WWW.KONF.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Авторефераты, диссертации, конференции
 

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |

«ВОСТОК И ЗАПАД: ИСТОРИЯ, ОБЩЕСТВО, КУЛЬТУРА Сборник научных материалов II Международной заочной научно-практической конференции 15 ноября 2013 года КРАСНОЯРСК II Международная заочная ...»

-- [ Страница 5 ] --

В поисках художественного образа архитектор обратился к облику Успенского собора Московского Кремля. Величественный 21-главый 70 метровый бесстолпный храм позволял вместить в себя до 6 тысяч человек. Главный купол собора располагался на пересекающихся арках, а купола меньшего размера равномерно распределялись вокруг высокой центральной главы [2, с. 154]. А.Н. Померанцев, на основе средневековых конструктивных методов, разработал уникальный проект бесстолпного храма, а таких огромных масштабов удалось добиться благодаря использованию инновационных железобетонных конструкций.



Таким образом, объединив традиционные примеры архитектуры Армении и современные методики строительства, автор достиг потрясающего воображение масштаба. К сожалению, последовавшие одна за другой революции 1917 года поставили под сомнение факт завершения строительства, а пришедшая на смену Советская власть и вовсе хотела переделать храм то под крематорий, то под Дом радио. В период с 1925 по 1952 г. совершается несколько попыток разрушить храм до основания. В 1960 г. на месте храма выросло здание Дома пионеров Фрунзенского района по проекту архитекторов Ю. Шевердяева и К. Шехояна. Он был построен на фундаменте собора с частичным использованием его стен и кирпича.

На протяжении многих веков архитекторы занимаются исследованием средневековых памятников, учась у зодчих прежних эпох простыми методами выполнять сложные инженерные задачи, а рост и развитие инженерной мысли способствуют переосмысливанию этих методов. В данной статье затронут лишь один аспект обширного и многогранного влияния средневековой архитектуры на проектную деятельность академика архитектуры А.Н. Померанцева, влияния, до сих пор неизученного до конца и представляющего несомненный интерес для исследователей архитектуры.

Литература

1. Волошинова, Л.Ф. Творения московских и петербургских зодчих в Ростове-на-Дону. –Ростовна-Дону: Новая книга. 2002. – 78 с.

2. Барановский, Г.В. Архитектурная энциклопедия второй половины XIX века: Т. 1. Архитектура исповеданий. – СПб.: Редакция журнала «Строитель», 1902. – XX + 500 с.

3. Кишкинова, Е.М. Русская храмовая архитектура середины XIX – начала XX вв. и армянское средневековое зодчество // Историко-филологический журнал Национальной академии наук Республики Армения, Ереван, № 2 (163), 2003 г. – С. 97-101.

4. Лисовский, В.Г. Леонтий Бенуа. – СПб.: Белое и чёрное, 2003. – 350 с.

5. Мнацаканян, С.Х. Архитектура армянских притворов, Ереван, 1952. – 142 с.

6. Строитель, 1900, № 15-16.

II Международная заочная научно-практическая конференция____________________________________

__________________________________________________ВОСТОК и ЗАПАД: история, общество, культура

КУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКИЕ СМЫСЛЫ

В ДИАЛОГЕ «ВОСТОК-ЗАПАД»

II Международная заочная научно-практическая конференция____________________________________

ДИХОТОМИЯ «ВОСТОК-ЗАПАД»

КАК ЛАБИРИНТ ЕВРОПЕЙСКОЙ ИСТОРИИ И

ИДЕНТИЧНОСТИ

–  –  –

В давние времена, когда многие с искренним увлечением брали в руки книги, существовало такое явление как зачитанность листов: отдельные буквы, слова, целые предложения, а главное – скрытые ими смыслы, исчезали благодаря повышенной заинтересованности. Подобная же судьба преследует и отдельные восхитительные по своей глубине идеи, которые неумелые, по-детски наивные апологеты или критики превращали в затёртые – со следами жирных пятен – выцветшие страницы старых надорванных томов. К таким культурным темам, что вначале определяют не просто салонные разговоры высоколобых интеллектуалов, а задают ритм биения сердца и движение маршевых колонн истории, и впоследствии проматываются как состояние безумными наследниками, относится и завораживающая, пленительная в своей истинности и невозможная в реальности идея Востока и Запада.

Когда наше сознание обращается к этой своеобразной фуге мировой истории, то образы сменяются образами и создают пленительную ошибку бесчисленно расходящихся тропок загадочного сада, они рассыпаются искрами прозрений и вновь собираются суммами переосмыслений, увлекая соблазном детской грёзы из сказок о царстве антиподов или империи пресвитера Иоанна. Даже, если хитро заплетённые неведомой волей гордиевы узлы смыслов выравниваются в прямую путеводную нить Ариадны и обещают выход из мелькания навязчивой повторяемости, то и тогда надежды гибнут, а одна-единственная прямая линия необходимо оказывается тем самым «греческим» лабиринтом, где «заблудилось столько философов», что уже некуда ступать от их сандалий и плащей.





Зеркальная бесконечность трактовок завораживает и обрекает на муравьиное перемещение по ленте Мебиуса от пышных барочных грёз о турецком/китайском совершенстве государственного колосса, через романтическое видение освободительной миссии Маугли в забывших закон джунглях, до очередного тупика деконструкции химеры ориентализма детьми интеллектуальной интифады. Развернувшееся благодаря усилиям этих арабских мальчиков с европейскими дипломами методичное разрушение многочисленных пристроек в колониальном стиле в сочетании с агрессивной эмансипацией от мифов и цепей лабиринта привело к показательному отказу потомков самих строителей от величественного проекта своих отцов. Стратегии организованного раскаяния и забвения привели к невозможности упоминания аллей и зеркал ветшающего строения в приличном обществе, в виде исключения допускаются только критические отзывы о генеральном плане постройке, также поощряется разграбление некоторых признанных устаревшими и вульгарными залов в восточном/западном духе. При этом прогуливаться ходами и закоулками оставленного постепенно разрушаться здания отваживаются только приезжие туристы, увлечённые антикварными историями. Именно последние узнавали о лабиринте преимущественно со слов путешественников былых времен и решительно отправлялись по их следам, словно паломники в земли «осколки святых чудес».

Метафора лабиринта – не простая словесная игра напыщенными риторическими фигурами в духе латиноамериканской избыточности Борхеса или дань постмодернистской поэтики, столь увлечённой сверхинтеллектуальными блужданиями возможными мирами, а необходимый шаг по пути приближения к теме дуалии Востока-Запада. Дело в том, что согласно парадигмальному правилу лабиринта, по-настоящему кносскому счёту, центр самой постройки как дома Минотавра является главной загадкой и целью проникновения в его 62 __________________________________________________ВОСТОК и ЗАПАД: история, общество, культура стены. Традиционная ошибочность семантической напряжённости концепта лабиринта связана с неуместным акцентом на образе заблудшего отчаяния и сложного движения от одного тупика к другому. В определённом смысле осторожное перемещение запутанным пространством выступает случайным моментом, эпифеноменом сущностного содержания, той философской формы, которая заключается в победе над чудовищем через преодоление центра. Именно нахождение этой золотой середины оказывается категорическим императивом загадки Дедала.

