбургской экспедиции по отправке илецкой соли также пишет П.И. Рычков: «По прибытии его Кирилова в Уфу в том же 1734 и в 1735 году Башкирцы приохочены уже были к поставке сей соли в город Уфу, да и отправлено было ее при нем еще Кирилове на судах, несколько тысяч пуд Белою рекою в Каму, а Камою в Волгу и далее» [6], т.е. именно И.К. Кирилова с полным основанием можно считать зачинателем поставок илецкой соли в центральные районы России водным путем по рр. Белая, Кама и Волга.

Во время башкирского восстания 1735-1740 гг. добыча и соответственно транспортировка илецкой соли приостановилась, но уже в 1744 г. в Уфу было поставлено и оттуда переправлено для продажи в Нижний Новгород более 99575 пудов соли [7].

После учреждения Оренбургской губернии было решено увеличить добычу илецкой соли до 200000 пудов в год и организовать ее прямую поставку в Казань «без передачи в цене», то есть минуя Уфу. Сенатским указом от 30 августа 1745 г. И.И. Неплюеву было велено для апробации нового водного пути по р. Белая заготовить на урочище Бугульчан соли на 1 или 2 судна и, пока будет построен соляной склад, сложить ее в удобном и безопасном месте, укрыть и поставить караул. По предварительным подсчетам, если башкирам за провоз соли к урочищу Бугульчан пришлось бы платить по 4 коп. за пуд, то доставка и продажа ее в Казани по установочной цене должна была приносить с каждого пуда по 12 коп. чистой прибыли [8]. Осенью 1745 г. для заготовки строительного леса на урочище Бугульчан была отправлена команда капитана Аристова, состоявшая из 40 человек, «с топорами и прочими строельными инструментами». Одновременно для ломки соли на р. Илек снарядили 50 тептярей и для обеспечения их безопасности — воинскую команду из 36 человек.

К началу 1746 г. на Бугульчан стали поступать первые партии соли, однако выбранное место оказалось неудобным. Башкирам было выгоднее поставлять соль на прежних условиях сухопутным путем в Уфу. Указом Соляной конторы от 14 октября 1747 г. И.И. Неплюеву было предложено устроить магазины в Уфе и заключить с башкирами взаимовыгодный договор, а из Уфы отправлять соль водным путем «в лежащие по Каме места: в Елабугу, в Мамадыш, в Рыбную слободу, в Лаишев, в Казань» [9]. И.И. Неплюев был против этого. Он считал, что будет лучше, если соль будут возить сами закамские жители «по прямой новопроложенной» дороге, проходящей в стороне от Уфы [10].

В 1749 г. Сенат вообще запретил возить илецкую соль «сухим и водяным путем» за пределы Оренбургской губернии и Уфимской провинции, мотивируя запрет тем, что при этом увеличивается вероятность провоза контрабандной соли, за которую не уплачивается соляная пошлина. Разрешался вывоз только той соли, на поставку которой ранее были заключены контракты и выплачен задаток, например, казанскому купцу Леонтию Морготьеву дозволялось вывезти «до Казани с пригороды... водяным путем» 117 000 пудов илецкой соли [11].

В 1753 г. И.И. Неплюев добился передачи Оренбургской губернии всех доходов от продажи соли, после чего ее добыча и поставка были переданы подрядчикам. В частности, в 1765 г. илецкую соль взялся поставлять бывший симбирский купец, коллежский советник С.Н. Тетюшев. Он представил на имя Екатерины II проект, в котором предлагал организовать ежегодный вывоз соли до Нижнего Новгорода в количестве 1 млн. пудов ежегодно по цене не более 12 копеек за пуд. По расчетам С.Н. Тетюшева в эту сумму расходов входили: себестоимость добытого пуда соли (0,5 коп.), доставка его от Илецкой Защиты до пристани на р. Белая (5-6 коп.), строительство пристани, барж, приобретение якорей и др. (0,5 коп.), строительство бараков и наем работных людей до 4000 человек (4 коп.), плата смотрителям соляных магазинов (0,5-1 коп.). Для добычи 1 млн. пудов соли подрядчик потребовал 200 ссыльных рабочих [12].

Для его проекта были выделены деньги и работные люди. Пристань с урочища Бугульчан С. Тетюшевым была перенесена ниже по течению р. Белая к устью р. Ашкадар. На новом месте Тетюшев начал строить соляные магазины, барки и «пильную мельницу» [13]. К перевозке соли от Илецкой Защиты до Ашкадарской пристани, находившейся на расстоянии 250 верст, было приписано 1200 тептярей и бобылей Уфимской провинции.

