WWW.KONF.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Авторефераты, диссертации, конференции
 


Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 10 |

«УГОЛОВНО-ПРАВОВЫЕ СРЕДСТВА ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ НЕЗАКОННОМУ ОБОРОТУ ОРУЖИЯ И ЕГО ПРИМЕНЕНИЮ ПРИ СОВЕРШЕНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ...»

-- [ Страница 7 ] --

На основании этого считаем, что хранение должно вменяться при длительном ношении оружия, т. е. превышающем 24 часа, поскольку такого количества времени, на наш взгляд, достаточно для принятия решения о судьбе оружия. Исключением могут выступать случаи, когда перемещение оружия в пространстве осуществляется непрерывно в течение длительного периода (например, из одного населенного пункта в другой). В данном случае, полагаем, необходимо исходить из направленности умысла. Так, при наличии умысла на перемещение оружия (в целях передачи или использования) следует квалифицировать действия лица как незаконное ношение оружия; при наличии умысла на обеспечение сохранности оружия и оставления оружия во владении — как ношение и хранение.


Еще одной проблемой является вменение незаконного ношения или хранения оружия лицу при отсутствии объективной возможности установления факта его незаконного приобретения.

Так, Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации определила исключить из осуждения Х. по ч. 1 ст. 222 УК РФ за незаконное приобретение и хранение огнестрельного оружия, боеприпасов и взрывчатых устройств обвинение в части незаконного приобретения огнестрельного оружия, поскольку ранее судом не были установлены и не указаны в приговоре обстоятельства, составляющие объективную сторону данного преступления и подлежащие доказыванию по уголовному делу, а именно: время, место, способ совершения и т. п.1 Однако Х.

были вменены действия по незаконному ношению оружия, поскольку в отношении этого факта имелись свидетельские показания.

Аналогично обосновал свое решение областной суд г. Новосибирска.

Н., решив завладеть имуществом А., приобрел у неустановленного следствием лица обрез охотничьего ружья и патроны к нему, после чего совершил разбойное нападение с применением оружия на А. и его убийство. После совершения преступления Н. закопал обрез на пустыре недалеко от дома, а спустя некоторое время, забрав его оттуда, выбросил в реку2.

Несмотря на то, что разбойное нападение и последующее убийство А. было совершено с применением оружия, а также на признание подсудимого о том, что он незаконно приобрел обрез и некоторое время хранил его дома, носил с собой для совершения преступления, органы предварительного расследования и суд не усмотрели в действиях Н. состава преступления, указанного в ст. 222 УК РФ.

В данном случае постановку вопроса о законности оборота оружия и его решение осложняет факт необнаружения оружия и, соответственно, точного установления Определение Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2011 г. № 11-Д11-39 [Электронный ресурс]. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

Архив областного суда г. Новосибирска за 2005 г. Уголовное дело № 2-65.

его вида. Однако полагаем, что использование всех возможностей криминалистической экспертизы, а также иных источников информации при расследовании уголовного дела может позволить выяснить вопрос: «Использовалось ли при совершении преступления гладкоствольное длинноствольное оружие, не относящееся к предмету преступления, предусмотренного ст. 222 УК РФ, либо обрез такого оружия?»

Так, судебная коллегия областного суда г. Кургана установила, что П. незаконно приобрел пригодный для производства выстрелов обрез двуствольного охотничьего ружья, являющийся огнестрельным оружием, а также два патрона к нему. Затем П. совершил разбойное нападение на магазин с применением оружия. Судебная коллегия пришла к выводу, что П., будучи ранее судимым за аналогичное преступление, незаконно приобрел, хранил и носил с собой обрез охотничьего ружья и патроны к нему, на что указывают показания самого П., показания потерпевшей Гл., свидетеля Б., заключения судебно-медицинской экспертизы трупа об обнаружении огнестрельного ранения у Г., нахождение на месте происшествия картечи и контейнера от заряда охотничьего ружья, установление на рубашке П. следов от продуктов выстрела. Отсутствие экспертного исследования обреза не может повлиять на доказанность вины подсудимого по данному обвинению, поскольку обрез не найден, а совокупность вышеизложенных доказательств свидетельствует о наличии у П. огнестрельного оружия и боеприпасов, пригодных для стрельбы1. Таким образом, судебная коллегия квалифицировала действия П. по ч. 2 ст. 222 УК РФ — незаконное приобретение, хранение и ношение огнестрельного оружия и боеприпасов.

Необнаружение огнестрельного оружия не должно освобождать от уголовной ответственности за незаконные действия по его хранению, ношению и т. д., если преступление было совершено с его непосредственным применением. Это представляется нелогичным, особенно когда потерпевшему нанесены огнестрельные повреждения в результате совершения преступления, т. е. наличие оружия подтверждено фактом его непосредственного применения. Для квалификации по





Архив областного суда г. Кургана за 2002 г. Уголовное дело № 2-07.

ч. 1 ст. 222 УК РФ в части незаконного ношения оружия не считаем обязательным устанавливать марку конкретного образца, так как достаточно установить, является или нет оружие относящимся к категориям, исключенным из предмета преступления, указанного в ст. 222 УК РФ. Средства криминалистической и судебномедицинской экспертиз позволяют сделать это и в случае отсутствия оружия.

Иначе обстоит дело при угрозе огнестрельным оружием. Без установления, было ли это оружие исправным и пригодным для совершения выстрела, невозможно подтвердить его наличие, так как одних свидетельских показаний будет недостаточно.

В случае если оружие передается одним лицом другому для совершения преступления, вопрос о вменении незаконного ношения и хранения также должен рассматриваться. Если передача оружия происходит непосредственно во время совершения преступления от одного исполнителя к другому с целью причинить вред жертве, после чего оружие возвращается первому обладателю или оставляется на месте преступления, то лицо, которому оружие передавалось для совершения преступления, фактически не осуществляет незаконных действий по его обороту.

В такой ситуации имеет место лишь незаконная передача оружия со стороны передающего, причем независимо от того, на каком основании он обладает данным оружием.

Обратная ситуация складывается при передаче оружия, например, организатором преступления исполнителю для совершения преступления в будущем: исполнитель, получая оружие, имеет возможность распоряжаться им по своему усмотрению. Применение оружия фактически наступает после ряда действий, направленных на сбережение оружия, его перемещение в пространстве и т. п.

