WWW.KONF.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Авторефераты, диссертации, конференции
 


Pages:     | 1 |   ...   | 12 | 13 || 15 | 16 |   ...   | 33 |

«Редакционная коллегия В.А. Москвин, Н.Ф. Гриценко, М.А. Васильева, О.А. Коростелев, Т.В. Марченко, М.Ю. Сорокина Ответственный редактор Н.Ф. Гриценко Художник И.И. Антонова Ежегодник ...»

-- [ Страница 14 ] --

Вчера мы перешли с бивака впереди Орхание сюда, и вчера же мы получили радостную весть, что Плевна сдалась. Это было часов в 9 утра. Внезапно послышалось далекое ура, все громче и громче, офицеры выбежали из палаток, я тоже — вижу, скачет в карьер какой-то драгунский офицер, махает фуражкой, которую держит в руке вместе с нагайкой, и кричит: «Плевна взята!» Поднялось такое ура, какое мне до сих пор не приходилось слышать. Какое влияние взятие Плевны будет иметь на нас и вообще на назначение отряда генерала Гурко, — мы еще не знаем — большинство теперь желает быстро идти вперед, я лично того же мнения.

Последнее время нам живется очень хорошо. Быстро пробившись через первую гряду Балканских гор, мы попали в защищенную с севера Орханийскую долину, где до сих пор тепло, хотя по ночам бывает мороз. Целую неделю мой 3-й взвод содержал летучую почту между Етрополем и Орхание, и я поэтому свободно разъезжал по долине, был 2 дня в Етрополе — небольшой горный городок, и был в Орхание через несколько часов после занятия его нашими войсками. Затем я провел двое суток на посту на шоссе в Араб-Конак — между тремя убитыми турками, которых некому было хоронить, и многими трупами лошадей. Впрочем, как-то привыкаешь даже к виду мертвых тел — и смотришь на них почти так же, как смотришь на обломки телег, на брошенные снаряды и обрывки амуниции и на прочие предметы, которые остаются на месте, где была битва1 .

Вследствие характера местности для кавалерии нет пока боевой деятельности, но зато она теперь, как и вообще в эту кампанию, чрезвычайно полезна в менее блистательной, но не менее важной роли разведчика и стража. Так, мне привелось быть в том нашем разъезде, который первый разведывал Лаковицкое ущелье, по которому вслед за тем прошли семеновцы и стрелки в обход главной позиции турок на первом гребне Балкан, а этим обходом было обеспечено движение наших войск вплоть до Орхание. Теперь же вот уже вторую неделю я хожу с эскадроном каждые три дня на сутки на аванпосты к подгорию Етрополь-Балканы, западная часть которого еще не очищена турками. Мне известно частным образом, что меня вместе с двумя другими вольноопределяющимися — Соловьевым и ЛеНе время изучать политику, когда нужно одерживать победы»...

венстерном2  — представили к производству в офицеры прямо в Лейб-гусарский полк без экзамена «за отличие» на основании, вероятно, известного тебе приказа, так что, должно быть, к Рождеству мы будем произведены, если будем живы. Я бы хотел получить офицерский чин лишь перед самым концом кампании, оттого что мое теперешнее положение чрезвычайно приятное — я пользуюсь почти всеми материальными выгодами офицерства, кроме вьюка и денщика — и не несу никаких обязанностей — ни солдатских, ни офицерских, разве как сегодня утром пошлют со взводом на фуражировку — а офицеры дежурят, ездят за приказаниями, в командировки — и так как в нашем полку их мало, — почти постоянно заняты разными небоевыми служебными обязанностями.

По отношению к пище нам все это время было отлично — приехал маркитант и два полковых повара, готовили сытные, хотя и не художественные обеды для офицерской артели, в которую приняты и мы. После кратковременного расстройства желудка — от плохого питания перед взятием Орхание — я теперь совсем здоров и положительно за поход довольно много пополнел. Вообще больных у нас пока никого. Граф Бобринский — полковой адъютант — ранен во время рекогносцировки — его брат, мой товарищ, повез его в Петербург. Очень тебе благодарен за 200 р., у меня, впрочем, еще остается более 1000 франков в полковом ящике. Пиши мне чаще. Поцелуй от меня Мамашу и Надю.

Горячо тебя любящий сын Николай Чарыков

ГАСО. Ф. 143. Оп. 1. Д. 80. Л. 101–103 об.

Из воспоминаний Н. Чарыкова: «Я могу добавить здесь, что раненые, которые попали в руки туркам, были в те дни замучены и убиты башибузуками, то есть турецкими нерегулярными войсками, теми самыми войсками, действия которых расценивались как “болгарские злодеяния”. Поэтому мы нашли изуродованные трупы российских солдат в близлежащих кукурузных полях после того, как Телиш был взят, — и эта сцена стала основой для впечатляющей батальной картины Верещагина. Мои друзья-добровольцы и я решили не попадать живыми в руки турок, так что я всегда держал в кармане маленький револьвер, привезенный из Петербурга специально для этого» (Tcharykow N.V. Glimpses of high politics. P. 113).

Сведений установить не удалось.

25 декабря 1877 г.

деревня Раковица, Софийская долина Дорогой отец, с тех пор, как я тебе писал, мы перешли через Балканы и теперь находимся на последних склонах Малых Балкан к Филиппопольской долине.

Переход был чрезвычайно тяжелый: наша дивизия шла 36 часов, ведя лошадей в поводу по тропинИЗ ИСТОРИИ РОССИЙСКОГО ЗАРУБЕЖЬЯ кам через Умургачские высоты — перевал в 3600 футов — по глубокому снегу при самой неблагоприятнойй погоде — снежный дождь, метель. Я, слава Богу, остался здоров, но многие и солдаты, и офицеры поотмораживали себе ноги и позаболевали. Зато все эти усилия не пропали даром — вследствие этого обходного движения турки очистили Араба-Конак и тем открыли проход по шоссе через Балканы, а вчера занята нами София.

Действительно, трудная часть кампании началась с наступлением зимы — около 10 декабря. Начались морозы, впрочем, небольшие — в Орхание до 10° Р., а здесь не более 4–5 градусов1 , глубокий снег, скользкие дороги, а теперь вследствие отсутствия маркитантов и частых передвижений приходится переносить действительные лишения по отношению к пище, хотя собственно голода, постоянного отсутствия питания — нет — благодаря богатству здешней страны всякой живностью.

Пока подготовлялось это обходное движение, мне пришлось принять участие в интересной разведке около деревни Чурьяк, которая сделалась главным пунктом всего плана действия. Эта деревня находится за перевалом, на одном из редких путей к долине, помимо занятого неприятелем шоссе. Эту деревню требовалось удерживать до того времени, когда будет разработана дорога на перевал, однако ж не возбуждая внимания турок, чтобы не выдать всего плана. Поэтому в Чурьяк посылалось каждый день сначала по взводу, позже по полуэскадрону гусар и улан — по очереди на помощь полуэскадрону астраханских драгун, который там стоял, не сменяясь. Черкесы постоянно беспокоили этот отряд, пока не попали в засаду, устроенную драгунами, и потеряли человек 7 и несколько лошадей убитыми и ранеными. Затем они 3 дня не показывались. На 4-й день была очередь нашего полка идти в Чурьяк, и т. к. мой взвод послали за сеном, я поехал с 4-м взводом туда. Переход очень трудный, и лошадь, и я часто падали, к счастью, без повреждений, но собственно перевал ниже и менее недоступен, чем Умургачский.