Весной 1767 г. Тетюшев сумел отправить «в разные верьховые города», т.е. в города по Каме, Белой и Волге, 323 846 пудов соли.

Перевозка соли обходилась гораздо дороже, чем предполагалось по проекту. Ашкадарская (впоследствии Стерлитамакская) пристань оказалась неудобной, так как здесь не было материала для строительства барж и соляных складов, поэтому лес приходилось сплавлять с верховьев Белой, за 400 км от пристани. В бурных потоках весеннего половодья суда, нагруженные солью, разбивались, а в межень они садились на мель, причем подобные случаи происходили неоднократно [14].

В ноябре 1769 г. сенатор генерал-поручик П.Д. Еропкин, бывший над «соляными делами главным командиром», представил Екатерине II доклад, в котором предлагал оставить Стерлитамакскую пристань и построить на р. Белая, в урочище Бугульчан, соляные склады, откуда на легких судах грузоподъемностью не более 2000 пудов соль отправлять до города Уфы. В Уфе предполагалось построить пристань, соляные магазины и дальше сплавлять соль по Белой, Каме, Волге и Оке [15]. Этот проект был принят с той поправкой, что Стерлитамакская пристань на р. Ашкадар не была упразднена.

8 февраля 1770 г. на должность начальника правления Оренбургских соляных дел был назначен П.И. Рычков. Он активно занялся организацией работы Илецкого соляного промысла. Под его началом были построены пристани и соляные склады в Бугульчане, Уфе, в экономических селах Бетки и Чистое поле на р. Каме и в Самаре на Волге. В 1771 г. со всех пристаней водным путем было отправлено в Нижний Новгород полмиллиона пудов соли. Кроме того, сухим путем доставлено в Самару и Ставрополь с их уездами 35 921 пуд илецкой соли вместо эльтонской, «чего никогда еще не бывало», — писал П.И. Рычков [16]. Он считал, что вывоз соли можно увеличить до миллиона пудов при условии, если будет достаточное количество горных рабочих и возчиков [17]. Кроме того, П.И. Рычков искал другие способы более экономичной транспортировки илецкой соли в центр России. Он предложил отправлять соль из Илецкой Защиты вниз по Илеку на легких судах грузоподъемностью от 500 до 1000 пудов до Илецкого городка, оттуда перевозить ее до р. Самара (до которой не более 100 верст), и уже по ней сплавлять соль до Волги. Здесь же Рычков добавлял: «...ежели тут же изпод Уральскаго Сырту вытекающую реку Бузулук разчистить, коя в Самару реку под Бузулуцкою крепостью впадает, то сия переволока на половину онаго разстояния убавиться может» [18].

Таким образом, накануне пугачевского восстания соль с Илецкого соляного промысла отправлялась сухопутным путем на Уфимскую (333 версты от места добычи), Стерлитамакскую (210 верст), Бугульчанскую (160 верст), Самарскую (421 верста), Чистопольскую и Беткинскую (обе — 450 верст от места добычи) соляные пристани, а оттуда водным путем распространялась в различные районы России.

Во время пугачевского восстания вся система транспортировки илецкой соли подверглась захвату и разрушению со стороны повстанцев. Бугульчанская пристань в середине октября 1773 г. была захвачена пугачевским атаманом А. Соколовым-Хлопушей. С того времени она и проходившая возле нее сухопутная дорога от Оренбурга к Уфе оказались под контролем повстанцев. Через пристань следовали отряды И.Н. Зарубина-Чики, посланные на захват Уфы; в обратном направлении, к Оренбургу, повстанцы везли пушки и снаряды, изготовленные для их артиллерии на Воскресенском и Авзяно-Петровском заводах. В начале апреля 1774 г., вскоре после поражения пугачевского войска в боях под Оренбургом, Бугульчанская пристань была занята подошедшими сюда воинскими командами, которым предписывалось охранять ее вместе с находившимися тут соляными амбарами, а также обеспечивать безопасность сухопутной коммуникации между Оренбургом и Уфой. Месяц спустя на пристань ворвался отряд атамана А.А. Овчинникова, одолел неприятельскую команду, переправился на восточный берег Белой и ушел в горы Южного Урала, где вскоре присоединился к войску Е.И. Пугачева. После этого военное командование разместило здесь крупное армейское подразделение, которое и оставалось в этих местах до глубокой осени 1774 г. [19].