Следующая проблема состоит в отсутствии единства в установлении содержания таких незаконных действий с оружием, как незаконное изготовление, переделка и ремонт. Вызывает интерес различная интерпретация действий лица по укорочению огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия, не являющегося предметом преступлений, предусмотренных ст. 222 УК РФ.

Так, областным судом г. Кургана установлено, что К. для облегчения совершения убийства А. отпилил часть ствола и приклада ранее незаконно приобретенного им охотничьего ружья и позднее предоставил обрез и патроны М. для совершения убийства. Судебная коллегия оправдала К. по ч. 2 ст. 223 УК РФ за изготовление оружия, «поскольку действия К. по отпиливанию приклада и ствола охотничьего ружья не могут считаться изготовлением оружия, так как охотничье ружье уже являлось огнестрельным оружием согласно ст. 3 Федерального закона “Об оружии”, какого-либо улучшения технических характеристик, поражающих свойств, которыми стал обладать обрез как огнестрельное оружие, не произошло»1.

Аналогичные действия в отношении изготовления обреза этим же судом были квалифицированы по ст. 223 УК РФ. Причем суд обосновал свой вывод о наличии в действиях П. состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 223 УК

РФ, следующим образом:

«Согласно заключению эксперта в результате переделки ружье, из которого изготовлен обрез, полностью утратило свое первоначальное (охотничье) предназначение. Согласно п. 1 ч. 1 ст. 3 Федерального закона «Об оружии», к гражданскому оружию относится огнестрельное гладкоствольное длинноствольное оружие. Кроме того, в соответствии со ст. 6 этого же Закона, на территории России запрещается оборот в качестве гражданского оружия огнестрельного длинноствольного оружия, имеющего длину ствола со ствольной коробкой менее 500 мм и общую длину оружия менее 800 мм, а также оружия, имеющего технические характеристики, не соответствующие криминалистическим требованиям МВД России, согласованным с Государственным комитетом РФ по стандартизации, метрологии и сертификации, т. е. атипичного оружия, коим и является обрез. Таким образом, обрез, изготовленный из гладкоствольного оружия путем отпиливания ствола, не является гражданским оружием»2.

Архив областного суда г. Кургана за 2002 г. Уголовное дело № 2-36.

Архив областного суда г. Кургана за 2004 г. Уголовное дело № 2-50.

Верховный Суд Российской Федерации в постановлении № 106п2003 по делу Т.1 и № 865п2003 по делу А.2 подтвердил, что действия виновных по изготовлению обреза из охотничьего ружья путем укорочения стволов охотничьего ружья в виде их отпиливания содержат признаки изготовления огнестрельного оружия, поскольку в данном случае ружье утратило свои первоначальные функции и приобрело функции обреза — самодельного гладкоствольного огнестрельного оружия, обладающего другими характеристиками.

Однако в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 10 апреля 2003 г. № 53-о02-723 и от 8 мая 2003 г. № 72-о02-274 содержится совершенно противоположное мнение. Так, под незаконным изготовлением огнестрельного оружия, влекущим уголовную ответственность по ст. 223 УК РФ, предлагается понимать его создание без полученной в установленном порядке лицензии, восстановление утраченных поражающих свойств, а также переделку каких-либо предметов, в результате чего они приобретают свойства огнестрельного оружия.

Действия по переделке огнестрельного оружия из одного вида в другой не являются созданием огнестрельного оружия.

При внесении изменений в огнестрельное оружие, когда оно не перестает быть таковым, как видно из приведенных примеров, существуют недопустимые разногласия. Считаем, что подобная переделка оружия направлена на обеспечение скрытого ношения оружия, как правило, в криминальных целях, следовательно, должна получить соответствующую правовую оценку. Кроме того, предметы, подвергшиеся переделке, теряют свое первоначальное предназначение.

О значимости данной проблемы свидетельствуют также результаты опроса.

Так, на вопрос: «Считаете ли Вы, что укорочение стволов у длинноствольного Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2003 г. // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2004. № 3.

Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за первый квартал 2004 г. // Там же. № 11.

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 10 апреля 2003 г. № 53-о02-72 [Электронный ресурс]. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

Определение Верховного Суда Российской Федерации от 8 мая 2003 г. № 72-о02-27 [Электронный ресурс]. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

гладкоствольного оружия образует состав незаконного изготовления оружия?» — из группы правоприменителей утвердительно ответили 69% респондентов; отрицательно — 17; затруднились с ответом — 14%. По подгруппам мнения разделились следующим образом: следователи — 64, 20, 16% соответственно; сотрудники уголовного розыска — 80, 13, 7%. Среди судей мнения разделились в равных долях (33,3%). Из группы экспертов положительно ответили 78%; отрицательно — 11; затруднились с ответом — 11%.

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 марта 2002 г. № 5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств», при квалификации последующих незаконных действий с изготовленным оружием необходимо исходить из тактико-технических характеристик, которыми стало реально обладать переделанное виновным оружие, а не те предметы, которые подверглись переделке. Однако в рассматриваемом случае техническая сторона изделия меняется в меньшей степени (оружие остается огнестрельным и гладкоствольным), чем его целевое назначение.

Полагаем правильной точку зрения, согласно которой обрез является атипичным самодельным огнестрельным оружием, изготовление, приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка и ношение которого образуют состав преступления, предусмотренный ч. 1 ст. 222 УК РФ. Сюда следует отнести и случаи, когда лицо имело разрешение на охотничье ружье, из которого был изготовлен обрез. Однако на практике суды приходят и к иному мнению. Приведем пример.

О. совершил разбойное нападение на С. с применением обреза гладкоствольного охотничьего ружья. Согласно протоколу выемки, О. выдал охотничий билет и разрешение на право хранения и ношения охотничьего гладкоствольного ружья, а также отпиленные части ствола и приклада. В действиях подсудимого суд не нашел оснований к применению чч. 1 ст. ст. 222 и 223 УК РФ, так как О. на законном основании имел право на хранение и ношение охотничьего гладкоствольного ружья. Укоротив ствол и ложе, О. не изготовил качественно новый тип огнестрельного оружия, что также усматривается из заключения эксперта. После переделки ружье сохранило все технические свойства огнестрельного оружия1.

Считаем необходимым еще раз указать на то, что понятия, связанные с делением оружия на виды, являются в большей степени правовыми, нежели криминалистическими. Возможности экспертизы ограничиваются определением конструктивных характеристик, исправности, т. е. пригодности к применению (производство выстрела, использование определенного вида боеприпасов, нанесение повреждений и т. д.). При квалификации действий, связанных с незаконным оборотом оружия, необходимо руководствоваться не только криминалистическими параметрами конкретного экземпляра оружия, но и его правовым статусом. Это позволит избежать как ошибок квалификации, так и намеренных манипуляций с законом.

