WWW.KONF.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Авторефераты, диссертации, конференции
 


Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 17 |

«ИСТОРИЯ ИДЕЙ И ИСТОРИЯ ОБЩЕСТВА Материалы VIII Всероссийской научной конференции г.Нижневартовск, 15—16 апреля 2010 года Издательство Нижневартовского государственного гуманитарного ...»

-- [ Страница 13 ] --

3 О зарождении арийской идеи в Европе подробно писал Леон Поляков в книгах «Арийский миф. Исследование истоков расизма». СПб., 1996; «История антисемитизма».

Т. 2 «Эпоха знаний», кн. 2. URL: http://www.jewniverse.ru/RED/Poliakov/Poliakov_evropa_samoubiystvo.htm 4 «Очерки арийской мифологии в связи с древнейшей культурой». М., 1876; его же «Экскурсы в область русского народного эпоса». М., 1892.

5 На экспедицию Барченко в 1922 году на Кольский полуостров ссылается В.Демин в работе «Гиперборея-98». URL: http://lib.ru/DEMIN/giperborea98.txt 6 Например, в книге В.Шемшука «Русско-Борейский пантеон». Пермь, Уральский фонд Рерихов, 1996.

7 Подробное изъяснение причин невозможности в данный момент признания «Книги Велеса» достоверным историческим источником давали Жуковская, Л.П.Поддельная докириллическая рукопись: (К вопросу о методе определения подделок) / Л.П.Жуковская // Вопросы языкознания. 1960. № 2. С. 142—144; Творогов О.В. «К спорам о Велесовой Книге» // «Что думают ученые о Велесовой Книге» / Сост. А.А.Алексеев. СПб, 2004. 238 с.

8 Например, статья Л.А.Зарубина «Сходные изображения солнца и зорь у индоарийцев и славян» // Советское славяноведение. 1971. № 6. С. 70—76.

9 Александр Асов (настоящая фамилия — Барашков, по специальности морской эколог, защищал диссертацию по геохронологии), по его словам, выпустил уже 30 книг, совокупный тираж которых он оценивает более, чем в 3,5 млн. экземпляров. URL:

http://acov.m6.net/Rodosl%5CAcov.htm. Его конкурент в области перевода и комментариев «Книги Велеса» — омский исследователь Н.Слатин, профессиональный филолог — оценивает совокупные тиражи Асова в 150 тысяч экземпляров // См. форум интернетпортала «Все о Гиперборее». URL: http://forum.shaping.ru/index.php?showforum=10 10 С философией Хиневича можно ознакомиться по его книгам из серии «Славяно-арийские веды». См., например, Славяно-Арийские Веды. Книга Первая. Издание для общего пользования исправленное и дополненное. Омск: Асгард, Родович, Галерия, 2007. 256 с.

11 Родноверы существуют на всем пространстве славянской языковой группы. Подробнее познакомиться с этим течением можно, начав с портала www.ateney.ru. Примечательно, что точно также — «Атеней» — назывался журнал, учрежденный Авдеевым в 2000 г., сегодня один из главных «журналистов», заполняющих информационное поле портала «Родовед», П.Тулаев — соратник Авдеева, что свидетельствует о сопряженности движения с националистическим направлением славяно-арийской идеи в современной отечественной культуре.

12 Панорама. № 49. Июль 2002; Прибыловский, В. «Неоязыческое крыло в русском национализме». URL: http://www.panorama.ru/gazeta/p49yaz.html 13 См., например, статью В.Н.Демина «О северной традиции». URL: http://www.shaping.ru/yperboreia.org/demin01.asp 14 Гайдуков А.В. Идеология и практика славянского неоязычества. Автореф. дис. … на соиск. уч. ст. канд. фил. наук. СПб., 2000.

15 О направляющей функции мифа, его мотивационном компоненте в статьях Волкогоновой О., Татаренко И. «Этническая идентификация и искушение национализмом» — http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Polit/ и Здравомыслова А.Г. и Цуциева А.А. Этничность и этническое насилие: противостояние теоретических парадигм // Социологический журнал. 2003. № 3.

16 Топорков Л.А. Мифы и мифология XX века: традиции и современное восприятие.

URL: www.ruthenia.ru/folklore/toporkov1.htm 17 Например, Асов А.И. в своих исследованиях соединяет исторические методы с геохронологией, Шемшук В. — с филологией, Истархов — с конспирологией, Авдеев — с биологией и анатомией, Демин В.Н. позиционировал себя как археолог-первооткрыватель.

18 Общеимперская голубая кровь Ариев, 2008 // URL: http://padayatra.info/content/view/75/37/

–  –  –

ЛАВРЕНТЬЕВ — МАЛУНЦЕВ (РОЛЬ ЛИЧНОСТИ В ФОРМИРОВАНИИ НОВЫХ

ГОРОДСКИХ РАЙОНОВ — ПРИМЕР МИКРОИСТОРИЧЕСКОГО АНАЛИЗА)

В настоящее время в исторической науке антропологической поворот, предложенный в середине ХХ века представителями зарубежной историографии, укоренился и активно развивается в нашей стране. Следствием этого становится то, что актуальными темами исследования в последнее время все чаще являются работы о социальных, ментальных, культурных процессах, а также о выдающихся личностях и их вкладе в определенные отрасли исторического развития.

В данной работе, хотелось бы обратиться к междисциплинарному подходу и исследовать процесс формирования двух городских районов двух крупных городов Сибири — Новосибирска и Омска. Новосибирский Академгородок и омский городок нефтяников формировались примерно в одно и то же время — в конце 1950—1960-е гг., имеют много общего в своем развитии. Не смотря на различный основной градообразующий фактор, игравший значительную роль в их развитии, специфика городского пространства двух этих советских районов имеет много схожих черт.

Однако, еще больше сокращая рамки работы и приближаясь к заявленной теме, укажем, что главное внимание здесь будет обращено к двум фигурам, стоявшим у истоков создания двух больших предприятий — Омского нефтеперерабатывающего завода (ОНПЗ) и Сибирского отделения Академии наук СССР (СО АН) — Михаилу Алексеевичу Лаврентьеву и Александру Моисеевичу Малунцеву, т.к. именно эти две организации сыграли ведущую роль при создании заявленных районов.

Известность двух этих людей определяется в данном случае известностью тех организаций, которые они возглавляли. Так, если научный центр Урала и Сибири являлся объектом внимания всего государства, стал местом двукратного визита первого человека страны Н.С.Хрущева, а также иностранных делегаций, в период собственного проектирования и строительства, то Омский нефтезавод, бывший первенцем сибирской нефтехимии, не вызывал столь масштабного общественного внимания и резонанса. Следовательно, и имя академика М.А.Лаврентьева, первого председателя СО АН было более известным, чем имя А.М.Малунцева, первого директора ОНПЗ. Однако, двум этим людям в равной степени принадлежит громадная заслуга по организации мест, над которыми ими было взято шефство.

Различные вопросы, от финансовых и юридических до обычных и жизненных, становились главными задачами этих людей в деле строительства как тех организаций, которые им были вверены, так и жилых районов при них. Субъективный фактор в деле создания данных жилых пространств не мог не сказаться, не смотря на центральную линию в этом процессе партийных и правительственных директив. Разумеется, сказывался индивидуальный опыт каждого из них. Если для Лаврентьева главной задачей было создание маскимально комфортной среды для научного творчества, работы и отдыха, в связи с чем и был принят ряд мер и до начала строительства и по его завершении, то для Малунцева главным вопросом было обеспечение в наиболее быстрые сроки всех дильем, для чего все остальные задачи становились второстепенными.

