WWW.KONF.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Авторефераты, диссертации, конференции
 


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |

«ЭТНИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ В ГЛОБАЛЬНОМ МИРЕ МАТЕРИАЛЫ ЕЖЕГОДНОЙ МЕЖДИСЦИПЛИНАРНОЙ НАУЧНОЙ КОНФЕРЕНЦИИ САНКТ-ПЕТЕРБУРГ ББК 63.3(2) Редакционная коллегия: В. Б. Александров, заведующий кафедрой ...»

-- [ Страница 4 ] --

В большинстве стран, которые принимают иммигрантов, прежняя политика благоприятствовала ассимиляции. В 1971 Канадское федеральное правительство провозгласило национальную мультикультурную политику, которая была направлена на разрушение дискриминационных установок и культурного соперничества, поощрение и поддержку различных культурных групп ради справедливости и более богатой жизни для всех. Политическая концепция утверждает, что другие культурные общины заслуживают правительственной поддержки, т.

к. являются существенными элементами в Канаде и смогут вносить свой специфический вклад в региональную и национальную жизнь характерными для их наследия способами, при этом определенно канадскими. В 1978 г. политика мультикультурализма была официально подтверждена австралийским правительством, которое направило страну по этому курсу в начале 1970-х годов, заявляя, что Австралия, не только мультикультурное общество, но и одно из наиболее космополитичных на земле. В Швеции четкая мультикультурная политика была принята в году, и имела три цели: равенство, свобода и партнерство. Цель равенства подразумевает продолжительную практику предоставления иммигрантам тех же жизненных стандартов, что и остальному населению. Цель свободы выбора подразумевает, что должны быть предприняты общественные инициативы, чтобы гарантировать членам этнических и лингвистических меньшинств, которые поселились в Швеции, подлинный выбор между сохранением и развитием своей культурной самобытности и принятием шведской культурной идентичности.

Цель партнерства подразумевает, что различные иммигранты и группы 65  меньшинств, с одной стороны, и коренное население, с другой, в равной мере получают преимущество от совместной работы. В 2001 г. российское правительство приняло Федеральную программу «Формирование установок толерантного сознания и профилактика экстремизма в российском обществе (2001-2005 гг.)».

Несмотря на недостаток информации относительно многих обществ, выявлена четкая тенденция в предпочтениях людей, которые подвергаются аккультурации, и установлено, что они адаптируются лучше, когда придерживаются как своего культурного наследия, так и присоединяются к культуре большого национального общества (происходит интеграция).

Некоторые страны приняли мультикультурную политику (как дополнение интеграции), а многие продолжают применять практики ассимиляции и сегрегации. Требуются дальнейшие исследования, чтобы выяснить, всегда ли мультикультурализм приносит пользу. «Если группы являются и согласны быть различными, то каковы последствия такого культурного различия для общества?»8.

Примечания:

Декларация принципов толерантности Утверждена резолюцией 5.61 генеральной конференции ЮНЕСКО от 16 ноября 1995 г.// http://www.tolerance.ru/declar.html Томашевский Ю.С. Проблемы и перспективы развития науки о культуре.// Глобализация в контексте современности: Материалы Международной конференции «Глобальный мир: гуманитарный кризис или момент развития». – СПб.: Изд-во Политехн.ун-та, 2008. С. 188.

Джон В. Берри, Айп Х. Пуртинга, Маршалл Х. Сигал, Пьер Р. Дасен Кросс-культурная психология.

Исследования и применение./ Пер. с англ. Харьков: Изд-во Гуманитарный центр, 2007. C. 374.

Redfield, R., Linton, R., & Herskovitz, M. J. Memorandum on the study of acculturation. American Antropologist.

1936. P. 149-152.

Graves, T. D. Psihological acculturation in a tri-ethnic community. South-western Journal of Antropology. 1967. C.

337-350.

Джон В. Берри, Айп Х. Пуртинга, Маршалл Х. Сигал, Пьер Р. Дасен Кросс-культурная психология.

Исследования и применение / Пер. с англ. Харьков: Изд-во Гуманитарный центр, 2007. C. 384-385.

Там же. C. 408.

Лебедева Н. М. Введение в этническую и кросс-культурную психологию. М., «Ключ-С», 1999. С. 216.

–  –  –

ИСТОРИЧЕСКАЯ ПАМЯТЬ НАЦИИ

Ныне широко, активно и плодотворно проповедуются (прежде всего, деятелями культуры) нравственные ценности. Они постепенно высвобождаются из пут формализма и бюрократизма, вещизма и делячества, высокомерной официозности и ползучей обывательщины, морализаторского назидательства. Они переходят из декларативного состояния в реальное, из подспудно потенциального в активно действующий социальный фактор.

Ведь нравственные ценности по своей природе и сути – это не просто и не только сформулированные добрые заповеди и правила, нормы и санкции, дозволения или запреты и т.

п. Взятые только в такой своей роли, они постоянно подвергаются опасности очерствения и омертвления, выхолащивания и перевоплощения в нечто противоположное – абстрактные догмы, легко приноравливаемые для противоположных целей и эффективно употребляемые демагогами, приспособленцами, короче – безнравственными людьми и группами… В действительности же живительные истоки и силы, жизненные факторы, цели и результаты жизнедеятельности подлинно нравственных ценностей всегда социальны. Именно в таком, прежде всего и главным образом качестве, а, скорее всего, исключительно в таком, они (эти ценности) могут сохранять и постоянно воссоздавать свою действенную и гуманную жизнеспособность.

Иначе говоря, действительные и действующие нравственные ценности имеют социальную природу и сущность, «технологию» реализации, целевую функцию и результативность. Их действительность – в социальности, живой человечности, а не только и не столько в нормативности. Многообразие морально-нравственных явлений концентрируется в качественно определенном единстве – в социальности, человечности. Поэтому их оздоровление и воспроизводство, выявление и исследование – проблема по своей сути социальная, а не только и не главным образом этическая.

Подобное надо сказать и о том, что передается колоритным литературнопублицистическим образом «историческая память народа».

Это, конечно, не только феномен общественного сознания или эмоционально-психологического восприятия чарующей старины, экзотики.

Разумеется, можно только радоваться поистине возрождению исторической памяти в сознании и настроении широких слоев народа. Живой интерес к 67  истории отечества (начиная с древнейших ее страниц), к его духовным и материальным памятникам, профессиональной и самодеятельной культуре, эпосу и традициям, драматическим бедствиям, трудным победам и т. п.

непреходящим ценностям.

Историческая информация становится все более популярной у читателей, зрителей и слушателей, вытесняя увлечения разного рода поделками «массовой культуры», расхожего детектива. И дело тут не в очередной моде и не в «смене жанров», а в оживлении подспудно всегда живущего интереса людей к предшествующим поколениям своим, к преемственной связи между ними. Такой интерес находит достойное воплощение и в творчестве наиболее чутких представителей современной культуры и частично в практике книгопечатания.

Но возрождение исторической памяти далеко не ограничивается лишь просветительскими рамками. Оно имеет глубокие социальные причины, потребности и способы их удовлетворения, конечные цели и результаты. Об этом ярко и волнующе свидетельствуют ныне возрождающиеся традиции всенародно отмечать выдающиеся памятные даты из истории Отечества, переиздавать или впервые издавать классические творения отечественной культуры. Как всколыхнули они живой благотворный интерес и непреходящую любовь народа к своей великой и многотрудной истории, сколько возрожденческих настроений и движений породили в обществе!..