Несмотря на то что Федеральным законом от 28 декабря 2010 г. № 398-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросу усиления контроля в сфере оборота гражданского оружия»2 в ст. 223 УК РФ был введен термин «переделка», его теоретического освещения со стороны Пленума Верховного Суда Российской Федерации пока не дано. Вследствие этого до сих пор существует поле для неоднозначного толкования данного понятия. Нужно отметить, что в п. 4 ч. 1 ст. 26 Закона «Об оружии» (до внесения изменений) было указано, что лицензия аннулировалась в случае конструктивной переделки владельцем гражданского или служебного оружия и патронов к нему, повлекшей изменение баллистических и других технических характеристик указанных оружия и патронов к нему. В настоящее время данное положение отсутствует. В связи с этим выделение незаконной переделки в отдельный состав преступления не сняло накопившихся проблем. Напротив, суды продолжают принимать диаметрально противоположные решения.

С одной стороны, обрезы признают атипичным огнестрельным оружием, оборот которого на территории Российской Федерации запрещен, изготовленным (переделанным) путем внесения конструктивных изменений в огнестрельное Архив Кировского районного суда г. Омска за 2000 г. Уголовное дело № 1-248.

–  –  –

длинноствольное оружие, что приводит к модификации характеристик гражданского оружия1.

С другой стороны, имеется ряд судебных решений, согласно которым подобные действия не относятся к уголовно наказуемым. Так, судебная коллегия по уголовным делам Костромского областного суда отменила приговор в части осуждения Т. по ч. 1 ст. 223 УК РФ и прекратило производство по делу в связи с отсутствием в деянии состава преступления на основании того, что изготовленный из винтовки обрез также является нарезным огнестрельным оружием.

Исходя из этого суд сделал вывод о том, что «осужденным оружие не создавалось, не восстанавливались утраченные поражающие свойства оружия и не осуществлялась переделка предметов, в результате чего они приобрели бы свойства огнестрельного оружия, поэтому его действия не могут быть квалифицированы по ч. 1 ст. 223 УК РФ как изготовление оружия»2.

К аналогичному выводу пришел президиум Белгородского областного суда, рассмотрев в надзорной инстанции материалы уголовного дела по обвинению Д.:

«видоизменение огнестрельного длинноствольного оружия в обрез, также являющийся огнестрельным оружием, не может образовывать состав преступления — изготовление огнестрельного оружия»3.

Как уже было указано в настоящей работе, переделкой должно считаться внесение конструктивных изменений в образец оружия, вследствие чего изменяется правовой статус оружия — оно перестает быть разрешенным к гражданскому обороту. Незаконная переделка может быть осуществлена не только путем изменения принципа действия оружия (из газового в огнестрельное), но и путем внесения конструктивных изменений, влияющих на тактические или технические характеристиУголовное дело по обвинению Фомина И. С. [Электронный ресурс] : приговор № 1-209/20 от 3 октября 2012 г. URL: http://rospravosudie.com/court-irbitskij-rajonnyj-sud-sverdlovskaya-oblasts/act-107232213.

Изменено с изменением квалификации со снижением меры наказания [Электронный ресурс] : кассационное определение от 13 ноября 2012 г. URL: http://rospravo-sudie.com/courtkostromskoj-oblastnoj-sud-kostromskaya-oblast-s/act-107105168.

Обвинительный приговор изменен в связи с неправильным применением уголовного закона, назначенное осужденному наказание смягчено [Электронный ресурс] : постановление суда надзорной инстанции от 6 декабря 2012 г. URL: http://rospravosudie.com/court-belgorodskijoblastnoj-sud-belgorodskaya-oblast-s/act-107197492.

ки конкретного образца оружия. Внесение изменений, которые не влияют на оборотоспособность оружия (изготовление ортопедической рукояти, изменение прицельных приспособлений, художественная отделка оружия и т. п.), не должно влечь их квалификации как уголовно наказуемой переделки.

При квалификации преступлений, совершаемых с применением оружия, или предметов, используемых в качестве оружия, имеется также ряд спорных моментов. Один из них — разграничение оружия и предметов, используемых в качестве оружия. Среди изученных приговоров и кассационных определений по уголовным делам в 16% случаев совершения преступлений было применено оружие, в частности огнестрельное, и в 84% — предметы, используемые в качестве оружия.

В литературе, а также в судебной практике значительное внимание уделено вопросу отграничения оружия от предметов, используемых в качестве оружия, однако единого мнения не выработано. Особенно это актуально в связи с введением в Закон «Об оружии» и УК РФ нового термина «огнестрельное оружие ограниченного поражения» (ОООП). Исходя из законодательной формулировки, ОООП не предназначено для причинения смерти человеку. В таком случае возникают вопросы:

«Можно ли называть ОООП оружием в уголовно-правовом смысле? Можно ли применение ОООП при совершении преступления относить к применению оружия?» Похожая проблема обнаруживается и при рассмотрении вопроса о применении при совершении преступления газового оружия. В судебной практике нередко разделяют квалифицирующее отягчающее обстоятельство «с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия» на две самостоятельные части в соответствии с видом примененного предмета. Считаем, что в этом нет необходимости. Более того, углубляясь в спор о технических характеристиках и поражающей способности конкретных видов оружия, правоприменители часто упускают правовой аспект данной проблемы.

Газовое оружие при его применении во время совершения преступления преимущественно относят к категории предметов, используемых в его качестве.

Существует мнение, что вопрос о квалификации действий виновного следует решать после экспертного исследования поражающих свойств и характера воздействия на потерпевшего конкретного экземпляра газового оружия. В случаях, «когда признаков опасности для жизни и здоровья потерпевшего не обнаружено, содеянное образует состав насильственного грабежа или покушение на это преступление»1. Если же оружие было применено способом, не связанным с его поражающими свойствами, предлагается квалифицировать данные действия как применение предметов, используемых в качестве оружия. Так, нанесение ударов рукояткой пистолета (в том числе газового) расценивается как применение предмета, используемого в качестве оружия2. Поскольку газовое оружие при обычных условиях применения не предназначено для нанесений повреждений, опасных для жизни и здоровья человека, то оно может быть признано оружием в случае, если было использовано опасным способом либо снаряжено нервно-паралитическим или отравляющим веществом.

