WWW.KONF.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Авторефераты, диссертации, конференции
 


Pages:     | 1 |   ...   | 18 | 19 || 21 | 22 |

«ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ: ПРОСТРАНСТВО ЧЕЛОВЕКА VS ЧЕЛОВЕК В ПРОСТРАНСТВЕ Материалы XXIII международной научной конференции Москва, 27—29 января 2011 г. Москва 2011 УДК 930 ББК 63.2 И 90 ...»

-- [ Страница 20 ] --

Научно-исследовательская работа осложнялась запретом на посещение Москвы, отсутствием необходимых материалов в Уфе. Когда А.И. Яковлев сумел выхлопотать М.К. Любавскому работу в Большой советской энциклопедии, тот вынужден был отказаться, поскольку запрет посещать Москву не позволял находить необходимые сведения для написания статей. Запрет сотрудники ОГПУ объясняли тем, что М.К. Любавскому не надо ездить в Москву и Ленинград, так как он «все знает наизусть» (АРАН. Ф. 665. Оп. 1. Ед. хр. 398. Л. 6). Его трудами пытались воспользоваться представители местной «красной профессуры».

Как утверждал М.К. Любавский, некто Кармик (имя неизвестно) пытался получить доступ к рукописям его исследований, чтобы использовать их в своих интересах.

Академик не оставлял попыток добиться реабилитации. Большую помощь в этом ему оказывал А.И. Яковлев, сам проходивший по «Академическому делу» и вернувшийся из ссылки из Минусинска в 1933 г.

Через него М.К. Любавский передавал прошения о реабилитации. Он пробовал добиться пересмотра своего дела через организацию «Помощь политическим заключенным», неоднократно обращался за помощью к Н.М. Лукину, но все безуспешно. Сохранилось (и было опубликовано) его письмо прокурору СССР И.А. Акулову (Дегтярев А.

Неотправленное письмо // Советская культура. 1991. 1 сент.). Видимо, советские власти считали, что он уже в силу возраста не способен «перевоспитаться» и принять предложенные правила игры в отличие от более молодых осужденных. Пытался он получить и академическую пенсию, но вскоре выяснилось, что хлопотать о пенсии нельзя без снятия обвинения.

Заключительные письма описывают последние дни ученого, наполненные борьбой с невзгодами и болезнями. Рядом с ним всегда были его близкие родственники. Именно его родственница, Ольга Столярова, жившая с М.К. Любавским, сообщила А.И. Яковлеву о кончине ученого. В ее письме (Там же. Ед. хр. 475) подробно рассказывается о последних часах историка. После его смерти А.И. Яковлев был хранителем архива академика, который был в 1955 г. передан в Отдел рукописей ГБЛ (ныне — НИОР РГБ).

Итак, письма академика М.К. Любавского А.И. Яковлеву позволяют не только выявить ранее неизвестные факты его деятельности в Уфе, но и отражают его душевное состояние: надежды и разочарования, которыми историк поделился в частной переписке со своим учеником. Эти материалы до сих пор не были востребованы исследователями. В добротной диссертации В.Н. Фешкина, посвященной жизни М.К. Любавского в Уфе (Фешкин В.Н. Жизнь и научная деятельность М.К. Любавского в г. Уфе, 1931-1936 гг.: Автореф. дис. … канд. ист. наук.

Уфа, 2009), они не использованы.

Н.А. Уткина (Нижний Новгород)

КОМПЛЕКСНАЯ АНТРОПОЛОГИЧЕСКАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ

НИЖЕГОРОДСКОГО НАУЧНОГО ОБЩЕСТВА

ПО ИЗУЧЕНИЮ МЕСТНОГО КРАЯ В 1925–1926 ГГ.

Нижегородское научное общество по изучению местного края было образовано в 1925 г. Целью общества было содействие хозяйственному и культурному развитию Нижегородского края путем изучения его природы, экономики, социального строя и культуры. Председателем общества стал нижегородский историк С.И. Архангельский (Год работы Нижегородского научного общества по изучению местного края. 1925. Н. Новгород, 1926. С. 3–5, 7).

Общество состояло из четырех секций: 1. Секция по изучению производительных сил (природа и сельское хозяйство); 2. Историческая (история труда, быта, революционного движения); 3. Промышленно-экономическая (торговля и промышленность); 4. Школьнокраеведческая. (Центральный архив Нижегородской области (далее ЦАНО). Ф. 993. Оп. 1. Д. 13. Л. 1).

Одним из направлений работы общества в 1925-1927 гг. стали научные экспедиции, проводимые с целью изучения природы, истории, населения Нижегородской губернии. Велось изучение растительного покрова (геоботаническая экспедиция), полезных ископаемых (геологическая), водоемов (гидробиологическая), насекомых-вредителей (энтомологическая), палеоэтнологии и этнографии.

Комплексная антропологическая экспедиция общества начала свою работу летом 1925 г. совместно с Центральным бюро краеведения и Антропологическим институтом при Первом Московском университете. В первый год работы она называлась Ветлужской экспедицией (место проведения – район реки Ветлуги), продолжением ее в 1926 г.

стала экспедиция по Центрально-промышленной области (Тешинский отряд) от названия места экспедиции – район рек Теша и Сережа между городами Лукояновым и Муромом (ЦАНО. Ф. 993. Оп. 1. Д. 14. Л. 32).





В работах экспедиции планировалось участие учителей, студентов Нижегородского университета, сотрудников Нижегородского историко-бытового музея. (ЦАНО. Ф. 993. Оп. 1. Д. 14. Л. 51).

Начальником экспедиции был назначен московский археолог, преподаватель кафедры антропологии Московского университета, сотрудник Научно-исследовательского института антропологии Борис Сергеевич Жуков.

Б.С. Жуков проводил обследование памятников первобытной культуры (древние поселения, погребальные памятники). Районами его исследований были Нижегородское Поволжье и Подмосковье, Верхняя Волга, бассейн Оки, Центрально-Черноземная промышленная область. (Формозов А.А. О Борисе Сергеевиче Жукове (Материалы к биографии) // Статьи разных лет. Курск, 2008. С. 76) Привлечение опытных столичных археологов в экспедиции местных музеев и краеведческих обществ в конце 1920-х гг. (благодаря наличию денежных средств), давало возможность проводить серьезные научные исследования. (Формозов А.А. Указ. соч. С. 75). Б.С. Жуков занимался не только археологическим изучением Нижегородского края, но и вел комплексные антропологические, палеоэтнологические и этнографические исследования многонационального по своему этническому составу региона.

В состав антропологической экспедиции 1926 г. входили антропометрическая, этнографическая и палеоэтнологическая части.

Экспедиция работала в Городецком, Нижегородском, Лукояновском и Сергачском уездах, ее задачей было антропологическое обследование крестьянского населения великороссов и нацменьшинств: их племенной состав, физический тип, быт и хозяйство, промысла, костюм, верования.

Результаты работы экспедиции были доложены Б.С. Жуковым на третьей губернской конференции по изучению производительных сил Нижегородской губернии, проходившей 26 февраля – 1 марта 1927 г. в Нижнем Новгороде (Жуков Б.С. «Задачи изучения нацменов Нижегородской губернии» // Третья губернская конференция по изучению производительных сил Нижегородской губернии. Тезисы докладов.

Нижний Новгород, 1927. С. 47, 48).

Культурно-племенной облик «нацменов» Нижегородского края (группа заволжских мари, группы мордвы-терюхан Нижегородского уезда, мордвы-эрзи южных уездов, мордвы-мокши и татар) и их численность по сравнению с цифровыми данными за полвека, показали значительные количественные и культурно-бытовые изменения одних групп, исчезающих в качестве самобытных племенных единиц, и культурно-племенную стойкость других.

Исчезновение некоторых племенных единиц было обусловлено двоякими причинами: с одной стороны, происходил процесс обрусения (самобытно-культурного вымирания) при общем поднятии культурного и хозяйственного уровня и включении в группу русского населения. С другой стороны, наблюдался процесс физического вымирания некоторых групп, связанный с культурно-хозяйственным упадком по ряду местных причин.