К сожалению, в последние годы эти процессы начавшегося национального возрождения всех народов нашей страны время от времени омрачаются и притормаживаются националистически-экстремистскими группировками, ничего общего не имеющими с подлинно социальными интересами всех народов. Правда, и объективные причины такого экстремизма, очевидно, имеются. Но и они (эти причины), бесспорно, имеют социальную обусловленность, хотя проявляются антисоциальными способами… Непреходящая социально-историческая значимость творений великих соотечественников заключена не только в их уже состоявшейся гениальности, неповторимости и непревзойденности, самих по себе, но также и преимущественно – в постоянном, давностью неистощимом «встречном восхождении» друг другу гениев прошлого и ныне живущих людей. Так и все исторические поколения социально воспроизводятся и взаимообогащаются в своем постоянном «встречном восхождении» друг к другу… Поэтому подлинный, глубоко социальный историзм невозможно втиснуть в печально известную формулу «история есть современная политика, опрокинутая в прошлое».

Он (историзм) не имеет также ничего общего ни с анахроническим консервированием экзотической старины, ни с различными видами псевдосовременной кичливости, рядящейся в прогрессистские и цивилизаторские одежды, ни с официозной чванливостью, прикрывающейся псевдоидеологическими лозунгами, и т. д. – со всем тем, что противостоит действительной (социальной) связи поколений… 68  Говоря об исторической памяти народа, невольно возбуждаешь в своей индивидуальной памяти словесно-лозунговые созвучия, в том числе эффектные названия разного рода вещей. И возникают от этого досадные ассоциации. Да, ирония истории такова, что она (история) пока еще вынуждена являть себя как бы дважды, в двух обликах – действительном и мнимом, искаженном, в виде фарса.

Такое «раздвоение» характерно, к сожалению, и для нынешних наших реформ: к действительно прогрессивным процессам «пристраиваются»

прогрессистские их «двойники»… С этими парадоксами успешно разбирается, как известно, сама же история. Однако и современникам надобно заниматься историческим делом… Явление «историческая память народа» обращено (подчеркнем еще раз) не только в прошлое. Оно через прошлое возвращается в настоящее, обогащая его, и устремляется в будущее. В своей истории человечество ищет не только минувшее, а и существующее, и грядущее. Здесь уместно образное суждение Белинского: история напоминает нам о прошлом, помогает понять настоящее и намекнуть о будущем. В этом – нерасторжимая взаимосвязь времен и поколений.

Историческая память – насущная потребность в самоосознании и самопознании народа, процесс его прогрессирующего самообогащения наследием минувших поколений и самовоспроизведения в интересах поколений грядущих. Но это уже – подлинно социальная потребность и собственно социальный прогресс, без чего не может быть действительного прогресса общества, человечества.

Историческая память народа социальна по природе своей и сущности, равно как и социальность памяти народной глубоко исторична. Это – действительная диалектическая взаимосвязь, закономерный и объективно непрекращающийся процесс. Даже любой субъективистский произвол (что не раз имело место в истории) не в силах полностью прервать и остановить этот процесс, хотя может, к сожалению, причинить ему тяжелый урон. Такие ситуации оставляют в истории народа драматические страницы и отпечатываются позорными пятнами бездуховности, антисоциальности, носителей произвола.

А. Н. Радищев в «Путешествии из Петербурга в Москву», печально и гневно размышляя о преследованиях царизмом национальной культуры и просвещения в России, сформулировал драматический образ: даже «один несмысленный урядник благочиния (цензурного ведомства. – авт.) может величайший в просвещении сделать вред и на многие лета остановку в шествии разума: запретит полезное изобретение, новую мысль и всех лишит великого»; великому противостоит… «мундирный ценсор». Одним из ярких свидетельств такой драматической страницы в русской истории оказались, как известно, творчество и жизнь самого писателя-гуманиста… Угнетение исторической памяти народа, его веками создававшихся и положительно действовавших традиций, способов жизни и других общечеловеческих ценностей ущербно не только для состояния его (народа) 69  просвещенности, но и преимущественно для его социальной жизнеспособности и способности к самовоспроизводству в поколениях, для социального прогресса в целом. Поэтому и противостояние такому негативному явлению нельзя сводить лишь к сугубо просветительским средствам (хотя и они важны). Необходимы, прежде всего, преимущественно социальные способы противостояния, т. е. – введение в реальное действие всего арсенала сохранившихся и возрождаемых социально-исторических ценностей. Историческое наследие должно быть (насколько это возможно) именно реально существующим и действующим, а не только «вспоминаемым»… К примеру, умолкли и почти все молчат поныне когда-то поверженные колокола в отечественных даже сохранившихся храмах, а сами храмы опустошены и пусты поныне, будучи лишенными живого человеческого, именно храмового, бытия. И обычные ссылки чиновника, официозного обывателя и доктринера на религиозность поверженных храмов с колокольным звоном и потому не могущих быть возрожденными и вочеловеченными – такие «ссылки» ущербны именно в социальном смысле.

А противостоять им (этим «ссылкам») только «просветительская критика» не сможет: необходимо именно реальное возрождение и вочеловечение храмов…

–  –  –

МНОГОНАЦИОНАЛЬНЫЙ НАРОД: ФОРМИРОВАНИЕ

ПОЛИЭТНИЧЕСКИХ ОБРАЗОВАНИЙ

Процессы глобализации, касающиеся современного проживания народов разных национальностей, ставят перед обществом ряд сложных вопросов. Первоочередным является вопрос возможности совместного проживания народов разных культур, религий, ценностей. Исторический опыт подсказывает, что, за рядом исключений (США, Бразилия), все многонациональные государства являлись империями (Австро-Венгерская, Российская, Французская, Британская). При этом не стоит рассматривать многонациональные империи на более ранних циклах истории (инкская, римская и т. д.) История империй начинается с государство-образующего народа, который путем воин и культурной работы включает в империю все новые территории и народы. При ослаблении государство-образующего народа, или при действии внешних деконструктивных факторов, вся конструкция начинает разрушаться. Другие этнические элементы империи начинают заниматься государственным строительством. Успех многонациональных государств возможен в тех случаях, где территория будущего государства не является автохтонной для народов их населяющих. (США, Бразилия).

Многонациональная конструкция тем сильнее, чем сильнее перемешивание её элементов (мулаты, метисы, самбо, креолы в Бразилии). Даже великороссы - есть симбиоз славянских, финно–угорских, тюркских и других народов. И наоборот, чем больше обособленных национальных элементов на своих территориях, в своем культурном поле, тем ближе многонациональное государство к распаду. Возникает вопрос сравнения многонационального государства с национальным, с выводами о преимуществе последнего.

Крайние представление данного подхода можно было наблюдать в теориях довоенной Германии. В случае с Российской Федерацией мы можем столкнуться с рядом неразрешимых проблем в области национального вопроса. Стремится-ли Россия к строительству многонациональной империи или ограничится национальными границами проживания великороссов?