Каждому из этих людей принадлежит роль организаторов коллективов, в которых им и многим их соратникам приходилось работать. В этих вопросах сказались в числе прочих субъективные мнения и взгляды Лаврентьева и Малунцева.

Сформированный ими кадровый состав руководителей структурных подразделений ОНПЗ И СО АН определил ментальные особенности части населения данных районов. Интеллигентные люди, дававшие пример простым рабочим и строителям, а также младшему научно-техническому персоналу, составили в некотором роде элитный контингент, пользующийся, между тем, рядом привилегий. Академик Лаврентьев пригласил в Сибирский филиал многих коллег из Москвы и Ленинграда, которых знал лично, и с которыми хотел продолжать работу и здесь. Малунцев, занимавший пост директора Краснодарского нефтезавода, предпочел также воспользоваться помощью соратников в создании нового большого предприятия.

Каждый из них хотел создать новые кадры для своих главных объектов. Так, в Академгородке была открыта физматшкола, которая готовила будущих студентов Новосибирского Государственного Университета к карьере высококлассных научных специалистов, а в городке нефтяников — Вечерний Заочный институт нефти и газа.

Важно учесть также и ходатайства и Лаврентьева и Малунцева о благоустройстве и озеленении, поддержании высокой культуры в районах, которые были созданы благодаря им. Их знал в лицо каждый, кто жил и работал в этих районах, с ними здоровались. Во многом подобное отношение определяется и сибирскими условиями, где подобная поддержка крайне важна.

Главное отличие между ними состоит в том, что жизненный путь М.А.Лаврентьева стал одной из причин создания Сибирского научного центра, а А.М.Малунцев не был инициатором идеи создания нефтеперерабатывающего завода, а был приглашен по указу министерства нефтяной промышленности.

Образы первых руководителей двух районов оказались в памяти старожилов и первопоселенцев, т.к. от их работы и силы воли зависел успех реализованного замысла. Их именами были названы улицы в этих районах, а их памятники и памятные доски заняли самые почетные места. Исходя из данных воспоминаний жителей Академгородка и городка нефтяников тех лет, самое лучшее время, рассвет районов приходился именно на годы, связанные с этими яркими личностями.

Таким образом, с помощью методов новой локальной истории, истории повседневности, а также элементами биографической истории, была сделана попытка сравнения двух городских районов крупных сибирских индустриальных центров с точки зрения влияния на этот процесс руководителей градообразующих объектов.

–  –  –

РОЛЕВЫЕ ПОЗИЦИИ УПРАВЛЕНЧЕСКИХ ДОКУМЕНТОВ В ПРОЦЕССАХ

ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ОРГАНОВ ВЛАСТИ БЕЛОЙ СИБИРИ

Процесс формирования аппарата управления правительств на территории Белой Сибири определялся специфическими характеристиками чрезвычайных условий Гражданской войны, вносивших конкретизирующие элементы в документацию, создаваемую органами власти. Такая постановка вопроса, свою очередь, меняет представление о процессе документационного обеспечения органов власти и управления Белой Сибири.

Для конкретизации управленческих аспектов можно определить основные ролевые позиции документации органов управления Белой Сибири в годы Гражданской войны.

1. Определяющей характеристикой документации органов власти и управления можно считать аспект обеспечения взаимосвязи между структурами управления. Они являлись одним из факторов, поддерживавших существование властной вертикали на территории Белой Сибири в годы Гражданской войны.

2. Управленческая документация конкретизировала организационные вопросы деятельности органов власти и управления. Например, по вопросу организации органов власти и делопроизводства в них из Омска на места рассылались инструкции, временные положения и штатные расписания, определявшие порядок работы учреждений. Таким образом осуществлялись попытки унификации деятельности органов власти и управления. Все они опирались на дореволюционные положения, но с учетом сложившихся чрезвычайных обстоятельств.

3. Информационная роль документации определялась аппаратом управления органов власти как основной показатель нормотворческой деятельности.

Все организационно-распорядительные документы в обязательном порядке должны были быть опубликованы в печатных органах государственной власти для ознакомления общественности с ними. Так, основным информационным и официальным периодическим изданием Омского правительства был «Правительственный вестник», находившийся в ведении главноуправляющего Совета Министров. В каждом его номере опубликовывались указы Верховного правителя, постановления и распоряжения правительства. На второй и третьей страницах публиковались отчеты заседаний министерств и ведомств, приказы, назначения, инструкции, доклады министров и приказы по армии и министерствам.

Газета печаталась в правительственной типографии и распространялась по всей территории Белой Сибири. Во всех публиковавшихся в Сибири газетах обязательно содержались выдержки из «Правительственного вестника».

4. Учетная функция документов определялась как уточняющий фактор деятельности учреждений Белой Сибири. С учетом чрезвычайных обстоятельств функционирования, одним из основных источников, характеризующих деятельность органов власти и управления, являются отчеты, оборотные ведомости и расходные сметы. Подобная документация содержит цифровое выражение деятельности органов управления.

Таким образом, учет ролевых особенностей управленческих документов белых правительств конкретизирует особенности функционирования и является показателем их успешности. Стоит отметить, что специфика документации может быть расширена с учетом основных направлений деятельности органов власти и управления на территории Белой Сибири.

–  –  –

ИЗМЕНЕНИЕ ИСТОРИЧЕСКОГО СОЗНАНИЯ

СОВРЕМЕННОГО РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА

В ФОКУСЕ РЕШЕНИЯ НОРМАННСКОЙ ПРОБЛЕМЫ

Мифотворчество является неизбежной составляющей развития как научного, так и художественного знания. Особенно ярко это проявляется на примере норманнской проблемы, которая имеет глубокие идеолого-политические обертоны в историческом сознании. В этой связи для историка важен вопрос: изменилась ли природа мифотворчества в общественном и профессиональном историческом сознании?1 При ответе на данный вопрос относительно общественного сознания особое значение имеют произведения художественной литературы, посвященные теме возникновения Древнерусского государства, поскольку художественный текст является «неотъемлемой частью культуры своей эпохи», «специфической формой выражения массового сознания» и, одновременно, «действенным инструментом воздействия на общественную ментальность»2.

Особый интерес для историка представляет отражение норманнской проблемы в романе Б.Л.Васильева «Вещий Олег», который на сегодняшний день является образцом художественного воплощения темы возникновения Древнерусского государства по широте охвата исторического материала, мастерству исполнения и объему произведения. Сложившийся в постсоветские годы новый информационно-культурный фон создал условия для пересмотра путей решения «варяжского вопроса», и Б.Л.Васильев впервые публикует роман в 1996 году. Многочисленные переиздания романа в последние годы являются свидетельством его неослабевающей популярности и актуальности в современном российском обществе. Обращение к данному произведению может дать историку срез культурного сознания, преобладающего не только в художественной среде, но и в современной российской читающей аудитории, в которой этот срез является востребованным.

К узловым моментам в исторических построениях Б.Л.Васильева можно отнести два вопроса: этническая принадлежность «варягов» (а также соотношение терминов «варяги», «русь», «норманны») и вопрос о роли неславянского, иноплеменного элемента в образовании древнерусской государственности.