Миф срединности всегда играл особую роль в структуре уравнения «Восток-Запад», а претензии на примирение/уравновешение двух противоположных начал в собственной культурной традиции вместе с пафосом спасения священного митгарда от нашествия варварских орд обусловливали исторические судьбы и творили события. Жизнеутверждающее самосознание лимеса вдохновляло на бытие не только разнородный массив восточноевропейских национальных идентичностей (в частности венгерской, польской, украинской), но и соблазняло суровым величием Германию, мечтавшую о тевтонской ускоренности перед хищническим наступлением англо-галльского Запада. Оставив в стороне хорошо знакомое российское переживание цивилизационной метакосмии, упомянем довольно курьёзные, на первый взгляд, варианты понимания пограничья между Западом и Востоком: французское и турецкое. Если первая интерпретация покоится на латинском наследии, увиденном в качестве оппозиции дикому Западу по ту сторону Ламанша и агрессии Тевтобургского леса, то вторая противопоставляет себя крайностям европейской рассудочности и меонизма дальнего Востока. При этом приведённые примеры – не поверхностные журналистские штампы со страниц свежей прессы, а фундаментальные культурообразующие мифы, что создают знаковые ойкумены. Подвижность границы, множественность центров и постоянная воля к растождествлению очевидностей лабиринта прямой линии превращает тему середины в главный вызов истории и самосознания европейского сада расходящихся троп.

–  –  –

Начало ХХI века ярко обозначило некоторые дискуссионные проблемы национальной идентичности, которые представлены в публикациях ряда международных и российских научных и научно-практических симпозиумов, конференций, теоретических семинаров, круглых столов и т.д.

Рассматриваемые на них проблемы имеют принципиальное значение, так как современность и мировоззрение человека в контексте мирового политического и информационного поля Востока и Запада диктуют необходимость определения своей принадлежности не только религиозной, культурной, исторической, но и в первую очередь национальной. Мы далеки от каких-либо лозунгов националистического толка, поскольку Юг России – Кубань

– воспитал в нас толерантное, дружеское отношение ко всем народам (а их сегодня более 80ти), проживающим на территории Краснодарского края, Адыгеи, Ставрополья и Дона.

Тем не менее агрессивная культурная политика Запада, в первую очередь американская, доминирует, к сожалению, сегодня практически во всех аспектах нашей жизни: культурной, образовательной, досуговой, информационной.

Современную отечественную кинематографию мы попытаемся рассмотреть прежде всего с точки зрения культурно-информационного текста, который говорит или не говорит о нашей национальной идентичности.

II Международная заочная научно-практическая конференция____________________________________

Обращаясь к анализу визуальных текстовых материалов (фильмов) ведущих отечественных киномастеров последних пяти лет, мы концентрировали внимание на общих и частных положениях, которые более всего отражают наше понимание состояния российской принадлежности. В частности, современный кинематографический язык стал менее выразительным и глубоким с точки зрения философии, культуры, интеллекта. Унифицированный киногерой, имеющий черты Джеймса Бонда, прочитывается в российских «Ментах», «Карпове», «Бандитском Петербурге» и др. Героиня любого отечественного фильма обязательно должна быть только красивой и только молодой. Киностарух образа Фаины Раневской и Рины Зелёной уже нет на российских экранах. Можно возразить – есть другие… Какие? На ум не приходит ни одной фамилии. Однако на сайтах Интернета пестрят фамилии «актрис»: Елены Берковой, Анны Семенович, Леры Кудрявцевой, Кристины Асмус и т.п.

Возвращаясь к важнейшему аспекту любой идентичности, в том числе кинематографической – о языке – хотелось бы обратиться к Ю.М. Лотману, который говорил: «Я думаю, что язык кино действительно существует, но его специфика заключается в том, что он, как и очень многие другие языки, является системой перекодировки многих других языков. Это обусловлено тем, что он воздействует и визуально, и акустически» [1, с. 146].

Наш современник М.Б. Ямпольский так высказал своё мнение: «…кино – это постоянное создание языка» [2, с. 143]. С данным тезисом трудно не согласиться, поскольку это действительно так. Каждый мастер кино, создавая фильм, говорит на своём языке, и главная тайна для зрителя состоит в том, чтобы распознать этот язык и суметь понять всё то, что было заложено автором. Каждое кинематографическое поколение также говорит с нами на своём киноязыке, главная проблема которого – донести до понимания иных поколений свои мысли и идеи.

Литература

1. Лотман, Ю.М. Язык кино и проблемы киносемиотики // Киноведческие записки. – 1988. – № 2. – С. 140-151.

2. Ямпольский, М.Б. Язык кино. Материалы теоретического семинара // Киноведческие записки. – 1988. – № 2. – С. 141-144.

ОТРАЖЕНИЕ ПОВСЕДНЕВНОЙ ЗАПАДНОЙ КУЛЬТУРЫ

В РОМАНЕ Г.Л. ОЛДИ «ОДИССЕЙ, СЫН ЛАЭРТА»

–  –  –

Исследователи культуры – Ф. Бродель, Ф. Маркузе, А. Шюц, Н. Козлова и другие – уже давно изучают теорию повседневности в культурологическом аспекте. Однако как представляется, обращение литературоведов к этой теории при изучении отечественного фэнтези может быть перспективным и плодотворным. Докажем это, рассмотрев с точки зрения культуры повседневности роман Г.Л. Олди (псевдоним О. Ладыженского и Д. Громова) «Одиссей, сын Лаэрта».

Прежде всего отметим, что в романе показана повседневная жизнь жителей Итаки, как семьи басилея, так и простых крестьян, которые возделывают полевые, садовые и огородные культуры, распространённые в Средиземноморье, пасут стада овец и коз. Причём, как представляется, писатели ориентируются в воссоздании древнегреческой материальной культуры на гомеровскую эпоху и на поэму Гомера «Одиссея».

Вот как в гомеровской «Одиссее» описан обширный сад Алкиноя, в котором росло:

Много дерев плодоносных, ветвистых, широковершинных, Яблонь, и груш, и гранат, золотыми плодами обильных, Также и сладких смоковниц и маслин, роскошно цветущих;

Круглый там год, и в холодную зиму, и в знойное лето, 64 __________________________________________________ВОСТОК и ЗАПАД: история, общество, культура Видимы были на ветвях плоды… [1, с. 89].

А вот читаем в романе: «Мимо серебристых олив, мимо яблонь самых разнообразных сортов (есть здесь и две тайные яблоньки, но они растут в дальнем, специально отгороженном углу сада, где всегда начеку суровые стражи и куда мальчишек не пускают, будь ты хоть трижды сыном басилея!); мимо груш и гранатовых деревьев, смоковниц и… нет, не упомнить, как все эти диковинки называются – слишком много тут растёт всякого-разного!» [3, с.

18].

Известно, что основной социально-экономической ячейкой, обеспечивавшей существование натурального хозяйства в древнегреческом обществе, выступала патриархальная семья – ойкос.

Такова и семья басилея Лаэрта с острова Итака. Подобно рачительному крестьянину Лаэрт сам, без управляющих, надсмотрщиков и писцов, как это делали ахейские цари, ведёт своё хозяйство. Он точно знает, кто и что у него производит, где и какие работы выполняются. Он сам все учитывает и распределяет по кладовым: и зерно, и вино, и оливки, и ремесленные изделия, и слитки металлов. Он участвует в трудовом процессе вместе со своими работниками. Как это в своё время делал отец Одиссея, так это делает и Одиссей. Он не чурается ручного труда и перед свадьбой из пня собственноручно срубленной оливы изготавливает брачное ложе: «Ещё перед началом строительства я обнёс старую оливу стеной; после срубил верхушку, и на уровне второго этажа обработал пень, сделав из него основу кровати.