Стерлитамакская пристань с середины ноября 1773 г. стала объектом нападения башкир-пугачевцев, стремившихся овладеть огромными запасами хранившейся тут соли. Управитель пристани секунд-майор И.К. Маршилов и командир гарнизона секунд-майор Н.И. Голов, бросив подчиненных и казенное имущество, сбежали в Уфу, и в конце ноября сюда вступил пугачевский атаман И.Н. Зарубин-Чика. Повстанцы держали пристань в своих руках до весны.

Карательный корпус И.И. Михельсона, разгромивший пугачевцев в битве под Уфой 24 марта 1774 г., вступил в Стерлитамакскую пристань 1 апреля [20].

Илецкая

Защита была захвачена 16 февраля 1774 г. отрядом А. Соколова-Хлопуши, семья которого находилась на промысле.

Забрав в свой отряд служивших в крепостном гарнизоне солдат и казаков, а также каторжан с соляных промыслов, отряд повстанцев отправился в Бердскую слободу. Покидая крепость, А. СоколовХлопуша возложил управление ею на капитана К. Ядринцева, возглавлявшего до того работы по добыче соли. С конца марта 1774 г.

Илецкая Защита возвратилась под прежнее административное управление [21].

Беткинская соляная пристань перешла на сторону восставших 2 апреля 1774 г., когда за солью для повстанцев туда был послан сотник татарин Гумер Усманов. Начальник команды, охранявшей пристань, был захвачен и посажен под арест, откуда благополучно сбежал [22].

Пугачевское движение нанесло большой ущерб Илецкому соляному промыслу, и объемы добычи соли постепенно снижаются. Илецкий промысел не только не мог экспортировать соль на центральные рынки России, но и не мог надлежащим образом снабдить ею население огромного Оренбургского края. Учитывая эти обстоятельства, Сенат в 1790 г. признал «за благо Илецкую соль предоставить единственно на продовольствие Оренбургской губернии» [23].

Это постановление не улучшило положение соляного промысла. В течение последующих 15 лет добыча соли колебалась в пределах от 300 до 400 тыс. пудов в год. Причем и эту соль промысел не мог успешно реализовать вследствие затруднений в перевозке. В 1795 г. не было вывезено в сельские и городские магазины губернии 143 тыс.

пудов соли, в 1796 г. — 222 тыс. пудов и в 1797 г. — свыше 240 тыс.

пудов, а всего за три года — около 605 тыс. пудов [24]. Такие города, как Бузулук, Бугульма, Бугуруслан, Бирск, Уфа, Стерлитамак, Челябинск, Троицк, Верхнеуральск, Мензелинск, Белебей, испытывали острую нужду в соли. В 1797 г. в губернии было наличной соли всего лишь 109 тыс. пудов вместо 354,5 тыс. пудов годовой потребности [25]. Большинство городов имело запаса соли всего лишь на один месяц, а некоторые вообще не имели соли в свободной продаже.

О причинах острой нехватки соли Оренбургская казенная палата в 1797 г. сообщала Главной казенной палате, что, несмотря на «прилагаемые усиленные старания и попечения командированных комиссионеров по селениям Оренбургской губернии к перевозке в окружные магазины соли желающих подрядчиков никого не явилось, а вощиков весьма мало отыскивается, да и то за высокие провозные цены, по причине случившегося в прошедших двух годах неурожая хлеба и конских кормов» [26]. Вывозка соли из Илецкой Защиты производилась только в зимнее время, а «летним путем возчиков ни за какую цену отыскать невозможно» [27].

Ситуация стала исправляться только в начале XIX в., когда были предприняты некоторые шаги по улучшению условий труда на соляном промысле. В 1806 г. было добыто более 1 млн. пудов соли, в 1809 г. — 2744 тыс. пудов, в 1811 г. — 2668 тыс. пудов и в 1816 г. — 2150 тыс. пудов [28]. Соль с Илецкого промысла опять стала вывозиться через Стерлитамакскую пристань в центральные районы страны.

В 1811 г. для перевозки илецкой соли в Самару был организован солевозный тракт, а в 1816 г. к соляному промыслу в качестве солевозцев было приписано 10000 крестьян Самарской губернии. С этого времени основная часть поставок илецкой соли шла по этому тракту.

Примечания

1. Книга Большому Чертежу / Подгот. к печати и ред. К.Н. Сербиной. — М.; Л., 1950. — С. 93.

2. Полное собрание законов Российской империи (ПСЗ РИ). I. — Т. VII. — № 5219.

3. Кирилов И.К. Цветущее состояние Всероссийского государства. — М., 1977. — С. 227.