«Варяги» и «викинги» в романе являются синонимичными терминами, обозначающими «разноплеменную вольнолюбивую ватагу» воинов-наемников, преимущественно скандинавского происхождения, каждый из которых «исчезает с дымом костров в чужой стране» и «может стать повелителем не по рождению своему», а «опираясь на собственный меч»3. Варягами становились, по мнению автора, принося конунгу клятву на верность и «отрешившись от племени и рода своего». Показательно и то, что автор создает сложную, но достаточно стройную картину расселения «древнегерманских племен русов, рогов, рузов и рутенов, потомков великих россомонов», «оттесненных готами в глухие восточные леса и степи Европы» 4, многое перенявших у славян и живущих, в основном, по славянскому обычаю. Писатель неоднократно подчеркивает роль иноплеменного элемента как катализатора процессов объединения славянских племен и государствообразования, сравнивая древнегерманское племя русов с мощной рекой, влившейся в славянское море5 и впоследствии оставившей напоминание о себе лишь в названии Русь6.

Подобная позиция автора согласуется с накопленным багажом историкопсихологических знаний о механизмах формирования раннесредневековой государственности. Описывая общество, находящееся на последней стадии родоплеменного строя в эпоху военной демократии, Б.Л.Васильев показывает в романе как предпосылки для складывания государственности на местной, славянской почве (появление славянских князей с небольшими дружинами), так и ускорение этого процесса «инородным» элементом (приглашение Великим Новгородом на княжение конунга Рюрика с его варяжской дружиной и оказание варягами военной помощи славянам). К безусловным историческим «находкам»

писателя относится и попытка показать в романе особенности психики вождей в варварском обществе7. На примере деятельности как конунгов Рюрика и Олега, так и славянских князей Б.Л.Васильев показывает основные ценностные установки любого раннесредневекового военного предводителя — властное самоутверждение как сильных и удачливых, при слабой рациональной рефлексии. В то время как в большинстве советских художественных текстов имеет место противопоставление двух национальных характеров (отчасти объясняемое духом выигранной войны и самосознанием народа-победителя): «великодушных, дружелюбных, верных Родине, веселых и честных» славян и «хитрых, недоверчивых, беспощадных, безродных и беспринципных» норманнов8.

Таким образом, изложенная в романе «Вещий Олег» позиция Б.Л.Васильева по варяжскому вопросу, в корне противоречащая господствующим в советской историографии представлениям об автохтонном происхождении древнерусской государственности, и нашедшая широкий отклик у современной российской читающей аудитории, заслуживает безусловного внимания историков и нуждается в дальнейшем изучении. С учетом того, что усиление интереса к варяжскому вопросу в художественном творчестве, начиная с эпохи Екатерины Великой, традиционно является индикатором роста национального самосознания и патриотических настроений в обществе, высокая востребованность исторических романов, подобных «Вещему Олегу» Б.Л.Васильева, может служить свидетельством вызревания чувства адекватной национальной идентификации в современном российском обществе.

Примечания 1 Относительно изменений этого явления в профессиональном историческом знании см.: Николаева И.Ю. Историческое мифотворчество в современном образовательном процессе российской школы // Преподавание истории и обществознания в школе. 2008.

№ 6. С. 13—15; Николаева И.Ю. Национальное самосознание и национальные мифы как проблема современного учебно-образовательного процесса // Вестник ТГУ. История.

2008. № 2(3). С. 105—115.

2 Сенявская Е.С. «Низкие» жанры художественной литературы как историко-психологический источник // Художественная литература как историко-психологический источник: Материалы XVI Международной научной конференции. СПб: Нестор, 2004. С. 26.

3 Васильев Б.Л. Вещий Олег. М., 2003. С. 48—49.

4 Там же. С. 272.

5 Там же. С. 337, 362.

6 Там же. С. 399.

7 Об этих историко-психологических особенностях см.: Николаева И.Ю. Проблема методологического синтеза и верификации в истории в свете современных концепций бессознательного. Томск, 2005. С. 85—142; Николаева И.Ю. Национальное самосознание и национальные мифы как проблема современного учебно-образовательного процесса // Вестник ТГУ. История. 2008. № 2(3). С. 109.

8 См. напр.: Иванов В.Д. Повести древних лет. Л., 1985. С. 19, 158, 438—447.

–  –  –

«СИЛОВЫЕ ПОЛЯ»: БИОГРАФИЧЕСКАЯ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

В РАБОТАХ М.ДЖЕЯ

Работы американского историка Мартина Джея, приобретшего в западном профессиональном мире репутацию одного из самых блестящих интерпретаторов как ключевых интеллектуальных трендов недавнего прошлого, так и текущих культурных реалий, незаслуженно мало известны широкому кругу российского академического сообщества1. Не претендуя на полное устранение этой лакуны, представляется важным остановиться на одной диагностически значимой черте, устойчиво отличающей практически все тексты Джея, несмотря на существенные изменения их тематики и методологических ориентиров в разные периоды творчества. Эта специфическая черта — активное использование «параллельных биографий» для сравнения интеллектуальных позиций историков и философов ХХ века.

В работе «Силовые поля: между интеллектуальной историей и культурной критикой» (1993) М.Джей возводит истоки своей исследовательской стратегии к теоретическому наследию В.Беньямина, предложившего само понятие исторического «силового поля» (Kraftfeld) как диалектически поляризованного пространства конфликта между пред- и постисторией2. Беньямин и другие близкие ему представители западного марксизма в 1920—30-е гг. пытались создать альтернативную позитивистскому историзму модель, ключевым концептом которой стал концепт «констелляции»/«созвездия» или «идеи». В «Эпистемологическом предисловии» к своей диссертации «Происхождение немецкой барочной драмы» Беньямин пишет: «Идеи относятся к вещам, так же как созвездия — к звездам. Это значит прежде всего: они не являются ни их понятиями, ни их законами. Они не служат познанию феноменов, и феномены никоим образом не могут служить критериями состава идей… Идеи — это вечные созвездия, и благодаря тому, что элементы точками объединены в них, феномены оказываются одновременно подразделенными и спасенными. Идея может быть перифрастически описана как формирование связей, в которых уникально-экстремальные проявления находятся с себе подобными»3. Именно эта модель и интересует Джея, в версии интеллектуальной истории которого исторические феномены человеческого мышления также не являются пассивными и самодостаточными. Они стремятся к «констелляции» как к собственной «объективной интерпретации»

(В.Беньямин). Отсюда обращение Джея к некоему интеллектуальному пространству («силовому полю» или «виртуальному объективному расположению» в беньяминовском понимании), образованному одновременно близостью и противостоянием мысли К.Шмитта и Ж.Батая (концепции суверенитета которых очень близки своим антропологизмом, но диаметрально противоположны в политическом отношении), Х.Арендт и А.Хеллер (с их общей критикой тоталитаризма и существенно отличающимися социальными позициями), Т.В.Адорно и самого В.Беньямина (очевидное совпадение марксистски ориентированных критических интенций при существенных расхождениях в трактовке «диалектических образов» в 1930-е гг.), и других героев своих «параллельных жизнеописаний». Важно подчеркнуть, что каждый раз начиная с биографических совпадений и близости рассматриваемой проблематики у тех или иных авторов, Джей далее заостряет внимание на различии их мысли.

Необходимо отметить, что понятие «силового поля» распространяется Джеем и на уровень чтения и рецепции текста. Возникающее здесь напряжение не снимается ни герменевтическим «слиянием горизонтов» в духе Х.Г.Гадамера, ни предлагаемой Д.ЛаКапра моделью диалога, основанного на эмпатии. Между поляризованными силами идет постоянная борьба, которая никогда не заканчивается устойчивым синтезом. Историк не только может, но и должен оказывать «осознанное давление на прошлое»4, «пробовать его на прочность». Это «давление» недвусмысленно проявляется Джеем в жесте отказа от квази-объективного мета-исторического уровня анализа, в подчеркивании своей принадлежности к определенной интеллектуальной традиции. И эта, всякий раз критически заостряемая традиция — западный марксизм, сохранение теоретической гибкости и идейного богатства которого во всех его оттенках и нюансах является одной из целей Джея. Несколько утрируя, можно сказать, что после поражения надежд поколения 1968 г. и победы неоконсервативной волны в 1970—80-е гг.