Были выявлены стадии процесса обрусения: группы русского населения с иноплеменными чертами в физическом типе; группы «нацменов», утративших свой язык и почти утративших национально-культурный облик; группы, сохранившие язык, но утратившие национальную культуру (костюм и пр.); группы, сохранившие язык и культуру.

По отношению к процессу вымирания был зафиксирован ряд неблагоприятно действующих факторов санитарно-гигиенического, культурно-бытового и хозяйственно-экономического порядка.

Рекомендовалось проведение дальнейшего исследования нацменьшинств комплексным методом, в сочетании с данными санитарно-гигиенического, демографического, антропометрического, этнографического, лингвистического и хозяйственно-экономического обследований. Такое изучение, отмечал Б.С. Жуков, актуально для этнических групп, переживающих хозяйственное и физическое вымирание, для более стойких этнических групп и для групп с реликтовой культурой.

Д.З. Фельдман (Москва)

К ИСТОРИИ МЕСТЕЧКА ШКЛОВ — ОДНОГО ИЗ ЦЕНТРОВ

ЕВРЕЙСКОЙ ЖИЗНИ В РОССИИ КОНЦА XVIII В.

В истории евреев Российской империи последней четверти XVIII в. особое место занимают сюжеты, связанные с местечком Шклов Могилевской губ., поскольку именно здесь начался процесс модернизации и европеизации восточноевропейского еврейства. В данной работе мы остановимся на причинах этого явления (именуемого в научной литературе Гаскала (Просвещение) — еврейское идейное, культурное и общественное движение, возникшее во второй половине XVIII в. в Германии) (Цинберг С.Л. Шклов и его «просветители» конца XVIII века // Еврейская старина. Л., 1928. Т. XII. С. 17-44; Фельдман Д. Из истории шкловских евреев: По материалам РГАДА // Вестник Еврейского университета в Москве. 1994. № 3(7). С. 28–38; Fishman D.E. Russia’s First Modern Jews: The Jews of Shklov. N.Y., 1995).

Впервые упоминаемый в летописях в XVI в. Шклов до присоединения Восточной Белоруссии к России в 1772 г. входил в состав Речи Посполитой и имел статус города. В 1778 г. эта земля с 25 тыс. крестьян передана Екатериной II своему фавориту-сербу генерал-майору С.Г.

Зоричу. Шкловское имение представляло собой обширную территорию с приписанными к нему 4 селами, 3 сельцами, 4 фольварками и 29 деревенями. Да и сам Шклов состоял из двух частей — местечко Старый и Новый Шклов (или местечко Новый Шклов с селом Старый Шклов), построенным по специально проектированному плану «прямыми проспектами».

Расположенное по обе стороны Днепра и дороги из Могилева в Оршу, в 22 верстах от уездного центра, местечко отличалось чрезвычайно высоким уровнем развития промышленности и торговли, которая в значительной степени осуществлялась евреями. Благодаря деятельности местного купечества, Шклов стал одним из крупнейших центров пограничной торговли. По статистике, в начале XIX в. из всех 575 дворов местечка с двумя предместьями (1153 муж. и 1228 жен.) евреям принадлежало 274 (844 муж. и 1040 жен.). В центре Нового Шклова находился Гостиный двор со 120 торговыми лавками, «в которых торгуют живущие во оном местечке евреи разными товарами»: сукном и шелком с местных фабрик, фруктами, галантерейными, пушными и другими изделиями. В Шклове проживало более 20 еврейских купцов трех гильдий, которые были записаны с семьями в оклад по Полоцку, Могилеву, Витебску, Мстиславлю, Копыси, Бабиновичам и Кременчугу (РГАДА. Ф. 1355. Экономические примечания к планам Генерального межевания. Оп. 1. Д. 719. Л. 155об.-156, 159-159об.). Купцы лично или через своих комиссионеров вели торговлю в Москве, Петербурге, Риге, а также за границей. Надо сказать, что контакты местных еврейских торговцев с русскими имели место задолго до включения Белоруссии в состав России; не всегда они были гладкими и простыми, однако эта коммерция все же развивалась в традиционных рамках (Анищенко Е.К.

Черта оседлости: Белорусская синагога в царствование Екатерины II.

Минск, 1998. С. 21-25). Среди шкловских мещан и ремесленников были бахромщики, серебряники, портные, сапожники, часовщики, жестянщики, стекольщики, цирюльники, музыканты, переплетчики, столяры, пивовары, мясники и др. Некоторые евреи выполняли личные поручения Зорича. Таким образом, выдвижению Шклова в качестве одного из центров еврейской жизни России конца XVIII в. способствовали в первую очередь экономические предпосылки.

Помимо купеческих лавок, в Шклове в начале XIX в. находился ряд заведений иудейской общины: «Еврейских молбищ или школ — одна каменная в два этажа, да четыре деревянных об одном этаже, из коих при первой имеется еще и еврейская богаделня, в коей убогих евреев содержится… мужеска пола пятнатцать душ… Типография, в коей печатаются одне толко еврейския книги, при коей типогравщиков пять человек… Еврейской дом каменной в два этажа, недостроенной один» (РГАДА. Ф. 1355. Оп. 1. Д. 719. Л. 156-156об.) Благодаря своей типографии, созданной по указу Екатерины II в 1790 г., Шклов стал первым центром еврейского книгопечатания в России, что повлияло на возникновение здесь в последней четверти XVIII в. одного из крупных центров российской Гаскалы.

Шкловское общество оказалось более восприимчивым к умеренно-рационалистическим идеям проживавших в местечке просветителей-маскилов (Баруха Шика, Менаше Илиера и др.), выступавших против культурно-религиозной обособленности еврейства, популяризировавших светскую европейскую культуру, призывавших молодежь изучать общие науки, бороться с суевериями и т. д.

Из среды местных предпринимателей в это время выдвигается ряд общественных деятелей, добивавшихся расширения гражданских прав российского еврейства: Иошуа Цейтлин, Нота Ноткин, Абрам Перетц, Лейба Невахович, чему способствовало их близкое знакомство с князем Г.А. Потемкиным, толерантного к иудейской религии и культуре. Шклов утратил свое привилегированное положение после смерти Зорича в 1799 г. и новых разделов Польши. Переселение ряда видных маскилов в Палестину и отход от иудаизма некоторых влиятельных просветителей свели на нет шкловскую Гаскалу, после чего ее центр переместился в Вильно.

Не меньшую роль в формировании общественной жизни Шкловского имения имело и пребывание здесь двора С.Г. Зорича. Ему принадлежали две фабрики (шелковая и суконная) и шесть заводов (конный, кирпичный, канатный, кожевенный, винокуренный и свечной), а также две мукомольные водяные мельницы; на них работали в основном крепостные из окрестных деревень. Зорич поставлял сукно и парусину в Ригу, кожи — в Ригу, Петербург и Киев, пеньку и суда — Черноморскому адмиралтейству, а для армии — хлеб и вино. О культурных традициях Шклова в известной мере свидетельствует тот факт, что в его имении служили «вольными служителями» уроженцы Польши, Германии, Франции, Сербии, Швеции, Италии, а также Курляндии, Лифляндии и Бессарабии. В услужении у Зорича было и несколько крещеных евреев. В местечке находилось благородное училище, которое в 1797 г. указом Павла I было причислено к казенному ведомству с переименованием в кадетский корпус. Гордостью помещика являлся театр. Это культурное пространство, окружавшее местных жителей, и евреев в том числе, не могло не оказывать на них определенного влияния. И сам магнат, и его окружение поддерживали тесные контакты с еврейской общиной Шклова, хотя они и не были свободны от трений, вызванных крутым нравом и жестокостью Зорича (названного в литературе «шкловским деспотом»), доходящих до притеснений евреев в их торговых и ремесленных делах, а также прямых нарушений их юридических прав. Тем не менее, активная экономическая, общественная и культурная деятельность шкловского еврейского общества наложила заметный отпечаток на дальнейшую судьбу еврейской диаспоры России.