В тот вечер приехал в Чурьяк начальник штаба 3-й пехотной дивизии полковник Ставровский2  с умным планом окончательных разведок, которые требовалось произвести на следующий день. Мне назначено было исследовать дорогу-спуск к Софийскому шоссе влево от деревни Потоп. Утром взвод драгун и я с взводом выступили. Подъезжая к Потопу, наездники заметили на горе на левой стороне ущелья людей. Взводы отвели за бугор, а я с двумя солдатами поехал вперед, чтобы разведать положительным образом неприятеля и вызвать огонь. Оказалось, что вершина горы, спуск, долина и самая деревня заняты пехотой, которая в ту минуту, когда мы подъехали, медленно наступала. Я подвигался вперед, высматривая все это, а турки все не стреляли, хотя обыкновенно они начинают стрелять с больших расстояний. Наконец, когда я выехал на бугор, с которого видна была внизу деревня и даже слышна устная команда, вдруг с полугорка влево вспыхнул дымок. Как было условлено, мы сейчас начали отступать, и вследствие условий местности мне пришлось проскакать с полверсты под огнем, который они открыли с полугорка из долины. Я начал было считать, сколько свистело пуль, но вскоре выстрелы стали так часты, что нельзя было не сбиться со счету. Наконец мы выехали вне выстрелов — они все были перелет, и остановились, наблюдая.

«...Не время изучать политику, когда нужно одерживать победы»...

Мы, подвинувшись ближе, снова открыли огонь, и мы снова отступили, и тут же подошли к двум драгунам, поставленным на часах. Так как в это время полковник был налево на горе, которую было крайне важно исследовать, то нужно было выждать его возвращения. Когда он начал спускаться, четверо пеших, спустившихся в кусты, дали по нам залп — тоже безвредный. Мы отодвинулись назад, вне выстрелов, и затем по приказанию полковника выставили правильную цепь, с которой я и остался до сумерек.

Когда мы выставили цепь, турки сыграли сигнал тревоги и стали рыть ложементы на горе при входе в Потоп. Вместе с тем они перестали наступать — предполагая, должно быть, что мы составляли авангард целого отряда пехоты. Вообще, эта рекогносцировка оказалась настолько удачной, что полковник Ставровский остался особенно доволен гусарским полуэскадроном, я же доволен тем, что мне пришлось доказать на деле мою мысль о выгоде иметь в рядах войск возможно большее число интеллигентных элементов.

Это было 10 декабря. 19-го мне пришлось быть опять на интересной разведке.

В этот день происходил штурм арабо-конакской позиции с юга войсками, перешедшими 17-го через Балканы. Во время атаки, которую производила пехота, послали взвод драгун и 3-й взвод 2-го эскадрона — мой — в тыл неприятелю, чтобы узнать, занято ли и укреплено село Дольные Комарцы на дороге из Златицы к Араба-Конаку. Мы влезли на гору и рассмотрели это село — верст 10 от того места, откуда нас послали, и только что стали съезжать, чтобы въехать в самую деревню, как подошла вся бригада. Вскоре она наткнулась на пехоту и, побывавши в деревне, вернулась на ночлег. Наконец, на днях я ездил с разъездом в деревню Дочановок по Софийско-Филиппопольскому шоссе — верст 8 отсюда, и взял в плен одного турецкого пехотинца — оказалось, что он прожил 20 дней в этой деревне, нагоняя страх на жителей своим ружьем — Пибоди3  — и ничего не платя. У него оказалось полное солдатское снаряжение и франков 60 денег. Он не оказал никакого сопротивления, и его в тот же вечер отправили в штаб дивизии с другими 10, которых забрали в окрестностях.

Таким образом, после отдыха в Орхание начался для меня период усиленной работы, который, вероятно, продолжится до окончания военных действий, если они кончатся под Филиппополем, а не Адрианополем.

Телеграфировать тебе не было возможности с тех пор, как мы выступили из Орхание — и я не знаю, когда снова представится к этому возможность, писать же я в первый раз могу сегодня, и то только потому, что нам дали день отдыха — день Рождества. Живу я в избе с офицерами — совсем на офицерском положении, что, однако, не исключает всяческих неудобств и лишений. С сегодняшнего дня мы все вольноопределяющиеся вступаем в очередь для отправления всех офицерских служб, кроме дежурства по полку, сегодня я ходил в штаб дивизии за приказаниями.

Газеты я получил все до 18 ноября включительно, я тебе за них искренне благодарен, они доставили мне истинное удовольствие. Надеюсь, что когда получится почта, я снова получу газеты, может быть, до первых чисел декабря, и это будет большая радость. Винтулов мне пишет, что послал мне вещи и деньги с маршевым эскадроном, но, к сожалению, этот эскадрон, вероятно, останется в Кишиневе,

ИЗ ИСТОРИИ РОССИЙСКОГО ЗАРУБЕЖЬЯ

так что не знаю, когда я все это получу. Впрочем, относительно теплых вещей я кое-как устроился, только жаль, что нет теплых сапог. Впрочем, чем дальше, тем будет теплее. Так как скорого возвращения трудно предвидеть, то, чтобы дать Михаилу Михайловичу Шошину возможность справиться с моими денежными делами, я ему высылаю доверенность заключать от моего имени заемные обязательства и подписывать векселя — у меня есть в Самарском обществе взаимного кредита кредит в 8000 и в 200 р. вклада нетронутые, этим нужно воспользоваться, чтобы отсрочивать долги, которые богдановский доход не в состоянии оплатить в срок.

Поцелуй, пожалуйста, милую Мамашу, сестер, je ne leur ecris par ce n’est pas que je les oublie4 .

Любящий тебя сын Николай Чарыков ГАСО. Ф. 143. Оп. 1. Д. 80. Л. 104–107 об.

–12,5o; –5–6o по Цельсию.

Ставровский Константин Николаевич (1846 — после 1917) — генерал от кавалерии (1907), член Военного совета (1914), полковник Генерального штаба, участник Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. В 1899–1906 гг. наказный атаман Уральского казачьего войска.

Армейская винтовка системы Пибоди — Мартини образца 1869 г.

–  –  –

В фонде библиотеки Дома русского зарубежья имени Александра Солженицына хранится немало раритетов и библиографических редкостей. В их числе более 3000 изданий с автографами, посвящениями, владельческими надписями известных русских писателей, поэтов, философов, деятелей науки и искусства.

Значительная часть автографов принадлежит представителям первой волны эмиграции. Среди них писатели и поэты А.Т. Аверченко, Г.В. Адамович, Н.Н. Берберова, Г. Газданов, Р.Б. Гуль, Б.К. Зайцев, И.В. Одоевцева, А.М. Ремизов, Ю.К. Терапиано, Н.Н. Туроверов, Н.А. Тэффи; философы В.В. Зеньковский, И.А. Ильин, Н.О. Лосский, Л.И. Шестов; балетмейстер, артист балета, теоретик танца С.М. Лифарь.

Несомненный интерес представляют книги с дарственными надписями представителей второй (поэта И.В. Елагина, писателя Р.М. Березова) и третьей волн эмиграции (поэта А.А. Галича, писателя В.П. Аксенова).

Большой ценностью для библиотеки является автограф писателя, публициста, общественного деятеля, лауреата Нобелевской премии Александра Солженицына на книге «Август Четырнадцатого: Узел I (10–21 августа ст. ст.)» (Paris: YMCAPress, 1971).

Наиболее интересные автографы представлены на постоянно действующей выставке «Росчерки эпохи». Книги, демонстрирующиеся на выставке, ценны не только надписями, которые оставили на них известные люди, но и как произведения книжной культуры. Это прежде всего редкие эмигрантские издания 1920–40-х гг., многие из которых выходили небольшими тиражами и сохранились в библиотеках России в единичных экземплярах.

Хронологическое построение экспозиции дает представление о литературной и общественной жизни России и русского зарубежья с начала ХХ в. до сегодняшнего дня. Некоторые книги замечательны не только тем, что на них оставил автограф автор, но и тем, что ими владели знаменитые люди — собственно, кому автограф и посвящался. К таким изданиям относится сборник политической сатиры «Нечистая сила» писателя А.Т. Аверченко, подготовленный еще в Петрограде и изданный в Севастополе в 1920 г., перед самым исходом Белой армии из Крыма.

На первой странице книги четко читается дарственная надпись автора, адресованная легендарному военному летчику, первому генералу авиации России

О ЛИТЕРАТУРНОМ НАСЛЕДИИ

В.М. Ткачеву: «Его превосходительству Вячеславу Матвеевичу Ткачеву — с искренним пожеланием поскорей расправиться с “нечистой силой”. Аркадий Аверченко».

Дата не указана.