Джей ради выживания марксизма превращает последний в интеллектуальную историю, аккумулирующую на данном этапе критический потенциал левого проекта.

Примечания 1 Джей М. Год 1990-й: по обе стороны водораздела // Новое литературное обозрение.

2007. № 83; Джей М. Опыт эстетический и опыт исторический: констелляция XXI века // Новое литературное обозрение. 2009. № 99.

2 Jay M. Force Fields: Between Intellectual History and Cultural Criticism. Routledge, 1993.

Р. 1.

3 Беньямин, В. Происхождение немецкой барочной драмы. М., 2002. С. 14.

4 Jay M. Force Fields. Р. 9.

–  –  –

ЛИДЕРЫ ОСВОБОДИТЕЛЬНОГО ДВИЖЕНИЯ В ИНДИИ В ОЦЕНКЕ

АМЕРИКАНСКОГО ИССЛЕДОВАТЕЛЯ М.ЭДВАРДСА

Политический накал последнего этапа борьбы за независимость Индии был очень высок и оказывал влияние на принятие политических решений политическими и религиозными лидерами Индии. Множество работ посвящено изучению социально-психологических аспектов баталий этого времени. И конечно, в этом контексте анализ поступков, публичных заявлений лидеров политических партий Индии, а также политиков и чиновников метрополии приобретает особое значение. Причем именно политическая роль и личные качества лидеров индийского национального движения и по сей день вызывают множество разночтений.

В данной статье хотелось бы остановиться на рассмотрении исследователем М.Эдвардсом наиболее острых и спорных проблем этого периода в работе «Последнее десятилетие Британской Индии»1. Майкл Эдвардс был очевидцем событий раздела Индии 1945—1947 годов. В своем исследовании, написанном значительно позже, он попытался осмыслить и проанализировать произошедшее в Индии. М.Эдвардс — исследователь колониальной истории Индии, автор многочисленных трудов о политической истории Британского раджа, культуры и искусства Индии. Авторские исследовательские методы лежат в рамках социальной антропологии. До недавнего времени работы М.Эдвардса практически не были известны в нашей стране. Только в 2005 году появился перевод на русский язык одного из его трудов2.

В отечественной историографии редко можно встретить ссылки на работы М.Эдвардса. На наш взгляд происходит это от того, что позиция этого автора резко отличается от принятого в отечественной историографии рассмотрения политических процессов этого периода с позиций Индийского национального Конгресса — ведущей партии, объединившей в своих рядах различные политические силы. В то же время оценки М.Эдвардсом отдельных событий и личностей, безусловно, заслуживают внимания, хотя зачастую и кажутся спорными.

Уже в предисловии к своей работе М.Эдвардс заявляет о безответственности, даже предательстве лейбористской партии, принявшей решение о передаче власти и уходе Великобритании из Индии. Обозначая сам факт и процесс принятия такого решения как некий «заговор, состряпанный в Уайтхолле»3.

Он считает, что передача власти в Индии (transfer of power) была «только малой частью драмы падения и разрушения Британской Индии… и не только из-за потрясения, а в результате целого комплекса причин»4. Свое исследование автор посвящает анализу этих факторов. Оценивая эту посылку автора, следует заметить, что преобразование колониальной системы Великобритании уже с 20-х гг. ХХ в. являлось важной составляющей частью программы лейбористской партии Великобритании. Если проследить события, то очевидно, что именно коалиционный кабинет лейбориста А.Макдональдса выдвинул идею проведения конференции Круглого стола в Лондоне по данной проблеме. Жесткими противниками лейбористов в этом вопросе были консерваторы, во главе с У.Черчиллем. Их позиции строились на том, что время не пришло, институционально преобразование колониальной системы еще не готово. Сегодня с такой оценкой обстановки можно частично согласиться. Ведь драматические события передачи власти в Индии, отмена британского мандата в Палестине и начало арабо-израильского конфликта — это события одного ряда.

Весьма примечательны и оригинальны оценки М.Эдвардса индийских лидеров освободительного движения, активных участников политической игры в период передачи власти. Ситуация, сложившаяся в Индии, когда власти метрополии были вынуждены в короткие сроки организовать раздел колонии на два доминиона, найти политические силы, способные принять ответственность за дальнейшую судьбу страны. Все это вызвало состояние растерянности и замешательства, постоянные консультации и острую конфронтацию между индусами и мусульманами на всех уровнях.

Критически М.Эдвардс оценивает организаторские качества таких неоспоримых в индийской и советской историографии лидеров Индийского национального Конгресса как Джавахарлал Неру и Махатма Ганди. Так, М.Эдвардс, рассматривая ситуацию с обсуждением доклада миссии Дж.Саймона на конференции Круглого стола в Лондоне в 1930 году, делает вывод, что М.Ганди уже тогда был склонен обустроить свой приезд на конференцию как «частный компромисс» с англичанами. Здесь же автор упоминает и широко известный эпизод с лидером неприкасаемых доктором Б.Амбедкаром, который после объявления голодовки М.Ганди против представительства в Лондоне неприкасаемых, вынужден был покинуть конференцию и отказаться от представительства. Дж.Неру и его коллеги из Конгресса не принимали такой позиции, но из-за неоспоримого авторитета М.Ганди пошли у него на поводу. В то же время, автор именно М.Ганди считает единственным лидером, с которым англичанам было предпочтительнее иметь дело, так как он единственный мог удержать массы от насилия и неконструктивных действий. Надо заметить, что М.Эдвардс не одинок в подобной оценке.

В то же время М.Эдвардс считает, что Конгресс и в дальнейшем зачастую идет на поводу у этого харизматического лидера, что объективно не способствует достижению политического компромисса. Так, специфика политической мобилизации на последнем этапе освободительного движения напрямую связана с коммуналистскими ценностями. На протяжении всей своей деятельности ИНК претендовал на то, чтобы представлять интересы всей Индии. То есть это не партия в традиционном понимании этого слова, а широкая коалиция различных политических сил, связанных одной целью. Что касается принципов работы Индийского национального Конгресса, существенных расхождений в оценках историков нет, полемика начинается, когда речь идет об интерпретации фактов.

Значительное численное превосходство индусов в этой партии, тактика борьбы и симпатии некоторых лидеров ИНК к индусским националистическим группам и движениям, по мнению М.Эдвардса, давали повод усомниться в искренности заявлений политических лидеров партии. В период расширения социальной базы ИНК применялись методы мобилизации масс с использованием традиционализма и индуистской символики: например, пение индуистского гимна «Банде Матарам» (Приветствие Матери) в школах, церемония почитания культа М.Ганди. С ним соглашается французский индолог Л.Дюмон, которой отметил, что «нет муста мусульманам в патриотизме, символом которого являются индуистские богини»5. Кроме того, предпринималось издание совместных печатных органов с Хинду Махасабха, например «Модерн ревю», участие некоторых лидеров ИНК в индуистских организациях (М.Малавия). Практика политической мобилизации ИНК оценивается западноевропейскими и американскими исследователями, как про-индуистски направленная, порождающая коммунализм. А Л.Дюмон отметил даже, что «эта позиция отражала тенденцию идентифицировать индийскую нацию, прежде всего, с индуистами высших каст»6. Этот традиционализм в политической практике ИНК М.Эдвардс напрямую увязывает с позицией М.Ганди.