4. Рычков П.И. Описание Илецкой соли // Труды Вольного экономического общества. Т. XX. — М., 1772. — С. 29-30.

5. Буканова Р.Г. Города-крепости юго-востока России в XVIII веке. — Уфа, 1997. — С. 200.

6. Рычков П.И. Описание Илецкой соли // Труды Вольного экономического общества. Т. XX. — М., 1772. — С. 30-31.

7. Буканова Р.Г. Города-крепости юго-востока России в XVIII веке. — Уфа, 1997. — С. 200.

8. Там же.

9. Там же. — С. 201.

10. Там же.

11. ПСЗ РИ. I. — Т. ХIII. — № 9573; Т. ХIII. — № 9597.

12. ПСЗ РИ. I. — Т. ХVII. — № 12553.

13. Рычков П.И. Описание Илецкой соли // Труды Вольного экономического общества. Т. XX. — М., 1772. — С. 34-35.

14. Там же. — С. 36-37.

15. Там же. — С. 37-39.

16. Там же. — С. 45.

17. Там же.

18. Там же. — С. 40-41.

19. Крестьянская война 1773-1775 гг. на территории Башкирии. Сб.

документов. — Уфа, 1975. — С. 347-349, 376, 378.

20. Там же. — С. 156, 163, 164, 205-208.

21. Аксенов А.В. Соль Илецкая. — Оренбург, 1969. — С. 43-44.

22. Документы ставки Е.И. Пугачева, повстанческих властей и учреждений 1773-1774 гг. — М., 1975. — № 202.

23. 23.ПСЗ РИ. — Т. XXVIII. — № 21718.

24. Государственный архив Оренбургской области (ГАОО). Ф. 6. — Оп. 1. — Д. 87. — Л. 13.

25. Там же. — Л. 1.

26. Там же.

27. Там же. — Л. 2.

28. Аксенов А.В. Соль Илецкая. — Оренбург, 1969. — С. 51.

–  –  –

роль стахЕЕВых В торгоВо-проМыШлЕнноМ разВитии приКаМья Елабуга — необычный город, сыгравший огромную роль в истории России, много содействовавший росту ее экономического благосостояния. Самыми деятельными и богатыми из купцов были Стахеевы. Их могущественный род, корни которого уходят в Новгородскую вольницу, опирался на огромные капиталы. Стахеевы входили в царской России в первую «тридцатку» самых богатых людей, наряду с Морозовыми, Рябушинскими и др. Они занимали важное место в деловой элите России. Наряду с традиционной сферой деятельности — хлебной торговлей Стахеевы имели золотые прииски в Западной Сибири, нефтяные промыслы, собственные пароходства, заводы и фабрики. Весь хлебный рынок Прикамья был в их руках. Многомиллионная торговля велась с Англией, Францией, Германией, Голландией и др. Крупнейшие торговые дома «И.Г. Стахеев и сыновья», «В.Г. Стахеев и наследники» имели ежегодный оборот до 150 миллионов рублей.

Позволю себе привлечь внимание к некоторым знаковым фигурам этой уникальной фамилии и хотя бы в эскизной форме показать их достижения и вклад в торгово-промышленное развитие России, в частности Прикамья.

В информации «Елабуга (смерть миллионера)» «Вятские губернские ведомости» (1888, № 7) сообщают: «Наш город считается одним из видных городов на Каме: в нем числится более 10 000 жителей, есть множество каменных зданий, четыре церкви, богатый женский монастырь... вообще, по внешнему своему виду Елабуга напоминает собою скорее губернский город. По хлебной торговле он в Прикамье второй после Сарапула... 6 января 1888 г. умер самый старший из этой фамилии, Дмитрий Иванович, старик 72-х лет».

Дмитрий Иванович Стахеев (1818-1888) вел обширную торговлю: хлебную, мануфактурную и чайную. Отделения его фирмы, кроме Москвы, где торгует его сын, Николай, рассеяны по всей Сибири, начиная с Перми, Екатеринбурга, Томска и кончая Иркутском.

Говорят, что капитал покойного простирается до 16-ти миллионов, из которых большая половина находится в торговых оборотах.

Говорят также, что в кредите за должниками его была такая масса денег, что целый сундук был завален одними векселями, — и накануне своей смерти, чувствуя быстрое приближение ее (покойный умер от воспаления легких), Дмитрий Иванович велел читать их себе вслух (имена должников) и наполовину велел порвать тут же — при себе:

это были или безнадежные векселя, или от имени таких лиц, которым покойный почему-либо счел нужным простить долг.