Где могли пересечься пути знаменитого писателя и генерал-майора авиации? Что означает дарственная надпись? Какой путь проделала эта книга от Севастополя 1920 г. до Москвы начала XXI в.? Понять все это можно, только обратившись к биографиям автора книги и его адресата.

Аркадий Тимофеевич Аверченко (1881–1925) — один из самых известных русских писателей начала XX в., сатирик, фельетонист, драматург, издатель — родился в Севастополе в семье мелкого торговца. Он получил домашнее образование и уже в пятнадцать лет поступил на службу. Работал сначала в транспортной конторе в Севастополе, затем в конторе Брянского рудника на Донбассе, в начале 1900-х гг. переехал вместе с правлением рудников в Харьков.

Свой первый рассказ «Как мне пришлось застраховать жизнь» Аверченко опубликовал в 1903 г. в харьковской газете «Южный край». В период революционных событий 1905–1907 гг. Аркадий Тимофеевич проявил публицистический талант, широко публикуя в периодических изданиях очерки, фельетоны и юморески. В 1908 г. Аверченко переехал в Петербург, где вскоре стал редактором популярного журнала «Сатирикон».

В Петербурге у Аверченко вышли книги, сделавшие его известным всей читающей России и утвердившие за автором звание «короля смеха». Это сборники юмористических рассказов «Веселые устрицы», «Рассказы (юмористические)», «Круги по воде», «Рассказы для выздоравливающих»1.

В 1913 г. редакция «Сатирикона» раскололась, и «аверченковским» журналом стал «Новый Сатирикон». Февральскую революцию Аверченко встретил восторженно, но Октябрьскую — не принял. В августе 1918 г. «Новый Сатирикон» был запрещен большевиками, и писатель бежал на белогвардейский юг. Он уехал сначала на Украину, а затем (в начале 1919 г.) в Севастополь, где оставался до окончательного разгрома Белой армии и прорыва красных войск в Крым.

Севастополь был взят красными 15 ноября 1920 г. За несколько дней до этого Аверченко на одном из последних пароходов эмигрировал через Константинополь за рубеж. Он жил сначала в Софии, затем в Белграде, а с июня 1922 г. до самой смерти — в Праге.

В городе детства Севастополе Аркадий Аверченко прожил последние полтора года, проведенные на родине. Здесь он постоянно выступал с чтением своих рассказов, заведовал литературной частью в «Доме артиста», писал пьесы, принимал участие в театральных постановках, а в апреле 1920 г. организовал свой театр «Гнездо перелетных птиц».

Писатель активно участвовал не только в литературной, но и в общественной жизни белого Крыма. Он помогал правительству Деникина, а заАверченко А.Т. Веселые устрицы: Юморист. рассказы. СПб.: М.Г. Корнфельд, 1910. 205 с.: портр.;

Он же. Рассказы (юмористические): [В 2 кн.]. СПб.: Шиповник, 1910. Кн. 1. 203 [2] с., Кн. 2: [Зайчики на стене]. 199 [6] с.; Он же. Круги по воде: Рассказы. СПб.: М.Г. Корнфельд, 1912. 205 [6] с.: 1 л. портр.

(Юмористическая б-ка «Сатирикона»); Он же. Рассказы для выздоравливающих. СПб.: М.Г. Корнфельд, 1913. 208 с. (Юмористическая б-ка «Сатирикона»).

Н.А. Егорова. К истории одного автографа Аркадия Аверченко

тем и Врангеля в борьбе с большевиками в области идеологии. С июля 1919 г.

Аверченко сотрудничал в газете «Юг», агитируя за помощь Добровольческой армии. Он работал при управлении Генерального штаба Белой армии, по заказам которого писал юмористические прокламации, распространявшиеся среди красноармейцев2.

На вечере, посвященном годовщине Добровольческой армии, писателю довелось исполнять обязанности «коменданта» этого мероприятия3. «2 ноября 1919 г. в Севастополе отмечалась годовщина основания Добровольческой армии. По этому случаю в театре Городского собрания был устроен большой спектакль-концерт… В сообщении об этом вечере в газете “Юг” Аверченко вновь призывал севастопольских граждан проявить жертвенность, памятуя о том, что жители города были спасены добровольцами от террора большевиков»4.

Вследствие конфликта с цензурой в марте 1920 г. газета «Юг» была закрыта.

Аверченко хлопотал о возобновлении выхода газеты и добился приема у главнокомандующего Русской армией генерал-лейтенанта барона П.Н. Врангеля.

«Барон Врангель, только что вступивший в эту должность, пригласил к себе для беседы крупнейших журналистов Севастополя — А. Аверченко, А. Бурнакина (“Вечернее слово”) и И. Неймана (“Крымский вестник”). В беседе с ними он фактически обосновал необходимость цензуры в тех условиях, которые тогда сложились, и предложил своим собеседникам два выхода: первый — “сохранить существующий ныне порядок”, то есть цензуру, которую он обещал “упорядочить”, “подобрать соответствующий состав цензоров”; второй — “освободить печать от цензуры, возложить всю ответственность на редакторов”.

“В этом случае, — разъяснял генерал, — последние являются ответственными перед судебными властями. В случае появления статей или заметок, наносящих вред делу нашей борьбы, они будут отвечать по законам военного времени как за преступления военного характера”.

Прослушав эти тезисы, Аверченко и Нейман тут же согласились, что отмена цензуры в Крыму несвоевременна. Один Бурнакин, пользовавшийся поддержкой военной бюрократии, рискнул взять на себя ответственность за свой печатный орган.

Аверченко и Врангель пришли к согласию, и последний издал приказ, разрешающий возобновление выхода газеты под новым названием “Юг России”»5.

За время работы в газетах «Юг» и «Юг России» писатель напечатал в них более 190 фельетонов и рассказов. В их числе и фельетоны, вошедшие впоследствии в книгу «Нечистая сила», в которых автор в едкой, саркастической манере высмеял быт и нравы большевистских вождей.

В предисловии к сборнику Аверченко пишет об усталом путнике, которому «приходится на ночь остановиться в полуразрушенном замке, пользуюСм.: Левицкий Д.А. Жизнь и творческий путь Аркадия Аверченко. М., 1999. С. 80.

–  –  –

Шауб И.Ю. Русские писатели и Белое дело // Белая Россия: Опыт исторической ретроспекции:

М-лы международн. науч. конф. в Севастополе. СПб.; М., 2002. С. 122.

Миленко В.Д. Аркадий Аверченко. М., 2010. С. 205–206.

О ЛИТЕРАТУРНОМ НАСЛЕДИИ

щемся в окрестностях дурной славой»6, потому что ночью «там нечистая сила пошаливает»7. «А что это за нечистая сила, разыгравшаяся на Руси»8, автор обещает показать в своем сборнике, в который вошли пятнадцать рассказов и фельетонов:

«Наваждение», «Добрые друзья за рамсом», «Город чудес», «Отрывок будущего романа», «Международный “Ревизор”», «Моя старая шкатулка», «История — одна из тысячи», «Слабая голова», «Разговор за столом», «Петербургский бред», «Миша Троцкий», «Перед лицом смерти», «Разрыв с друзьями», «Античные раскопки», «Возвращение».

Нечистую силу для Аверченко олицетворяли большевики. Трагические события в России, происходившие с момента их воцарения, писатель сравнивал с разгулом нечистой силы. В рассказе «Возвращение», завершающем сборник, возвещается скорое падение красного режима и описывается возвращение петербуржцев в родной город.

Все надежды на освобождение России писатель связывал «с личностью Врангеля, с его деятельностью в качестве главнокомандующего и председателя Русского совета… Вера в возвращение зиждилась лишь на вере в силу, мощь и честь Русской армии... Когда началось расформирование частей, Аверченко стал отходить от политики, но пока шла борьба за Русскую армию, борьба за Россию, Аверченко был вместе с Врангелем»9.

Деньги на издание книги «Нечистая сила» писатель получил от правительства Врангеля. Виктория Миленко, севастопольский исследователь жизни и творчества своего земляка, пишет: «Летом 1920 года отдел печати выделил 4 миллиона рублей на издание еще одного сборника произведений писателя “Нечистая сила”»10.