Вряд ли в ваших настоящих дворцах можно любить законную жену прямо на дереве, да ещё со всеми удобствами…» [2, с. 253].

Есть в ойкосе у знатных лиц рабы. В романе у Одиссея-мальчика – это пастух Эвмей и няня Эвриклея. В доме Лаэрта, а затем и в доме Одиссея также есть рабы, которые помогают в хозяйстве.

Напомним, что в гомеровском обществе рабство только зарождается, оно ещё домашнее. Это патриархальное рабство. Рабы пока мало участвуют в производственном процессе и в основном заняты в домашнем хозяйстве, трудятся как подсобные работники рядом с хозяином. Кроме того, рабы, хотя и потеряли личную свободу, являются младшими членами семейной общины. Благодаря этому они сохраняют с хозяином патриархально близкие и даже дружеские отношения. Поэтому «ни видом своим, ни поведением Эвриклея на рабыню отнюдь не походит» [3, с. 18].

Но патриархальные отношения не исключают и жестокого наказания раба в случае неповиновения или предательства. Так, и у Гомера, и у Олди Одиссей жестоко расправляется не только с женихами, но и предавшими его рабынями: «Тела убитых уже убрали из мегарона. Часть для погребения вывезли рыдающие отцы, остальных я распорядился сжечь утром с подобающими почестями. Жаль, забыл уточнить – с какими именно. Могут неправильно понять. Из дюжины петель вынули дюжину рабынь, ещё недавно через край полных кипящей жизни, а теперь годных лишь на корм воронам. Виновных в том, что любили заезжих женихов больше, чем следовало бы» [3, с. 366].

Однако Олди обращаются не только к воссозданию материальной и социальной культуры древнегреческого мира. Писателей интересует и духовная культура того времени, однако вместе с тем герои романа мыслят как люди ХХ века.

Традиционная модель жизни – это ряд жизненных доминант: рождение – детство – взросление – зрелость – старение – старость – смерть. Соавторы выстраивают новую схему домашней, обыденной жизни Одиссея. Её доминантами становятся свобода, любовь, дом, семья, остров Итака, мир. Именно поэтому герой, ещё не отплыв на Троянскую войну, будет как заклинание произносить фразу – «Я вернусь». У стен Трои он не собирается совершать великие подвиги во славу богов, разве что у него не будет иного выхода. Но зато у него есть жена и сын, есть мать и отец, есть свой дом, есть свои пастухи и верный пёс, поэтому ему есть куда возвращаться и есть ради чего возвращаться.

Традиционный жизненный путь венчает смерть. Одиссею, чтобы по-настоящему вернуться домой, стать прежним, освободиться от чуждой ему жизни бога в обличии внука Автолика Гермесида, необходимо пройти перерождение через смерть: «Кенотаф готов. Пустая гробница для Одиссея, сына Лаэрта. Кенотафы строят, чтобы зануды-дядьки, ушедшие на II Международная заочная научно-практическая конференция____________________________________

войну, сумели обрести покой. Я уходил на войну. Я хочу покоя. Я хочу вернуться, даже если путь домой лежит через царство мёртвых» [3, с. 699].

Героический эпос Гомера требовал эпического стиля, строго выдержанного повествовательного тона; неторопливой обстоятельности в развитии сюжета; объективности в обрисовке событий и лиц.

Для Олди на первом месте в романе оказывается лирическая стихия мыслей и чувств героя, который пропускает всё увиденное и услышанное через своё сознание.

Итак, как видим, Олди в своём романе, учитывая реалии гомеровской эпохи и поэмы Гомера «Одиссея», последовательно выстраивают структуру повседневной древнегреческой культуры, выявляя её материальную, социальную и духовную составляющие. Вместе с тем писатели наделяют своих героев сознанием человека ХХ века, что позволяет им обратиться к сложнейшим духовно-нравственным проблемам, интересующим современного читателя.

Литература

1. Гомер. Одиссея / Гомер. Пер. В.А. Жуковского. – М.: Правда, 1985.

2. Ляпустин, Б.С., Суриков, И.Е. Древняя Греция / Ляпустин Б.С., Суриков И. Е. – М.: Дрофа, 2007.

3. Олди, Г.Л. Одиссей, сын Лаэрта / Генри Лайон Олди. – М.: Эксмо, 2008.

4. Скопинцева, Т.Ю. Теория и история культуры повседневности России: учебное пособие / Т.Ю.

Скопинцева. – Оренбург: ОГУ, 2010.

–  –  –

О японской культуре написано множество книг, трудов, исследований, тем не менее каждый раз, прикасаясь к своеобразию этого непостижимого мира, испытываешь разнополярные чувства: удивление, восхищение и… обречённое на неудачу желание осмыслить ускользающую суть национального менталитета. Через бесконечную игру смыслов и иносказательность искусства проявляется базовая константа японского мировоззрения – всё, созданное однажды, обречено на исчезновение.

Близость понятий «жизнь – смерть» во многом продиктована природногеографическими особенностями государства. Территория страны, состоящая из множества островов, на первый взгляд, не особо приспособлена для жизни: большая часть суши имеет горный ландшафт, редкие равнины бедны растительностью и природными ископаемыми.

На фоне частых землетрясений, цунами и извержений вулканов (около 35 действующих вулканов, не считая потухших) японцы создали собственную, непохожую на какую-либо другую культурную систему координат, «одетую» в жёсткий государственный каркас социальной иерархии, где индивидуальное «Я» абсолютно подчинено коллективным интересам, и определяющую смерть естественным продолжением земного существования.

«Меня поражает, что смерть вызывает у европейцев такой ужас. Единственное их желание – жить. Они боятся не только говорить, но даже думать о смерти. От этого вся европейская культура однобока, она перекошена в сторону жизни», – писал буддолог Томомацу Энтай. И если в других культурных традициях тема смерти вызывает трепетный ужас, связывается с идеей возмездия (суд Осириса в Египте, царство Аида для древних греков, Страшный суд в христианстве и т.д.), то для жителей страны Солнечного корня5 фраза «Просыпаясь утром, думай о смерти» больше чем известная самурайская максима, это Японцы называют своё государство «Страной солнечного корня», а не «Страной восходящего солнца», как это принято считать.

66 __________________________________________________ВОСТОК и ЗАПАД: история, общество, культура жизненная установка. Именно в Японии родители, провожая сыновей на войну, просили не беречь себя, а умереть героями, а харакири – ритуальное самоубийство – и в наши дни имеет особое ментальное значение и эстетическую ценность.

Для японцев добровольный уход из жизни, в отличие от традиций большинства мировых сообществ, не имеет негативной окраски. Суицид – внутренний выбор человека, который не только не осуждается социумом, но и поэтизирован классиками японской литературы. Самые известные произведения для западного читателя на данную тему, пожалуй, принадлежат перу Юкио Мисимы, доигравшего свой жизненный спектакль ритуалом харакири.

Харакири среди всех суицидальных сценариев, каждый из которых имеет понятную для японцев мотивировку – вослед умершему; вследствие осознания ответственности за случившееся; по убеждению; по невозможности любить (так называемое «единство сердец») и даже из-за финансовых затруднений, – самый почётный и волнующий из всех возможных жизненных финалов.