Особенно критично М.Эдвардс оценивает деятельность Дж.Неру на посту лидера Индийского национального Конгресса. Автор считает, что Дж.Неру никогда не имел сколько-нибудь четко выраженной собственной позиции по актуальным проблемам политической борьбы в Индии, постоянно склоняясь то в одну, то в другую сторону. Эти колебания и предопределили его политические просчеты и ошибки. М.Эдвардс не останавливается даже перед тем, чтобы именно на Дж.Неру возложить основную долю ответственности за начавшуюся индомусульманскую резню в процессе раздела Британской Индии. Метания лидеров партии от жесткого неприятия плана раздела Индии, предлагаемого английскими специальными миссиями (Петик-Лоуренса, Маунбаттена) до его принятия в полном объеме, с совершенно необоснованно краткими сроками передачи власти различным политическим силам в созданных новых доминионах Индия и Пакистан, и создали обстановку крайней коммуналистской нетерпимости.

Так, М.Эдвардс отмечает, что в условиях сложнейшей политической конфронтации во время выборов 1945/46 годов, лидеры ИНК могли обратиться за помощью к британским властям, к представителям Гражданской службы, военным для стабилизации ситуации. Но боясь потерять популярность, преследуя свои карьерные интересы Дж.Неру, В.Патель предпочли не делать этого, сознательно пошли на осложнение политической ситуации.

Нельзя полностью согласиться с автором, что ответственность лежит только на ИНК. Вероятно и другие политики — мусульманские лидеры, представители британских властей — не действовали вполне взвешенно. Но действительного компромисса политических сил не было найдено, и Британскую Индию в конце ее существования ожидали религиозные, этнические, политические распри, приведшие к многочисленным жертвам.

В оценках деятельности другой политической силы — Мусульманской Лиги, М.Эдвардс более сдержан. Он считает, что лидеры Лиги — М.Джинна, Л.А.Хан действовали более последовательно. Хотя, рассуждая о целях Мухаммада Джинны, возглавившего Мусульманскую Лигу в 30-х годах, Эдвардс отмечает, что он совершенно не стремился «к созданию отдельного государства, по крайней мере в 30-е годы, а заботился исключительно о продвижении своей карьеры»7. Интересно, сходную оценку этого лидера дает и Х.В.Хадсон8. Тем не менее, именно М.Джинна, по мнению М.Эдвардса «дал мусульманам Индии … четкую цель, позитивную программу действий вместо разрозненных мечтаний и стремлений»9. Автор усматривает в действиях мусульманских лидеров больше прагматизма, хотя отмечает, что в последние месяцы перед разделом страны, жесткие и бескомпромиссные заявления М.Джинны способствовали эскалации религиозного противостояния.

Нам представляется, что М.Эдвардс считал, что наиболее последовательную политику из лидеров Индийского национального Конгресса проводил М.К.Азад, возглавлявший партию до 1944 г. Разрабатывая проекты будущего устройства Индии, Маулана Азад понимал, что Индия должна стать равноправным членом мирового сообщества, и поэтому должна поддерживать военные усилия метрополии во время войны (в противовес позиции М.Ганди который в прессе выдвинул весьма спорные принципы ненасильственного сопротивления Японии, моральной поддержки союзников в борьбе с фашизмом, усилий по удержанию Индии вне военного конфликта, несотрудничество с британскими властями). Но американский автор отмечает весьма щепетильную ситуацию, сложившуюся в Индии: в условиях финальной стадии религиозно-политического противостояния в Индии, накануне решения проблемы передачи власти, оказалось недопустимо, что Индийский национальный Конгресс возглавлял мусульманин.

Именно этой причиной Эдвардс объясняет переход лидерства в ИНК Дж.Неру, а неформального лидерства к освобожденному в 1944 г. из тюрьмы М.Ганди.

В работе М.Эдвардса прослеживается тенденция рассматривать и оценивать политическую практику руководителей индийского освободительного движения как проявление специфического видения политики на Востоке. Автор подчеркивает непривычные для западного политика ценности, зачастую в Индии связанные с религиозными, кастовыми и другими ожиданиями и предпочтениями.

Примечания 1 Edwardes M. The Last Years of British India. Cleavlend, 1963.

2 Эдвардс М. Древняя Индия. Быт, религия, культура. Пер. с англ. С.К.Меркулова. М., 2005.

3 Edwardes M. The Last Years of British India. Cleavlend, 1963. P. VI.

4 Ibid.P. VII.

5 Дюмон Л. Национализм и «коммунализм» // Дюмон Л. Homo Hierarchicus: опыт описания системы каст / Пер., вступит. ст. Н.Г.Краснобайской. Приложение Г. СПб., Евразия,

2001. С. 339.

6 Там же. С. 343.

7 Edwardes M. The Last Years of British India. Cleavlend, 1963. Р.148.

8 Hodson H.V. The Great Divide: Britain — India — Pakistan. Karachi, 1985. Р. 114.

9 Edwardes M. The Last Years of British India. Cleavlend, 1963. P. 70.

–  –  –

ВОЗМОЖНОСТИ ИСТОРИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ В ЖАНРЕ БИОГРАФИИ:

СЕМЕНОВ ВИКТОР ФЕДОРОВИЧ

Труды по историографии обобщающего характера, рассматривающие развитие процесса накопления исторических знаний, основные этапы и центральные проблемы истории исторической науки неизбежно несут на себе черты схематизма. Личности ученых остаются «в тени» их творчества, научных концепций. А между тем, изучение персоналий имеет давнюю традицию в России.

Главным достоинством данного направления является широкая проблематика исследований, позволяющая дать всестороннюю оценку деятелю науки, определить его место в историографии. Сквозь призму жизни и творчества ученого интересно изучать общие черты эпохи, проникать в ее атмосферу, следить за сложным процессом развития научных знаний.

В наше время, когда во многом потеряны жизненные ориентиры и ценности молодежь нуждается в новых идеалах и примерах для подражания. И в данном контексте образ выдающейся личности, в том числе деятеля науки, может занять пустующую нишу. Персонализированное изучение истории несет большой нравственный и воспитательный потенциал, служит положительным примером, особенно при рассмотрении таких аспектов биографии ученого как социальная среда (происхождение), учеба, общественная деятельность. Важно также уделить внимание не только формированию политических взглядов, нравственных идеалов, но и репертуару чтения, кругу повседневного и профессионального общения.

Для историографии отечественной исторической науки фигура любого ее представителя имеет несомненный интерес. Тем более это относится к малоизвестным деятелям, чье изучение перспективно в плане получения нового знания. В истории исторической науки России второй половины XX в. Семенов Виктор Федорович занимает особое место.

Жизнь и творчество Семенова В.Ф. не привлекали пристального внимания исследователей. Историография по теме исчерпывается энциклопедическими статьями и упоминаниями в учебной литературе и общих исследованиях, посвященных отдельным вопросам развития исторической науки. В них с разной степенью глубины освещаются отдельные аспекты рассматриваемой проблемы.

Семенов Виктор Федорович родился в деревне Ведянцы под городом Алтырь в семье приходского священника. Начальное образование получил в семинарии, позже переехал в Казань.

Виктор Семенович был очень религиозным человеком, это одна из причин того, что профессор так и остался беспартийным. Однако, несмотря на то, что партийный билет, по тем временам, мог в значительной степени «облегчить»

жизнь и продвижение по научной стезе, ученый отверг такое решение вопроса.