Представляется, что, по смыслу закона, применение предметов, используемых в качестве оружия, при совершении преступления по степени опасности должно быть равнозначно применению оружия и значительно отличаться от невооруженного насилия. Мы поддерживаем мнение В. В. Яровенко, который считает «оружие» и «предметы» аналогичными понятиями, а их общественную опасность — равноценной. Свой вывод он основывает на отсутствии дифференциации ответственности за их применение3, опровергая, таким образом, мнение Ф. Гребенкина о том, что степень общественной опасности при совершении, например, разбоя зависит «от орудий или средств совершения преступления по сравнению с применением предметов, используемых в качестве оружия»4.

Как показало анкетирование, единого мнения на этот счет не имеется. Так, на вопрос: «Как Вы считаете, применение оружия и применение предметов, используемых в качестве оружия, обладают одинаковой степенью общественной опасности?» — в группе правоприменителей 48% респондентов ответили утверРоманков А. Применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, как квалифицирующий признак разбоя // Уголовное право. 2002. № 1. С. 45.

Архив Центрального районного суда г. Омска за 2001 г. Уголовное дело № 1-217.

Яровенко В. В. Общественная опасность отдельных видов оружия и уголовная ответственность за него [Электронный ресурс] // Право и политика. 2010. № 7. С. 1307–1312. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

Гребенкин Ф. Общественная опасность преступления и ее характеристики // Уголовное право. 2006. № 1. С. 26.

дительно, 47 — отрицательно, 5% их полагают, что это зависит от конкретной ситуации. Среди экспертов мнения разделились следующим образом: ответили положительно — 20%; отрицательно — 73; в зависимости от ситуации — 7%. Однако на вопрос: «На Ваш взгляд, оружие и предметы, используемые в качестве оружия, в отягчающем обстоятельстве “с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия” выступают как равнозначные понятия?» — мнения экспертов распределились иначе: да — 46%; нет — 46; в зависимости от конкретных условий — 8%.

С точки зрения многих респондентов, применение оружия опаснее в силу специфики самого предмета, а также того, что наличие оружия свидетельствует о тщательной подготовке к совершению преступления и наличии прямого умысла виновного. Применение предметов, используемых в качестве оружия, как правило, служит следствием внезапно возникшего умысла, кроме того, по характеру нанесенных повреждений такие предметы менее опасны.

Однако мы не можем согласиться с данным подходом. Исходя из анализа решений судов по уголовным делам, отметим, что применение предметов, используемых в качестве оружия, по своим последствиям преимущественно равноценно применению оружия — по форме причинения вреда жизни и здоровью человека.

Поскольку в большинстве случаев из предметов, используемых в качестве оружия, применяется нож, имеет смысл обратиться к психологическому портрету преступника. «Не каждый по своим физическим и психологическим параметрам способен в определенной обстановке нанести удар ножом»1, а решиться совершить преступление из огнестрельного оружия значительно легче. Действительно, лицо, вооруженное огнестрельным оружием, отличается степенью решимости к совершению преступления, меньшей агрессивностью, но большей уверенностью в своих действиях вследствие ощущения превосходства над невооруженной жертвой.

Именно этим объясняется опасность преступника, вооруженного огнестрельным оружием. Простота совершения преступления в данном случае является ключевым моментом. Если применяется оружие или предмет, его заменяющий, с целью

Скобликов П. Либерализация оборота огнестрельного оружия // ЭЖ-Юрист. 2011. № 32.С. 6.

причинить вред жизни и здоровью, то для самой жертвы непринципиально, чем причиняется вред, важно, что он причинен.

Если рассматривать вопрос о заранее обдуманном или внезапно возникшем умысле, то это можно установить только относительно каждого конкретного преступления и личности конкретного преступника. Одни преступники могут обдуманно для совершения преступления взять пистолет, нож или удавку. Другие внезапно берут такие же предметы, если они оказались под рукой. Заметим, с каждым годом количество случаев применения травматического оружия в ходе различного рода бытовых конфликтов неуклонно растет 1. Именно неоднозначностью решения данных вопросов, на наш взгляд, обусловлено распределение мнений среди респондентов.

Считаем, что при квалификации деяния в содержании отягчающего обстоятельства «с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия» нет необходимости искусственно отделять оружие от предметов, используемых в его качестве. Данные категории следует рассматривать как равнозначные.

Такое сближение связано с последствиями их применения. Отнесение орудия преступления к категории оружия лишь обусловливает установление дополнительных обстоятельств и при необходимости влечет квалификацию по ст. ст. 222–226 УК РФ.

Другим спорным вопросом является разная интерпретация содержания объективной стороны применения оружия или предметов, используемых в качестве оружия. Так, по мнению исследователей, применение или попытка применения оружия или иных предметов должны повлечь причинение вреда жизни или здоровью граждан2. «Если виновный не использовал и не пытался использовать нож в качестве колюще-режущего оружия, то его действия не могут квалифицироваться...

как совершенные с применением ножа»3. В 96% изученных решений суда по угоПо Л. Веденову, за период с 2005 г. по 2010 г. с использованием травматического оружия было совершено более 2 тыс. преступлений, ранения получили 468 человек (МВД назвало количество погибших от травматического оружия. URL: http://lenta.ru/news/ 2010/12/29/victims).

См., напр.: Васецов А. Закон «Об оружии» и квалификация преступлений, совершаемых с применением оружия // Рос. юстиция. 1995. № 2. С. 36.

Даньшин И. Н. Ответственность за хулиганство по советскому уголовному праву. Харьков, 1971. С. 99.

ловным делам применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия, признано непосредственное нанесение телесных повреждений пострадавшему независимо от степени причиненного вреда.

Так, Октябрьский районный суд г. Омска исключил из обвинения квалифицирующий признак «с применением предмета, используемого в качестве оружия», поскольку в судебном заседании было установлено, что, «угрожая предметом, похожим на нож, подсудимый реально его не использовал, ударов, порезов данным предметом потерпевшей не причинил»1. Иначе говоря, «действия подсудимого по приставлению ножа к телу потерпевшего необходимо рассматривать как его демонстрацию, поскольку нож фактически не был применен»2.