С.Н. Филимончик (Петрозаводск) А.И. АНДРЕЕВ

КАК ИССЛЕДОВАТЕЛЬ ЕВРОПЕЙСКОГО СЕВЕРА РОССИИ

Научные труды А.И. Андреева сыграли важную роль в развитии источниковедения, археографии, исторической географии Европейского Севера России. Интерес к этому региону ученый сохранял в течение всей творческой жизни. Одной из первых научных работ А.И. Андреева стала статья «Отступные грамоты. К истории крестьянского землевладения на Севере в XVI в.» (1916). Источниковедческий анализ позволил историку полнее охарактеризовать земельные права черносошных крестьян Севера, введение в их хозяйственный оборот оброчных земель.

В 1920-е гг. одной из приоритетных тем исследований А.И. Андреева стала колонизация Европейского Севера новгородцами и Московским государством в XVI-XVII вв. Эти работы приобрели особую актуальность в условиях, когда государством была поставлена задача освоения лесных, минеральных богатств Карелии, Кольского полуострова, Коми края и других северных регионов страны. Ее решение в 1920-е гг. связывалось с разработкой цивилизованной миграционной политики для слабозаселенных территорий с учетом накопленного прежде опыта. В 1920-е гг. большое содействие изучению истории колонизации оказывали Комитет Севера при Президиуме ВЦИК, Транспортно-колонизационный комбинат Мурманской железной дороги и другие организации.

Работы А.И. Андреева об освоении русскими Европейского Севера были основаны на широком круге впервые вводимых в научный оборот источников. Еще в студенческие годы он был привлечен к работе в Постоянной исторической комиссии Академии наук, где молодому исследователю поручили подготовку к печати грамот Коллегии экономии (1726-1786), ведавшей земельными владениями духовных лиц и учреждений в северных уездах. Под его руководством были разработаны и опубликованы правила издания грамот этой коллегии, подготовлен к печати «Сборник грамот Коллегии экономии» (1922; 1929). В это издание вошли ценные документы о жизни Двинского края, Кольского уезда в XV-XVII вв.

7 апреля 1926 г. на базе Археографической комиссии и Постоянной исторической комиссии была создана Постоянная историкоархеографическая комиссия при АН СССР.

Ученый секретарь комиссии А.И. Андреев наладил планомерную работу по разбору и описанию актов, собранных Археографической комиссией за столетие ее существования. В ведение комиссии были переданы коллекции документов Вологодских, Олонецких и других северных монастырей. Началось издание актов Соловецкого монастыря XV в., были тщательно разобраны и квалифицированно описаны документы Александрова Свирского, Клименецкого, Тихвинского монастырей.

В этой работе активное участие приняли ученики А.И. Андреева А.П. Глаголева, Р.Б. Мюллер, К.Н. Сербина, Н.С. Чаев, Г.Н. Чабров и др. Важным направлением деятельности комиссии являлась подготовка исторических карт, в том числе карты Северного края, карты Карело-Мурманского края.

В 1927 г. при Комиссии по изучению племенного состава населения России и сопредельных стран (КИПС) была образована русскофинская секция. Ее целью являлось антропологическое, этнографическое, лингвистическое, историческое, археологическое изучение финно-угорских народов. В подготовленном КИПС «Финно-угорском сборнике» (1928) А.И. Андреев представил обстоятельный анализ публикаций документов и исследовательских работ на русском языке по изучению финно-угорских народов СССР, в том числе коми, карелов, саамов, ингерманландцев. В статье А.И. Андреева была высоко оценена деятельность финских исследователей А.М. Шёгрена и М.А. Кастрена по изучению истории колонизации северных регионов России.

В конце 1929 — начале 1930-х гг. научная деятельность А.И. Андреева подверглась незаслуженной критике. По «академическому делу»

он был арестован и выслан в Красноярский край. Накопленный регионоведческий опыт использовался ученым при изучении Сибири, которое он интенсивно развернул в 1930-е гг.

При этом не угасал его интерес к Европейскому Северу России.

По возвращении из ссылки в 1935-1941 гг. А.И. Андреев работал старшим научным сотрудником Института народов Севера. Ученый активно включился в работу региональных научных центров Европейского Севера. В столичных городах в это время шли репрессии, и провинция рассматривалась как прикрытие, дававшее заработок и некоторую безопасность. В предвоенные годы ученица А.И. Андреева Р.Б. Мюллер, работавшая в Карельском НИИ культуры, подготовила сборник документов «Карельская деревня в XVII веке». В него вошли документы архива Олонецкой приказной избы, хранящиеся в ЛОИИ, а также документы Государственного архива феодально-крепостнической эпохи. Научным редактором книги стал А.И. Андреев.

Судьба этого сборника оказалась трагической. В блокаду Ленинграда погиб почти весь тираж, однако вскоре после войны документы были вновь опубликованы. В 1946 г. именно А.И. Андрееву был поручен доклад на юбилейной сессии Ученого совета Карельского НИИ культуры об итогах изучения истории Карелии. В 1946 г. за важный вклад в развитие исторической науки Карелии А.И. Андреев был награжден Почетной грамотой Президиума Верховного Совета КарелоФинской СССР.

В статьях А.И. Андреева по историографии Европейского Севера России особое внимание уделялось сбору и изучению в регионе таких исторических источников, как акты монастырей, писцовый учет, делопроизводственные документы воеводской канцелярии, былины, народные песни.

Историк показал роль Археографической комиссии, Общества истории и древностей российских в публикации выявленных на Европейском Севере источников. Автор подчеркивал вклад в изучение истории региона таких известных ученых XIX — начала XX в. как И.Д. Беляев, В.О. Ключевский, М.М. Богословский и др. Характеризуя краеведческую работу местной интеллигенции, А.И. Андреев указывал на сравнительно слабое использование ими в XIX в. документальных источников. Поэтому важнейшими задачами послереволюционной науки он называл широкую публикацию документов и подготовку в регионе кадров профессиональных историков.

–  –  –

средневековой Руси. Пространственная близость, в которой находятся селения, описанные в новгородских писцовых книгах рубежа XV-XVI вв., свидетельствует, что те, кто описывал объекты налогообложения, бывали в соответствующей местности, вероятнее всего – на каждом из этих объектов. Самое древнее из сохранившихся в России писцовых описаний относится к Деревской пятине Новгородской земли (1495-1496 гг.) (Новгородские писцовые книги.

СПб., 1859-1862. Т. I-II; Писцовая книга дворцовых земель Деревской пятины 1495-1496 гг. // Писцовые книги Новгородской земли.

М, 1999. Т. 1. С. 29-81). Ее территория (междуречье Мсты и Ловати) изучена как в историко-географическом, так и в источниковедческом планах. Проведена реконструкция маршрутов движения писцов по территории отдельных погостов-округов, изучен алгоритм их работы. Выполнение задачи стало возможным благодаря созданию усилиями автора (в соавторстве с к.и.н. Н.В. Пиотух) геоинформационной системы, содержащей сведения о расположении 6239 селений (63 % их общего количества) Деревской пятины конца XV в. (Фролов А.А., Пиотух Н.В. Исторический атлас Деревской пятины Новгородской земли (по писцовым книгам письма 1495-1496 гг.). М.-СПб., 2008. Т. 1-3.) и методики реконструкции маршрутов движения писцов на местности (Фролов А.А.

Методы работы писцов в Деревской пятине Новгородской земли во время письма 1495-1496 годов и проблема реконструкции писцовых полевых записей // Исследования по истории средневековой Руси. М.-СПб., 2006. С. 299-318).

Реконструкция маршрутов во всех округах пятины с одинаковой достоверностью невозможна: надежность снижается с сокращением доли локализованных селений. В работе использованы данные о 23 погостах-округах, в которых локализовано 69-100 % всех пунктов, причем подавляющее большинство таких пунктов может быть отнесено только к одному реконструируемому маршруту (в силу заданности направления маршрута ландшафтом, удаленности от других локализованных маршрутов и др. причин).