Дословно термин «харакири» означает «резать живот», но возведённый в ранг художественного действия средневековыми самураями, этот жуткий для не-японца ритуал стоит в одном ряду с культурными феноменами этой удивительной страны: икебана – искусство аранжировки цветов, тяною – искусство чаепития, харакири – искусство правильно и красиво рисовать «красный цветок» на белом животе.

В знаменитом романе «Золотой храм», являющемся и по сей день самым читаемым в мире произведением японской литературы, гениальный Мисима писал: «Почему вид обнажённых человеческих внутренностей считается таким уж ужасным? Чем это так отвратительно внутреннее наше устройство? Разве не одной оно природы с глянцевой юной кожей? Что же бесчеловечного в уподоблении нашего тела розе, которая одинаково прекрасна как снаружи, так и изнутри? Представляете, если бы люди могли вывернуть свои тела и души наизнанку – грациозно, словно переворачивая лепесток розы, – и представить их сиянию солнца и дыханию майского ветерка».

Если для древнего грека местом обиталища души была пятка (вспомним знаменитую пяту Ахиллеса), для европейцев – область сердца, то для японцев – хара (живот), это и есть сосредоточие человеческой жизни, где плоть и душа существуют в неразрывной целостности. Открыть телесную суть миру – означает на мгновение прожить это единство и, возможно, достичь просветления. На вершине внутреннего эмоционального переживания «ужасное» уравновешивается с «прекрасным», и эта гармония двух состояний, двуединство жизни и смерти, естественно принимаемые человеком, – основные эстетические категории японской культуры. Прикосновение к ним даёт возможность постичь истоки героизма и истинного патриотизма японского народа во время землетрясения и аварии на атомной электростанции «Фукусима» в 2011 году. Весь мир потряс факт, что японцы в этот трагический момент не только не покинули Родину, но и вернулись, если находились за её пределами. В таком стоическом принятии испытаний и осознании единства крайностей – путь постижения катарсиса (очищения), который можно прожить на спектаклях театра Но.

Декорационный аскетизм театра Но, существующего с XIV века, компенсируется эмоциональной широтой, внутренне переживаемой зрителем.

Каждый спектакль, включающий в себя пять пьес, начинается утром и заканчивается вечером. Содержательная канва пьесы конструируется в эмоциональном контрасте не только по отношению к предыдущему и последующему действию, но и относительно времени суток. Выбор пьес подчиняется принципу «дзё – ха – кю»: медленное вступление – разработка – упорядочивание. В таком темпо-ритме (ритм как высота напряжения существования в обстоятельствах) актёры и зрители переживают три уровня превращений: театральная маска становится лицом исполнителя; герои одной пьесы оборачиваются в свою противоположность в последующей части спектакля (например, старая безумная женщина в первой пьесе предстаёт молодой прекрасной поэтессой в пятой; призрак – древним могущественным воином; танцовщица – мстящим призраком и т.д.); зрители, проживая противоположные чувства одновременно (например, ужас и радость), эмоционально перерождаются и испытывают катарсис.

II Международная заочная научно-практическая конференция____________________________________

У театра Но есть своя сверхзадача – вызвать особое внутреннее эмоциональное сверхчувствование красоты бренного мира, в котором есть не только прекрасное, но и уродливое, демоническое, страшное. Таким образом, контрастные чувства, эмоции, понятия сливаются в единую точку, присутствуют одновременно и переживаются в неразрывной целостности.

Сегодня в Японии, под влиянием западного искусства, существует современное театральное искусство, а также старинный театр Но, который не воспринимается японским обществом как музейный раритет, он продолжает развиваться и определять эстетическую уникальность непостижимой культуры страны Солнечного корня.

–  –  –

__________________________________________________ВОСТОК и ЗАПАД: история, общество, культура

ЯЗЫК, ЛИТЕРАТУРА И

ТЕАТРАЛЬНОЕ ИСКУССТВО

В КУЛЬТУРАХ СТРАН ЗАПАДА И ВОСТОКА

II Международная заочная научно-практическая конференция____________________________________

–  –  –

Театр, как известно, – искусство, синтезирующее в себе множество других видов искусства, а в особенности – музыкальный театр. И во многом именно этим он представляет огромный интерес для исследования в различных областях знания. Основными составляющими музыкального театра являются музыка и слово, и каждая из них позволяет нам более детально и в полной мере оценить образы героев, их связь и, как следствие, замысел автора.

Для исследования нами был выбран образ Феба – одного из ключевых героев мюзикла «Нотр-Дам де Пари» в его лингвистическом аспекте. Подобно тому как театр начинается с вешалки, так и знакомство с героем – с первого его появления. С Фебом нас знакомит настоятель собора Нотр-Дам Фролло, называя его имя и должность – капитан лучников короля. В первых же репликах Феб демонстрирует своё высокое, по сравнению с населяющими улицу людьми, положение. Он выказывает своё высокомерие по отношению к ним, используя унизительную и пренебрежительную по окраске лексику: miscuglio di nullit – смесь ничтожеств; la melma – грязь; una banda di miserabili – банда отверженных, несчастных; quel cane – эта собака (по отношению к человеку).

При более подробном рассмотрении стилистической принадлежности слов Феба в обращениях к разным персонажам видна чёткая граница между репликами, адресованными люмпенам и, например, священнику Фролло. Феб чётко осознаёт свой социальный статус и, безусловно, не является гуманистом, обращаясь с теми, кто ниже его статусом, соответственным образом, что чаще всего и выражается в экспрессивно-эмоциональной окраске его лексики и отсутствии или наличии средств художественной выразительности, таких как стилистические фигуры речи и тропы.

Реплики, обращённые к женщинам, окружающим Феба, изобилуют метонимиями, сравнениями, параллельными синтаксическими конструкциями, эпифорами и др. При первой же встрече с Эсмеральдой он выражает искренний восторг, несмотря на то что лишь секунду назад называл всех, кто окружает цыганку, и её в том числе, «грязью»: bella straniera – прекрасная незнакомка, fantasia di paradiso – фантазия рая.

Тем не менее Феб – вовсе не бездушное существо, которое всех презирает. Он презирает лишь тех, кто не таков как он. Через Феба и его презрительное отношение к Квазимодо проходит одна из главных идейных линий, воплощается тема красоты. Феб прекрасен внешне, не зря автор даёт ему имя древнегреческого бога Аполлона (в поэзии Аполлона называли Фебом), но что скрывается под этим красивым лицом?

Когда Феб говорит об Эсмеральде с восторгом – он говорит о её лице: viso di cielo – небесное лицо; когда говорит о Флёр-де-Лиc – о её губах: la bocca da bambina per me – губы ребёнка для меня. Он видит в первую очередь внешнее, и кажется, что сам он представляет собой антитезу Квазимодо (quel gobbo infame – этот безобразный горбун), горбуна, безобразного до такой степени, что он сам себе противен, но при этом любящего, готового на жертвы, искреннего и чистого душой человека.