Совет Партии, который существовал при институте, шутя, называл «советом нечестивых». Несомненно, что такое поведение ученого не могло оставаться «безнаказанным». Нередко появлялись доносы на профессора, где в упрек ставили присутствие на крестном ходе, посещение храмов и служб.

Виктор Федорович считал не возможным для себя скрывать свою веру, но в тоже время он прекрасно осознавал ту опасность, которой подвергался. Ученому повезло с окружением и помощниками. На Совет Партии обсуждать доносы и выслушивать обвинения ходила его коллега Кирилова Александра Андреевна.

Она активно вступала в защиту, неизменно начиная свою речь словами «кто видел как..?»1. Неоднократно подобные доносы выливались в «обследование кафедры». Интересен вывод, сделанный после одного из таких «обследований»: «Мы обследовали Кафедру. Здесь все беспартийные большевики»2.

О семье Виктора Федоровича известно мало. Его сын погиб на фронте в годы Великой Отечественной войны. Всю жизнь он прожили вдвоем с женой Анной Михайловной.

Анна Михайловна обладала удивительным вкусом, была неизменным помощником для супруга. Картины, разнообразные коллекции, удивительная библиотека, все было направлено на создание уюта и комфорта в доме. После смерти супруга, опеку и заботу над вдовой профессора взяла на себя дочь профессора Советова, с семейством которого Семеновы были дружны.

Чета Семеновых жила если не скрытно, то весьма замкнуто. Они не любили делиться подробностями из личной жизни. Профессор был очень скромным и замкнутым человеком. Добрый и отзывчивый человек, помогал студентам и аспирантам деньгами.

Научная биография является относительно редким приемом историографического исследования. Более традиционными способами раскрытия истории исторической науки являются проблемный подход — когда анализу подвергаются отдельные вопросы, вызывающие дискуссии ученых, а также хронологический подход, когда во главу угла ставится временная последовательность работ историков.

Значимость биографической работы и необходимость ее продолжения не подлежит сомнению. Личностный подход открывает перед историографами новые возможности — анализ творчества отдельного ученого, эволюции его взглядов, его методов позволяют увидеть историю науки в динамике и драматизме, между тем, исследования биографического характера продолжают оставаться редкостью в потоке историографической литературы. Многие первоклассные историки России по-прежнему ждут своих биографов.

Еще в большей мере необходимость разработки научных биографий ощущается на региональном уровне. Имена многих местных историков были незаслуженно забыты. Обращение к их творчеству является, во-первых, данью памяти этих людей, и, во-вторых, позволит более полно и всесторонне восстановить картину развития отечественной исторической науки.

Примечания 1 По воспоминаниям Осиновского И.Н.

2 Там же.

–  –  –

РЕЛИГИОЗНО-МИФОЛОГИЧЕСКАЯ СИСТЕМА ДРЕВНИХ БОЛГАР

В ТРУДАХ ВЕНГЕРСКОГО УЧЕНОГО Г.ФЕХЕРА

В современной Болгарии большое внимание уделяется изданию и переизданию работ выдающихся ученых прошлого. После победы социализма в Болгарии возобладала точка зрения: в качестве одной из главных задач болгарской этнографической науки в плане изучения этнической истории болгар на долгие годы станет изучение роли в данном процессе славян и восприятие ими античной (греческой или византийской) культуры. В этих условиях в 1947 г. на фоне сфабрикованного обвинения Г.Фехера в коллаборационизме, его книги изымаются из библиотек, а термин праболгаристика становится едва ли не синонимом фашизма и пангерманизма. И только с началом перемен в политической жизни страны, с 1970-х гг., в преддверии подготовки празднования 1100-летия болгарской государственности, будет меняться ситуация с праболгарсистикой в целом.

Но подлинный расцвет данной отрасли этнографии пришелся на вторую половину 1980-х — 1990-е гг. В частности, в 1993 г. выходит репринтное издание монографии Г.Фехера «Ролята и културата на прабългарите. Значението на прабългарската и старомаджарската култура в изграждането на цивилизацията на Източна Европа», которая была написана в 1939-м, а впервые издана в 1941 г., Г.Фехер к моменту создания данной работы 17 лет прожил в Болгарии. Труд состоит из 17 частей, которые можно объединить по смыслу в два раздела.

Первый посвящен праболгарской культуры в целом. С привлечением обширного круга исторических источников автор рассматривал развитие строительной техники, скульптуры, ювелирного и гончарного дела, религии праболгар1. Во втором разделе автор раскрыл влияние и роль праболгарского этнолингвистического компонента в становлении культуры народов Балканского полуострова.

В сфере военного дела, одежды, языке обнаружены следы праболгарского культурного влияния2.

Данный труд Г.Фехера представлял собой ценный вклад в развитие праболгаристики, в том числе в разработку вопросов религии и мифологии праболгар.

Причем значение этой монографии, как впрочем, и всей научной деятельности Фехера, состоит отнюдь не в попытке реализовать ту цель, которую он ставит во введении к своей монографии: доказать, что праболгары «имеют со всемирноисторической точки зрения еще большее значение.

Владея в течение ряда столетий территориями по средней Волге, Северному Кавказу, между Доном и Днепром, в Бессарабии и на Балканах, праболгары сыграли огромную роль в построении цивилизации Восточной Европы, особенно у славян — то есть вывели Восточную Европу в культурный мир»3. Выхватив данные слова из контекста всей работы, некоторые современные авторы пытались выдвинуть обвинения в адрес венгерского ученого. Опираясь на теоретические положения М.Дринова, Г.Фехера обвинили в намеренной дискредитации «ведущей роли славян» в этногенезе народов Восточной Европы. По нашему убеждению значение рассмотренной монографии, как и всего творчества Г.Фехера, состоит в том, что это была одна из последних попыток объективной оценки вклада праболгар в формирование дунайских болгар. Причем выводы о значении данного этнолингвистического компонента делались на основании глубокого изучения широкого круга исторических источников, в первую очередь археологических и данных сравнительного изучения посредством проведения этнокультурных параллелей с населением Волжской Болгарии, венгерским и другими народами.

Несмотря на то, что в трудах Г.Фехера нет попыток реконструкции цельного праболгарского религиозно-мифологического комплекса, но значение его работ в этой сфере не маловажно. Венгерский ученый первым на основании сравнительного анализа и привлечения данных археологии начал говорить о наличии в духовной культуре предков дунайских болгар индоиранского компонента и неразрозненного набора верований и суеверий, каким, по сути своей, является язычество, а стройной религиозной системы, во главе которой находился бог Священного Голубого Неба Тангра4. Аналогично тюркской священной горе, как отмечает А. Стойнев, у праболгар распространена вера в Гору Мира — место, где возможно общение с Богом. Г.Фехер считал, что роль такого рода священной вершины у протоболгар играли Мадарские скалы, но в тот период (1930-е гг.) данный памятник в болгарской науке рассматривался в качестве античного наследия, поэтому данное предположение не нашло широкого распространения.

На современном этапе принадлежность Мадарского культового комплекса к праболгарской традиции не вызывает сомнений.

На основании археологических данных Мадары Фехер рассматривал знаменитый конный рельеф не как единичное скульптурное изображение болгарского правителя, а как органическую часть праболгарского религиозного культового комплекса, высказывал предположение о функционировании святилищ, имевших общегосударственное значение, стройного религиозного культа и института его служителей. Г.Фехер склонен рассматривать материалы Мадарского комплекса в качестве свидетельства почитания протоболгарами такого сакрального атрибута как чаша.

И хотя религиозно-мифологическая система не являлась центральным предметом исследований Г.Фехера, но заслуги его в данной области неопровержимы.