Проведенная работа уточняет сделанные ранее наблюдения.

Описание пятины состояло в последовательном описании писцовых округов-погостов. В пределах округа намечались маршруты, которые начинались в центре погоста и вели в ту или иную часть округа. В ходе одного маршрута описывались селения различных владельцев. Каждый последующий маршрут соседствовал с предыдущим, т. о. описание последовательно шло «слева направо» или наоборот, «справа налево». При планировании учитывалась конфигурация сети действующих дорог, наличие речных переправ и др.

элементов ландшафта. Последний маршрут планировался таким образом, что выводил к пределам следующего погоста. Еще не добравшись до центра нового погоста, писцы начинали описание его земель по дороге, поэтому первый маршрут в округе может быть ориентирован от окраины к центру.

При изучении протяженности маршрутов исключены те, которые были первыми и последними в округе, то есть те случаи, когда внутри округа пролегала лишь часть маршрута. В остальных случаях (73) длина маршрута колеблется от 8 до 113 км, но протяженность 64 % измеренных маршрутов (с учетом возврата в центр погоста) колеблется от 16 до 45 км, а наиболее многочисленны из них маршруты в 36-40 км (16 %).

Это позволяет считать, что в большинстве случаев один маршрут соответствовал одному дню работы, а расстояния более 45 км (34 %) характеризуют либо маршруты в 2-3 дня, либо объясняются недостатками реконструкции, при которых 2-3 маршрута оказались объединены в один. Площадь округов, для которых проведена реконструкция маршрутов, составляет 30-31 % от всей площади Деревской пятины, в них выделено 127 маршрутов, потребовавших 149 дней работы. Таким образом, число рабочих дней, необходимых для описания всей Деревской пятины, оценивается как 481-497. Это совпадает с датировкой сроков полевой работы на основании анализа текста книги Деревской пятины (максимум 480-490 календарных дней, но может быть и меньше) (Фролов А.А. Некоторые вопросы источниковедения писцовой книги Деревской пятины письма 1495-1496 годов // Древняя Русь: вопросы медиевистики. 2004. № 3 (17). С. 55-69). Однако одна писцовая комиссия уложилась бы в такие сроки, только если бы она не прерывалась ни на период весенней и летней распутицы (несколько недель), ни на праздники. Поэтому более реалистично полагать, что упомянутые в источниках два писца (Прокофий Зиновьевич Скурат и Петр Волк Борисов) лишь контролировали работу двух или более комиссий, которые параллельно выезжали на несколько маршрутов.

Дневной путь писца 36-40 км (иногда до 41-45 км) свидетельствует о мобильности писцовой комиссии. Для того, чтобы соответствовать такому ритму работы, алгоритм оценки хозяйственных показателей каждого селения не должен был содержать трудоемких процедур типа обмера площади полей или сенокосов. Полагаю, что тяглоспособность хозяйства определялась в основном двумя факторами: оценкой писца, сделанной «на глаз», и обежным окладом соответствующей единицы обложения, указанным в книге «старого письма». С другой стороны, мобильность писцовой комиссии невозможна без достаточно удобных для движения дорог, соединявших каждую пару соседствующих селений: при передвижении на лошади шагом по дороге хорошего качества этот путь преодолевается за 6-7,5 часов, при движении рысью – за 3,5-4 часа. Повидимому, рубеж XV-XVI вв. – это время, когда сухопутные дороги, призванные обслуживать в основном нужды местного сельского населения, густой сетью уже покрыли все пространство СевероЗапада Руси. Но эти дороги еще не пришли в плачевное состояние, которое констатируют источники XVII-XIX вв., связанное с более интенсивной эксплуатацией дорог, в т.ч. и посредством активного использования колесного транспорта.

*Исследование выполнено при поддержке РФФИ, региональный грант №10-06-97503-р_центр_а О.И. Хоруженко (Москва)

ПАЛЕОГРАФИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ БЫТОВАНИЯ

ТОПОНИМОВ ПИСЦОВЫХ КНИГ XVI-XVII ВВ.

Данные топонимики находят широкое применение в исторических исследованиях. С.Б. Веселовский использовал ойконимы для реконструкции территории родовых вотчин московского боярства (Веселовский С.Б. Исследования по истории класса служилых землевладельцев. М., 1969), А.В. Григорьев – для построения гипотезы о функционировании древних волоков, соединявших бассейны Оки и Дона (Григорьев А.В. Славянское население водораздела Оки и Дона в конце I – начале II тыс. н.э. Тула, 2005. С. 150). Гидронимика активно используется в работах, посвященных расселению славянских, финно-угорских и балтских племен на территории Днепровского, Окского и Волжского бассейнов (А.И. Попов, Е.М. Поспелов, В.В. Седов, В.Н. Топоров, О.Н. Трубачев, Ю.В. Откупщиков и др.). При недостаточности или отсутствии письменных источников данные топонимики позволяют ставить и решать важные для развития исторической науки проблемы.

Однако следует задаться вопросом о точности исходных данных, используемых в исследованиях подобного рода, очевидно влияющих на корректность выводов. Ошибки чтения рукописных записей, в т.ч. при составлении справочников, плодотворно изучает В.В. Шаповал (см., напр.: Шаповал В.В. Переразложение элементов букв при копировании как причина ошибок в словаре // Вспомогательные исторические дисциплины – источниковедение – методология истории в системе гуманитарного знания: Материалы XX междунар.

науч. конф. М., 2008. С. 679-681), что позволило выявить известное количество «фантомных», никогда не существовавших в реальности слов. Аналогичные выводы приходится сделать и в отношении отдельных топонимов, указанных в справочниках и привлеченных в качестве объекта исследования в работах по этимологии.

Топонимы, как и язык в целом, не статичны – они изменяются, переосмысливаются с учетом появляющихся новых реалий. По всей вероятности, изучение эволюции форм существующих топонимов является необходимым и первым этапом в топонимических исследованиях, предшествующим этимологизации. Примеры этого дают писцовые книги XVI-XVII вв. (приведем только наиболее характерные).

В Малоярославецком р-не Калужской обл. находим д. Ратманово, каковой топоним на первый взгляд следует рассматривать как производное от личного прозвища Ратман; в XV-XVI вв. его носили представители родов Вельяминовых, Квашниных и др. (Веселовский С.Б. Ономастикон. М., 1974. С. 266). Однако связать данный топоним с землевладением представителей этих родов было бы неверно – в писцовой книге XVII в. вместо «Ратманово» читается «Ратмирово». Понятно, что такого рода ошибочное чтение возникло уже в XVIII в. (оно присутствует на планах Генерального межевания), когда слово «ратман» (нем.

Ratmann), как название должности выборных членов городских магистратов, ратушей, стало более узнаваемым и привычным, чем архаичное и вышедшее из употребления личное имя Ратмир.

Ряд вариантов в написании топонимов можно уверено объяснить палеографически – они стали результатом неверного прочтения в ходе писцовых описаний, межеваний и т.д. Сказанное можно отнести к топониму Волковичи (совр. Заокский р-н Тульск. обл.), который в плане Генерального межевания преобразовался в Полковичи. Этот вариант не прижился. Его возникновение объясняется особенностями графики скорописного письма XVIII в., где буквы «в» и «п» различаются в написании незначительно.

Таково же происхождение вариантов Похвиснево/Кохвиснево, Кочишкино/Кутишкино, Тороканово/Караканово, Шишкино/Кишкино и т.д. Из вариантов написания гидронимов следует отметить современную Легойку, правый приток р. Лужи, каковое название образовано за счет единовременной или последовательной замены графически близких «л»/«н», «а»/«о» и «н»/«к» из известной писцовым книгам речки Нечайны (Смолицкая Г.П. Гидронимия бассейна Оки. М., 1976. С. 93 – здесь приведен лишь один вариант «Нечайка»). Отчетливо читаемое в писцовой книге название речки Тюфонки, правого притока р. Полеи, на карте Генерального межевания указано в форме Тюфейка, а в каталоге Г.П. Смолицкой – Тюделка с возможным вариантом чтения Тюдемка (Смолицкая Г.П.