Теперь со смертью Дмитрия Ивановича самым старшим и самым деятельным членом фамилии Стахеевых в Елабуге остался племянник покойного, Иван Григорьевич, ведущий обширную хлебную торговлю не только с Сибирью, по Каме и Волге, но и с заграничными рынками. Имел он агентов в Берлине и Лондоне.

Иван Григорьевич Стахеев (1837-1907), коммерции советник, елабужский первой гильдии купец. Потомственный почетный гражданин, выдающийся благотворитель и меценат. Торговал хлебом, шелковыми и хлопчатобумажными тканями, а также различными предметами и ширпотребом. С 1 июля 1863 года стал купцом I гильдии. Имел два общих с братом Василием Григорьевичем каменных дома в Елабуге: на углу Набережной и Средней улиц, доставшийся по наследству от родителей, а другой на Покровской улице, выстроенный на собственные средства. Кроме того, Иван Григорьевич имел дома в Москве, Казани, Мензелинске, Чистополе и многих других городах. В 1867 году проживал в городской части на Шереметьевском подворье в Москве.

В «Вятских губернских ведомостях» (1887, № 51) опубликован список лиц, претендующих быть избранными в почетные мировые судьи по Елабужскому уезду Вятской губернии, на трехлетие — с 1888 по 1891 год; под № 9 значится Стахеев Иван Григорьевич, купец I гильдии, 48 лет.

В «Прошении» на имя Вятского губернатора от 31 октября 1889 года Иван Григорьевич пишет: «Желая просить о возведении себя и семейства моего в потомственное почетное гражданство за пребывание сряду более 20 лет в I гильдии и представляя удостоверение причта Елабужской Николаевской церкви 29 текущего октября № 147 о том, что я со своим семейством, состоящим из жены Ольги Андрияновны, детей: Ольги, Ивана, Сергея, Александры, Владимира, Григория, Николая, Алексея и Анны, брата Василия Григорьевича Стахеева, его жены Глафиры Федоровны и детей Василия, Федора, Петра и Григория, исповедую православную веру и ни к каким сектам или ересям не принадлежу. Имею честь покорнейше просить Ваше Превосходительство выдать мне это удостоверение»

(Государственный архив Кировской области. — Ф. 582, оп. 37а, ед. хр. 389).

В 1904 году основал торговый дом «И.Г. Стахеев и сыновья», преобразованный его самым одаренным сыном Иваном (1869 г.р.) в 1910-1912 гг. в Торгово-промышленное товарищество «Иван Стахеев и К°», учрежденное в Елабуге для торговли хлебом, нефтью, мануфактурой и другими товарами.

Иван Григорьевич расширял и увеличивал торговые обороты фирмы, имел 10 паровых и более 70 непаровых судов, заводы и фабрики, склады, магазины по всей России.

Во всех делах отца активно участвовали и его дети.

Василий Григорьевич Стахеев (1842-1896). Потомственный почетный гражданин, коммерции советник, купец I гильдии, известный благотворитель родился 15 марта 1842 года в г. Елабуге. Таинство Крещения совершили 18 марта в Николаевской (Святого Николая, «стахеевской домовой») церкви священник Максим Замятин с дьяконом Василием Замятиным и дьячком Григорием Несмеловым.

Восприемниками (крестным отцом и матерью) были Дмитрий Иванович Стахеев и его племянница Елизавета Ивановна.

Отец его Григорий Иванович (1815-1851) с 1843 г. числился купцом III гильдии; вместе с женой Анной Петровной воспитали троих детей: Ивана, Василия и Ольгу.

26 января 1866 года Василий Григорьевич женился на 19-летней дочери Потомственного почетного гражданина города Казани, купца I гильдии Федора Петровича Докучаева (1820-после 1884) — Глафире (1847-1927).

Брак оказался счастливым и прочным. Поручители, среди которых был и старший брат Иван Григорьевич, не разочаровались в этой семье. Венчание проходило в Богоявленской церкви г. Казани.

В Российском государственном историческом архиве (РГИА) в Санкт-Петербурге в фонде Департамента Герольдии хранится интересный документ 1891 года о присвоении Василию Григорьевичу

Стахееву с семьей прав Потомственного Почетного Гражданства:

«Божьею милостию Мы, Александр Третий, император и самодержец Всероссийский, царь Польский, великий князь Финляндский.