Сохранилось письмо отдела печати правительства Врангеля, адресованное

Аверченко:

«Севастополь. 1/14/X 1920 г.

–  –  –

Письмо датировано октябрем. Однако профессор Д.А. Левицкий, автор обширного исследования жизни и деятельности Аверченко, работавший с личАверченко А.Т. Нечистая сила: Кн. новых рассказов. Севастополь: Новый Сатирикон, 1920. С. 1.

–  –  –

Николаев Д.Д. Король в изгнании: (Жизнь и творчество А.Т. Аверченко в белом Крыму и в эмиграции) // Аверченко А.Т. Соч.: В 2 т. М., 1999. Т. 1: Кипящий котел. С. 29.

Миленко В.Д. Аркадий Аверченко. М., 2010. С. 203.

–  –  –

ным архивом Аркадия Тимофеевича, в своей монографии о писателе сообщает: «Книжка вышла в издательстве “Новый Сатирикон”, была отпечатана в Севастополе и поступила в продажу в конце августа 1920 года»12.

Вероятно, деньги были выданы после выхода книги в свет. В августе уже была напечатана рецензия на сборник в газете «Юг России» (1920. 26 авг. (8 сент.).

№ 123 (316). С. 2)13. «Рекламное объявление, призывающее покупать сборник “Нечистая сила”, было опубликовано в газете “Юг России” 27 сентября (10 октября)… № 144 (339). — С. 1»14.

Появилась информация о новой книге Аркадия Аверченко и в зарубежной эмигрантской печати. «В первом номере парижской газеты “Свободные мысли”, вышедшем 20 сентября 1920 г. (по новому стилю), в разделе “Календарь писателя” сообщалось: “В Севастополе вышла в свет книга рассказов Аркадия Аверченко” (С. 4)»15.

Левицкий в своей книге рассказывает об интересной судьбе одного экземпляра сборника Аверченко. В начале сентября 1920 г. из Севастополя в США уехал С.И. Колпашников, которому Аверченко перед его отъездом передал экземпляр «Нечистой силы». Книга в конце концов попала в книжную коллекцию Килгура16.

«В 1959 году в издании библиотеки Гарвардского университета вышел альбом с репродукциями обложек и титульных листов русских книг Килгуровского собрания. Среди помещенных в этом альбоме репродукций, под номером 51, находится также факсимиле обложки книги Аверченко Нечистая сила, на которой автор сделал надпись, гласящую:

Право продажи этой книги целиком или отдельными фельетонами предоставлено исключительно Степану Ивановичу Колпашникову, Аркадий Аверченко Севастополь, 7/IX 1920 П.С. Право г. Колпашникову предоставляется на всю Америку.

А. Аверченко.

Левицкий Д.А. Жизнь и творческий путь Аркадия Аверченко. С. 287.

См.: Николаев Д.Д. Комментарии // Аверченко А.Т. Соч.: В 2 т. Т. 1. С. 346.

–  –  –

Коллекция русской литературы Килгура (The Kilgour collection of russian literature; 1750–1920) хранится в собрании Рукописного отдела Библиотеки Хоутона (The Houghton Library) Гарвардского университета. В коллекцию входит собрание книг и автографов русских писателей XIX–XX вв. Баярд Ливингстои Килгур (Bayard Livingston Kilgour; 1904–1984) был выпускником Гарвардского университета. В детстве на него сильное влияние оказала мать, влюбленная в Россию. В начале 1930-х гг. Килгур посетил СССР и с тех пор стал увлеченным собирателем русских книг и автографов писателей.

Он собрал, в частности, множество первых изданий А.С. Пушкина и писателей пушкинского круга и подарил это собрание библиотеке Гарвардского университета. Гарвардский университет выпустил специальное издание «Пушкин и его друзья» (Pushkin and His Friends: The Making of a Literature and a Myth. An Exhibition of the Kilgour Collection. Cambridge (Mass.), 2005), посвященное описанию книжного собрания Килгура. См.: Демкова Н.С. Древнерусские рукописи и старопечатные книги в некоторых собраниях США // Труды Отдела древнерусской литературы. Л., 1979. Т. 34: Куликовская битва и подъем национального самосознания. С. 388–405; Фридкин В.М. Два сюжета // Наука и жизнь. 1990.

№ 6. С. 138.

О ЛИТЕРАТУРНОМ НАСЛЕДИИ

Как говорится в описанном факсимиле, на оборотной стороне обложки указана цена книги в деньгах и в продуктах питания (“On back of wrapper the price of the book is given in money and foodstuff ”)»17.

Действительно, на задней стороне обложки написано: «Цена этой книги:

30 копеек серебром или 10 коробок спичек или фунта свинины или 2 бутылки лимонада или говоря короче — полторы тысячи рублей на наши бумажные деньжонки»18. На второй странице обложки указание: «Дозволено военной цензурой. Севастополь. Типография И.Л. Неймана. “Крымский Вестник”. Склад издания — исключительно у Б.А. Матусиса, Ялта, Аутская 11»19. Эти сведения взяты с экземпляра, хранящегося в библиотеке Дома русского зарубежья имени Александра Солженицына. Судьбу этого экземпляра сборника мы можем проследить благодаря дарственной надписи, сделанной на нем автором.

Адресат Аверченко — Вячеслав Матвеевич Ткачев (1885–1965), легенда русской авиации, один из старейших военных летчиков Русской армии, первый казак-пилот, первый летчик-истребитель России, первый георгиевский кавалер русской авиации. Друг П.Н. Нестерова и И.И. Сикорского, чьи имена навеки вошли в историю авиации, он прожил большую, нелегкую, но интересную жизнь.

Вячеслав Матвеевич родился на Кубани, в станице Келлермесской, обучался в Нижегородском аракчеевском корпусе, затем в Константиновском артиллерийском училище. После окончания училища служил во 2-й Кубанской батарее. Увидев в одесском небе полеты аэроплана, Ткачев увлекся авиацией и в 1911 г. окончил одесскую частную авиационную школу, а в 1912 г. Севастопольскую авиационную школу. Он начал воевать в августе 1914 г. в должности командира авиаотряда, а к ноябрю 1917-го дослужился до поста главнокомандующего всем русским Военным воздушным флотом (авиадарм)20.

19 ноября 1917 г., узнав о предстоящем занятии Ставки главковерха прибывшими петроградскими солдатами во главе с новым Верховным главнокомандующим прапорщиком Крыленко, Ткачев подал рапорт об отставке и уехал на фронт.

Добравшись до Екатеринодара, вступил рядовым в казачий отряд, участвовал в боях против красных частей на Кубани. В марте 1918  г. Ткачев попал в плен и несколько месяцев провел в майкопской тюрьме. По освобождении Кубани от красных он приступил к формированию 1-го Кубанского авиаотряда, командиром которого и был назначен в декабре 1918 г. Вячеслав Матвеевич продолжал сражаться с Красной армией, был ранен под Царицыном, выздоровел, вновь вернулся в строй.

В мае 1919 г. авиаотряд Ткачева поддерживал Кавказскую Добровольческую армию Врангеля в боях с 10-й армией РККА. Командующий армией высоко оценил способности Ткачева, и 8 мая 1919 г. он был назначен начальником авиаотряЛевицкий Д.А. Жизнь и творческий путь Аркадия Аверченко. С. 80–81.

Аверченко А.Т. Нечистая сила…

–  –  –

См.: Махалин А.В. Генерал В.М. Ткачев: деятельность последнего русского авиадарма в годы Гражданской войны // Белое движение на Юге России: Неизвестные страницы и новые оценки. М.,

1995. С. 36.

–  –  –

да Кавказской армии, к тому же ему фактически подчинили 4-й Добровольческий и 4-й Донской самолетный авиаотряды, а также 47-й авиадивизион, состоявший из английских добровольцев, а 19 мая его произвели в генерал-майора, хотя официально звание было подтверждено лишь в начале 1920 г.

В 1920 г. Ткачев командовал авиаотрядом Кубанской армии, одновременно являясь (с 1919 г.) членом Кубанского краевого правительства по внутренним делам.