Клопен, король цыган, в партии «Эсмеральда, ты знаешь» произносит такую фразу:

nell’uomo c’ un demonio – в мужчине есть демон. Налицо связь этих слов с Фебом, ведь комВОСТОК и ЗАПАД: история, общество, культура позиционно партия исполняется сразу после знакомства Эсмеральды с Фебом. Демон здесь – символ зла, всепоглощающей и губительной страсти. Несомненно, образ этот, появившийся ещё в начале, сыграет свою роль в сюжете. Феба же он характеризует как человека нестойких моральных принципов, подверженного различного рода влияниям. И действительно, в центральном дуэте Феба со своей невестой Флёр-де-Лис «Бриллиантовое обручальное кольцо» её слова многое проясняют о герое: se menti i giuramenti che fai non mi tenterai – если лжёшь, давая клятвы, ты меня не соблазнишь; e non ha moralit – и у него нет нравственных принципов. В дуэте широко использованы параллельные синтаксические конструкции и эпифора, что делает номер цельным по структуре, но при подробном рассмотрении становится ясным, что семантика этих конструкций для Флёр и Феба различна. Например, слова Флёр: la vita che ho davanti per te, la fede di diamanti per me – жизнь, которая передо мной, – для тебя, бриллиантовое обручальное кольцо – для меня (слова Флёр); слова Феба: il cuore nel tuo petto per me, la bocca da bambina per me – сердце в твоей груди – для меня, губы ребёнка – для меня. Очевидно, что Феб не охвачен чувством, подобно Флёр. Его чувство другое.

Его любовь очень тесно сопряжена с плотским желанием, что подтверждается эмоционально-экспрессивной окраской лексики.

Большую роль играет символ «обручального кольца», по-итальянски «fede». Этот предмет приобретает повышенную смысловую нагрузку, связывая Флёр и Феба.

Заметим, что слово «fede» можно перевести не только как «обручальное кольцо», оно означает также:

«вера, доверие», «верность». Позже Феб произнесёт «fede» именно в другом значении: non c' fede in me – нет верности во мне. Для Флёр кольцо – гарантия исполнения её мечты, а Феб будто не воспринимает этот союз как серьёзный шаг, говоря лишь о прелести совместной жизни. Слова «муж», «жена», «кольцо» произносит Флёр: io ti chiamo amore mio – я тебя называю своей любовью; io moglie e tu marito per me – я жена, а ты муж для меня.

Но главную характеристику героя мы получаем из его центральной партии «Сердце во мне». Первая строфа здесь многократно повторяется. Это своего рода рефрен, несущий функцию обобщения, в нём вся суть состояния героя. Многократное использование семантически синонимичных причастий прошедшего времени усиливает смысловую нагрузку, выражает внутренний конфликт героя: spezzato – разломанный, разбитый; dilaniato – разорванный, растерзанный; separato – отделённый, оторванный; schiacciato – сплющенный, сдавленный. Желание и страсть, с одной стороны, и попытки удержать себя в рамках морали, с другой.

Использование параллелизма и антитезы позволяет создать особый художественный мир Феба, показать раздробленность не только внутри самого героя, но и вокруг него, он мечется между двумя женщинами, каждая из которых, как стихия, захватывает его:

una amore e l'altra sangue al cuore» – одна – любовь, а другая – кровь в сердце; con una in cielo con l'altra nell'inferno – с одной в небе, с другой в аду.

Ту же двойственность, тот же приём антитезы мы видим в номере «Тень». Фролло здесь – двойник Феба, имеющий с ним общие цели и точно так же преступивший мораль, хотя в какой-то мере и выступающий его совестью, предупреждающий о последствиях: sono la tua coscienza: ascoltami o presto morirai – я твоя совесть: слушай меня или скоро умрёшь.

В номере «Красавица» Феб также противопоставлен двум другим героям. Всех троих мы видим через призму их чувства к Эсмеральде, оно одновременно объединяет и разделяет их. Для Квазимодо Эсмеральда – ангел: la parola Bella nata insieme a lei – слово Красавица родилось вместе с ней; для Фролло – искушение: per strapparmi gli occhi via da Dio, lei che ha messo la passione e il desiderio in me – чтобы отвести мои глаза от Бога, она поселила страсть и желание во мне; для Феба – одна из многих его любовниц, безумно желанная за свою непорочную красоту: lei mi porta via con gli occhi e la magia – она уносит меня прочь своими глазами и чарами.

Можно со смелостью говорить о том, что антитеза – художественный троп, на котором основан и построен образ героя. Если мы рассмотрим количественное соотношение всех художественных приёмов, употреблённых для характеристики Феба, то увидим, что более 63% составляет именно антитеза, что, безусловно, свидетельствует о противоречивости характера героя, о его внутренней двойственности.

II Международная заочная научно-практическая конференция____________________________________

Феб – человек, осознающий свою греховную страсть, но он настолько морально несовершенен, что свой внутренний конфликт решает далеко не христианским и общественно непорицаемым способом: amore, adesso non vietarmi di tradire, di fare il passo a pochi passi dall'altar – любовь моя (о Флёр), теперь не воспрещай мне изменить тебе, сделать шаг в сторону от алтаря. Создаётся впечатление, что эта раздробленность доставляет ему удовольствие, лицемерие и притворство – его стихия, в которой он чувствует себя комфортно, оправдывая своё влечение к Эсмеральде её красотой и привлекательностью, не чувствуя собственной вины, потакая собственной похоти. Эгоизм, который он при этом проявляет, доходит до своей кульминации, когда Феб отдаёт приказ о повешении Эсмеральды и обвиняет её в колдовстве: Condanna Esmeralda all’impiccagione per il reato di stregoneria! – Эсмеральда приговаривается к казни через повешение за колдовство!

Таким образом, подводя итог, можно сделать вывод, что лингвистическая составляющая образа достаточно ярко влияет на его создание и восприятие. При этом большое значение имеют как сама лексика героя, так и то, что о нём говорят другие. Такие художественные приёмы, как стилистические фигуры, тропы, экспрессивно окрашенная лексика, позволяют составить довольно яркую картину персонажа.

–  –  –

Театр кукол – уникальнейшее искусство культуры, которое не имеет точной даты своего возникновения. Как социодуховное явление на ранних этапах своего существования он был вплетён в культуротворческую деятельность первочеловека. Культура выступала на ранних этапах и продолжает выступать на поздних как способ бытия человека, единство его первой и второй природы.

Культура – многозначное, многоуровневое понятие, в котором условно можно выделить два наиболее значимых аспекта – духовное и материальное, поскольку человек совмещает в себе эти два аспекта, выступая духовно-практическим существом.

Культура как важнейшая составляющая бытия человека, его сущность и существование, единство его первой и второй природы, является очень сложным социальным феноменом. Несмотря на достаточную разработанность проблемы культуры в научно-исследовательской литературе, необходимо остановиться на некоторых её аспектах, поскольку любая культура, включая 72 __________________________________________________ВОСТОК и ЗАПАД: история, общество, культура искусство, театр как составляющие её элементы, опорой своей имея прошлые культурные достижения человечества, функционирует и развивается на этой основе.

Театр кукол – самый сложный и загадочный вид театральных представлений, в которых действуют куклы, приводимые в движение актёрами-кукловодами. Различие форм и характера представлений обусловливается чаще всего национальной традицией и спецификой постановочно-драматургических задач. Истоки зарождения театра кукол следует искать в языческих обрядах, играх с овеществлёнными символами богов, олицетворявших неопознанные силы природы. Исторически он связан с развитием древнейших форм сценической культуры и отличается традиционностью сюжетов, приёмов исполнения, наличием постоянных героев.

По выражению С.В. Образцова, театр кукол, является «властелином иносказания». И эта особенность кукольного театра как нельзя лучше отражает сущность данного зрелищного вида искусства, поскольку «кукла, именно потому, что она кукла, а не человек, уже иносказание». Любое иносказание обладает силой предельного обобщения [6, с. 102].