Указ. соч. С. 91).

Довольно редкие названия существующих ныне (и отраженных в тех же формах в писцовых материалах XVII в.) речки Трояновки и д. Трояново, как представляется, происходят путем последовательной замены «с» – «е» (или «є») – «я» («йотированный аз») из широко представленного в окской топонимике Тросновки и Троснова.

Невнимание к изменчивости форм топонимов может привести к досадным неувязкам в исследовательских построениях. Так, Ю.В. Откупщиков предполагает происхождение гидронима Кушелевка, правого притока р. Вашанки (Смолицкая Г.П. Указ. соч. С. 137), от ku-upis (ковш-река), отмечая, что au в процессе заимствования дает ав, ов, оу и у (Откупщиков Ю.В. Древняя гидронимия в бассейне Оки // Балто-славянские исследования. М., 2004. Т. XVI. С. 88).

Однако во время Генерального межевания (1776 г.) необходимого для такой этимологизации куш в составе гидронима не было – речка называлась Кошелевка, а в 1570-х гг. – Кошивка (Писцовые книги XVI века. СПб., 1877. Ч. 1, отд. II. С. 1485; эта публикация, в отличие от неизданных писцовых книг XVI-XVII, была указана Г.П. Смолицкой в числе использованных ею источников). Этот же исследователь производит название речки Лож, притока р. Паж, от lo-upis, «видимо, к литовскому lointi ‘слегка изгибать’» (Откупщиков Ю.В.

Указ. соч. С. 88). Речка Лож (на планах Генерального межевания – Ложь) в своем русле изогнута не менее и не более, чем иные реки в бассейне Протвы, но анализируемый исследователем гидроним достаточно поздний – в писцовых книгах XVII в. речка Лож именуется Уха (в справочнике Г.П. Смолицкой этот вариант не представлен: Смолицкая Г.П. Указ. соч. С. 94). Ошибка, вероятно, произошла при чтении топонима в падежной форме («на реке на Ухе» – «на реке на Лже»).

Изучение эволюции форм топонимов позволило бы исследователям предложить более убедительные варианты их этимологии, чем те, которые порой присутствуют в исследовательской литературе.

К.С. Худин (Москва)

ГЕОГРАФИЯ СНАБЖЕНИЯ АПТЕКАРСКОГО ПРИКАЗА

ЛЕКАРСТВЕННЫМИ РАСТЕНИЯМИ (1629—1673) Развитие медицины в России после Смуты переживает новый подъем. Аптекарский приказ возрождается (или, согласно другим мнениям, только появляется) как, государственное учреждение: со своим делопроизводством, штатом чиновников и с большим количеством подведомственных учреждений.

В Россию, ко двору, приезжают все новые врачи и медицинский персонал. Число их, равно как и число их русских учеников растет. Ранее, в XVI в., врач, приезжая к месту службы, привозил с собой все лекарства, а также необходимые ему приборы. Эта ситуация продолжается и в XVII в. Однако, наряду с теми лекарственными средствами, которые врач привозит с собой, значительная их часть начинает производиться здесь же, в Москве — на аптекарском дворе Аптекарского приказа. Это позволяет снизить стоимость лекарств, а в дальнейшем — распространить продажу лекарственных средств на более широкие слои населения.

Серьезной проблемой становилось снабжение Аптекарского приказа лекарственным сырьем. В тот период имелось три способа получения этого сырья: 1) покупка за границей лекарственного сырья и готовых лекарств; 2) сбор лекарственных растений на территории России; 3) разведение лекарственных растений в Аптекарском саду (огороде).

Первый способ был сопряжен с рядом известных трудностей. Во-первых, закупки лекарств за границей были достаточно дороги. Во-вторых, они носили случайный, слабо прогнозируемый характер.

Покупка лекарств обычно доверялась торговым людям или дипломатам, которые совершали визит в ту или иную страну, по своим, не связанным с медициной делам. Им необходимо было искать там людей, имеющих должную квалификацию — врачей и аптекарей, чтобы получить необходимые лекарства. Кроме того, какихлибо лекарств просто могло не быть в наличии, и тогда — закупщики возвращались с пустыми руками.

Иногда, закупку осуществляли сами врачи, по пути, направляясь на русскую службу. Однако, они не могли знать какие лекарства им понадобятся на новом месте.

И наконец, третьей преградой являлись трудности, связанный с транспортировкой грузов в Россию. Выходов к морю Россия не имела, за исключением порта в Архангельске, который более полугода был скован льдами. Это была основная «водная артерия», связывающая Европу и Московию. Везти же товары сушей было долго, дорого и, к тому же, небезопасно.

Тем не менее «из-за» моря везли различные европейские вина: «романейные» и «мушкательные» – из Франции, «ренские»

из Германских княжеств и прочие, необходимые для «бальзамов»

и «составов» «про Государев обиход». Масла «орехов мушкатных», коричное, анисовое, гвоздичное, «инпериково» (имбирное) и другие также поставлялись для лекарственных нужд (РГАДА.

Ф. 143. Оп. 1. Д. 22).

Сбор лекарственных растений на подконтрольных Москве территориях и их транспортировка был дешевле, однако также небезопасны и значительно долги. Сборщики зачастую не могли найти тех растений, который требовались, или не находили их в нужном количестве. Кроме того, за время транспортировки собранные, но должным образом не подготовленные растения приходили в негодность.

Эти обстоятельства вызывали постоянные нарекания в центре.

География была самой широкой: «траву консолид» везли из Полоцка (РГАДА. Ф. 143. Оп. 2. Д. 742), зверобой – из Томска (Там же. Д. 28, 73а, 168, 219), вишни черные – из Владимира (Там же.

Д. 259), «кроповое семя» – из Мурома (Там же. Оп. 1. Д. 544).

Приказ Большого Дворца собирал с подведомственных ему дворцовых сел Московского уезда распространенные на этой территории растения: цветы шиповника («свороборинный цвет») (Там же. Оп. 2. Д. 34А, 39, 40, 41), кувшинок («кубышек») (Там же.

Оп. 1. Д. 30), можжевеловые ягоды (Там же. Д. 4, 85; Оп. 2. Д. 250) и пр., специально для Аптекарского приказа. Это составляло одну из повинностей населения в пользу государства.

Чтобы не зависеть от поставок растений, Аптекарский приказ старался развивать собственное хозяйство. Специально обученные садовники разводили растения на аптекарском огороде у стен Кремля. Для этого, из приказа часто просили присылать растения в «сыром» виде, «с травою и с землею» «для сажения» на аптекарском огороде (Там же. Д. 794).

Так, например, просили поступить в 1666 году с «травою консолид». В 1660 году в Архангельске было куплено заграничное «финиколное семя», которое было также «посеено на обтекарском огороде» (Там же. Д. 559).

На протяжении всего XVII в. Аптекарский приказ, переименованный впоследствии в Медицинскую Канцелярию, стремился получить новые образцы растений и привить их на русской почве.

С.В. Чепелевский (Москва)

ГЕОГРАФИЯ ВЫМЫШЛЕННОГО ПРОСТРАНСТВА РОМАНА

ДЖ.Р.Р. ТОЛКИНА «ВЛАСТЕЛИН КОЛЕЦ»

Один из ключевых аспектов современных произведений художественной литературы в жанре фэнтези – создание авторами вымышленного мира (имеющего, помимо всего прочего, собственную историю), в котором разворачивается действие художественного произведения. География этого пространства, которое становится основой для развития сюжета, является важным элементом, рассмотрение которого необходимо при источниковедческом изучении подобных литературных произведений. Особое место география фантастического пространства занимает в романе одного из основоположников жанра фэнтези Дж.Р.Р. Толкина «Властелин Колец». При знакомстве с романом у читателя возникает свой образ вымышленного мира Толкина – Средиземья. Вместе с этим сам автор неоднократно высказывал свою позицию относительно того, где именно располагается созданная им реальность. «Средиземье – это не вымышленный мир. Название его – современная форма слова … midden-erd middel-erd, древнего обозначение ойкумены, то есть территории, населенной людьми, или объективного реального мира. Место действия моей истории – Земля, та же самая, на которой мы сейчас живем. Вымышленным элементом является лишь исторический период» (Tolkien J.R.R. The Letters. L., 1995. P. 239).