В апреле 1920 г. В.М. Ткачев был назначен начальником авиации Вооруженных сил Юга России, а после отставки командующего Добровольческой армией Деникина 28 апреля 1920 г. — начальником авиации Русской армии генерал-лейтенанта Врангеля.

Одной из самых успешных операций Белой армии на юге России был разгром Сводного красного конного корпуса Жлобы в июне 1920 г.

Интереснейшим документом об этой операции являются воспоминания Павла Николаевича Шатилова — начальника штаба Добровольческой армии (с декабря 1919 г. по январь 1920 г.), хранящиеся в архиве Дома русского зарубежья имени

Александра Солженицына21. Говорится в воспоминаниях и об участии в операции авиации Русской армии под непосредственным руководством В.М. Ткачева:

«19-го, вечером, Врангель отдал Армии следующие приказания: 1-му корпусу Кутепова атаковать Тигервейде и Фриденсдорф, направить конницу левее на Вальдгейм. Донскому корпусу Абрамова, еще перед рассветом, атаковать в направлении на Гнаденфельд и Александеркрон. Ген. Ткачеву всеми способными к вылету авионами бомбить красных»22.

Шатилов пишет, что Врангель верил в успех операции и в своих подчиненных.

20 июня «лишь изредка он получал сторонние сведения о крайнем напряжении боев. Но уже к полдню один из самолетов Ткачева бросил донесение, что противник разбит наголову и окружен нашими войсками»23.

Ярко описаны действия авиации в книге братьев Лойко «Неоконченная повесть»: «Врангель приказал генералу Ткачеву силами авиации остановить продвигавшуюся вперед на рысях красную конницу. Два десятка боевых машин, одну из которых пилотировал сам Ткачев, поднялись в воздух и, разогнав самолеты красных, обрушили пулеметный огонь и бомбы на конницу Жлобы»24.

Еще одно описание этого военного эпизода находим на страницах журнала «Станица»: «В одной из самых блестящих операций авиации Русской армии под непосредственным руководством Ткачева, завершенной разгромом красного конного корпуса, самолеты наносили удары по врагу и на бреющем полете буквально рассеяли по степи его коней»25.

Шатилов П.Н. Из записок // ДРЗ. Ф. 1. Ед. хр. М–250 (1–8).

–  –  –

Лойко А.Н., Лойко Е.Н., Лойко А.Н. Неоконченная повесть: (Повесть о русском летчике Иване Лойко). Гл. IV // Борисоглебское высшее военное авиационное ордена Ленина Краснознаменное училище летчиков им. В.П. Чкалова: Сайт выпускников училища. URL: http://www.bvvaul.ru/articles/text/ rasskazi/loyko_povest/38.php. (Дата обращения: 24 марта 2011 г.) Г.К. Генерал В.М. Ткачев: (Памяти казака и военного летчика) // Станица. 2000. № 2 (32). Июнь.

С. 25.

О ЛИТЕРАТУРНОМ НАСЛЕДИИ

По свидетельству самого Ткачева, авиация лишила кавалерию красных активности и «совместно с войсками разбила всякую попытку красных к прорыву, чем была создана возможность провести соответствующие перегруппировки и окружить противника»26.

За личное мужество и умелое руководство действиями авиации генерал В.М. Ткачев 22 июня 1920 г. одним из первых представителей Белого движения был награжден орденом Святителя Николая Чудотворца 2-й степени.

В воспоминаниях П.Н. Шатилова о генерале Ткачеве говорится и в связи с посещением Белой армии иностранными военными миссиями, аккредитованными в Крым, и журналистами. «Сначала Врангель и его спутники посетили перекопскую позицию, где были установлены даже крепостные орудия… Затем гости были доставлены на аэродром, где на восстановленных аппаратах ген. Ткачев произвел фигурные полеты. Там же был произведен смотр Кубанской дивизии ген. Бабиева, закончившийся джигитовкой. После этого были произведены смотры корниловцев, дроздовцев и марковцев»27.

Весной — осенью 1920 г. на крымской земле велись жестокие бои. Борьба за Крым закончилась разгромом армии Врангеля. 29 октября Врангель подписал приказ об эвакуации и роспуске армии. Потом был великий исход Русской армии П.Н. Врангеля из Крыма.

С ноября 1920 г. Ткачев провел долгие годы эмиграции в Сербии. Некоторое время он служил в инспекции авиации Королевства СХС.

Вячеслав Матвеевич проявлял большую заботу об устройстве русских летчиков, являясь с 1924 по 1934 г. председателем Общества воздушного флота 4-го отдела Русского общевоинского союза (РОВС). Он работал в Русской сокольской организации, других эмигрантских организациях. После отставки в 1934 г.

Вячеслав Матвеевич поселился в Нови-Саде, где преподавал в русской мужской гимназии и основал Сокольское общество.

В начале Второй мировой войны В.М. Ткачев перебрался в Белград, где стал преподавать тактику воздушных сил на Высших военно-научных курсах генерала Н.Н. Головина.

Позднее он отошел от участия в эмигрантских организациях, проявил демонстративное несотрудничество с оккупировавшими страну фашистами и работал преподавателем в школах. Когда в октябре 1944 г. к Белграду подходили советские войска, В.М. Ткачев отказался эвакуироваться и был арестован Смершем.

Вячеслава Матвеевича приговорили к 10 годам концлагеря. Жену его, Надежду Алексеевну, в СССР депортировать не стали, и через несколько лет после войны она оказалась под Парижем в доме престарелых28.

Цит. по: Гололобов М.А. Таврия в огне: (Разгром 1-го конного корпуса Жлобы) // Военно-ист.

журн. «Доброволецъ — ХХ век». URL: http://www.dobr20.ru/rub/28/112.htm. (Дата обращения: 24 марта 2011 г.) Шатилов П.Н. Из записок // ДРЗ. Ф. 1. Ед. хр. М–250 (8). Л. 592.

См.: Нешкин М. Гибель эскадры: Императорские соколы: то взлет, то посадка / Беседовал

О. Кашин // Русская жизнь. 2007. 3 авг. URL: http://www.rulife.ru/mode/article/196. (Дата обращения:

24 марта 2011 г.)

–  –  –

Отсидев в лагерях ГУЛАГа, Ткачев поселился в Краснодаре, где работал в артели инвалидов-переплетчиков. Написал две книги: «Русский сокол» (о своем друге П.Н. Нестерове), «Крылья России» (о русской авиации 1910–1918 гг.). В 1956 г. его разыскала жена, звала к себе, но встреча их так и не состоялась. 25 марта 1965 г.

В.М. Ткачев умер в нищете в Краснодаре.

Таковы судьбы двух людей — писателя и военного летчика, — каждый из которых внес свой весомый вклад в Белое дело. Символично, что в 1920 г. на головы их общих противников летели с самолетов листовки с текстами Аверченко и бомбы, сбрасываемые по приказу В.М. Ткачева.

Где же и при каких обстоятельствах мог А.Т. Аверченко подписать свою книгу В.М. Ткачеву? Могло ли это произойти в 1920 г., когда Аверченко и Ткачев еще были в Крыму, или уже в эмиграции — оба в 1922 г. жили в Югославии?

В сборнике «Нечистая сила» звучит надежда на скорое освобождение России от всякой нечисти. Под «нечистой силой» Аверченко, как известно, имел в виду большевиков. Сопоставление содержания сборника и того факта, что Ткачев сражался против большевиков, дает основание предположить, что надпись была сделана в тот период, когда борьба еще не закончилась и оставалась надежда на победу Белой армии. Становится вполне понятным и пожелание, высказанное автором в дарственной надписи — «поскорей расправиться с “нечистой силой”»29.

Этот период укладывается в промежуток между выходом тиража книги в августе 1920 года и 15 ноября 1920 г., когда белые войска, а с ними и Ткачев, и Аверченко покинули Крым.

На книге, хранящейся в библиотеке Дома русского зарубежья имени Александра Солженицына, есть еще одна надпись, расположенная в правом верхнем углу титульного листа: «Н.А. Ткачева». Это доказывает, что книга находилась в личной библиотеке семьи Ткачевых. «Н.А. Ткачева» — это, безусловно, супруга Вячеслава Матвеевича — Надежда Алексеевна Ткачева.