Процент представительства титульной нации позволяет сделать вывод о национальном характере государства РФ, но компактное размещение других народов на определенных территориях, причем тех, где они были автохтонными, позволяет сделать вывод об имперском характере Российской Федерации. История учит, что народы, имевшие опыт государственного строительства до включения в РФ и культурно опережающие или как 71  минимум не отстающие от титульной нации, склонны к отделению, обособлению и не заинтересованы в культурной совместной работе на благо общей территории. Данный тезис можно продемонстрировать на примере поляков и русских, англичан и индусов, французов и вьетнамцев. И наоборот, дикие народы Сибири, кочевые народы Казахстана видели в России культуру более высокого порядка, чем у них, тянулись к ней, что давало им прогресс в духовной и материальной жизни. Государственное устройство было ими освоено только при участии России. Итак, ключевым моментом видится решение вопроса имперскости. По глубокому мнению множества исследователей РФ может существовать только как империя, т. к.

невозможно провести национальную черту даже среди русских. История помнит разделение русских на кривичей, вятичей, чудь, лютичей и т. д. При территориальном размежевании на отдельные государства по национальному признаку РФ предстанет вновь Московским княжеством даже не эпохи Ивана III.

При согласии населения РФ на совместное проживание необходимо решение множества вопросов укрепляющих внутригосударственное единство. Практика самых успешных многонациональных стран учит, что основными моментами являются общий язык, перемешивание этнических групп, общая миссионерская идея, великая работа государственных структур по внедрению принципов толерантности, борьба с местечковым национализмом и подавления великодержавного русского шовинизма. Сторонникам национальных идей следует задаться вопросом выбора ограниченной, бедной ресурсами территории или великой державы. Также предстоит ограничение сепаратистских настроений национальных элит. Необходимо вовлечение этих элит в государственном управлении всей страной.

Вторым вопросом является разработка систем мер, способствующих усилению миграционных процессов между народами нашей страны с обязательным смешиванием национальных составляющих. При нужной степени государственной воли Россия может стать правильным котлом наций, по примеру США. Объединяющим людей фактором будет не общность исторического прошлого, а общность настоящего и будущего.

Официоз прошлого «советский народ» следует трансформировать в действующую конструкцию «российский народ». Каждый россиянин должен быть, прежде всего, россиянином, а уже потом башкиром, мордвином и т. д.

Только электронными СМИ и культурной работой результат не может быть достигнут. Необходимо четко выверенная государственная политика по регулированию миграций внутри территории проживания российских этносов и выстроенная система мер, способствующих этническому перемещению разных народов. Экономика и культура должны способствовать образованию общности «российский народ». Развитие национальных культур не должно идти в ущерб общегосударственному строительству. Приоритет в государственном финансировании должны иметь не узко национальные проекты, а проекты всероссийского характера. Религия компонента не должна быть первостепенной при формировании общества.

72  Также непременным вопросом становится формирование общих ценностей, взглядов, культуры. Не может быть единым общество, в котором помимо материального расслоения, общество расколото по религиозным, культурным, ценностным взглядам. Должна проводиться большая культурная работа по формированию единого культурного поля РФ.

Представляются порочной практика развития национальных языков малых народов. Вслед за собственным языком могут возникнуть требования национальной культурой автономии и т. д. Вместе с тем, перспективным видится культурная работа с населением национальных окраин по внедрению в их среде общероссийских ценностей, воспитание подрастающего населения в политике принадлежности не к роду – клану, а к великой, могучей стране.

И. В. Сталин в отличие от В. И. Ульянова - Ленина, считал, что не только русский шовинизм провоцирует другие нации на агрессию и ответный национальный шовинизм, но и малые нации провоцируют русский народ на национальные перегибы. Общество с разными ценностями не представляется однородным и способным жить в одном государстве. Предотвратить распад России, некоторыми авторами представляющийся неотвратимым, способно лишь общество, где невозможно провести грань между национальностями, вследствие перемещения этносов, общество, с едиными языком, культурой, ценностями. Естественно невозможно говорить об ассимиляции таких наций, как чеченцы, ингуши, осетины и т. д. Но создание общего культурного поля, языкового вовлечение этих наций в общероссийские проекты способно изменить тенденцию обособления их от РФ. Культурная ассимиляция должна быть мягкой, ползучей, не насильственной. Необходима работа с национальными элитами, по вовлечению их в культурное поле РФ.

Итак, решение миграционных вопросов в РФ видится в национально – культурной ассимиляции, перемешивании культур и этносов в неразделимый клубок. Это поможет сформировать единую общность населения, проживающего в РФ.

–  –  –

Соединенные Штаты – единственная высокоразвитая страна мира, где население продолжает расти высокими темпами: на 2 млн. человек в год за счет естественного прироста и на 1 млн. вследствие иммиграции.

Основанные как колония переселенцев, США издавна привлекают иммигрантов и имеют большой опыт их интеграции. Однако в наше время миграционный вал и здесь порождает опасные инновации и противоречия.

Несмотря на многие положительные аспекты иммиграции, она вызывает все больше противоречий в американском обществе. К началу нынешнего столетия число нелегальных мигрантов в Соединенных Штатах составляло – в зависимости от методологии подсчета и политических пристрастий авторов оценок – от 5 до 20 млн. человек (наиболее часто называется цифра в 11–12 млн.). 40 % нелегалов находятся в Калифорнии (большинство из них прибывают через общую границу из Мексики), где данный вопрос вызывает ожесточенные споры и серьезные политические разногласия. Как ожидается, доля белых здесь составит меньше половины населения уже в течение текущего десятилетия. Следом, по количеству нелегалов, идут Техас, Нью-Йорк и Флорида. В целом более трех четвертей иммигрантов сосредоточены в шести американских штатах, а более половины – лишь в восьми урбанизированных зонах, в первую очередь в Нью-Йорке, Чикаго, Лос-Анджелесе, Хьюстоне, Бостоне и Майами.

При этом многие регионы имеют определенную этническую «специализацию». Так, Лос-Анджелес стал основным пунктом назначения для выходцев из Мексики и Азии, Майами – для кубинцев и некоторых других мигрантов из Латинской Америки. Одновременно наблюдается широкомасштабный отток коренного (особенно белого) населения из городских центров, приводящий к быстрому изменению расового, этнического и культурного облика ведущих городов Америки. В вышеперечисленных городских центрах на десять мигрантов приходится девять коренных жителей, которые отправляются в другие города и пригородные зоны.

В целом же одним из очевидных последствий иммиграции является нарастающее разделение страны на космополитичные береговые, пограничные районы и крупные города, с одной стороны, и более традиционную «глубинку» – с другой (хотя и туда приток переселенцев тоже 74  усиливается: в течение 1980–2000 годов численность испано-язычного населения приблизительно 30 штатов выросла более чем на 200 %).

Особую проблему составляет сегодня трудовая иммиграция, как легальная, так и нелегальная. Согласно оценкам, почти половина нелегалов въехала в страну законно по туристическим, студенческим и даже рабочим визам. Они относительно легко находят низкооплачиваемую и малоквалифицированную работу и в городе, и в сельской местности (скажем, как сезонные сельскохозяйственные либо строительные рабочие). И хотя предприниматели, работающие в этих сферах, заинтересованы в притоке подобных иммигрантов, многие американцы, в том числе и представители бизнеса, выступают категорически против. Почти половина населения поддерживает меры, направленные на ограничение иммиграции.