Данное обстоятельство позволяет рассматривать географию Средиземья в сравнении с географией реального мира.

Особую возможность для этого создают карты Дж.Р.Р. Толкина, которые не только позволяют взглянуть на то, как представлял себе пространство соответствующего мира автор, но и проследить процесс создания произведения. Число опубликованных карт сравнительно невелико: две для романа «Хоббит», три для «Властелина Колец», и еще две для «Сильмариллиона», однако количество отдельных набросков, которые увидели свет лишь в составе двенадцатитомного собрания черновиков Дж.Р.Р. Толкина исчисляется десятками. У этих карт, помимо иллюстративной функции, была и чисто практическая – автор использовал их при непосредственной работе над текстом романов, чтобы создать эффект реальности происходящего, адекватно согласовать время и пространство. Именно это стало причиной того, что сюжет романа «Властелин Колец» неотрывно связан с реалиями Средиземья – любые перемещения героев соотносились с картами, исходя из расстояний, которые способен в день одолеть пеший человек или всадник.

Карты составлены не в подлинно средневековом ключе, что можно было бы предположить, исходя из научных интересов Толкина (он был специалистом по англосаксонскому языку и литературе, хорошо знал манускрипты соответствующего периода). Писатель (и картограф) предпочел более современный стиль. Карты Толкина, с одной стороны, функциональны, с другой – не лишены красоты и гармоничности. Они были важной частью его работы и основное их предназначение – точное воспроизведение описанного в романе мира.

География «Властелина Колец» основана на соответствующих местностях Англии и Западной Европы, хотя строгого соответствия между ними нет. «Если Хоббитания и Ривендейл находятся (как и предполагалось) на той же широте, что и Оксфорд, то Минас-Тирит, расположенный на шестьсот миль южнее, стоит на той же широте, что и Флоренция. Устье реки Андуин и древний город Пеларгир по своему расположению совпадают с древней Троей»

(Ibid. P. 376). В работах отдельных исследователей, исходивших из этого утверждения, все объекты Средиземья последовательно сравниваются с европейскими.

В мире Средиземья преобразованные места, в которых Толкин жил или путешествовал (будь то в Англии или Европе), соединяются с объектами, созданными его воображением. Для ряда географических мест, упоминаемых Толкиным, можно легко выявить прототипы: например, название Шир – слово, встречающееся очень часто в составе топонимов Великобритании; образ Мглистых гор (Misty Mountains), которые пришлось пересечь героям романа, навеян путешествием Толкина в Швейцарию и в особенности вершинами Юнгфрау и Юнгфрауйох (Ibid. P. 392) и т. д.

В романе «Властелин Колец» содержится около 1500 имен собственных, из которых большое количество – топонимы. Именно они играют ключевую роль в восприятии географических реалий Средиземья. Однако история прочтения произведения зарубежной литературы в условиях российской социокультурной среды самым тесным образом связана с историей переводов романа. Это и приводит к тому, что восприятие «Властелина Колец» в русскоязычной культуре отличается от оного в англоязычном обществе. Большое количество переводов романа на русский язык обусловило тот факт, что зачастую названия в известной степени преображаются и становятся характерными именно для русской культуры. Одним из наиболее красноречивых примеров является вариация переводов названия дома главного героя романа Bag End (прототипом данного топонима явилась небольшая ферма тети Толкина Джейн Нив Bag End Farm в Дормстоне, графство Уорсестершир). В переводах на русский язык варианты варьировались в зависимости от позиции переводчика: Бэг-Энд, Торба-на-Круче, Тупик под холмом, Засумки, Бебень-на-Бугре и т. д. Неудивительно, что при прочтении такого «Властелина Колец» у российского читателя создавалось впечатление, что под Хоббитанией понимается едва ли не типичная российская деревня, тогда как на самом деле Толкин неоднократно подчеркивал, что черпал вдохновение из простой жизни в английской сельской местности (Ibid. P. 246).

Писатель говорил также и о том, что в его произведении бессмысленно искать различного рода аллюзии и аллегории (Tolkien J.R.R.

The Lord Of the Rings. L., 2005. P. 7). Однако читатели и критики продолжали и продолжают их поиск. В частности, Мордор (в романе – край, ставший средоточием зла и источником больших бед) воспринимается как иносказательное описание СССР (или позже России), Балкан, мусульманского Востока, нацистской Германии и т. д. Если мы говорим о сугубо географической подоплеке, то авторы обычно исходят из того факта, что Мордор был расположен на востоке.

Изучение географического пространства романа «Властелин Колец» и истории его восприятия в различных социумах позволяет не только глубже понять авторский замысел в целом, но и изучить историю бытования этого знакового произведения XX века.

М.С. Черкасова (Вологда)

ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ МАРКЕРЫ В ИМЕНОВАНИИ

МОНАШЕСТВА ХV—ХVII ВВ.

Одним из распространенных явлений в истории монашества эпохи Московской Руси были переводы и переходы старцев из одной обители в другую. Причины их были самые различные – это и распоряжения церковных властей, и нередко случавшиеся внутри духовных корпораций межличностные конфликты, и возможность повысить свой статус в результате назначения на более высокую должность в иной корпорации. Отмеченное явление отразилось в дошедших до нас источниках – актах, вкладных, приходорасходных книгах. В них содержатся многочисленные сведения об (условно говоря) «географических фамилиях» и катойконимах, отражающие межмонастырские связи (политические, культурные, экономические) и миграции монашества.

В поземельных актах и записях на книгах Троице-Сергиева монастыря уже в ХV в. отмечены монахи с географическими признаками: Афоня Слабневский (из переславского сц.

Слабнева) или:

книгописец Алексей Переславец поп Рылов. Здесь заметным было присутствие выходцев из домовых (приписных) обителей – в ХV в.

Данило Киржацкий, а в ХVI в. Киприан Киржачский (из Киржачского Благовещенского монастыря). Даже «отцерковная фамилия» – Васьян и Макарий Благовещенские – несла на себе географический признак и указывала на происхождение называемых лиц из отмеченной обители. Аналогично – Иев Богоявленский (из Богоявленского подворья Троицы в Московском Кремле); Макарий Свияженин (Троице-Свияжского), Тихон Казанец (Троице-Казанского), Авраамий Стромынец (Стромынского Успенского) и т.д.

Крупнейшая в России духовная корпорация пополнялась и выходцами из неприписных к ней монастырей – Елисей Песношский, Герасим и Леонид Болдинские, Иларион Кириловец, Исайя Печерский, Феогност Боровский; Данило, Евфимий, Моисей, Никита, Калинник, Лаврентий и Спиридон Соловецкие (группа выходцев из Соловков в Троицу была наиболее многочисленной); Никандр и Киприан Симоновские, Мартьян Корнильевский, Мисайло Толгский, Пафнутий Угрешской. Иногда за выходцами из других монастырей удерживалось и еще какое-нибудь определение – Макарий Чудовский Ухо.