Манифестом в 10 день апреля 1832 установлено сословие почетных граждан, на правах, в этом предначертанных, а как верноподданный Наш Елабужский I гильдии купеческий брат Василий Григорьевич Стахеев представленными актами доказал право на почетное потомственное гражданство, то, возводя онаго Елабужского I гильдии купеческого брата Василия Григорьевича Стахеева с его женой Глафирою Федоровою, сыновьями: Василием, Федором, Петром, Григорием Васильевыми в сословие почетных граждан всемилостивейше повелеваю пользоваться как ему, так и его потомству всеми правами и преимуществами манифестом его сословию дарованными, во свидетельство чего повелели мы сию грамоту правительствующему сенату подписать и государственною нашею печатью укрепить. Дана в Санкт-Петербурге».



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 11 |

Похожие работы:

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ УРАЛЬСКИЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ ПЕРВОГО ПРЕЗИДЕНТА РОССИИ Б. Н. ЕЛЬЦИНА ОКСФОРДСКИЙ РОССИЙСКИЙ ФОЦЦ Oxford Russia Studia humanitatis: от источника к исследованию в социокультурном измерении Тезисы докладов и сообщений Всероссийской научной конференции студентов стипендиатов Оксфордского Российского Фонда 21-23 марта 2012 г. Екатеринбург Екатеринбург Издательство Уральского университета ББК Ся43 S 90 Коо р ди на то р проекта Г. М....»

«Управление культуры Минобороны России Российская академия ракетных и артиллерийских наук Военноисторический музей артиллерии, инженерных войск и войск связи Война и оружие Новые исследования и материалы Труды Шестой Международной научнопрактической конференции 13–15 мая 2015 года Часть II СанктПетербург ВИМАИВиВС Печатается по решению Ученого совета ВИМАИВиВС Научный редактор – С.В. Ефимов Организационный комитет конференции «Война и оружие. Новые исследования и материалы»: В.М. Крылов,...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования «ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ УПРАВЛЕНИЯ» АССОЦИАЦИЯ МОСКОВСКИХ ВУЗОВ МАТЕРИАЛЫ Всероссийской научно-практической конференции «ГОСУДАРСТВО, ВЛАСТЬ, УПРАВЛЕНИЕ И ПРАВО: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ» 2 ноября 2010 г. Посвящена 15-летию Института государственного управления и права ГУУ Москва 20 УДК 172(06) Г Редакционная коллегия Доктор исторических наук, профессор Н.А....»

«АКАДЕМИЯ НАУК РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН ИНСТИТУТ ТАТАРСКОЙ ЭНЦИКЛОПЕДИИ ИСТОРИЯ РОССИИ И ТАТАРСТАНА: ИТОГИ И ПЕРСПЕКТИВЫ ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ Сборник статей итоговой научно-практической конференции научных сотрудников Института Татарской энциклопедии АН РТ (г. Казань, ОП «ИТЭ АН РТ», 25–26 июня 2014 г.) Казань Фолиант УДК 94 (47) ББК 63.3 (2) И 90 Рекомендовано к изданию Ученым советом Института Татарской энциклопедии АН РТ Редакционная коллегия: докт. ист. наук, проф. Р.М. Валеев; докт....»

«Научно-исследовательский центр «Аксиома»«АКТУАЛЬНЫЕ АСПЕКТЫ СОВРЕМЕННОЙ НАУКИ» Российская Федерация, г. Липецк, 28 ноября 2014г. СБОРНИК МАТЕРИАЛОВ международной научно-практической конференции № VI Липецк Издательство «РаДуши» Актуальные аспекты современной науки УДК: 3 ББК: 88 А 43 Актуальные аспекты современной науки. Сборник материалов VI-й международной научно-практической конференции (г. Липецк, 28 ноября 2014г.). / Отв. ред. Е.М. Мосолова. Липецк: «РаДуши», 2014. 228с. Сборник содержит...»

«ВЕСТНИК Екатеринбургской духовной семинарии. Вып. 1(5). 2013, 178– С. А. Белобородов, Ю. В. Боровик «Ревнители дРевлего благочестия» (очеРК истоРии веРХнетагилЬсКого стаРообРядчества)* В статье прослеживается история старообрядческих общин различных согласий в Верхнетагильском заводе в XVIII — первой половине XX в. Авторы использовали документальные источники, записи бесед с потомками старообрядцев, фотоматериалы. Ключевые слова: горнозаводской Урал, Верхний Тагил, старообрядцы, общинная...»