Соответственно оппозиция как нелегальной, так нередко и легальной иммиграции растет на обоих концах политического спектра и имеет социально-экономическую, а также этнополитическую подоплеку. В рядах левой оппозиции роль профсоюзов особенно заметна в тех отраслях, работники которых испытывают конкуренцию иммигрантов, готовых на низкооплачиваемую работу без каких-либо социальных гарантий.

Действительно, иммиграция не только обостряет конкуренцию на рынке труда, но и тормозит рост оплаты труда малоквалифицированных работников (которая за последние годы или вообще не выросла, или даже несколько снизилась с учетом покупательной способности).

В дополнение к этому широкомасштабный приток людей, принадлежащих к этническим и расовым меньшинствам, изменяет внутреннюю структуру в Соединенных Штатах. Это вызывает перераспределение субсидируемых ресурсов и рабочих мест в государственном секторе (где доля меньшинств традиционно очень высока) и недовольство «старых» меньшинств. Многие из льготных программ были созданы для компенсации афроамериканцам за эпоху рабства и сегрегацию, однако теперь распространяются на вновь прибывающих мигрантов из неевропейских стран, а также и на другие группы населения, включая женщин, инвалидов и др. Таким образом, иммиграция не только снижает долю белых в населении, но и «отрезает» льготы у «традиционных»

меньшинств. Неудивительно, что четыре пятых опрошенных рядовых американцев (по сравнению, кстати, с 45 % среди представителей элит) рассматривают «защиту рабочих мест американских трудящихся» как одну из наиболее важных задач, стоящих перед страной.

С другой стороны, правая оппозиция, не афишируя этого, воспринимает иммиграцию, особенно из Мексики и Латинской Америки в целом как угрозу существующей этнической, расовой, религиозной и языковой структуре и единству американского общества. Консерваторы указывают и на угрозу конкуренции со стороны иммигрантов для малого бизнеса – важнейшей опоры политического консерватизма в США.

Интенсивная иммиграция (наряду с различными темпами естественного прироста отдельных этнических, религиозных и расовых 75  групп) ведет к достаточно быстрым изменениям структуры населения США.

В частности, в 1996-м белые составляли 73,6 % населения страны. Доля афроамериканцев равнялась 12 %, а доля так называемых «испано-язычных»

(преимущественно выходцев из Латинской Америки) – 10,2 %. Согласно оценкам, доля латиноамериканцев возрастет к 2050 году до 24,5 %, тогда как доля афроамериканцев составит 13,6 %. Значительно увеличится и доля выходцев из Азии, составив 8,2 %. Данные переписи населения-200 подтверждают верность этих прогнозов. Так, «испано-язычные» уже обошли афроамериканцев, став крупнейшим меньшинством. Отметим также, что численность «испано-язычных» возросла с 500 тыс. в 1900 году до 41,3 млн.

в июле 2004-го. В настоящее время они обеспечивают около половины прироста населения.

Столь же любопытно и то, что количество мусульман в Соединенных Штатах в 2001 году впервые превысило количество евреев. Эти перемены очень важны, поскольку способны привести к изменению результатов голосования, перераспределению социальных благ между отдельными группами населения и переориентации внешней политики.

Особые опасения вызывает предсказываемый многими переход американского общества от традиционного «плавильного котла» к «мозаичной» модели. Тем самым создается ситуация, при которой иммигранты, некогда быстро становившиеся американцами не только в результате формальной перемены гражданства, но и с точки зрения их менталитета, языковой и культурной идентичности, окажутся в «мультикультурном» обществе, распавшемся на обособленные этнические, религиозные, культурные и языковые группы.

Особую озабоченность у многих вызывает нежелание представителей испано-язычных иммигрантов интегрироваться в американское общество. По словам знаменитого политолога из Гарвардского университета Самьюэла Хантингтона, испано-язычная иммиграция является «наиболее... серьезным вызовом традиционной американской идентичности...». Оппоненты этого подхода указывают на возрастающее значение рынка и революции в области технологии и средств связи как факторов, стимулирующих интерес к изучению английского языка и принятию иммигрантами идеи ассимиляции.

Согласно данным Национального исследовательского совета США, 60 % иммигрантов, приехавших в 80-х годах XX века, хорошо говорили поанглийски. В целом опросы показывают, что современные мигранты ассимилируются столь же успешно, как и сто лет назад. В тоже время 90 % мигрантов считают необходимым сохранение связей со своей национальной культурой.

Приведенный выше обзор показывает, что в миграционной политике Соединенных Штатов проявляется ряд черт и проблем, аналогичных тем, с которыми сталкивается сейчас Россия. Более того, некоторые из политических инноваций создают противоречия и вызывают опасения, которые в определенном смысле аналогичны тем, что высказываются российскими политическими силами.

В частности, большое опасение 76  вызывает вероятность утраты национального единства и развития этнических конфликтов. В то же время существует серьезная озабоченность относительно возможности бесконтрольного усиления – под предлогом борьбы с терроризмом и нелегальной миграцией – власти федерального правительства. Однако не будем забывать о том, что американский опыт говорит, прежде всего, о немалой пользе иммиграции и способности государства принять и ассимилировать значительные массы переселенцев, не подвергая опасности основ демократической власти. Современный мир характеризуется «размыванием границ». Этот процесс, стимулируемый как рыночными, так и технологическими факторами, ведет к интенсификации международного движения не только товаров и услуг, но и рабочей силы.

Необходимо искать новые формы иммиграционной политики. С одной стороны, иммиграция несет в себе огромный положительный заряд, а с другой – остановить поток нелегалов демократическим путем практически невозможно, особенно когда относительно благополучная страна граничит с гораздо более бедными и трудоизбыточными государствами. Наряду с изменениями в отношении мирового сообщества к вопросам прав человека и государственного суверенитета, этот процесс вынуждает многие страны, в том числе и такие, как США и Россия, пересматривать свои взгляды на миграцию и методы миграционной политики.

–  –  –

ПРЕСТУПНОСТЬ В СРЕДЕ МИГРАНТОВ КАК ФАКТОР

НАЦИОНАЛЬНОЙ И ЭТНИЧЕСКОЙ РОЗНИ

Тезисно отмечая проблему разжигания национальной и этнической розни, в первую очередь хотим отметить востребовонность исследования данной проблематики. Это утверждение основывается на том, что миграция населения - один из самых чутких инструментов, незамедлительно реагирующих на социальные, экономические и политические конфигурации в мире, стране либо отдельном регионе. В то же время, плохо организованные и слабо контролируемые миграционные процессы представляют реальную опасность государственной целостности и публичного благополучия. Поэтому, те неудобства, которые претерпевают иностранные мигранты, находящиеся на местности РФ, при прохождении соответствующих процедур, вполне оправданны и имеют место в практике регулирования и контроля передвижения многих демократических государств.

Демографическая ситуация в РФ сейчас, как и в предыдущие годы, остаётся сложной. Отрицательные характеристики прироста населения, превалирование числа лиц предпенсионного возраста, дефицит трудоспособных работников сферы производства имеет негативное влияние на экономику. Легальная трудовая миграция является источником стабилизации численности населения.

Говоря о причинах роста национальной напряженности, следует отметить, что в РФ миграционные процессы часто соприкасаются, а в неких вариантах соединяются с криминалом. Многонациональный состав области и обширность ее местности обусловливают функционирование преступных сообществ, формируемых на этнической и земляческой базе. К региональным особенностям организованной преступности с заметной ролью нелегальных мигрантов можно отнести непрекращающееся увеличение числа участников этнических ОПГ, а также «специализацией» последних.