Аналогично поступил и Московский районный суд г. Твери. В тексте обвинения указание на применение подсудимым предмета, используемого в качестве оружия, отсутствовало, было лишь указано что З., «используя нож в качестве оружия, угрожая его применением», потребовал передачи ему денег. Суд установил, что действия З. в момент их совершения «реальной угрозы жизни и здоровью граждан не создавали, поскольку каких-либо доказательств того, что З. намеревался применить имевшийся у него нож для причинения потерпевшим телесных повреждений, получено не было. З. лишь демонстрировал нож, угрожал его применением, но каких-либо попыток использовать нож для причинения телесных повреждений потерпевшим не предпринимал, что подтверждает отсутствие как телесных повреждений, так и повреждений одежды»3.

Проблема заключается в том, что сам признак «с применением…» требует выполнения объективной стороны по применению, т. е. приставления к телу, замахивания, а не просто демонстрации. Вред при этом может быть и не причинен, например, в результате умелого сопротивления жертвы. Таким образом, в каждом конкретном случае необходимо исходить из тех действий, которые были совершены лицом. Прямыми доказательствами применения будут порезы и травмы, но при их отсутствии нельзя констатировать, что применения не было. Однако здесь заАрхив Октябрьского районного суда г. Омска за 2007 г. Уголовное дело № 1-609.

–  –  –

Архив Московского районного суда г. Твери. URL: http://www.mossud.tver.ru/print/ practice/u_article.shtml.

тронут вопрос доказывания по уголовному делу, который не составляет объект нашего исследования.

Если у потерпевшего были основания воспринимать действия лица как угрожающие его жизни и здоровью, а у преступника была объективная возможность применить оружие или предмет, его заменяющий (их исправность, готовность, доступность), а также были совершены подготовительные действия, из которых можно заключить, что субъективно он был готов к его применению (наличие прямого или косвенного умысла), то необходимо квалифицировать действия как применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия. Причем приведение огнестрельного оружия в боевую готовность (нахождение патронов в патроннике или в магазине) свидетельствует об умысле его использовать. Угроза же применения оружия, даже подкрепленная демонстрацией оружия, будет являться в таком случае угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья.

Анализ судебной практики по применению ст. ст. 126, 162, 213 УК РФ выявил основные направления при вменении отягчающего обстоятельства «с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия». В частности, в его содержание включается угроза их применения1.

Так, судебная коллегия по уголовным делам Архангельского областного суда установила, что суд первой инстанции необоснованно исключил из обвинения Д.

квалифицирующий признак «совершение преступления с применением предмета, используемого в качестве оружия» и переквалифицировал действия осужденного с ч. 2 ст. 162 УК РФ на ч. 1 ст. 162 УК РФ. При этом суд первой инстанции сослался на то, что в момент демонстрации ножа подсудимый не высказывал каких-либо угроз К. и не пытался данным ножом причинить потерпевшему телесные повреждения. Вместе с тем, как установлено судом, Д. напал на К., приставил к его телу нож, чем создал реальную угрозу для жизни и здоровья потерпевшего, и открыто, из корыстных побуждений похитил принадлежащий К. мобильный телефон.

Среди изученных приговоров и кассационных определений по уголовным делам за совершение преступлений, совершенных с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, применение квалифицировано судом в 76% случаев; как угроза применения — в 21; в 3% юридическая оценка действиям не была дана.

При этом Д., угрожая потерпевшему ножом, рассчитывал, что последний воспримет его как оружие, применение которого опасно для жизни и здоровья1.

В некоторых случаях, несмотря на имеющееся разъяснение постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 г. № 29, применением оружия или предметов, используемых в его качестве, признается использование негодного оружия (имитации), если потерпевший воспринимал этот предмет как настоящее оружие, а угрозу — как реальную. Среди изученных материалов в 2% случаев угрозы применения оружия или предметов, используемых в качестве оружия, угроза была осуществлена имитацией оружия.

Так, Центральный районный суд г. Омска обосновал, что признак «применение предметов, используемых в качестве оружия» нашел свое подтверждение, поскольку С. демонстрировал, а иногда подставлял к потерпевшим предмет (макет пистолета), воспринимаемый ими как пистолет. При этом С. осознавал, что именно в качестве оружия данный предмет будет восприниматься потерпевшими2.

В юридической литературе встречается мнение о необходимости подобной оценки деяния, поскольку потерпевший считает, что посягательство совершается с применением оружия3. Однако с этой квалификацией нельзя согласиться, поскольку объективно макет не мог использоваться в качестве оружия, за которое оно выдавалось потерпевшим, и он не применялся для нанесения вреда иным способом. Следовательно, эти действия не будут считаться применением оружия.

Такую позицию, в частности, заняла судебная коллегия по уголовным делам Архангельского областного суда, исключив из квалификации действий осужденного совершение разбоя с применением оружия, поскольку К. во время нападения на С., высказывая намерение ее убить, приставлял к виску потерпевшей игрушечный пистолет. Так как игрушечный пистолет является не оружием, а имитацией оружия, его применение в качестве огнестрельного оружия было невозможно, и осужденный, понимая это, не намеревался использовать его для причинения телесных поАрхив Архангельского областного суда за 2004 г. Кассационное определение по делу № 22URL: http://www.arhcourt.ru.

Архив Центрального районного суда г. Омска за 2003 г. Уголовное дело № 1-101.

См., напр.: Казакова В. А. Уголовно-правовые аспекты предупреждения вооруженной преступности // Уголовное право. 2003. № 2. С. 37.

вреждений, опасных для жизни или здоровья, а лишь выдавал его за действительное оружие, стремясь напугать потерпевшую и сломить ее сопротивление1.

Если преступник демонстрирует огнестрельное оружие, которое исправно и заряжено, то в таком случае можно утверждать, что лицо намеревалось его использовать при необходимости, так как объективно без выполнения этих условий применить огнестрельное оружие невозможно. В случае с холодным оружием, ножом или другим предметом, повреждения которыми можно нанести, используя лишь мышечную силу самого преступника, возможность применения для нанесения телесных повреждений присутствует всегда, однако умысел на его применение при совершении преступления до конца не определен. Полностью исключить такую возможность можно только при установлении, например, что нож был игрушечным, сделан из материала, которым невозможно причинить повреждения.

Таким образом, намеревался преступник или нет причинить этим предметом телесные повреждения, можно выяснить либо по наступившим последствиям, либо если в момент применения создавалась реальная опасность для жизни или здоровья потерпевшего, т. е. была выполнена объективная сторона по применению насилия с использованием этого предмета.