Кукла – это проявление единства природы актёра и куклы в спектакле театра кукол.

Содержание этого единства проявляется в том, что кукла выступает как универсальный знак театральности, сценического пространства. Рассмотрение куклы как материализованного знака игрового пространства связано с выявлением точки пересечения игры и театра.

Игра предполагает ритуальное поведение, она отменяет законы реальности и одновременно задаёт собственные законы, которым необходимо следовать, чтобы оставаться в пространстве игры. В своих истоках игра связана с ритуалом, театрализованным зрелищем, праздником, в основе которых лежит превращение человека, когда он становится кем-то другим, что происходит путём ряженья или надевания шкуры. Отсюда легко прослеживается связь с куклой как изображением или подобием кого-то. Появление куклы в спектакле наравне с актёром есть проявление двойственной природы куклы, выражающейся в одновременной своей зависимости и самостоятельности. Поэтому идея театра кукол заключается в предельном выражении игрового пространства, когда актёр получает возможность участвовать в игре и в то же время наблюдать себя другим. «Интерес кукольного спектакля в движении кукол», – писал Е.С. Деммени [3, с. 157].

Специфика куклы как произведения искусства (в привычной нам системе культуры) заключается в том, что она воспринимается в отношении к живому человеку, а кукольный театр – на фоне театра живых актёров. Поэтому если живой актёр играет человека, то кукла на сцене играет актёра. Она становится изображением изображения. Эта поэтика удвоения обнажает условность, делает предметом изображения и самый язык искусства. Поэтому кукла на сцене, с одной стороны, иронична и пародийна, а с другой – легко становится стилизацией и тяготеет к эксперименту. Театральный критик Е.С. Калмановский считает, что «...кукла есть любая вещь, которая вовлечена в круг содержательных человеческих, человечных ассоциаций и участвует в сценическом творчестве» [4, с. 17].

Инструментальность и искусственность являются важнейшими качествами, определяющими сущность театральной играющей куклы и способ её жизни на сцене. Эти её качества позволяют понять взаимосвязь между технической и выразительной сторонами сценического действия. Диапазон достижения степени обобщения в зрительном образе куклы обозначается понятием кукольности, которое определяет правдоподобность её формы, качеств и движений. Условная природа куклы вполне соотносима с театральной условной природой актёрской игры, что подразумевает наличие у неё особых артистических свойств.

Их специфика заключается в том, что кукла не может играть саму себя, а только изображает кого-то.

Важно, что свойства театральной играющей куклы определяют особые черты тематики и сюжета постановок. Театр кукол всегда тяготел к сказочной фантастичности, гротеску, иносказательной форме, метафоричности. Однако всё это не ограничивает поиски нового в современном театре кукол.

Главным в развитии театра кукол на современном этапе становится движение по следующим направлениям:

- новые выразительно-изобразительные возможности куклы;

- новое в драматических жанрах кукольного представления.

II Международная заочная научно-практическая конференция____________________________________

В кукольном спектакле именно кукла является тем художественным инструментом, благодаря которому идейное и эмоциональное содержание пьесы становится достоянием зрителей. Чем совершеннее этот инструмент, чем богаче, разнообразнее и выразительнее средства куклы и чем виртуознее владеет куклой артист, тем полнее и глубже раскрывается перед зрителями содержание спектакля.

Известный историк театра кукол Е.Б. Горенберг отмечала, что «театральная кукла является символом, знаком драматургического образа, выраженного средствами пластического искусства и несущего в себе смысловое значение этого образа» [2].

Очарование и ценность театральной куклы проявляется только в связанном воедино замыслом режиссёра и художника комплексе предметов кукольного искусства, ведь красота театральной куклы – в гармоничном сосуществовании человека и предмета, через которое транслируется смысл и идея театрального спектакля. Театральная кукла – это художественный образ, рождённый замыслом режиссёра и художника, воплощённый художником и конструктором в материальный предмет, позволяющий актёру оживить его, создать сценический образ.

М.М. Королёв в своей книге пишет: «В театрах кукол, воспитывающих свои актёрские коллективы на основе учения Станиславского, повышенное значение приобретает воспитание воображения и фантазии, а также по-детски наивной веры в чудесное, невероятное, сказочное, в подлинность фантастической логики поведения и натурального обличия куколобразов. Нужно воспитать и веру в куклу, и любовь к ней. Важны, конечно, и остальные элементы творчества, но именно воображение, вера и наивность восполняют баланс органического самочувствия актёра-кукольника, осложнённый дополнительными специфическими элементами и технологическими особенностями театра кукол. Этим и отличается нормальное творческое самочувствие актёра-кукольника от творческого самочувствия драматического актёра. Воображение и вера – именно те элементы, которые оживляют всю цепь остальных элементов его творчества» [5, c. 28].

Театр кукол за длительную историю своего существования выработал богатую палитру художественных средств и многообразие специфических форм кукольных представлений, спектаклей, которые раскрывают синкретический, синтетический их характер, поскольку человек как актёр, являющийся идеей и материалом театрального искусства, синкретичен по своему существу и содержанию; иллюстрируют коллективность творческого процесса, демонстрируют колоритность, богатство, содержательность, всесторонность создаваемых этим театром образов, в особенности национальных, со всеми присущими ими специфическими особенностями, чертами, к числу которых относятся характер создаваемых образов, национальный психотип, менталитет, степень эмоциональной включённости актёра, то или иное действо, коллективность переживания.

–  –  –

В условиях преодоления многочисленных вызовов времени, асоциальных процессов, унификации форм самоидентификации человека и народа одним из действенных способов противостояния наступательной глобализации, преодоления «нравственного одичания»

является культурное наследие мира и его народов. Культурное наследие народов Российской Федерации, включающее обычаи, формы представления и выражения, знания и навыки, а также связанные с ними инструменты, предметы, артефакты и культурные пространства, признанные сообществами, группами и, в некоторых случаях, отдельными лицами в качестве части их культурного наследия, находясь в тесной взаимосвязи с материальным и природным наследием, передаётся от поколения к поколению, постоянно воссоздаётся сообществами и группами в зависимости от окружающей их среды, их взаимодействия с природой и их истории и формирует у них духовно-нравственные начала, чувства самобытности и преемственности, потребности в сохранении глубинных, базовых основ национальной культуры в поликультурном мире, в формировании культуры государства.

Задолго до появления различных государственных нормативных актов и деклараций, конвенций Организации Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры (ЮНЕСКО), о феномене нематериального культурного наследия – о нём как о факторе формирования человека пределах национальной культуры и культуры мира, как о способе государственной безопасности писал выдающийся русский писатель И.А. Бунин, наследник золотого века русской литературы и культуры, мыслитель, чьи литературно-философские сентенции не только отразили трагедию старой, царской России, но и достаточно полно – отстаивая права литературы быть хранительницей культуры народа, транслятором духовных основ жизни народа – воплотили крах мира и государства в ситуации уничтожения уклада, традиции, общего образа мысли, утраты национальной идеи, всеобщего скитальничества, далеко не всегда равнявшегося творческой свободе.

Творчество блистательного русского писателя Ив. Бунина более столетия является феноменом запечатления русской усадебной жизни и культуры, основанной на следовании нематериальным ценностям (обычаям, знаниям и навыкам, артефактам и культурным пространствам), передаваемым от поколения к поколению, от человека к человеку, нуждающимся в постоянном воссоздании человеческим сообществом, что и становится средством преодоления забвения, беспамятства, способом формирования чувств преемственности и самобытности.