К региональным особенностям преступных проявлений с ролью нелегальных мигрантов можно также отнести непрекращающееся увеличение числа преступлений против личности.

Этнические преступные группировки совершают преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков, незаконным оборотом 78  оружия и взрывчатых веществ. В зависимости от принадлежности к определенной народности, беря во внимание менталитет, выделяют главные направления преступной деятельности отдельных этнических ОПГ. К примеру таджикские преступные группировки обычно занимаются наркобизнесом. Грузинская ОПГ контролирует часть наркотрафика, алкогольного и игорного бизнеса.

Все большее развитие получает так называемая «этнокоррупция».

Возникли новейшие формы преступного поведения, тесно связанные с должностными преступлениями. Вышеизложенные факты разрешают признать, что потребность в более твердом регулировании миграционных действий на региональном уровне появилась объективно.

Все вышеизложенные факторы свидетельствуют о том, что миграция, и в первую очередь нелегальная, часть иностранных граждан выбрасывает на путь совершения преступлений.

Важной мерой предупреждения этого процесса является необходимость исключить попадания иностранных граждан, в силу сложившихся обстоятельств, в криминальную сферу.

Также считаем важным отметить необходимость исключения двойных стандартов. В рамках рассматриваемой тематики это значит, что мало тех, кто не слышал о «таджикской девочке», но малейшая критика по фактам преступлений, совершенных национальной, этнической или радикально религиозной группой рассматривается как разжигание розни.

Общим выводом изложенных тезисов является признание необходимости более взвешенного подхода к обвинениям в адрес национальной преступности, но в то же время отсутствие жесткого просекания таких проявлений (преступлений совершенных национальной группой), приводит к росту напряжения в обществе, особенно, если очевидно явное замалчивание преступления совершенного группой, сформированной по национальному признаку.

–  –  –

ВОСПРИЯТИЕ ДРУГОЙ КУЛЬТУРЫ: ЭТНОЦЕНТРИЗМ И

ДОПУЩЕНИЕ ИНАКОВОСТИ

Исходя из ситуации глобализации, увеличения числа межкультурных контактов, вездесущности новых медиа, в современных гуманитарных и социальных науках осуществляется критика этноцентризма, наряду с логоцентризмом и эгоцентризмом, которые присущи европейской культуре.

Немецкий философ и антрополог Кристофер Вульф определяет эти три стратегии, используемые европейской культурой в ограничении инакового, следующим образом: «В случае логоцентризма европейская форма рациональности (logos) служит девальвации и игнорированию других форм рационального мышления и действия. Эгоцентризм нацелен на фокусирование на “Я” и его волю к осуществлению, которая чужда представителям других культур. Этноцентризмом (ethnos) называют формы мышления, чувствования и действия, которые исходят из более высокой ценности европейской культуры и одновременно допускают неполноценность других культур». При этом актуальной задачей является не только разрушение структур предрассудков и стереотипов, но и формирование стратегий, актуализирующих инаковость другой культуры, другого опыта.

В этом контексте интерес представляет «Московский дневник» (1927) немецкого философа и социолога Вальтера Беньямина, написанный им во время поездки в Россию.

Беньямин, пребывая в Москве периода НЭПа, наблюдает и описывает все то, что создает атмосферу места и времени.

В тексте дневника наличествует множество замечаний о московской погоде: тепло то и дело здесь резко сменяется холодом; следствие этих чередований – гололед, который создает неудобства при ходьбе. Еще один объект наблюдения немецкого путешественника – архитектура города: он замечает неупорядоченное расположение домов в пространстве, которому сопутствует разнородность их цвета (красный, голубой, желтый, зеленый).

Архитектура Москвы Беньямина несогласованна и гетерогенна:

византийские церкви имеют «мирские», «невзрачные» окна жилых домов, площади – «по-деревенски бесформенные и словно размытые после непогоды растаявшим снегом или дождем». «Архитектурная прерия», – так называет российскую столицу Б. Райх, слова которого приводятся автором текста2. Немало места в «Московском дневнике» отведено описанию интерьеров, общей характеристикой которых является «скудость». В комнате Иллеша, например, «совсем мало мебели», и на фоне общей скудости 80  «бросаются в глаза» только «старая детская кровать и ванна». «Мало мебели»

и лишь вещи, случайно сохранившиеся от мещанской обстановки, и в комнате матери Софии. «Кошмарным» «осколком мелкобуржуазной квартиры» представляется комната Райха. Интерьеры «Московского дневника» – воплощение разлома эпох; вещи задерживаются в них между будущим и прошлым, следуя в прошлое. Круг объектов внимания Беньямина включает в себя обычаи, товары, и, прежде всего, игрушки, страстно им коллекционируемые; спектакли, кинофильмы, рассказы; наконец, слова и выражения, записываемые автором в латинской транскрипции по-русски. В целом, город в «Московском дневнике» предстает как пространство неодномерное, выстроенное на различиях.

Специфика образа Москвы Беньямина определяется культурной, теоретической, уникальной индивидуальной позицией автора текста и стратегией его восприятия социокультурных явлений.

В основе видения В. Беньямином литературных текстов, визуальных продуктов эпохи и т. д. лежит критическое отношение к сложившимся представлениям.

Освобождение вещей от содержаний, приписанных им обществом, осуществляется философом посредством самонаблюдения:

отражения личного, изначально – телесного опыта, полученного в процессе взаимодействия с окружающей действительностью.

В отличие от работ ««Идиот» Достоевского»3, «Произведение искусства в эпоху его технической воспроизводимости»4, где прочитывается, в конечном счете, надстоящая позиция автора, текст «Московского дневника» насквозь проникнут познавательным минимализмом, желанием предоставить вещам право на самопрезентацию. В письме М. Буберу Беньямин пишет о задуманном эссе, материалы для которого содержит дневник: «Мои описания будут избегать всякой теории.

Как я надеюсь, именно благодаря этому мне удастся заставить говорить саму реальность:

насколько мне удалось освоить и запечатлеть этот новый, чуждый язык, приглушенный сурдиной совершенно измененной среды. Я хочу изобразить этот город, Москву, в тот момент, когда «все фактическое уже стало теорией», и потому она недоступна какой бы то ни было дедуктивной абстракции, всякой прогностике, в какой-то мере вообще всякой оценке, которая, по моему глубочайшему убеждению, в данном случае не может следовать из каких-либо духовных «данных», а лишь из экономических фактов, которыми в достаточной мере даже в России владеют лишь очень немногие...»5.

Взаимодействуя с другой – российской или советской культурой – Беньямин, в отличие от побывавших в России в 30-х гг. XX в. Андре Жида и Лиона Фейхтвангера7, например, не приемлет возможность вписать ее реальность в предзаданные смысловые конструкты. Несомненно, актуализации иного – лишенного этно-, европоцентризма – видения способствует ситуация неопределенности и перемен в стране 1920-х гг.

Вместе с тем, эта ситуация, содействуя актуализации восприятия определенного типа, не определяет способ наблюдения автором дневника 81  опыта другого целиком и полностью. Так, этим философом одним из первых был осознан заряд отчуждения от другой культуры, который несут в себе инородные ей языковые формы, что и обусловливает записывание им звучания русских слов в латинской транскрипции, таких как «НЭП», «нэпман», «борщ», «столовая», «здравствуйте» и т. д.