Наряду с уже обозначенными проблемами нам представляется важным рассмотреть вопросы, связанные с сочетанием отягчающих обстоятельств «с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия» и «с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия». В случаях, когда они находятся в рамках одной части статьи, суды нередко квалифицируют угрозу оружием, вменяя оба признака, как применение оружия и угрозу насилием, опасным для жизни или здоровья.

Таким образом, например, поступил Курганский областной суд в отношении А., который, намереваясь похитить Б., ворвался в квартиру и в целях подавления воли к сопротивлению продемонстрировал Б. имевшийся у него нож. Угрожая применением в отношении нее ножа и насилия, опасного для жизни и здоровья, он потребовал от нее поехать с ним. Б., оказав активное сопротивление, убежала, Архив Архангельского областного суда за 2005 г. Кассационное определении по делу № 22-968. URL: http://www.arhcourt.ru.

вследствие чего А. пришлось скрыться, не доведя своих действий до конца. Суд квалифицировал действия А. в отношении Б. как ч. 3 ст. 30 и пп. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 126 УК РФ — покушение на похищение человека группой лиц по предварительному сговору, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, и с применением предметов, используемых в качестве оружия1.

В свою очередь, Архангельский областной суд принял иное решение по делу Д. После совершения убийства К. и Н., с целью воспрепятствовать задержанию и получить возможность скрыться от преследования, использовав в качестве оружия нож, угрожая расправой, подсудимый незаконно лишил свободы находящихся в квартире О., Т. и заведомо несовершеннолетнего Б., удерживая данных лиц в комнате. Из обвинения Д. суд исключил п. «в» ч. 2 ст. 127 УК РФ, т. е. применение насилия, опасного дли жизни и здоровья, поскольку реально насилие к потерпевшим не применялось, а угроза применения насилия указанной нормой уголовного закона не предусмотрена2.

Из приведенных материалов наглядно прослеживается отсутствие единого понимания содержания рассматриваемых отягчающих обстоятельств, вследствие чего при квалификации либо они дублируют друг друга, либо действия лица, наоборот, остаются вне юридической оценки.

Сказанное также подтверждается анкетированием. На вопрос: «Включает ли в себя квалифицирующее отягчающее обстоятельство “с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия” угрозу их применения?» — в группе правоприменителей положительно ответили 64%; отрицательно — 21; в зависимости от условий — 15; среди экспертов — 47, 43, 10% соответственно.

Проведенное исследование показало несоответствие содержания норм УК РФ их легальному толкованию вследствие расхождения правовых норм административного и уголовного права в сфере оборота оружия, а также различной правовой оценки незаконных деяний с оружием при совершении преступлений с их применением. Данные обстоятельства существенно влияют на эффективность уголовного закона.

Архив областного суда г. Кургана за 2001 г. Уголовное дело № 2-21.

Архив Архангельского областного суда за 2008 г. Уголовное дело № 2-12 URL:

http://www.arhcourt.ru.

Рассматривая содержание отягчающего обстоятельства «с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия», необходимо также обратиться к обстоятельствам, отягчающим наказание, предусмотренным ст. 63 УК РФ.

С одной стороны, они охватывают широко распространенные ситуации совершения преступления, а с другой — в этот перечень включены обстоятельства, которые оказывают существенное влияние на степень общественной опасности совершенного преступления и личности преступника. Однако правила учета подобных обстоятельств до конца не проработаны. В части 2 ст. 63 УК РФ закреплено правило, согласно которому если отягчающее обстоятельство предусмотрено в качестве признака преступления, оно не может повторно учитываться при назначении наказания. Данное положение не вызывает особых затруднений, если это признак основного состава. Но в ряде случаев такое обстоятельство может быть признаком квалифицированного состава в рамках ч. 2 или ч. 3 соответствующей статьи. В таком случае оно является конкретизирующим по отношению к обстоятельствам, указанным в ст. 63 УК РФ, поскольку обладает тем же свойством — повышать общественную опасность преступного деяния. Так, применение оружия при совершении преступления можно рассматривать как конкретизирующее обстоятельство по отношению к п. «к» ч. 1 ст. 63 УК РФ, в результате чего оно учитывается при назначении наказания только один раз — как признак состава преступления с отягчающими обстоятельствами. Следует отметить, что использование оружия при совершении преступления как обстоятельство, отягчающее наказание, имеет значение только в границах санкции. В судебной практике п. «к» ч. 1 ст. 63 УК РФ редко используется. За расширение практики использования данного обстоятельства высказывается также М. И. Катбамбетов, предлагая в частности заменить термин «использование» на «применение»1. Однако мы не можем согласиться с таким ограничительным подходом. Заслуживает внимания предложение О. Л. Багровой о необходимости дополнить п. «к» ч. 1 ст. 63 УК РФ указанием на использование предмеКатбамбетов М. И. Уголовно-правовая характеристика применения оружия : автореф.

дис. … канд. юрид. наук. М., 2013. С. 8.

тов в качестве оружия1 при совершении преступлений. На наш взгляд, рассматриваемое положение необходимо учитывать в случае угрозы применения вооруженного насилия, если статьей это непосредственно не предусмотрено.

На основании изложенного можно сделать следующие выводы.

Действия лица по длительному незаконному ношению оружия можно рассматривать как обеспечение сохранности и нахождения их во владении лица. Исходя из этого, при длительном ношении оружия, превышающем 24 часа, должно вменяться также незаконное хранение оружия.

Если оружие передается одним лицом другому для совершения преступления, вопрос о вменении незаконного ношения и хранения должен рассматриваться в зависимости от времени, на которое передается оружие, фактического перемещения оружия в пространстве, а также возможности распорядиться оружием по своему усмотрению.

В случае уничтожения или избавления от оружия иным способом ликвидируется возможность дальнейшего причинения вреда путем его незаконного хранения. Признавая отсутствие возможности установления факта незаконного приобретения и хранения оружия, мы не можем исключить наличия состава его незаконного ношения. В отношении атипичного оружия вопрос о незаконных действиях по его обращению должен всегда ставиться и устанавливаться.

Под переделкой оружия необходимо понимать внесение в экземпляр оружия любых конструктивных модификаций, направленных на изменение принципа действия, на изменение технических, баллистических или тактических свойств оружия, например, для обеспечения скрытого ношения оружия, нанесения при выстреле максимальных повреждений, использования на коротких расстояниях.