Катойконимы типа алаторец, балахонец, бежечанин, вереитин, вологжанин, вятчанин, гороховлянин, калужанин, карачевец, костромитин, москвитин, нижегородец, ржевитин, ростовец, смольнянин, старечанин, суздалец, тверитин, ярославец рисуют широкую географию состава монашеской братии Троицы. С учетом ее внушительной численности (500-600 человек) эти катойконимы имели значение и как важный идентифицирующий человека признак, служили неким индикатором индивида в совокупности себе подобных. Многие монахи являлись выходцами из посадской среды русских городов. Фамилии же старцев, образованные от названий сел (Андрея Желтиковский, Авраамий Бужениновский, Демид, Иона и Макарий Деулинские, Иоаким Зубачевский и т.п.) указывают на пострижеников из крестьян. Несколько иного порядка именования троицких старцев и слуг уже в актах ХV в. по крупным вотчинным селам, куда их посылали с административнохозяйственными поручениями – Прилуцкий (угличское с. Прилуки), Присецкий (бежецкое с. Присеки), Хупанский (переславское с. Хупань), Шухобаловский (суздальское с. Шухобалово). Такие определения не закреплялись за отдельным лицом, а в принципе прилагались к любому монастырскому агенту, кто отправлялся в данное село. Изредка попадаются катойконимы и «фамилии», указывающие на этническую принадлежность называемого лица – Тихон и Трифон Гречанины, Арефий и Иван Корелянины, черемисины («Максимище Черемисинов»).

Аналогичные по сути сведения содержит приходо-расходная книга вологодского Корнильево-Комельского монастыря за 1576гг. Она показывает проживание в нем старцев со следующими «фамилиями»: Васьян и Денисий Каменские, Мисаил Свияжский, Феодосий Рабанский, Лаврентий Прилуцкий, Симон Колязинский, Исаак Ферапонтовский, Гурий Лужецкий; Александр, Кирияк и Феодосий Генадьевские; Ефрем Стромынский; Никон, Илинарх и Нестер Павловские, Афанасей Никентьевский, Трифон и Кирилл Кирилловские, Денисий и Сосипатр Смоленские; Венедикт Сийский, Зиновий Угрешский (ЛЗАК за 4 года. Вып. 5. Отд. 2.

СПб., 1871. С. 27—28).

Названные таким способом лица являлись пострижениками или выходцами из северных, поволжских или центральнорусских монастырей — Спасо-Каменного, Богородице-Свияжского, СпасоРабангского, Спасо-Прилуцкого, Троице-Калязина, Ферапонтова, можайского Лужицкого, костромского Спасо-Геннадьева, Успенского Стромынского, Павлова Обнорского, Иннокентьева Комельского, Кирилло-Белозерского, Николо-Угрешского, Антоньева Сийского и т. д. Определение «Смоленские» могло указывать на приход данных людей из г. Смоленска. В том же источнике, хотя и реже, чем в троицких актах, вкладной 1673 и описной 1641 г. книгах, встречаются катойконимы типа Иона и Алексей Псковитины, Моисей Володимерец – они также указывают на удержание старцами, проживавшими в Корнильево-Комельском монастыре, названий тех городов, откуда они пришли. Сочетание «Киприан Солотчинский Резанец» свидетельствует о том, что данный старец прежде был жителем г. Рязани, а затем постриженником Рязанского Солотчинского монастыря. «Псковитины» — это монахи, пришедшие в КорнильевКомельский из г. Пскова или каких-то псковских монастырей.



Pages:     | 1 |   ...   | 18 | 19 || 21 | 22 |
 


Похожие работы:

«МИНИСТЕРСТВО ЗДРАВООХРАНЕНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ВОЛГОГРАДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ МЕДИЦИНСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ИСТОРИЯ МЕДИЦИНЫ В СОБРАНИЯХ АРХИВОВ, БИБЛИОТЕК И МУЗЕЕВ Материалы II Межрегиональной научно-практической конференции, посвященной 80-летию Волгоградского государственного медицинского университета Волгоград, 15–16 сентября 2015 года Издательство ВолгГМУ Волгоград УДК 61(09) ББК 5+63 И 89 Редакционная коллегия: Главный редактор – академик РАН В. И. Петров; к. и. н. О. С. Киценко, к. ф. н. Р....»

«Назарова Галина Ивановна учитель истории и обществознания Муниципальное бюджетное образовательное учреждение «Шенкурская средняя общеобразовательная школа» г. Шенкурск Архангельской области МЕТОДИЧЕСКАЯ РАЗРАБОТКА УРОКА ИСТОРИИ В 5 КЛАССЕ «НАШЕСТВИЕ ПЕРСИДСКИХ ВОЙСК НА ЭЛЛАДУ» Назарова Галина Ивановна ФИО учителя История Древнего мира Предмет Класс 5 Раздел III. Древняя Греция (урок №7 Тема 2. Полисы Греции и их борьба с персидским нашествием) Номер урока Урок; тип – комбинированный; вид –...»

«Санкт-Петербургский центр по исследованию истории и культуры Скандинавских стран и Финляндии Кафедра истории Нового и Новейшего времени Института истории Санкт-Петербургского государственного университета Русская христианская гуманитарная академия Санкт-Петербург St. Petersburg Scandinavian Center Saint Petersburg State University, Department of History The Russian Christian Academy for the Humanities Proceedings of the 16 th Annual International Conference Saint-Petersburg Р е д а к ц и о н н...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ УРАЛЬСКИЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ ПЕРВОГО ПРЕЗИДЕНТА РОССИИ Б. Н. ЕЛЬЦИНА МИР ИСТОРИИ: НОВЫЕ ГОРИЗОНТЫ. ОТ ИСТОЧНИКА К ИССЛЕДОВАНИЮ Материалы докладов VI Всероссийской (с международным участием) научной конференции студентов, аспирантов и соискателей Екатеринбург, 30 ноября – 1 декабря 2013 г. Екатеринбург Издательство Уральского университета УДК 94(0) ББК T3(O)я43 М 63 Редакционная коллегия: Н. Б. Городецкая, К. Р. Капсалыкова, А. М....»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «ПЕНЗЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ» (ПГУ) Педагогический институт им. В. Г. Белинского Историко-филологический факультет Направление «Иностранные языки» Гуманитарный учебно-методический и научно-издательский центр Пензенского государственного университета II Авдеевские чтения Сборник статей Всероссийской научно-практической конференции, посвящнной...»

«ЭТНОРЕЛИГИОЗНЫЕ УГРОЗЫ В ПОВОЛЖСКОМ РЕГИОНЕ: ПРИЧИНЫ ВОЗНИКНОВЕНИЯ И ВОЗМОЖНЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ Сборник статей Всероссийской научно-практической конференции (17-18 декабря 2013 года, г. Саранск) Саранск УДК ББК 86.2 Э 918 Рецен з енты: Дискин Иосиф Евгеньевич – доктор экономических наук, Председатель комиссии Общественной палаты Российской Федерации по гармонизации межнациональных и межконфессиональных отношений; Богатова Ольга Анатольевна, доктор социологических наук, профессор кафедры социологии...»

«Обязательный экземпляр документов Архангельской области. Новые поступления октябрь декабрь 2013 года ЕСТЕСТВЕННЫЕ НАУКИ ТЕХНИКА СЕЛЬСКОЕ И ЛЕСНОЕ ХОЗЯЙСТВО ЗДРАВООХРАНЕНИЕ. МЕДИЦИНСКИЕ НАУКИ. ФИЗКУЛЬТУРА И СПОРТ ОБЩЕСТВЕННЫЕ НАУКИ. СОЦИОЛОГИЯ. ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ ЭКОНОМИКА ПОЛИТИЧЕСКИЕ НАУКИ. ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ. ГОСУДАРСТВО И ПРАВО. 10 Сборники законодательных актов региональных органов власти и управления КУЛЬТУРА. НАУКА ОБРАЗОВАНИЕ ИСКУССТВО ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЕ....»

«ЦЕНТР НАУЧНОГО ЗНАНИЯ «ЛОГОС» СБОРНИК МАТЕРИАЛОВ I Международной научно-практической конференции МОДЕРНИЗАЦИЯ СОВРЕМЕННОГО ОБЩЕСТВА: ПРОБЛЕМЫ, ПУТИ РАЗВИТИЯ И ПЕРСПЕКТИВЫ часть I СТАВРОПОЛЬ УДК 303.425.2 ББК 65.02 М 74 Редакционная коллегия: Красина И.Б., д-р. тех. наук, профессор, ГОУ ВПО «Кубанский  государственный технологический университет» (г.Краснодар). Титаренко И.Н., д-р филос. наук, доцент, профессор, Технологический ...»