«ИНСТРУМЕНТАЛЬНОЕ МУЗИЦИРОВАНИЕ В ШКОЛЕ: ИСТОРИЯ, ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА Федеральное государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования «КУРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ» МЕЖДУНАРОДНАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ПЕДАГОГИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ ИНСТРУМЕНТАЛЬНОЕ МУЗИЦИРОВАНИЕ В ШКОЛЕ: ИСТОРИЯ, ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА материалы ВСЕРОССИЙСКОЙ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ Курск, 28–30 мая 2015 года КУРСК 20 УДК 37;78 ББК 74+85. И И72 Инструментальное музицирование в школе: история, теория и...»

«ДНЕВНИК АЛТАЙСКОЙ ШКОЛЫ ПОЛИТИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ №27. Сентябрь 2011 г.Современная Россия и мир: альтернативы развития (Разрешение межгосударственных конфликтов: актуальный опыт истории и современность) Сборник научных статей ББК 66.4(0), 302 я43 Д 54 Редакционная коллегия: доктор исторических наук, профессор Ю.Г. Чернышов (отв. редактор); кандидат исторических наук, доцент О.А. Аршинцева; кандидат исторических наук, доцент А.М. Бетмакаев; С.Н. Исакова (отв. секретарь); кандидат исторических...»

«Информация о размещении сведений о председателе диссертационного совета Д 212.104.04; об оппонентах, давших отзыв на эту диссертацию; о лице, утвердившем отзыв ведущей организации; о научном консультанте; лице, утвердившем заключение организации, где подготавливалась диссертация; о членах комиссии диссертационного совета, подписавших заключение о приеме диссертации к защите Кононовой Татьяны Леонидовны.Председатель диссертационного совета Д 212.104.04: Яценко Константин Владимирович, доктор...»

«1    ПЕДАГОГИЧЕСКАЯ ПРАКТИКА СТУДЕНТОВ 6 КУРСА ЗАОЧНОГО ОТДЕЛЕНИЯ ИСТОРИЧЕСКОГО ФАКУЛЬТЕТА БГУ СОДЕРЖАНИЕ I. ОСНОВНЫЕ ТРЕБОВАНИЯ К ОРГАНИЗАЦИИ ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ ПРАКТИКИ. ФОРМИРОВАНИЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ ПСИХОЛОГОПЕДАГОГИЧЕСКИХ УМЕНИЙ. 1.1. Конструктивные умения. 1.2. Коммуникативные умения. 1.3. Организаторские умения. 1.4. Исследовательские умения. Функции методиста по педагогике и психологии. II. ПСИХОЛОГО-ПЕДАГОГИЧЕСКОЕ СОДЕРЖАНИЕ, МЕТОДЫ, ФОРМЫ ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ ПРАКТИКИ. 2.1. Участие в работе...»

«МУНИЦИПАЛЬНОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ «ГИМНАЗИЯ №3 г. ГОРНО-АЛТАЙСКА» Лучшие творческие проекты гимназистов обучающихся МБОУ «Гимназия №3 г. Горно-Алтайска» за 2013/14 учебный год Горно-Алтайск – 2015 ББК 74.200.58я43 Л87 Редколлегия: Председатель: Техтиекова В.В., директор МБОУ «Гимназия №3 г. Горно-Алтайска», заслуженный учитель России Ответственный Расова Н.В., редактор: кандидат исторических наук Член редколлегии: Казанцева О.М., заместитель директора по научно-методической...»

«САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГУМАНИТАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ПРОФСОЮЗОВ СОВРЕМЕННЫЙ СПОРТИВНЫЙ БАЛЬНЫЙ ТАНЕЦ ИСТОРИЧЕСКИЙ ОПЫТ, СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ, ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ II Межвузовская научно-практическая конференция 28 февраля 2014 года Рекомендовано к публикации редакционно-издательским советом СПбГУП Санкт-Петербург ББК 71 С56 Ответственный редактор Р. Е. Воронин, заместитель заведующего кафедрой хореографического искусства СПбГУП по научно-исследовательской работе, кандидат искусствоведения, доцент...»

«Генеральная конференция 38 C 38-я сессия, Париж 2015 г. 38 C/42 30 июля 2015 г. Оригинал: английский Пункт 10.3 предварительной повестки дня Объединенный пенсионный фонд персонала Организации Объединенных Наций и назначение представителей государств-членов в состав Пенсионного комитета персонала ЮНЕСКО на 2016-2017 гг. АННОТАЦИЯ Источник: Статьи 14 (а) и 6 (с) Положений Объединенного пенсионного фонда персонала Организации Объединенных Наций. История вопроса: Объединенный пенсионный фонд...»