Отказываясь от каких-либо пред-заданных смысловых форматов Беньямин, равным образом, воздерживается от последующей интерпретации фактов, теоретизирования на основе собранного материала, прогнозирования ситуации в СССР. Этот момент замечает Деррида: «... возвращение описания к самим вещам. [Находясь] на пересечении феноменологического и марксистского мотивов, оно утверждает себя как лишенное – одновременно с суждением и спекуляцией – какой-либо телеологии, мессианской эсхатологии, дискурса, связанного с господством целей, что как возможность наличествует у самых различных марксизмов. Здесь нужно отметить, что Беньямин не интересуется будущим, точнее, он интересуется будущим в качестве самого непредсказуемого («unforeseeable»)»8.

Вместо теорий, диагнозов и прогнозов «Московский дневник»

содержит описание телесных ощущений, непосредственных впечатлений, культурных ассоциаций и т. д., полученных в процессе взаимодействия автора с российской столицей. Состояниями, переживаемыми путешественником в Москве наиболее часто, являются «усталость», «утомленность», «печаль», «удрученность», и лишь иногда он упоминает о своем хорошем самочувствии. Холод создает напряжение, лед требует осторожности при передвижении; все это мешает наблюдению. Устройство московских зданий, как и климат столицы, не способствует ясности видения, и, тем более, понимания. «Византийские церкви», например, вид которых напоминает вид «жилых домов» за счет «мирских, невзрачных окон колоколен и главного предела», производят «завораживающее впечатление, мало привычное». Собор Василия Блаженного будто «все время что-то скрывает», так что «застать [его. – Ю. В.] врасплох» можно разве что «взглядом с самолета». Через «высоко расположенные окна часовен» этого храма проникает так мало света, что «предметы церковной утвари»

рассмотреть трудно. Чужой язык, о понимании которого для Беньямина не может идти и речи, также оказывает влияние на его телесное состояние:

«удручает» и «утомляет». Москва создает телесные дискомфорты, продуцирует когнитивные диссонансы, что делает ее подобной крепости.

«Уже только мое появление перед этой крепостью, Москвой, означает первый успех. Но всякий следующий, решающий успех кажется связанным с почти неодолимыми препятствиями»9, – размышляет автор.

Образ Москвы, пронзительный и поэтичный, рождается в событии соприсутствия философа с городом, или их предстояния «лицом к лицу» (Ж.

Деррида). Поэтическое – не значит удаленное от истины. Так, Мартин Хайдеггер пишет, раскрывая связь мышления с поэзией: «Красота есть судьба (Geschick) истины, причем истина – это раскрытие сокрывающегося.

Прекрасное – это не то, что нравится (gefllt), но то, что подпадает (fllt) под 82  эту судьбу истины, которая сбывается, когда всегда невидное и потому невидимое попадает в более всего проявляющее сияние»10.

Значительно позже стратегию взаимодействия с другой культурой, подобную стратегии Беньямина, использует французский интеллектуал Р.

Барт, путешествуя по Японии. Этот опыт отражен им в заметках о путешествии «Империя знаков» (1970).

Барт стремится покинуть пределы своего языка и европейской рациональности. Япония предоставляет благодатную почву для выхода за пределы культурных представлений и кодов.

Японская речь отчуждает от собственного языка и устраняет концепты, которые опосредуют восприятие:

«Незнакомый язык, дыхание или эмоциональное веяние – одним словом, чистую значимость – которого я между тем ощущаю, создает вокруг меня, по мере моих перемещений, легкое головокружение, вовлекает меня в свою искусственную пустоту, которая осуществляется лишь для меня одного: я живу в промежутке, свободном от всякой полноты смысла»11.

Автор «Империи знаков» воспринимает японскую действительность тактильно, «телом». Уже затем образ вещи, вновь оформившийся из ощущений, обретает европейское соответствие/ означающее. Как правило, нетривиальное. Например, японские палочки для еды, по мнению путешественника, отличает многофункциональность. Они указывают на фрагмент блюда, «вводя в ритуал еды … фантазию». Они «отщипывают кусочки пищи». «Разделяют – отсоединяют, раздвигают, ощупывают».

Наконец, их четвертая функция – в «перенесении» еды. На основании этих рассуждений палочки отождествляются с «пальцами», «подставкой», «лопаткой». С чем у японских палочек нет сходства, – так это с ножом или вилкой. «… они – столовый прибор, который отказывается резать, хватать, измельчать, протыкать… благодаря палочкам пища перестает быть добычей, над которой совершается насилие (мясо, на которое набрасываются)…»12. По мнению французского философа, однако, и «новые», более адекватные японским реалиям термины нуждаются в уточнении. Так, назвать функцию палочек «отщипыванием» можно лишь с большой долей условности: «… щипать – слишком сильное, слишком агрессивное слово (слово, относящееся к скрытным девочкам, хирургам, портнихам и всевозможным подозрительным типам)…»13.

Очевидно, альтернативу стратегиям подавления «чуждого» составляет взаимодополнение ракурсов видения реалий другой культуры (аутсайдера и инсайдера, например), а также «телоориентированная и телосообразная» (М.

Эпштейн) рефлексия.

83 

Примечание:

Вульф К. Антропология: История, культура, философия. СПб., 2007. С. 81.

Беньямин В. Московский дневник.// Беньямин В. Московский дневник. М., 1997.

Беньямин В. “Идиот” Достоевского.// Беньямин В. Произведение искусства в эпоху его технической воспроизводимости. М., 1996.

Беньямин В. Произведение искусства в эпоху его технической воспроизводимости.// Беньямин В. Произведение искусства в эпоху его технической воспроизводимости. М., 1996.

Цит. по: Шолем Г. Предисловие.// Беньямин В. Московский дневник. М., 1997. С. 9-10.

Жид А. Возвращение из СССР.// Два взгляда из-за рубежа. М., 1990.

Фейхтвангер Л. Москва 1937: Отчет о поездке для моих друзей.// Два взгляда из-за рубежа. М., 1990.

Деррида Ж. Васк from Moscow, in the USSR.// Жак Деррида в Москве: деконструкция путешествия. М., 1993. С.

59-60.

Беньямин В. Московский дневник, с. 49.

Хайдеггер М. Что зовется мышлением? М., 2007. С. 44.

Барт Р. Империя знаков. М., 2004. С. 17.

–  –  –

КУЛЬТУРНАЯ АНТИНОМИЯ НА ПРИМЕРЕ

МНОГОНАЦИОНАЛЬНОГО ХАРБИНА (ПЕРВАЯ ПОЛОВИНА ХХ

ВЕКА) Русские и китайцы долгое время были крупнейшими сообществами в Харбине. Согласно однодневной переписи 24 февраля 1913 года русские составляли 50%, китайцы – 34% населения города.1 Интересно, что здесь были представители практически всех областей России и Китая. Русские и китайцы предпочитали селиться отдельно. Рядом с Харбином, вне полосы отчуждения железной дороги, быстро вырос китайский город Фуцзядян.