Уникальность творческой устремлённости Ив. Бунина была предварена генетической предрасположенностью его предков к созиданию, культурно-историческими обстоятельствами его рождения и этапами творческого взросления, специфическими чертами культуры России периода трагического порубежья, наконец, исключительными личными качествами будущего писателя, всегда страстного в оценке тех или иных явлений действительности, человеческой судьбы, непримиримого в оценке многих событий. Задолго до главных событий своей жизни и Отечества Бунин в статье 1894 г. «Памяти сильного человека» (По поводу 70-й годовщины со дня рождения И.С. Никитина) указывает на истоки гениальности великих, обозначая некий идеал для самого себя (курсив наш – М.К.), всегда в итоге стремившегося к совершенству: это «люди, крепко связанные с почвой, с своею землею, получающие II Международная заочная научно-практическая конференция____________________________________

от неё свою и мощь, и крепость» (в отличие от «маленьких, слабых, бедных людей, сознательно уходящих от своего народа, от природы, от солнца... А природа жестоко мстит за это.

Это надо твёрдо помнить!» [3, VII, с. 578]. Именно эта связь с народом и Отечеством, с их ценностными основаниями стала мотивацией родовой, интеллигентско-дворянской преемственности и содержательной доминантой творчества… Поэтому в автобиографических признаниях Бунин всегда настаивает на особом родстве с народом: «Все предки мои были связаны с народом и с землёй, были помещиками… в плодородном подстепье, где древние московские цари создавали заслоны из поселенцев различных русских областей, где образовался богатейший русский язык и откуда вышли все величайшие русские писатели во главе с Тургеневым и Толстым» («Из Предисловия к французскому изданию «Господина из СанФранциско», 1921) [1, IX, с. 267]… Причём, родство это и генетическое, и геополитическое, оттого Бунин часто свидетельствовал: «Я мало вращался в литературной среде… Я много жил в деревне, много путешествовал по России…» [1, IX, с. 268].

Эту Россию Бунин воплощал везде: даже в классическом переводе «Песни о Гайавате» Генри Лонгфелло встречается русский пейзаж:



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |
Похожие работы:

«ИННОВАЦИОННЫЙ ЦЕНТР РАЗВИТИЯ ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ INNOVATIVE DEVELOPMENT CENTER OF EDUCATION AND SCIENCE Перспективы развития современных общественных наук Выпуск II Сборник научных трудов по итогам международной научно-практической конференции (8 декабря 2015г.) г. Воронеж 2015 г. УДК 3(06) ББК 60я Перспективы развития современных общественных наук, / Сборник научных трудов по итогам международной научно-практической конференции. № 2. г.Воронеж, 2015. 45 с. Редакционная коллегия: кандидат...»

«ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ И КУЛЬТУРЫ СРЕДНЕВЕКОВОГО ОБЩЕСТВА Материалы XXXIII всероссийской конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Курбатовские чтения» (26–29 ноября 2013 года) УДК 94(100)‘‘05/.’’ ББК 63.3(0)4 П 78 Редакционная коллегия: д. и. н., проф. А. Ю. Прокопьев (отв. редактор), д. и. н., проф. Г. Е. Лебедева, к. и. н., доц. А. В. Банников, к. и. н., доц. В. А. Ковалев, к. и. н. Д. И. Вебер, З. А. Лурье, Ф. Е. Левин, К. В. Перепечкин (отв. секретарь) П 78 Проблемы истории и культуры...»

«Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации» СИБИРСКИЙ ИНСТИТУТ УПРАВЛЕНИЯ ОБЩЕСТВО И ЭТНОПОЛИТИКА Материалы Седьмой Международной научно-практической Интернет-конференции 1 мая — 1 июня 2014 г. Под научной редакцией доктора политических наук Л. В. Савинова НОВОСИБИРСК 2015 ББК 66.3(0),5я431 О-285 Издается в соответствии с планом...»

«ВЕСТНИК РОИИ Информационное издание Межрегиональной общественной организации содействия научно-исследовательской и преподавательской деятельности «Общество интеллектуальной истории» № 30, 2015 Электронную версию всех номеров «Вестника РОИИ» можно найти на сайте РОИИ по адресу: http://roii.ru Умер Борис Георгиевич Могильницкий. Не стало Ученого, для которого несуетное служение Истории было главным делом жизни. Он посвятил свое научное творчество сложнейшим проблемам методологии и историографии...»

«МИНИCTEPCTBO ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ АВТОНОМНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ «СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ» НОВАЯ ЛОКАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ: ПО СЛЕДАМ ИНТЕРНЕТ-КОНФЕРЕНЦИЙ. 2007–2014 Ставрополь УДК 94/99 (082) Печатается по решению ББК 63.3 я43 редакционно-издательского совета Н 72 Северо-Кавказского федерального университета Редакционная коллегия: Крючков И. В. (председатель), Булыгина Т. А. (заместитель...»

«УДК 378.14 Р-232 Развитие творческой деятельности обучающихся в условиях непрерывного многоуровневого и многопрофильного образования / Материалы Региональной студенческой научно-практической конференции / ГБОУ СПО ЮТК. – Юрга: Изд-во ГБОУ СПО ЮТК, 2014. – 219 с. Ответственный редактор: И.В.Филонова, методист ГБОУ СПО Юргинский технологический колледж Редколлегия: канд. филос. наук, доц. С.В.Кучерявенко, председатель СНО гуманитарных и социально-экономических дисциплин ова, председатель СНО...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ _ФГБОУ ВПО «БЛАГОВЕЩЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ» ИНСТИТУТ КОНФУЦИЯ В БГПУ ЦЕНТР ПО СОХРАНЕНИЮ ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНОГО НАСЛЕДИЯ АМУРСКОЙ ОБЛАСТИ РОССИЯ И КИТАЙ: ИСТОРИЯ И ПЕРСПЕКТИВЫ СОТРУДНИЧЕСТВА Материалы V международной научно-практической конференции (Благовещенск – Хэйхэ – Харбин, 18-23 мая 2015 г.). Выпуск 5 Благовещенск Издательство БГПУ ББК 66.2 (2Рос) я431 + 66.2 (5Кит) я4 Р 76 Р 76 РОССИЯ И КИТАЙ: ИСТОРИЯ И...»

«ISSN 2412-971 НОВАЯ НАУКА: СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ И ПУТИ РАЗВИТИЯ Международное научное периодическое издание по итогам Международной научно-практической конференции 09 октября 2015 г. Часть 2 СТЕРЛИТАМАК, РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ РИЦ АМИ УДК 00(082) ББК 65.26 Н 72 Редакционная коллегия: Юсупов Р.Г., доктор исторических наук; Шайбаков Р.Н., доктор экономических наук; Пилипчук И.Н., кандидат педагогических наук (отв. редактор). Н 72 НОВАЯ НАУКА: СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ И ПУТИ РАЗВИТИЯ: Международное...»