«ОРГКОМИТЕТ Хакимов Р.С., д.и.н., академик АН РТ, директор Института истории им. Ш. Марджани АН РТ Миргалеев И.М., к.и.н., заведующий Центром исследований истории Золотой Орды им. М.А. Усманова (ЦИИЗО) Института истории им. Ш. Марджани АН РТ Салихов Р.Р., д.и.н., заместитель директора Института истории им. Ш. Марджани АН РТ по научной работе Миннуллин И.Р., к.и.н., заместитель директора Института истории им. Ш. Марджани АН РТ по организационно-финансовой работе Ситдиков А.Г., д.и.н., директор...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ УПРАВЛЕНИЯ» АССОЦИАЦИЯ МОСКОВСКИХ ВУЗОВ МАТЕРИАЛЫ Всероссийской научно-практической конференции «ГОСУДАРСТВО, ВЛАСТЬ, УПРАВЛЕНИЕ И ПРАВО: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ» 2 ноября 2011 г. Москва 20 УДК 172(06) Г7 Редакционная коллегия Доктор экономических наук, профессор Г.Р. Латфуллин Доктор исторических наук,...»

«ШЕСТЫЕ ОТКРЫТЫЕ СЛУШАНИЯ «ИНСТИТУТА ПЕТЕРБУРГА». ЕЖЕГОДНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ ПО ПРОБЛЕМАМ ПЕТЕРБУРГОВЕДЕНИЯ. 9– 10 ЯНВАРЯ 1999 ГОДА. Г. Н. Разумова ПАВЛОВСКИЙ ИНСТИТУТ БЛАГОРОДНЫХ ДЕВИЦ 23 декабря 1998 г. учебному заведению, о котором я хочу рассказать, исполнилось двести лет. В силу, наверно, объективных обстоятельств, эта дата осталась почти никем не замеченной. Может быть, это и правильно, так как Павловского института благородных девиц, а тем более, Военно-сиротского дома, от которого он ведет...»

«378 XVIII ЕЖЕГОДНАЯ БОГОСЛОВСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ Л. О. Башелеишвили, к. ф. н., (ИСАА МГУ) РАСПАД ГРУЗИНО-АРМЯНСКОГО ВЕРОУЧИТЕЛЬНОГО ЕДИНСТВА В VI в. Статья посвящена анализу культурно-исторических и богословских вопросов, возникших в Древних Грузинской и Армянской Церквах после Халкидонского собора. Распад грузино-армянского вероучительного единства привел к возникновению спектра обстоятельств для формирования нового лагеря «халкидонитов». В 506 г. на первом региональном соборе в Двине (или в...»

«Правительство Оренбургской области Научно исследовательский институт истории и этнографии Южного Урала Оренбургского государственного университета Филологический факультет Оренбургского государственного педагогического университета Оренбургская областная универсальная научная библиотека имени Н. К. Крупской СЛАВЯНЕ В ЭТНОКУЛЬТУРНОМ ПРОСТРАНСТВЕ ЮЖНО УРАЛЬСКОГО РЕГИОНА Материалы X Международной научно практической конференции, посвященной Дню славянской письменности и культуры Оренбург, Славяне...»

«МОСКОВСКИЙ ГУМАНИТАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Кафедра истории Институт фундаментальных и прикладных исследований Центр исторических исследований РОССИЙСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ДРУЖБЫ НАРОДОВ Кафедра психологии и педагогики НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ БИЗНЕСА ЭЛИТА РОССИИ В ПРОШЛОМ И НАСТОЯЩЕМ: СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ И ИСТОРИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ Сборник научных статей Выпуск 2 Москва УДК 316.344.42 ББК 60.541.1 Э 46 Редакционная коллегия: А.А. Королев, доктор исторических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ...»

«ISSN 2412-9720 НОВАЯ НАУКА: ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ И ПРАКТИЧЕСКИЙ ВЗГЛЯД Международное научное периодическое издание по итогам Международной научно-практической конференции 14 декабря 2015 г. Часть 1 СТЕРЛИТАМАК, РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ РИЦ АМИ УДК 00(082) ББК 65.26 Н 72 Редакционная коллегия: Юсупов Р.Г., доктор исторических наук; Шайбаков Р.Н., доктор экономических наук; Пилипчук И.Н., кандидат педагогических наук (отв. редактор). Н 72 НОВАЯ НАУКА: ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ И ПРАКТИЧЕСКИЙ ВЗГЛЯД: Международное...»







 
2016 www.konf.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, диссертации, конференции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.