«30-летие с момента открытия для посетителей первых залов ГатчинскоГо дворца, отреставрированных после второй мировой войны Комитет по культуре правительства Санкт-Петербурга Государственный историко-художественный дворцово-парковый музей-заповедник «Гатчина» 30-летие с момента открытия для посетителей первых залов ГатчинскоГо дворца, отреставрированных после второй мировой войны Материалы научной конференции 14 мая Гатчина Оргкомитет конференции: В. Ю. Панкратов Е. В. Минкина С. А. Астаховская...»

«Отделение историко-филологических наук РАН Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова Исторический факультет Российский гуманитарный научный фонд Русь, Россия: Средневековье и Новое время Выпуск Четвертые чтения памяти академика РАН Л.В. Милова Материалы к международной научной конференции Москва, 26 октября – 1 ноября 2015 г. Москва УДК ББК 6.3. Редакционная коллегия В.Л. Янин (председатель), Д.Ю. Арапов, Н.С. Борисов, Л.Н. Вдовина. С.В. Воронкова, А.А. Голубинский, А.А....»

«Национальный заповедник «Херсонес Таврический» Институт религиоведения Ягеллонского университета (Краков) Международный проект «МАТЕРИАЛЬНАЯ И ДУХОВНАЯ КУЛЬТУРА В МИРОВОМ ИСТОРИЧЕСКОМ ПРОЦЕССЕ» ХII Международная Крымская конференция по религиоведению Севастополь, 26-30 мая 2010 г. ПАМЯТЬ В ВЕКАХ: от семейной реликвии к национальной святыне ТЕЗИСЫ ДОКЛАДОВ И СООБЩЕНИЙ Севастополь Память в веках: от семейной реликвии к национальной святыне // Тезисы докладов и сообщений ХII Международной Крымской...»

«Министерство здравоохранения Республики Беларусь 12-я МЕЖДУНАРОДНАЯ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ ПО ИСТОРИИ МЕДИЦИНЫ И ФАРМАЦИИ Сборник материалов Гродно ГрГМУ ~1~ УДК 61 (091) + 615.1 + 614.253.5] : 005.745 (06) ББК 5 г я 431 +52.8 я 431 + 51.1 (2 Бел) п я 431 Д 23 Рекомендовано к изданию Редакционно-издательским советом УО «ГрГМУ» (протокол №11 от 18.06.2012). Редакционная коллегия: Э.А.Вальчук (отв. ред.), В.И.Иванова, Т.Г.Светлович, В.Ф.Сосонкина, Е.М.Тищенко (отв. ред.), В.А. Филонюк....»

«Анализ Владимир Орлов ЕСТЬ ЛИ БУДЩЕЕ У ДНЯО. ЗАМЕТКИ В ПРЕДДВЕРИИ ОБЗОРНОЙ КОНФЕРЕНЦИИ 2015 Г. 27 апреля 2015 г. начнет свою работу очередная Обзорная конференция (ОК) по рассмотрению действия Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), девятая по счету с момента вступления ДНЯО в действие в 1970 г. и четвертая после его бессрочного продления в 1995 г. Мне довелось участвовать и в эпохальной конференции 1995 г., в ходе которой ДНЯО столь элегантно, без голосования и практически...»

«ВСЕРОССИЙСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ «ЮНЫЕ ТЕХНИКИ И ИЗОБРЕТАТЕЛИ» Название работы: «ФОНТАНЫ ГОРОДА СТАВРОПОЛЯ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ. СОЗДАНИЕ ФОНТАНА В ДОМАШНИХ УСЛОВИЯХ» Автор работы: Самитов Даниил Дамирович, ученик 3 «А» класса МБОУ кадетская школа имени генерала Ермолова А.П., г. Ставрополь Руководитель: Серова Ирина Евгеньевна, учитель начальных классов МБОУ кадетской школы имени генерала Ермолова А.П., г. Ставрополь Адрес ОУ: 355040, г. Ставрополь, ул. Васякина, д.127 а, МБОУ кадетская школа...»

«А.В.Карпенко БУДЕТ ЛИ РОССИЯ ИМЕТЬ СОВРЕМЕННЫЕ АВИАНОСЦЫ XXI ВЕКА? 24 марта 2005 года в Военно-морской академии им. Адмирала Флота Советского Союза Н.Г.Кузнецова состоялась научно-практическая конференция «История, перспективы развития и боевого применения авианосных кораблей (авианосцев) ВМФ России». Она была организована общественным объединением «Общественность в защиту флота». Вопрос: будет ли Россия иметь современные авианосцы XXI века? Пока остался без ответа. Военно-морская деятельность...»

«Исторические исследования www.historystudies.msu.ru _ СОБЫТИЯ, ВЫСТАВКИ, ЮБИЛЕИ Захарова А.В. Хроника Международной конференции молодых специалистов «Актуальные проблемы теории и истории искусства» 21-24 ноября 2013 г. на историческом факультете МГУ имени М.В. Ломоносова Аннотация. Международная конференция молодых специалистов «Актуальные проблемы теории и истории искусства» ежегодно проводится совместно искусствоведческими кафедрами исторических факультетов МГУ и СПбГУ по очереди в...»

«Научно-издательский центр «Социосфера» Пензенский государственный университет Мордовский государственный университет им. Н. П. Огарёва Новый болгарский университет РАЗВИТИЕ ТВОРЧЕСКОГО ПОТЕНЦИАЛА ЛИЧНОСТИ И ОБЩЕСТВА Материалы международной научно-практической конференции 17–18 января 2013 года Прага Развитие творческого потенциала личности и общества: материалы международной научно-практической конференции 17–18 января 2013 года. – Прага: Vdecko vydavatelsk centrum «Sociosfra-CZ», 2013 – 150 с....»

«ANTIQUITY: HISTORICAL KNOWLEDGE AND SPECIFIC NATURE OF SOURCES Moscow Institute of Oriental Studies РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ОТДЕЛЕНИЕ ИСТОРИКО-ФИЛОЛОГИЧЕСКИХ НАУК ИНСТИТУТ ВОСТОКОВЕДЕНИЯ ДРЕВНОСТЬ: ИСТОРИЧЕСКОЕ ЗНАНИЕ И СПЕЦИФИКА ИСТОЧНИКА Материалы международной научной конференции, посвященной памяти Эдвина Арвидовича Грантовского и Дмитрия Сергеевича Раевского Выпуск V 12-14 декабря 2011 года Москва ИВ РАН Оргкомитет конференции: В.П. Андросов (председатель), Е.В. Антонова, А.С. Балахванцев...»

«ИННОВАЦИОННЫЙ ЦЕНТР РАЗВИТИЯ ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ INNOVATIVE DEVELOPMENT CENTER OF EDUCATION AND SCIENCE АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ЮРИСПРУДЕНЦИИ Выпуск II Сборник научных трудов по итогам международной научно-практической конференции (12 марта 2015г.) г. Екатеринбург 2015 г. УДК 34(06) ББК 67я Актуальные вопросы юриспруденции / Сборник научных трудов по итогам международной научно-практической конференции. № 2. Екатеринбург, 2015. 60 с. Редакционная коллегия: гранд доктор философии, профессор,...»

«Тбилисский Государственный Университет имени Иванэ Джавахишвили _ ГУРАМ МАРХУЛИЯ АРМЯНО-ГРУЗИНСКИЕ ВЗАИМООТНОШЕНИЯ В 1918-1920 ГОДАХ (С сокращениями) Тбилиси Научные редакторы: Гурам Майсурадзе, доктор исторических наук, профессор Зураб Папаскири, доктор исторических наук, профессор Рецензеты: Николай Джавахишвили, доктор исторических наук, профессор Заза Ментешашвили, доктор исторических наук, профессор Давид Читаиа, доктор исторических наук, профессор Гурам Мархулия, «Армяно-грузинские...»







 
2016 www.konf.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, диссертации, конференции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.