«ISSN 2412-9739 НОВАЯ НАУКА: СТРАТЕГИИ И ВЕКТОР РАЗВИТИЯ Международное научное периодическое издание по итогам Международной научно-практической конференции 19 декабря 2015 г. Часть 3 СТЕРЛИТАМАК, РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ РИЦ АМИ УДК 00(082) ББК 65.26 Н 72 Редакционная коллегия: Юсупов Р.Г., доктор исторических наук; Шайбаков Р.Н., доктор экономических наук; Пилипчук И.Н., кандидат педагогических наук (отв. редактор). Н 72 НОВАЯ НАУКА: СТРАТЕГИИ И ВЕКТОР РАЗВИТИЯ: Международное научное...»

«ISSN 2412-970 НОВАЯ НАУКА: ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ Международное научное периодическое издание по итогам Международной научно-практической конференции 04 декабря 2015 г. Часть СТЕРЛИТАМАК, РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ РИЦ АМИ УДК 00(082) ББК 65.26 Н 7 Редакционная коллегия: Юсупов Р.Г., доктор исторических наук; Шайбаков Р.Н., доктор экономических наук; Пилипчук И.Н., кандидат педагогических наук (отв. редактор). Н 72 НОВАЯ НАУКА: ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ: Международное научное периодическое издание...»

«Генеральная конференция 38 C 38-я сессия, Париж 2015 г. 38 C/42 30 июля 2015 г. Оригинал: английский Пункт 10.3 предварительной повестки дня Объединенный пенсионный фонд персонала Организации Объединенных Наций и назначение представителей государств-членов в состав Пенсионного комитета персонала ЮНЕСКО на 2016-2017 гг. АННОТАЦИЯ Источник: Статьи 14 (а) и 6 (с) Положений Объединенного пенсионного фонда персонала Организации Объединенных Наций. История вопроса: Объединенный пенсионный фонд...»

«Наука в современном информационном обществе Science in the modern information society VII Vol. spc Academic CreateSpace 4900 LaCross Road, North Charleston, SC, USA 2940 Материалы VII международной научно-практической конференции Наука в современном информационном обществе 9-10 ноября 2015 г. North Charleston, USA Том УДК 4+37+51+53+54+55+57+91+61+159.9+316+62+101+330 ББК ISBN: 978-1519466693 В сборнике опубликованы материалы докладов VII международной научно-практической конференции Наука в...»

«ИННОВАЦИОННЫЙ ЦЕНТР РАЗВИТИЯ ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ INNOVATIVE DEVELOPMENT CENTER OF EDUCATION AND SCIENCE Основные проблемы и тенденции развития в современной юриспруденции Выпуск II Сборник научных трудов по итогам международной научно-практической конференции (10 октября 2015г.) г. Волгоград 2015 г. УДК 34(06) ББК 67я Основные проблемы и тенденции развития в современной юриспруденции/Сборник научных трудов по итогам международной научно-практической конференции. № 2. г.Волгоград, 2015. 92 с....»

«Электронное научное издание «Международный электронный журнал. Устойчивое развитие: наука и практика» вып. 1 (12), 2014, ст. 17 www.yrazvitie.ru Выпуск подготовлен по итогам региональной научно-практической конференции «Проблемы образования-2014» (21–23 марта 2014 г.) УДК 378, 316.СОЦИАЛЬНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ В СОВРЕМЕННЫЙ ПЕРИОД Старовойтова Лариса Ивановна, доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой теории и методологии социальной работы факультета социальной работы, педагогики и...»

«Федеральное государственное научное учреждение «Институт теории и истории педагогики» Российской академии образования при участии Федеральный институт развития образования Министерство образования Московской области Центр профессионального образования имени С.Я.Батышева Московский государственный технический университет имени Н.Э.Баумана Московский государственный областной университет СБОРНИК СТАТЕЙ Международной научной конференции «Образование в постиндустриальном обществе» посвященной...»

«МУЗЕИ-ЗАПОВЕДНИКИ – МУЗЕИ БУДУЩЕГО МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН ЕЛАБУЖСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ИСТОРИКО-АРХИТЕКТУРНЫЙ И ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ МУЗЕЙ-ЗАПОВЕДНИК ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКАЯ ГРУППА «РОССИЙСКАЯ МУЗЕЙНАЯ ЭНЦИКЛОПЕДИЯ» МУЗЕИ-ЗАПОВЕДНИКИ – МУЗЕИ БУДУЩЕГО Международная научно-практическая конференция (Елабуга, 18-22 ноября 2014 года) Материалы и доклады Елабуга УДК 069 ББК 79. M – Редакционная коллегия: М.Е. Каулен, Г.Р. Руденко, А.Г. Ситдиков, М.Н. Тимофейчук, И.В. Чувилова, А.А. Деготьков...»

«Представительство Фонда Ханнса Зайделя в Центральной Азии Академия управления при Президенте Кыргызской Республики СБОРНИК МАТЕРИАЛОВ ПРЕЗЕНТАЦИИ – ДОКЛАДОВ КОНФЕРЕНЦИИ 16.03.20 НА ТЕМУ: «ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ ВОСПИТАНИЕ НА МЕСТНОМ УРОВНЕ В КЫРГЫЗСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ» БИШКЕК – 2012 ПРЕДИСЛОВИЕ Всё взаимосвязано со всем гласит первый экологический закон. Значит, и шага нельзя ступить, не задев, а порой и не нарушив чего-либо из окружающей среды. Между человеком и окружающей его средой устанавливаются...»

«КАЗАНСКИЙ (ПРИВОЛЖСКИЙ) ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Высшая школа государственного и муниципального управления КФУ Институт управления и территориального развития КФУ Институт истории КФУ Высшая школа информационных технологий и информационных систем КФУ Филиал КФУ в г. Набережные Челны Филиал КФУ в г. Елабуга СБОРНИК МАТЕРИАЛОВ Международной научно-практической конференции ЭФФЕКТИВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ УСТОЙЧИВЫМ РАЗВИТИЕМ ТЕРРИТОРИИ ТОМ II Казань 4 июня 2013 г. KAZAN (VOLGA REGION) FEDERAL UNIVERSITY...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ИНСТИТУТ АРХЕОЛОГИИ УЧЕНЫЕ И ИДЕИ: СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ АРХЕОЛОГИЧЕСКОГО ЗНАНИЯ Тезисы докладов Международной научной конференции Москва 24–25 февраля 2015 Москва 2015 УДК 902/903 ББК 63. У91 Утверждено к печати Ученым советом ИА РАН Ответственные редакторы: д.и.н., чл.-корр. РАН П.Г. Гайдуков, д.и.н. И.В. Тункина Составители: к.и.н. С.В. Кузьминых, д.и.н. А.С. Смирнов, к.и.н. И.А. Сорокина Ученые и идеи: страницы истории археологического знания. ТезиУ91 сы докладов...»

«СПИСОК ОСНОВНЫХ ПЕЧАТНЫХ РАБОТ ДОКТОРА ИСТОРИЧЕСКИХ НАУК Е. В. РЕВУНЕНКОВОЙ «Седжарах Мелаю» (Малайская история) — исторический и литературный памятник Средневековья // Тез. конф. по истории, языкам и культуре ЮгоВосточной Азии. Л. С. 15–17. Сюжетные связи в «Седжарах Мелаю» // Филология и история стран зарубежной Азии и Африки: Тез. науч. конф. Вост. ф-т ЛГУ. Л. С. 36–37. Индонезия // Все о балете: Словарь-справочник / Сост. Е. Я. Суриц; под ред. Ю. И. Слонимского. М.; Л. С. 43–45. Культурная...»







 
2016 www.konf.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, диссертации, конференции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.