Последнее десятилетие ХХ в. вошло в историю как время подъема национальных движений. В Республике Болгария действует большое количество организаций, занимающихся изучением этнической истории народов, целью которых является не столько объективное исследование древних культур, поиск, публикация и распространение научных знаний, связанных с историей народа, сколько попытки возвращения «истинного исторического места» и значения своего «древнейшего» народа посредством реконструкции патриархального быта и возрождения древних форм культуры.

В связи с этим следует отметить издательский дом «Оглядало» (переиздание монографий В.Бешевлиева, Г.Фехера, И.Коева и др.) и деятельность общеболгарского фонда «ТАНГРА». Фонд «ТАНГРА» учрежденный 23 марта 1997 г.

В своей деятельности стремится найти ответы на вопросы, касающиеся происхождения болгар, их влияния и вклада в мировую цивилизацию и культуру. Задачами фонда являются разыскание, публикация и распространение научных знаний, мифов, легенд и гипотез, связанных с историей болгарского народа;

возвращение истинного исторического места и значения болгар в мировой цивилизации и культуре; информирование мировой общественности о значении, месте и роли цивилизации древних болгар; публикация и распространение, как трудов болгарских историков-патриархов, так и работ молодых авторов, содержащих новую информацию об истории, происхождении и культуре болгар с древности до наших дней, без каких-либо цензурных купюр, оставляя ответственность за научную достоверность за самими учеными; формирование у читателей широких и разносторонних представлений о вкладе болгар в мировую цивилизацию5. По сути, целью подобных публикаций является попытка возвращения истинного исторического места и значения своего древнейшего, чистого, являющегося единственным прямым наследником (здесь может находиться имя любой древней, а иногда и вымышленной исторической общности, все зависит от богатства фантазии автора «теории») великой цивилизации, посредством реконструкции патриархального быта и возрождения древних форм культуры.



Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 17 |

Похожие работы:

«КАЗАНСКИЙ (ПРИВОЛЖСКИЙ) ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Высшая школа государственного и муниципального управления КФУ Институт управления и территориального развития КФУ Институт истории КФУ Высшая школа информационных технологий и информационных систем КФУ Филиал КФУ в г. Набережные Челны Филиал КФУ в г. Елабуга СБОРНИК МАТЕРИАЛОВ Международной научно-практической конференции ЭФФЕКТИВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ УСТОЙЧИВЫМ РАЗВИТИЕМ ТЕРРИТОРИИ ТОМ I Казань 4 июня 2013 г. KAZAN (VOLGA REGION) FEDERAL UNIVERSITY...»

«В.И. МИХАЙЛЕНКО НОВЫЕ ФАКТЫ О СОВЕТСКОЙ ВОЕННОЙ ПОМОЩИ В ИСПАНИИ Динамика и содержательная сторона исследований. «Генеральная библиография о войне в Испании», вышедшая в 1968 г. под редакцией Риккардо де ла Сиерва, включала 14 тыс. наименований исследований и сборни­ ков документов. Из всех событий советской внешней политики гражданская война в Испании имела самое широкое освещение в советской историогра­ фии. Преимущественно за счет мемуаров участников этих событий, как со­ ветских, так и...»

«Текущее сосТояние и возможносТи инвесТиционного соТрудничесТва ведущих сТран снг с Южной азией Ю.д. квашнин ТЕКУЩЕЕ СОСТОЯНИЕ И ВОЗМОЖНОСТИ ИНВЕСТИЦИОННОГО СОТРУДНИЧЕСТВА Юрий Квашнин ВЕДУЩИХ СТРАН СНГ С ЮЖНОЙ АЗИЕЙ Юрий Дмитриевич Квашнин — кандидат исторических наук, заведующий сектором исследований Европейского союза Центра европейских исследований ИМЭМО РАН. В 2005 году с отличием окончил МГУ им. М. В. Ломоносова, в 2009м защитил кандидатскую диссертацию. Автор индивидуальной монографии и...»

«ПЯТЫЕ ОТКРЫТЫЕ СЛУШАНИЯ «ИНСТИТУТА ПЕТЕРБУРГА». ЕЖЕГОДНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ ПО ПРОБЛЕМАМ ПЕТЕРБУРГОВЕДЕНИЯ. 10– 11 ЯНВАРЯ 1998 ГОДА. А. В. Холоденко ПЕТЕРБУРГСКИЙ АДРЕС В ЛИТЕРАТУРНОМ И ЭПИСТОЛЯРНОМ НАСЛЕДИИ Н. В. ГОГОЛЯ Эти заметки возникли в результате работы над темой «Петербургский адрес как часть петербургской культуры», в которой рассматриваются история возникновения, развитие структуры, а также культура написания и устного описания петербургского адреса. Факту недавнего открытия памятника...»

«Санкт-Петербургский государственный университет Государственный Эрмитаж Санкт-Петербургский государственный музей-институт семьи Рерихов Музей истории гимназии К. И. Мая (Санкт-Петербург) при поддержке и участии Комитета по культуре Санкт-Петербурга Всемирного клуба петербуржцев Международного благотворительного фонда «Рериховское наследие» (Санкт-Петербург) Благотворительного фонда сохранения и развития культурных ценностей «Дельфис» (Москва) Санкт-Петербургского государственного института...»

«ISSN 2412-9720 НОВАЯ НАУКА: ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ И ПРАКТИЧЕСКИЙ ВЗГЛЯД Международное научное периодическое издание по итогам Международной научно-практической конференции 14 декабря 2015 г. Часть 1 СТЕРЛИТАМАК, РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ РИЦ АМИ УДК 00(082) ББК 65.26 Н 72 Редакционная коллегия: Юсупов Р.Г., доктор исторических наук; Шайбаков Р.Н., доктор экономических наук; Пилипчук И.Н., кандидат педагогических наук (отв. редактор). Н 72 НОВАЯ НАУКА: ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ И ПРАКТИЧЕСКИЙ ВЗГЛЯД: Международное...»

«ISSN 2412-9747 НОВАЯ НАУКА: ОПЫТ, ТРАДИЦИИ, ИННОВАЦИИ Международное научное периодическое издание по итогам Международной научно-практической конференции 24 декабря 2015 г. Часть 1 СТЕРЛИТАМАК, РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ РИЦ АМИ УДК 00(082) ББК 65.26 Н 72 Редакционная коллегия: Юсупов Р.Г., доктор исторических наук; Шайбаков Р.Н., доктор экономических наук; Пилипчук И.Н., кандидат педагогических наук (отв. редактор). Н 72 НОВАЯ НАУКА: ОПЫТ, ТРАДИЦИИ, ИННОВАЦИИ: Международное научное периодическое...»

«ХРОНИКА НАУЧНОЙ ЖИЗНИ ДВЕНАДЦАТАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ ЕВРОПЕЙСКОГО ОБЩЕСТВА ИСТОРИИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ МЫСЛИ 15—17 мая 2008 г. в Праге, в стенах Высшей школы экономики, прошла оче редная, двенадцатая, ежегодная конференция Европейского общества истории экономической мысли (ESHET). В конференции приняло участие около 220 ис следователей — не только из европейских стран, но и из Австралии, Аргентины, Бразилии, Израиля, Китая, Колумбии, Мексики, США, Японии. На 51 й сес сии были представлены 180 докладов. По...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ АЛТАЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИСТОРИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ Кафедра археологии, этнографии и источниковедения РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК СИБИРСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ ИНСТИТУТ АРХЕОЛОГИИ И ЭТНОГРАФИИ Лаборатория археологии и этнографии Южной Сибири СЕВЕРНАЯ ЕВРАЗИЯ В ЭПОХУ БРОНЗЫ: ПРОСТРАНСТВО, ВРЕМЯ, КУЛЬТУРА Сборник научных трудов Барнаул – 2002 ББК 63.4(051)26я4 УДК 930.26«637» С 28 Ответственные редакторы: доктор исторических наук Ю.Ф. Кирюшин кандидат...»