В библиотеку Дома русского зарубежья сборник поступил в составе коллекции книг, переданных в дар из Старческого дома Земгора в Ганьи под Парижем, где жили видные представители творческой эмиграции — Юрий Терапиано, Ирина Одоевцева и др.

Известно, что Надежда Алексеевна Ткачева (ок. 1886 — 29 июня (по др. свед., 6 июля) 1966) скончалась в Париже. О ее кончине сообщил Союз русских военных летчиков30. Последние годы Н.А. Ткачева жила в доме для престарелых под Парижем. Скорее всего, это не был Старческий дом в Ганьи. Но какими-то неисповедимыми путями книга Аркадия Аверченко вернулась на родину, освободившуюся от «нечистой силы».

Аверченко А.Т. Нечистая сила… С. 1.

–  –  –

Стихи Ирины Кнорринг (1906–1943) — это своеобразный дневник, в котором с удивительной точностью фиксируются события ее жизни. Об этой стороне ее творчества неоднократно говорили современники, устно или же в критических статьях, посвященных ее стихам. Например, Галина Кузнецова при встрече на поэтическом вечере в Париже сказала, что хорошо знает Кнорринг по ее стихам — «ведь это дневник»1.

Действительно, последний сборник стихов Ирины Кнорринг «После всего»

(на данный момент наиболее полный выпущен в Алма-Ате в 1993 г.) можно читать как своеобразное жизнеописание. За стихотворениями, составляющими его, как стержень, виден жизненный путь.

Вехи жизненного пути, а также особенности творческого созревания поэта позволяют разделить творчество Кнорринг на несколько условных периодов: африканский, парижский 1920-х гг., парижский 1930-х гг., военное время.

Но прежде чем перейти к разбору обозначенных периодов, следует уделить внимание наиболее раннему времени — периоду осознания своего дара, творческому преддверию. Чтобы говорить о дневнике в стихах Ирины Кнорринг, надо обратиться к самому началу жизни будущего поэта — детству. А детство ее, как известно, выпало на время революции и Гражданской войны. Еще ребенком Кнорринг стала свидетельницей войны и разрушения прежней мирной жизни.

В это время и начинает формироваться основа ее творчества, закладываются те черты, которые в дальнейшем будут характеризовать всю ее поэзию.

Так, А. Бахрах в статье «Семеро в поисках своего “я”», рассматривая посмертную книгу Кнорринг в числе прочих, скажет: «Отсвет нашей сомнительной эпохи лежит на всех этих сборниках»2. В своем тексте он размышляет о «человеческом документе», эпохе и связи поэта со своим поколением.

Однако, говоря о дневниковой направленности, свойственной поэзии того времени, не стоит забывать и то, что со своим поколением Кнорринг совпала, но отнюдь не подражала общей поэтической интонации. Дневниковая манера письма была собственной чертой ее творчества. И черта эта у нее сформировалась много раньше возникновения общей тенденции, а именно в детстве.

Кнорринг И. Повесть из собственной жизни: Дневник: В 2 т. М., 2009. Т. 1. С. 506.

Бахрах А. «Семеро в поисках своего “я”» // Новоселье. 1950. № 42/44. С. 212.

В.А. Соколова. Поэтические особенности творчества Ирины Кнорринг...

По словам Н.Н. Кнорринга о детстве дочери, оно «ломалось»; неведение уступало место миру взрослых, входящему в ее жизнь. «Все, что говорилось и переживалось взрослыми, она болезненно переживала и отражала в своих стихах»3, — запишет позднее он в «Книге о моей дочери».

Вследствие этого в своей поэзии она начинает запечатлевать окружающую ее повседневную жизнь, и параллельно в ее творчестве зарождается та самая дневниковая манера письма. Начало этому явлению положили частые переезды во время беженских скитаний семьи, сопровождавшиеся крайне быстрой сменой событий. Подобная эмоциональная и событийная насыщенность заставила Ирину Кнорринг подробно фиксировать в своих стихах мгновение, быть внимательной к детали. В подписях к своим стихотворениям того периода она часто указывает не только место и время создания, но и дополнительные сведения, позволяющие глубже понять стихи.

Она равно отмечает изменения своей жизни и в дневнике, и в стихах.

Произведения, написанные ею в детстве, по большей части представляют собой романтические баллады, по которым достаточно легко определить первоисточник. В дальнейшем же она писала только лирику.

Детство, без сомнения, один из важнейших этапов формирования личности. Однако непосредственно творческий путь Кнорринг начался с отплытия из Крыма врангелевской эскадры, в составе которой семья Кнорринг эвакуировалась в Африку.

Первый, африканский период ее творчества — это время жизни Ирины Кнорринг в Тунисе, ее допарижское существование. Сюда можно условно отнести и время, проведенное на кораблях в пути до Бизерты.

В пользу этого мнения говорит и тот факт, что стихотворением, призванным открыть книгу «После всего:

Стихи 1920–1942 гг.»4, составитель выбрал «Быть может, снятся в ночь глухую…»

(в сборнике оно приводится в укороченном виде, начиная со слов: «…Брожу по палубе пустынной…»), написанное в Константинополе и датированное 1920-м г.

Далее в сборнике следуют уже стихотворения начиная с 1922 г. Завершается же этот этап отъездом семьи Кнорринг во Францию.

В этот период Кнорринг занимается саморазвитием. Она штудирует книги современных поэтов, дополняет знания классики, полученные еще дома. Переживает недолгое увлечение сонетами Бальмонта, копирует его манеру письма. Особенно ее поражает Блок. Достаточно быстро ее внимание привлекает акмеизм, традициям которого будет в дальнейшем наследовать ее поэзия. Это хорошо заметно на очевидно проявляющемся в ее стихах интересе к поэзии Ахматовой, чье влияние скажется в любовной лирике Кнорринг. Строки из произведений Ахматовой и Блока в этот период часто становятся эпиграфами к стихам Кнорринг.

Порой в ее стихах еще слышатся постепенно уходящие романтические ноты. Чаще всего они связаны с темой скитаний, изгнанничества и горького Кнорринг Н.Н. Книга о моей дочери. Воспоминания. Алматы, 2003. С. 8.

Кнорринг И. После всего: Стихи 1920–1942 гг. / Сост., предисл. и примеч. А.Л. Жовтиса. АлмаАта, 1993.

О ЛИТЕРАТУРНОМ НАСЛЕДИИ

ощущения своего одиночества. Проявляются же они в темах родины, безрадостных эмигрантских будней, куда порой вплетается и мотив смерти. Надо сказать, что к смерти Кнорринг обращалась еще в детских стихах, написанных во время беженских скитаний. Смерть в них воспринималась в романтическом ключе.

Но среди ранних произведений Кнорринг встречаются, хотя и редко, стихотворения, запечатлевшие радостное восприятие жизни. И это идет вразрез с распространенным мнением о мрачности поэзии Кнорринг. Со временем неприкаянное эмигрантское существование и тяжелая болезнь усилили чувство горечи в ее поэзии, но изначальное устремление Кнорринг все-таки было иным.

Например, стихотворение «Октябрьское утро» (1923). В нем нет тягостных воспоминаний о прошлом и сомнений в будущем, нет скорби о настоящем, есть восхищение миром в данный момент времени, упоение его красотой и эмоциональное слияние с ним. В стихотворении «Станет больно — не заплачу…» (1924) чувствуется волевой напор, не очень характерный для Кнорринг, обычно предпочитавшей созерцание и камерность. Кроме того, стихотворение это радостное и энергично-эмоциональное. Из этого можно видеть, что клише «поэта скуки», которым незаслуженно заклеймила ее Берберова, изначально не совсем правдиво. Со временем жизнь утвердила в стихах Кнорринг интонацию тоски, но были в ее творчестве и другие стихи — и в основном в ранний период творчества.

Следует заметить, что и в дневнике она не предстает человеком, находящимся в постоянном унынии. Там звучат и такие слова, как «дурачиться», «веселиться», «радоваться».