Официальные русские круги старались держаться дружественных отношений с властями Маньчжурии и местным населением. При Управляющем КВЖД был создан специальный отдел сношений с китайскими властями, на содержание которого ежегодно тратилась огромная сумма – более 200 тыс. руб.2 Деньги шли на содержание смешанных судов для урегулирования правовых отношений китайского и русского населения, на издание газеты «Вестник Дальнего Востока» на китайском языке и другие цели. В своих приказах Управляющий дорогой напоминал железнодорожным служащим о «необходимости поддерживать с туземцами благожелательных отношений» и «никогда не переходить к активным действиям» в случае проявления враждебного отношения с китайской стороны. Даже в Уставе

Харбинских коммерческих училищ (2 декабря 1907 года) говорилось:

«Учащиеся должны вести себя примерно на улицах и в общественных местах, не позволяя задевать прохожих и особенно китайцев».3 Это предостережение отражало высокомерное и презрительное отношение русских к китайцам, которые, по их мнению, стояли на более низкой ступени культурного развития. Специфическое колониальное сознание выражалось в местных русских поговорках: «Месяц не время, сто рублей не деньги, шампанское не вино, китаец не человек». В различных источниках приходилось читать размышления на тему: «китайцы не были православными, стало быть, у них не было души; китайцы – нация рабов, у которой нет ни религии, ни идеалов, главное для них – выгода любой ценой».4 Русские не уставали напоминать о цивилизаторской миссии России в Маньчжурии и о количестве денег, вложенных в ее развитие (около 400 млн. рублей). Для них Маньчжурия была «диким Западом», который необходимо было освоить с тем же размахом.

Однако, одно только присутствие русских в Северной Маньчжурии вызывало раздражение и враждебность со стороны официальных китайских кругов. Русских называли «заморскими чертями». Китайцы не без оснований полагали, что Россия собирается присоединить к себе Северную 85  Маньчжурию. Официальные русско-китайские отношения иногда доходили до критической точки, как в 1910 году, после подписания русско-японского соглашения о разделе сфер влияния в Маньчжурии. Тогда по Харбину постоянно циркулировали слухи о нападении китайцев на город, о предстоящей поголовной резне русских, готовящемся массовом потоплении в Сунгари и т. п.5 В Петербурге высшие официальные лица требовали воздействия на Китай, используя демонстрацию военной силы, с этой целью сосредоточив войска в южном Казахстане. К счастью, здравый смысл возобладал, и усилиями дипломатов кризис был преодолен. Политика, конечно, играла определенную роль в русско-китайских отношениях. Так, например, при усилении позиций Японии в Северной Маньчжурии отношения становились более теплыми и неформальными. Однако в основном отношения строились на прагматической основе. Железная дорога и город нуждались в дешевом китайском рабочем труде, продуктах, топливе, а китайцы имели возможность неплохо заработать.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 7 |

Похожие работы:

«Уральский федеральный университет имени первого Президента России Б.Н. Ельцина Институт социальных и политических наук Департамент политологии и социологии Кафедра теории и истории политической науки Центр политических исследований государств ШОС ГЕОПОЛИТИКА ПОСТСОВЕТСКОГО ПРОСТРАНСТВА Екатеринбург УДК 327 ББК 66,3 Редакционная коллегия: Керимов А.А., кандидат политических наук, зав. кафедрой теории и истории политической наук (ответственный редактор); Комлева Н.А., профессор, доктор...»

«А.В.Карпенко БУДЕТ ЛИ РОССИЯ ИМЕТЬ СОВРЕМЕННЫЕ АВИАНОСЦЫ XXI ВЕКА? 24 марта 2005 года в Военно-морской академии им. Адмирала Флота Советского Союза Н.Г.Кузнецова состоялась научно-практическая конференция «История, перспективы развития и боевого применения авианосных кораблей (авианосцев) ВМФ России». Она была организована общественным объединением «Общественность в защиту флота». Вопрос: будет ли Россия иметь современные авианосцы XXI века? Пока остался без ответа. Военно-морская деятельность...»

«ПРИЛОЖЕНИЕ БЮЛ ЛЕ ТЕНЬ Издаётся с 1995 года Выходит 4 раза в год 2 (79) СОДЕРЖАНИЕ Перечень проектов РГНФ, финансируемых в 2015 году ОСНОВНОЙ КОНКУРС Исторические науки Продолжающиеся научно-исследовательские проекты 2013–2014 гг. Научно-исследовательские проекты 2015 г. Проекты экспедиций, других полевых исследований, экспериментально-лабораторных и научно-реставрационных работ 2015 г.. 27 Проекты по организации научных мероприятий (конференций, семинаров и т.д.) 2015 г. Проекты конкурса для...»

«ISSN 2412-9739 НОВАЯ НАУКА: СТРАТЕГИИ И ВЕКТОР РАЗВИТИЯ Международное научное периодическое издание по итогам Международной научно-практической конференции 19 ноября 2015 г. Часть СТЕРЛИТАМАК, РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ РИЦ АМИ УДК 00(082) ББК 65.26 Н 7 Редакционная коллегия: Юсупов Р.Г., доктор исторических наук; Шайбаков Р.Н., доктор экономических наук; Пилипчук И.Н., кандидат педагогических наук (отв. редактор). Н 72 НОВАЯ НАУКА: СТРАТЕГИИ И ВЕКТОР РАЗВИТИЯ: Международное научное периодическое...»

«Министерство образования Республики Беларусь Учреждение образования «Витебский государственный университет имени П.М. Машерова» Государственное научное учреждение «Институт истории Национальной академии наук Беларуси»ПОБЕДА – ОДНА НА ВСЕХ Материалы международной научно-практической конференции Витебск, 24 апреля 2014 г. Витебск ВГУ имени П.М. Машерова УДК 94(100)1939/1945+94(470)1941/19 ББК 63.3(2)622я4 П41 Печатается по решению научно-методического совета учреждения образования «Витебский...»

«Текущее сосТояние и возможносТи инвесТиционного соТрудничесТва ведущих сТран снг с Южной азией Ю.д. квашнин ТЕКУЩЕЕ СОСТОЯНИЕ И ВОЗМОЖНОСТИ ИНВЕСТИЦИОННОГО СОТРУДНИЧЕСТВА Юрий Квашнин ВЕДУЩИХ СТРАН СНГ С ЮЖНОЙ АЗИЕЙ Юрий Дмитриевич Квашнин — кандидат исторических наук, заведующий сектором исследований Европейского союза Центра европейских исследований ИМЭМО РАН. В 2005 году с отличием окончил МГУ им. М. В. Ломоносова, в 2009м защитил кандидатскую диссертацию. Автор индивидуальной монографии и...»

«Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации» СИБИРСКИЙ ИНСТИТУТ УПРАВЛЕНИЯ ОБЩЕСТВО И ЭТНОПОЛИТИКА Материалы Седьмой Международной научно-практической Интернет-конференции 1 мая — 1 июня 2014 г. Под научной редакцией доктора политических наук Л. В. Савинова НОВОСИБИРСК 2015 ББК 66.3(0),5я431 О-285 Издается в соответствии с планом...»

«Сборник статей Развитие сферы туризма: повышение эффективности использования потенциала территорий Текст предоставлен издательством Развитие сферы туризма: повышение эффективности использования потенциала территорий: ИСЭРТ РАН; Вологда; 2012 ISBN 978-5-93299-217-3 Аннотация В книге публикуются материалы научно-практической конференции «Развитие сферы туризма: повышение эффективности использования потенциала территорий», состоявшейся 12 октября 2012 г. в г. Вологде. Конференция посвящена...»