«Министерство образования Республики Беларусь Учреждение образования «Мозырский государственный педагогический университет имени И. П. Шамякина»Этнопедагогика: история и современность Материалы Международной научно-практической конференции Мозырь, 17-18 октября 2013 г. Мозырь МГПУ им. И. П. Шамякина УДК 37 ББК 74.6 Э91 Редакционная коллегия: В. С. Болбас, кандидат педагогических наук, доцент; И. С. Сычева, кандидат педагогических наук; Л. В. Журавская, кандидат филологических наук, доцент; В. С....»

«СБОРНИК РАБОТ 65-ой НАУЧНОЙ КОНФЕРЕНЦИИ СТУДЕНТОВ И АСПИРАНТОВ БЕЛОРУССКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА 13–16 мая 2008 г., Минск В ТРЕХ ЧАСТЯХ ЧАСТЬ III БЕЛОРУССКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ СБОРНИК РАБОТ 65-ой НАУЧНОЙ КОНФЕРЕНЦИИ СТУДЕНТОВ И АСПИРАНТОВ БЕЛОРУССКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА 13–16 мая 2008 г., Минск В ТРЕХ ЧАСТЯХ ЧАСТЬ III МИНСК УДК 082. ББК 94я С2 Рецензенты: кандидат географических наук, доцент Н. В. Гагина кандидат юридических наук, доцент В. В. Шпак; кандидат...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИЛНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ САРАТОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ Н. Г. ЧЕРНЫШЕВСКОГО НОВЫЙ ВЕК: ИСТОРИЯ ГЛАЗАМИ МОЛОДЫХ Сборник научных трудов ОСНОВАН В 2003 ГОДУ ВЫПУСК 11 Под редакцией Л. Н. Черновой Издательство Саратовского университета УДК 9(100)(082) ББК 63.3(0)я43 Н72 Новый век: история глазами молодых: Межвуз. сб. науч. тр. молодых ученых, аспирантов и студентов. Вып. 11 / под ред. Л. Н. Черновой. –...»

«МИНИСТЕРСТВО ЗДРАВООХРАНЕНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ВОЛГОГРАДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ МЕДИЦИНСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ИСТОРИЯ МЕДИЦИНЫ В СОБРАНИЯХ АРХИВОВ, БИБЛИОТЕК И МУЗЕЕВ Материалы II Межрегиональной научно-практической конференции, посвященной 80-летию Волгоградского государственного медицинского университета Волгоград, 15–16 сентября 2015 года Издательство ВолгГМУ Волгоград УДК 61(09) ББК 5+63 И 89 Редакционная коллегия: Главный редактор – академик РАН В. И. Петров; к. и. н. О. С. Киценко, к. ф. н. Р....»

«ГОДОВОЙ ОТЧЕТ ОТкрыТОГО акциОнЕрнОГО ОбщЕсТВа «ДальнЕВОсТОЧнОЕ мОрскОЕ парОхОДсТВО» пО иТОГам рабОТы за 2011 ГОД ГОДОВОЙ ОТЧЕТ ОТкрыТОГО акциОнЕрнОГО ОбщЕсТВа «ДальнЕВОсТОЧнОЕ мОрскОЕ парОхОДсТВО» пО иТОГам рабОТы за 2011 ГОД прЕДВариТЕльнО УТВЕрЖДЕн Решением Совета директоров Открытого акционерного общества «Дальневосточное морское пароходство» Протокол № 27 от 14 мая 2012 г. Достоверность данных, приведенных в годовом отчете, подтверждена Ревизионной комиссией ОАО «ДВМП» ГОДОВОЙ ОТЧЕТ...»

«Памятка к ходатайству о приеме еврейских иммигрантов Уважаемый заявитель, Вы хотите переехать в Федеративную Республику Германии в качестве еврейского иммигранта. В настоящей памятке нами изложены все правила процедуры приема. Здесь Вы найдете информацию о принципах и ходе процедуры приема иммигрантов, а также о формулярах заявления, которые Вам надлежит заполнить. Если у Вас возникнут вопросы, то Вы можете в любое время обратиться за разъяснением к коллегам зарубежных представительств...»

«НАУЧНАЯ ДИСКУССИЯ: ВОПРОСЫ СОЦИОЛОГИИ, ПОЛИТОЛОГИИ, ФИЛОСОФИИ, ИСТОРИИ Сборник статей по материалам XLIV международной заочной научно-практической конференции № 11 (39) Ноябрь 2015 г. Издается с мая 2012 года Москва УДК 3 ББК 6/8 Н34 Ответственный редактор: Бутакова Е.Ю. Н34 Научная дискуссия: вопросы социологии, политологии, философии, истории. сб. ст. по материалам XLIV междунар. заочной науч.-практ. конф. – № 11 (39). – М., Изд. «Интернаука», 2015. – 114 с. Сборник статей «Научная дискуссия:...»

«Национальный исследовательский Саратовский государственный университет имени Н.Г. Чернышевского Экономический факультет Философский факультет Институт истории и международных отношений, Институт рисков Институт филологии и журналистики Институт искусств Юридический факультет Факультет психолого-педагогического и специального образования Социологический факультет Факультет психологии Факультет иностранных языков и лингводидактики Институт физической культуры и спорта Сборник материалов III...»

«МУЗЕИ-ЗАПОВЕДНИКИ – МУЗЕИ БУДУЩЕГО МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН ЕЛАБУЖСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ИСТОРИКО-АРХИТЕКТУРНЫЙ И ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ МУЗЕЙ-ЗАПОВЕДНИК ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКАЯ ГРУППА «РОССИЙСКАЯ МУЗЕЙНАЯ ЭНЦИКЛОПЕДИЯ» МУЗЕИ-ЗАПОВЕДНИКИ – МУЗЕИ БУДУЩЕГО Международная научно-практическая конференция (Елабуга, 18-22 ноября 2014 года) Материалы и доклады Елабуга УДК 069 ББК 79. M – Редакционная коллегия: М.Е. Каулен, Г.Р. Руденко, А.Г. Ситдиков, М.Н. Тимофейчук, И.В. Чувилова, А.А. Деготьков...»

«ЕСТЕСТВЕННЫЕ И ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ О.В. Шабалина, Персональный фонд акад. А.Е. Ферсмана Музея-Архива истории изучения Е.Я. Пация и освоения Европейского Севера.. Н.К. Белишева, Вклад техногенных и природных источников ионизирущего излучения в структуру Н.А. Мельник, заболеваемости населения Мурманской области.. 9 Ю.В. Балабин, Т.Ф. Буркова, Л.Ф. Талыкова В.П. Петров, Высококальциевые алюмосиликатные гнейсы Центрально-Кольского блока: Л.С. Петровская, геологическая и метаморфическая природа.. 27...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ УПРАВЛЕНИЯ» МАТЕРИАЛЫ 5-й Всероссийской научно-практической конференции «ГОСУДАРСТВО, ВЛАСТЬ, УПРАВЛЕНИЕ И ПРАВО: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ» 21 ноября 2014 г. Москва 20 Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального...»







 
2016 www.konf.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, диссертации, конференции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.