Во время жизни в Тунисе Кнорринг продолжает запечатлевать в стихах окружающий ее мир. У нее возникает группа стихотворений, посвященных Африке.

Однако непосредственно экзотики в них мало, основу составляет быт русской колонии в Бизерте и ее окрестностях.

У Кнорринг продолжает развиваться дневниковая манера письма, выражающаяся в описаниях и перечислении деталей. Порой одну и ту же мысль она пытается последовательно воплотить в нескольких стихотворениях, притом способы подачи и темы стихотворений могут разниться и быть вполне самостоятельными.

Стремясь совершенствовать технику, она пробует силы в твердых формах (сонеты, терцины). В основном Кнорринг тяготела к классическому стиху, но у нее в этот период есть несколько вариантов белого стиха.

Пробует себя Кнорринг и в больших формах. Например, в своей «Балладе о двадцатом годе» (1924) она предпринимает попытку осмыслить пережитое беженское время и исход русских из Севастополя. И дневниковые черты ее стиля очень заметно проявляются в реалистических воспоминаниях этого пути.

В стихах подобной тематики у Кнорринг виден постепенно идущий процесс осознания трагедии эмиграции, народа и России. В этой же общественной плоскости она затрагивает тему религии и традиции — достаточно редкую у Кнорринг, а здесь находящую отражение сразу в нескольких произведениях. Известно, что в восприятии некоторого круга эмигрантов обрядовая сторона порой заслоняла собой саму суть веры. Кнорринг не принимает такого отношения к религии, ее

В.А. Соколова. Поэтические особенности творчества Ирины Кнорринг...

угнетает бессмысленная, косная приверженность традиции, но в то же время воспринять веру без нее не получается.

Иногда ее юношеский максимализм проявляется в излишнем пафосе. Она пока еще не достигла той простоты и легкости выражения, которые будут свойственны ее поздней поэзии. Сейчас она пытается говорить о страшном страшно.

Стоит упомянуть, что «Баллада...» — это одна из первых ее публикаций5. Во время африканского периода Кнорринг начинает печататься, ее стихи берут многие эмигрантские издания.

Став певцом своих переживаний, Кнорринг воспринимает поэтическое творчество как потребность. Н. Кнорринг в предисловии к сборнику «После всего:

Третья книга стихов (посмертная)» пишет: «Стихи складывались в ее голове как-то целиком, она просто записывала их, сразу набело, обычно без всяких помарок»6.

Эту черту стихосложения своей дочери он обсуждал с Бальмонтом в свой приезд в Париж в 1923 г. И тот сказал, что «это ни хорошо, и ни плохо»7, а всего лишь свойство определенного поэта. Сама Кнорринг так писала об этом в стихотворении «Я не умею говорить слова…» (написано в 1924 г., опубликовано в 1926 г.): «Я не умею говорить слова, / Звучащие одними лишь словами. / Я говорю мгновенными стихами, / Когда в огне пылает голова…»

Время, проведенное в Бизерте, стало для Кнорринг временем закладывания базовых основ творчества. В ее поэзии формируется определенный технический и культурный уровень. Здесь проявились и такие мотивы, как эмигрантское существование, одиночество, покинутая родина, которые в дальнейшем будут все более развиваться и углубляться в ее творчестве. В это же время формируется ее отношение к поэзии как к смыслу своего существования, центром жизни она называет «синюю тетрадку» со стихами.

Африканский период — это первые пробы пера. Но уже здесь видна та интонационная приглушенность, которая позднее сблизит ее поэзию с «парижской нотой».

Второй период в творчестве Кнорринг начинается с 1925 г., когда она с семьей переезжает в Париж.



Pages:     | 1 |   ...   | 12 | 13 || 15 | 16 |   ...   | 33 |

Похожие работы:

«НОВОСИБИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ СИБИРСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК ПРАВИТЕЛЬСТВО НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ МАТЕРИАЛЫ 52-Й МЕЖДУНАРОДНОЙ НАУЧНОЙ СТУДЕНЧЕСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ МНСК–201 11–18 апреля 2014 г. ЭКОНОМИКА Новосибирск УДК 3 ББК У Конференция проводится при поддержке Сибирского отделения Российской Академии наук, Российского фонда фундаментальных исследований, Правительства Новосибирской области, инновационных компаний России и мира, Фонда «Эндаумент НГУ» Материалы 52-й...»

«МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ М.В. ЛОМОНОСОВА ФИЛИАЛ МГУ В ГОРОДЕ СЕВАСТОПОЛЕ _ ПРИЧЕРНОМОРЬЕ ИСТОРИЯ, ПОЛИТИКА, КУЛЬТУРА ВЫПУСК XV (V) СЕРИЯ В. МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ ИЗБРАННЫЕ МАТЕРИАЛЫ XI МЕЖДУНАРОДНОЙ НАУЧНОЙ КОНФЕРЕНЦИИ «ЛАЗАРЕВСКИЕ ЧТЕНИЯ» К 15 ЛЕ Т И Ю С О Д Н Я О С Н О В АН И Я Ф И Л И А Л А М Г У В Г О Р О Д Е С Е В АС Т О П О Л Е МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ М.В. ЛОМОНОСОВА ФИЛИАЛ МГУ В ГОРОДЕ СЕВАСТОПОЛЕ ПРИЧЕРНОМОРЬЕ ИСТОРИЯ, ПОЛИТИКА, КУЛЬТУРА ВЫПУСК...»

«ИННОВАЦИОННЫЙ ЦЕНТР РАЗВИТИЯ ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ INNOVATIVE DEVELOPMENT CENTER OF EDUCATION AND SCIENCE Перспективы развития современных общественных наук Выпуск II Сборник научных трудов по итогам международной научно-практической конференции (8 декабря 2015г.) г. Воронеж 2015 г. УДК 3(06) ББК 60я Перспективы развития современных общественных наук, / Сборник научных трудов по итогам международной научно-практической конференции. № 2. г.Воронеж, 2015. 45 с. Редакционная коллегия: кандидат...»

«ISSN 2412-9739 НОВАЯ НАУКА: СТРАТЕГИИ И ВЕКТОР РАЗВИТИЯ Международное научное периодическое издание по итогам Международной научно-практической конференции 19 декабря 2015 г. Часть СТЕРЛИТАМАК, РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ РИЦ АМИ УДК 00(082) ББК 65.26 Н 7 Редакционная коллегия: Юсупов Р.Г., доктор исторических наук; Шайбаков Р.Н., доктор экономических наук; Пилипчук И.Н., кандидат педагогических наук (отв. редактор). Н 72 НОВАЯ НАУКА: СТРАТЕГИИ И ВЕКТОР РАЗВИТИЯ: Международное научное...»

«ИННОВАЦИОННЫЙ ЦЕНТР РАЗВИТИЯ ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ INNOVATIVE DEVELOPMENT CENTER OF EDUCATION AND SCIENCE АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ И ДОСТИЖЕНИЯ В ОБЩЕСТВЕННЫХ НАУКАХ Выпуск II Сборник научных трудов по итогам международной научно-практической конференции (7 апреля 2015г.) г. Самара 2015 г. УДК 3(06) ББК 60я43 Актуальные проблемы и достижения в общественных науках / Сборник научных трудов по итогам международной научно-практической конференции. № 2. Самара, 2015. 58 с. Редакционная коллегия: кандидат...»

«МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ МЕДИКО-СТОМАТОЛОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ Кафедра истории медицины ИСТОРИЯ СТОМАТОЛОГИИ IV Всероссийская конференция (с международным участием) Чтения, посвященные памяти профессора Г.Н. Троянского Доклады и тезисы Москва – УДК 616.31.000.93 (092) ББК 56.6 + 74.5 IV Всероссийская конференция «История стоматологии». Чтения, посвященные памяти профессора Г.Н. Троянского. Доклады и тезисы. М.:МГМСУ, 2010, 117 с. Кафедра истории медицины Московского государственного...»