«ЦЕНТР ГУМАНИТАРНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ «СОЦИУМ»МЕЖДУНАРОДНАЯ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ «XX МЕЖДУНАРОДНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ ПОСВЯЩЕННАЯ ПРОБЛЕМАМ ОБЩЕСТВЕННЫХ И ГУМАНИТАРНЫХ НАУК» (31.05.2014 Г.) г. Москва – 201 © Центр гуманитарных исследований «Социум» УДК 3 ББК ISSN: 0869-12 XX международная конференция посвященная проблемам общественных и гуманитарных наук: Международная научно-практическая конференция, г.Москва, 31.05.2014г. М.: Центр гуманитарных исследований «Социум».-. 138 стр. Тираж – 300 шт....»

«Научно-издательский центр «Социосфера» Пензенский государственный университет Мордовский государственный университет им. Н. П. Огарёва Новый болгарский университет РАЗВИТИЕ ТВОРЧЕСКОГО ПОТЕНЦИАЛА ЛИЧНОСТИ И ОБЩЕСТВА Материалы международной научно-практической конференции 17–18 января 2013 года Прага Развитие творческого потенциала личности и общества: материалы международной научно-практической конференции 17–18 января 2013 года. – Прага: Vdecko vydavatelsk centrum «Sociosfra-CZ», 2013 – 150 с....»

«Национальный заповедник «Херсонес Таврический» III Международный Нумизматический Симпозиум «ПриPONTийский меняла: деньги местного рынка» Севастополь, Национальный заповедник «Херсонес Таврический» 29 августа 2 сентября 2014 г. ТЕЗИСЫ ДОКЛАДОВ И СООБЩЕНИЙ Севастополь «ПриPONTийский меняла: деньги местного рынка» // Тезисы докладов и сообщений III Международного Нумизматического Симпозиума (Севастополь 29.08. – 2.09. 2014) Издаются по решению Ученого Совета заповедника «Херсонес Таврический»...»

«БЕЛОРУССКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ И. В. ПАСЮКЕВИЧ ХУДОЖЕСТВЕННОЕ СВОЕОБРАЗИЕ ИСТОРИЧЕСКИХ РОМАНОВ ТОМАСА КЕНИЛЛИ Минск БГУ УДК 821 Утверждено на заседании кафедры английского языка и речевой коммуникации Института журналистики БГУ Рецензенты: кандидат филологических наук О. А. Судленкова; кандидат филологических наук В. Г. Минина Пасюкевич, И. В. Художественное своеобразие исторических романов Томаса Кенилли [Электронный ресурс] / И. В. Пасюкевич. – Минск : БГУ, 2013. ISBN...»

«Общество востоковедов России Казанское отделение Российского исторического общества Институт Татарской энциклопедии и регионоведения Академии наук Республики Татарстан Казанский (Приволжский) федеральный университет Институт международных отношений, истории и востоковедения Казанский государственный университет культуры и искусств Восточный факультет Санкт-Петербургского государственного университета Всероссийский Азербайджанский конгресс Всемирный Азербайджанский форум Национальный архив...»

«АГЕНТСТВО ПЕРСПЕКТИВНЫХ НАУЧНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ (АПНИ) ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И ПРИКЛАДНЫЕ АСПЕКТЫ СОВРЕМЕННОЙ НАУКИ Сборник научных трудов по материалам V Международной научно-практической конференции г. Белгород, 30 ноября 2014 г. В шести частях Часть IV Белгород УДК 00 ББК 7 Т 33 Теоретические и прикладные аспекты современной науки : Т 33 сборник научных трудов по материалам V Международной научнопрактической конференции 30 ноября 2014 г.: в 6 ч. / Под общ. ред. М.Г. Петровой. – Белгород : ИП Петрова...»

«Наука в современном информационном обществе Science in the modern information society VII Vol. spc Academic CreateSpace 4900 LaCross Road, North Charleston, SC, USA 2940 Материалы VII международной научно-практической конференции Наука в современном информационном обществе 9-10 ноября 2015 г. North Charleston, USA Том УДК 4+37+51+53+54+55+57+91+61+159.9+316+62+101+330 ББК ISBN: 978-1519466693 В сборнике опубликованы материалы докладов VII международной научно-практической конференции Наука в...»

«Министерство обороны Российской Федерации Российская академия ракетных и артиллерийских наук Военно исторический музей артиллерии, инженерных войск и войск связи Война и оружие Новые исследования и материалы Труды Третьей международной научно практической конференции 16–18 мая 2012 года Часть III Санкт Петербург ВИМАИВиВС Печатается по решению Ученого совета ВИМАИВиВС Научный редактор – С.В. Ефимов Организационный комитет конференции «Война и оружие. Новые исследования и материалы»: В.М....»

«КАЗАНСКИЙ (ПРИВОЛЖСКИЙ) ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Высшая школа государственного и муниципального управления КФУ Институт управления и территориального развития КФУ Институт истории КФУ Высшая школа информационных технологий и информационных систем КФУ Филиал КФУ в г. Набережные Челны Филиал КФУ в г. Елабуга СБОРНИК МАТЕРИАЛОВ Международной научно-практической конференции ЭФФЕКТИВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ УСТОЙЧИВЫМ РАЗВИТИЕМ ТЕРРИТОРИИ ТОМ I Казань 4 июня 2013 г. KAZAN (VOLGA REGION) FEDERAL UNIVERSITY...»

«РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ГУМАНИТАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Историко-архивный институт Кафедра источниковедения и вспомогательных исторических дисциплин К 70-летию со дня рождения Виктора Александровича Муравьёва ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ: ПРОСТРАНСТВО ЧЕЛОВЕКА VS ЧЕЛОВЕК В ПРОСТРАНСТВЕ Материалы XXIII международной научной конференции Москва, 27—29 января 2011 г. Москва 2011 УДК 930 ББК 63.2 И 90 Редакционная коллегия: Д.А. Добровольский, Р.Б. Казаков, С.И. Маловичко, Е.В. Пчелов, Д.Н. Рамазанова, М.Ф....»

«ISSN 2412-9720 НОВАЯ НАУКА: ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ И ПРАКТИЧЕСКИЙ ВЗГЛЯД Международное научное периодическое издание по итогам Международной научно-практической конференции 14 января 2016 г. Часть СТЕРЛИТАМАК, РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ РИЦ АМИ УДК 00(082) ББК 65.26 Н 72 Редакционная коллегия: Юсупов Р.Г., доктор исторических наук; Шайбаков Р.Н., доктор экономических наук; Пилипчук И.Н., кандидат педагогических наук (отв. редактор). Н 72 НОВАЯ НАУКА: ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ И ПРАКТИЧЕСКИЙ ВЗГЛЯД: Международное...»

«Рекламно-информационный бюллетень (РИБ) Февраль март 2015 История создания Центра научной мысли Центр научной мысли создан 1 марта 2010 года по инициативе ряда ученых г. Таганрога. Основная деятельность Центра сегодня направлена на проведение Международных научно-практических конференций по различным отраслям науки, издание монографий, учебных пособий, проведение конкурсов и олимпиад. Все принимаемые материалы проходят предварительную экспертизу, сотрудниками Центра производится...»







 
2016 www.konf.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, диссертации, конференции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.