«Рекламно-информационный бюллетень (РИБ) Декабрь 2015-январь 2016 г. История создания Центра научной мысли Центр научной мысли создан 1 марта 2010 года по инициативе ряда ученых г. Таганрога. Основная деятельность Центра сегодня направлена на проведение Международных научно-практических конференций по различным отраслям науки, издание монографий, учебных пособий, проведение конкурсов и олимпиад. Все принимаемые материалы проходят предварительную экспертизу, сотрудниками Центра производится...»

«Министерство здравоохранения Республики Беларусь 12-я МЕЖДУНАРОДНАЯ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ ПО ИСТОРИИ МЕДИЦИНЫ И ФАРМАЦИИ Сборник материалов Гродно ГрГМУ ~1~ УДК 61 (091) + 615.1 + 614.253.5] : 005.745 (06) ББК 5 г я 431 +52.8 я 431 + 51.1 (2 Бел) п я 431 Д 23 Рекомендовано к изданию Редакционно-издательским советом УО «ГрГМУ» (протокол №11 от 18.06.2012). Редакционная коллегия: Э.А.Вальчук (отв. ред.), В.И.Иванова, Т.Г.Светлович, В.Ф.Сосонкина, Е.М.Тищенко (отв. ред.), В.А. Филонюк....»

«Материалы международной конференции Москва, 8–10 апреля 2010 г. МОСКВА ОЛМА Медиа Групп УДК 94(47+57)„1941/45“ ББК 63.3(2)621 П 41 Редакционный совет: академик Чубарьян А. О., д.и.н. Шубин А. В., к.и.н. Ищенко В. В., к.и.н. Липкин М. А., Зверева С. Н., Яковлев М. С. (составитель) Издание осуществлено при поддержке Межгосударственного фонда гуманитарного сотрудничества государств-участников СНГ П 41   Победа  над  фашизмом  в  1945  году:  ее  значение  для  народов ...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИЛНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ «САРАТОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ Н. Г. ЧЕРНЫШЕВСКОГО»НОВЫЙ ВЕК: ИСТОРИЯ ГЛАЗАМИ МОЛОДЫХ Сборник научных трудов ОСНОВАН В 2003 ГОДУ ВЫПУСК11 Под редакцией Л. Н. Черновой Саратовский государственный университет УДК 9(100)(082) ББК 63.3(0)я43 Н72 Новый век: история глазами молодых: Межвуз. сб. науч. тр. молодых ученых, аспирантов и студентов. Вып. 11 / Под ред. Л. Н. Черновой. –...»

«Правительство Оренбургской области Научно исследовательский институт истории и этнографии Южного Урала Оренбургского государственного университета Франко российский центр гуманитарных и общественных наук в Москве РОССИЯ – ФРАНЦИЯ. ГОСУДАРСТВЕННАЯ КОНФЕССИОНАЛЬНАЯ И МИГРАЦИОННАЯ ПОЛИТИКА: ИСТОРИЧЕСКИЙ ОПЫТ, ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ И ПРАКТИКА РЕАЛИЗАЦИИ Материалы Международной научной конференции Оренбург Россия – Франция. Государственная конфессиональная и миграционная политика УДК 327.3(063) ББК...»

«ВЕСТНИК РОИИ Информационное издание Межрегиональной общественной организации содействия научно-исследовательской и преподавательской деятельности «Общество интеллектуальной истории» № 30, 2015 Электронную версию всех номеров «Вестника РОИИ» можно найти на сайте РОИИ по адресу: http://roii.ru Умер Борис Георгиевич Могильницкий. Не стало Ученого, для которого несуетное служение Истории было главным делом жизни. Он посвятил свое научное творчество сложнейшим проблемам методологии и историографии...»

«Министерство здравоохранения Республики Беларусь 12-я МЕЖДУНАРОДНАЯ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ ПО ИСТОРИИ МЕДИЦИНЫ И ФАРМАЦИИ Сборник материалов Гродно ГрГМУ ~1~ УДК 61 (091) + 615.1 + 614.253.5] : 005.745 (06) ББК 5 г я 431 +52.8 я 431 + 51.1 (2 Бел) п я 431 Д 23 Рекомендовано к изданию Редакционно-издательским советом УО «ГрГМУ» (протокол №11 от 18.06.2012). Редакционная коллегия: Э.А.Вальчук (отв. ред.), В.И.Иванова, Т.Г.Светлович, В.Ф.Сосонкина, Е.М.Тищенко (отв. ред.), В.А. Филонюк....»

«37 C Генеральная конференция 37-я сессия, Париж 2013 г. 37 С/32 5 сентября 2013 г. Оригинал: английский Пункт 11.3 предварительной повестки дня Шкала взносов и валюта, в которой уплачиваются взносы государств-членов в 2014-2015 гг. АННОТАЦИЯ Источник: Положение о финансах, статьи 5.1 и 5.6. История вопроса: В соответствии со статьей IX Устава и статьей 5.1 Положения о финансах Генеральная конференция устанавливает шкалу взносов государств-членов на каждый финансовый период. Цель: Принимая во...»

«СЛАВЯНО-РУССКОЕ ЮВЕЛИРНОЕ ДЕЛО и его истоки Санкт-Петербург RUSSIAN ACADEMY OF SCIENCES Institute for the History of Material Culture Slavic and Old Russian Art of Jewelry and its roots Materials of the International Scientic Conference dedicated to the 100th anniversary of Gali Korzukhina’s birth St. Petersburg, 10–16 April 2006 Publishing House “Nestor-Historia” St. Petersburg РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК Институт истории материальной культуры Славяно-русское ювелирное дело и его истоки Материалы...»

«Правительство Новосибирской области Министерство юстиции Новосибирской области Управление государственной архивной службы Новосибирской области Новосибирское региональное отделение Российского общества историков-архивистов Институт истории Сибирского отделения Российской академии наук Новосибирский государственный педагогический университет Государственный архив Новосибирской области «Освоение и развитие Западной Сибири в XVI – XХ вв.» Материалы межрегиональной научно-практической конференции,...»

«ISSN 2412-9739 НОВАЯ НАУКА: СТРАТЕГИИ И ВЕКТОР РАЗВИТИЯ Международное научное периодическое издание по итогам Международной научно-практической конференции 19 ноября 2015 г. Часть СТЕРЛИТАМАК, РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ РИЦ АМИ УДК 00(082) ББК 65.26 Н 7 Редакционная коллегия: Юсупов Р.Г., доктор исторических наук; Шайбаков Р.Н., доктор экономических наук; Пилипчук И.Н., кандидат педагогических наук (отв. редактор). Н 72 НОВАЯ НАУКА: СТРАТЕГИИ И ВЕКТОР РАЗВИТИЯ: Международное научное периодическое...»

«Научно-издательский центр «Социосфера» Семипалатинский государственный университет им. Шакарима Пензенская государственная технологическая академия СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ И КАЧЕСТВО ЖИЗНИ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ Материалы II международной научно-практической конференции 15–16 марта 2012 года Пенза–Семей УДК 316.42+338.1 ББК 60.5 С 69 С 69 Социально-экономическое развитие и качество жизни: история и современность: материалы II международной научно-практической конференции 15–16 марта...»

«Источник:Всемирная История Экономической Мысли Глава 9 СОВРЕМЕННЫЕ ЗАПАДНЫЕ КОНЦЕПЦИИ ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ СТРАН ТРЕТЬЕГО МИРА Первоначально ученые развитых капиталистических стран весьма оптимистично оценивали возможности применения неоклассической и неокейнсианской теории для создания концепций развития освободившихся стран. В первые послевоенные годы считалось, что достаточно ввести дополнительные предпосылки и некоторые коэффициенты в традиционные модели, чтобы адекватно описать...»

«НОВИКОВ Д.А. Кибернетика: Навигатор. История кибернетики, современное состояние, перспективы развития. – М.: ЛЕНАНД, 2016. – 160 с. (Серия «Умное управление») ISBN 978-5-9710-2549Сайт проекта «Умное управление» – www.mtas.ru/about/smartman Книга является кратким «навигатором» по истории кибернетики, ее современному состоянию и перспективам развития. Рассматривается эволюция кибернетики (от Н. Винера до наших дней), причины ее взлетов и «падений». Описаны взаимосвязь кибернетики с философией и...»







 
2016 www.konf.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, диссертации, конференции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.