Применение оружия и применение предметов, используемых в его качестве, при совершении преступления по степени опасности являются равнозначными понятиями и значительно отличаются от невооруженного насилия. Такое сближение выражается в последствиях применения указанных предметов. В случае исБагрова О. Л. Уголовная ответственность за хищение либо вымогательство оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств : автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2004.

С. 6.

пользования предметов, похожих на оружие, но непригодных к причинению вреда, имеются лишь субъективная оценка этих предметов другими лицами и предположение об их свойствах.

Учет обстоятельств, отягчающих наказание, в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 63 УК РФ, в случае угрозы применения вооруженного насилия позволит в полной мере использовать потенциал уголовного закона в рассматриваемой сфере.

§ 2. Совершенствование уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за незаконный оборот и применение оружия при совершении преступлений Разрозненность норм уголовного и административного законодательства в вопросах правового регулирования оборота оружия, а также уголовно-правовой охраны общества от незаконных деяний с оружием порождает пробелы, не позволяющие эффективно применять закон в данной сфере. Проведенное исследование выявило ряд проблем, требующих внесения корректив в нормы УК РФ.

К основным из них можно отнести смешение в рамках одной статьи незаконных деяний с видами оружия, различными по конструкции, убойной силе и правовому режиму оборота1. Это обстоятельство объяснимо стремлением к унификации законодательства.

В связи с несопоставимостью предметов, относящихся к категории «обычное оружие» (холодное, метательное, газовое и огнестрельное оружие), со взрывными устройствами, взрывчатыми веществами, а также оружием массового поражения2 считаем необходимым разграничить ответственность за незаконные деяния по их обороту. Включение в одну норму незаконных деяний с перечисленными предметами не соответствует степени их общественной опасности3. В научных исследованиях уже не раз отмечалась необходимость выделения незаконных деяний с разСм., напр.: Невский С. А. Криминологические и уголовно-правовые проблемы борьбы с незаконным оборотом оружия : дис.... доктора юрид. наук. Краснодар, 2001. С. 12.

См., напр.: Гедиев М. Ш. Незаконный оборот оружия массового поражения как преступление против мира и безопасности человечества : дис.... канд. юрид. наук. Краснодар, 2012. С. 9.

См., напр.: Ширкин А. И. Уголовно-правовые и криминалистические аспекты противодействия незаконному обороту оружия в Российской Федерации : автореф. дис. … канд. юрид.

наук. Казань, 2008. С. 11.

личными видами оружия в отдельные нормы. Так, С. М. Мальков считает правильным выделить из ст. 226 УК РФ состав хищения, а также вымогательства ядерного, химического или других видов оружия массового поражения в отдельную норму1.

Это мнение поддерживает также Л. В. Иванова, уточняя, что новый состав должен находиться в главе 24 УК РФ2.

По нашему мнению, отсутствует логика распределения по главам УК РФ составов преступлений, связанных с оружием массового поражения. Уголовная ответственность за хищение либо вымогательство оружия массового поражения предусмотрена ст. 226 УК РФ, которая расположена в главе 24 «Преступления против общественной безопасности» раздела IX «Преступления против общественной безопасности и общественного порядка». В свою очередь, разработка, производство, накопление, приобретение и сбыт такого оружия относятся к преступлениям против мира и безопасности человечества. Однако хищение можно рассматривать как наиболее опасный вид приобретения, связанный с отчуждением чужого имущества.

На наш взгляд, хищение и вымогательство оружия массового поражения в той же мере посягают на безопасность мира и человечества, как и иные действия с ним. В связи с этим составы преступлений, предусмотренные ч. 2 ст. 226 УК РФ, должны быть перенесены в ст. 355 УК РФ. Необходимо также отметить, что в работах посвященных незаконным деяниям по обороту оружия массового поражения не затрагивается проблема хищения такого оружия как преступления направленного против мира и безопасности человечества3. В научных исследованиях также отмечается необходимость выделения незаконных деяний в отношении предметов вооружения и военной техники4, с возможностью отнесения хищения таковых к преступлениям против военной службы5.

Мальков С. М. Уголовная ответственность за хищение оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств : дис. … канд. юрид. наук. Омск, 2000. С. 6.

Иванова Л. В. Хищение и вымогательство огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств : автореф. дис. … канд. юрид. наук. СПб. 2004. С. 9.

Гедиев М. Ш. Незаконный оборот оружия массового поражения как преступление против мира и безопасности человечества : автореф. дис. … канд. юрид. наук. Краснодар, 2012.

С. 9.

–  –  –

Антонченко В. В. Хищение оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств в войсках Дальневосточного военного округа : криминологические аспекты : автореф. дис. … канд. юрид. наук. Владивосток, 2010. С. 12.

Кроме того, перечень запрещенных деяний с холодным, метательным и газовым оружием не соответствует степени их общественной опасности1. Полагаем, что выделение в уголовном законе незаконных деяний с холодным оружием в существующей форме в настоящее время бесперспективно. Закон «Об оружии»

определяет холодное оружие как оружие, предназначенное для поражения цели при помощи мускульной силы человека при непосредственном контакте с объектом поражения. Под это определение формально подходят любые предметы, в том числе заточки, дубинки, самодельные ножи и т. д. Для установления принадлежности того или иного предмета к категории холодного оружия используются средства криминалистической экспертизы. Однако необходимо подчеркнуть, что установление вида оружия — это не только криминалистическая оценка предмета, но и правовая. Следовательно, ГОСТ не может служить для этого основанием, в частности, для изделий кустарного изготовления. В отношении последних существующая криминалистическая методика достаточно условна и несовершенна, что отмечают и сами криминалисты2.

При совершении преступлений разница между клинковым холодным оружием и бытовыми ножами не видна, более того, холодное оружие является орудием преступления гораздо реже, чем обычные кухонные ножи. Так, среди изученных решений суда по преступлениям, совершенным с применением различного вида ножей, всего в 2% случаев применялось холодное оружие.

Считаем, что незаконные действия, предусмотренные чч. 4 ст. ст. 222 и 223 УК РФ, в отношении холодного и метательного оружия следует вывести в сферу административного регулирования как действия, обладающие общественной опасностью, присущей правонарушениям.



Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 10 |


Похожие работы:

«УСЕНОВ Каныбек Ибраимович ОРГАНИЗАЦИЯ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ОРГАНОВ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ С ОБЩЕСТВЕННЫМИ ОБЪЕДИНЕНИЯМИ КЫРГЫЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ В СФЕРЕ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ПРАВОПОРЯДКА Специальность 12.00.11 – судебная деятельность, прокурорская деятельность, правозащитная и правоохранительная деятельность ДИССЕРТАЦИЯ на соискание научной степени кандидата...»

«Хилтунов Николай Николаевич Уголовная ответственность за нарушение требований охраны труда Специальность 12.00.08 – Уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: Соктоев Зорикто Борисович доктор юридических наук,...»

«Черныш Артем Вадимович КОНКУРЕНТНОЕ ПРАВО ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА И СОБЛЮДЕНИЕ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА Специальность 12.00.10 – Международное право; Европейское право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: Кандидат юридических наук, Доцент, А.С. Исполинов Москва Оглавление Введение Глава 1. Конкурентное право Европейского Союза §1. Становление конкурентного права в Европейском...»

«Соколов Тимур Викторович ФОРМЫ ВЗАИМОСВЯЗИ КОНСТИТУЦИОННОГО И УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВ В КОНТЕКСТЕ ДОКТРИНЫ СУДЕБНОГО ПРАВА 12.00.02 — конституционное право;...»

«Малышева Галина Александровна ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ГАРАНТИИ ГРАЖДАНСКИХ СЛУЖАЩИХ: СОВРЕМЕННОЕ АДМИНИСТРАТИВНО-ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ И НАПРАВЛЕНИЯ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ Специальность 12.00.14 – административное право, финансовое право, информационное право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: доктор юридических наук, профессор Старилов Ю.Н. Воронеж – 20 ОГЛАВЛЕНИЕ Введение.. Глава 1....»

«Сиверская Людмила Анатольевна Рассмотрение сообщений о преступлениях: правовое регулирование и процессуальный порядок Специальность 12.00.09 – Уголовный процесс Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель доктор юридических наук, доцент Кобзарев Ф. М. Москва – Содержание...»

«Смирнова Евгения Юрьевна ОТКРЫТАЯ ЛИЦЕНЗИЯ КАК ФОРМА РАСПОРЯЖЕНИЯ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНЫМ ПРАВОМ НА ПРОГРАММУ ДЛЯ ЭВМ С ОТКРЫТЫМ ИСХОДНЫМ ТЕКСТОМ 12.00.03 – гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук...»

«ЛИТВИШКО Пётр Андреевич ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОЙ ЮРИСДИКЦИИ В ЗАРУБЕЖНЫХ ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВАХ ГОСУДАРСТВ Специальность 12.00.09 – уголовный процесс Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: доктор юридических наук А.Г. Волеводз Москва – 20 ОГЛАВЛЕНИЕ ВВЕДЕНИЕ.. ГЛАВА I. ТЕОРЕТИКО-ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ...»

«Усенов Каныбек Ибраимович Организация взаимодействия органов внутренних дел с общественными объединениями Кыргызской Республики в сфере обеспечения правопорядка Специальность 12.00.11 – судебная деятельность, прокурорская деятельность, правозащитная и правоохранительная деятельность ДИССЕРТАЦИЯ на соискание научной степени кандидата...»

«Кастанова Екатерина Дмитриевна Правовые основы международного сотрудничества в области избежания двойного налогообложения и предотвращения уклонения от уплаты налогов Специальность 12.00.04 Финансовое право; налоговое право; бюджетное право...»

«Сайдумов Джамбулат Хамидович СУД, ПРАВО И ПРАВОСУДИЕ У ЧЕЧЕНЦЕВ И ИНГУШЕЙ (ХVIII–ХХ вв.) Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук Специальность – 12.00.01 – теория и история права и государства; история учений о праве и государстве Грозный – 20 СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ.. Глава I. ИСТОРИЧЕСКИЙ ГЕНЕЗИС И ЭВОЛЮЦИЯ ТРАДИЦИЙ ПРАВА И ПРАВОСУДИЯ У ЧЕЧЕНЦЕВ И ИНГУШЕЙ. §1....»

«Богданова Тамара Дмитриевна Объекты патентных прав и их правовой режим по российскому законодательству Специальность 12.00.03 – гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право Диссертация на соискание ученой степени...»

«Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Санкт-Петербургский государственный университет» НА ПРАВАХ РУКОПИСИ Русаков Виталий Июстинович Правовой режим инвестиций, объединяемых участниками государственно-частного партнерства Специальность: 12.00.03 гражданское право, предпринимательское право, семейное право, международное частное право ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: Лебедев...»

«Бурдов Сергей Николаевич Административно-правовые режимы конфиденциальной информации Специальность 12.00.14 – Административное право; административный процесс Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук...»

«ГИЛЯЗЕВА ДИАНА РАШИТОВНА ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ НОРМ МЕЖДУНАРОДНОГО И НАЦИОНАЛЬНОГО ПРАВА В СФЕРЕ ОХРАНЫ ЭКОЛОГИЧЕСКИХ ПРАВ КОРЕННЫХ НАРОДОВ. Специальность 12.00.10 – Международное право. Европейское право. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук....»

«ЕМЕЛЬЯНОВ Никита Сергеевич КРИМИНОЛОГИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ КОНФЛИКТОВ С УЧАСТИЕМ ОСУЖДЕННЫХ Специальность 12.00.08 – уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: доктор...»

«Евстратенкова Магдалена Александровна ИЗБИРАТЕЛЬНАЯ СИСТЕМА ШВЕЙЦАРСКОЙ КОНФЕДЕРАЦИИ Специальность 12.00.02 – конституционное право; конституционный судебный процесс; муниципальное право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических...»

«Нежинская Ксения Сергеевна КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В СФЕРЕ ДЕМОГРАФИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ (НА ПРИМЕРЕ ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ФЕДЕРАЛЬНОГО ОКРУГА) Специальность 12.00.02конституционное право, конституционный судебный процесс; муниципальное право...»

«Седрединова Мина Ростамовна КОЛЛЕКТИВНО-ДОГОВОРНОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ТРУДА РАБОТНИКОВ ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКИ 12.00.05 – трудовое право; право социального обеспечения ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель доктор юридических наук К.Д. Крылов Москва – ОГЛАВЛЕНИЕ ВВЕДЕНИЕ.....»

«Чепрасов Константин Викторович КОНСТИТУЦИОНАЛИЗАЦИЯ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ФЕДЕРАЛЬНЫХ ОРГАНОВ ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ ВЛАСТИ И ОРГАНОВ ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ ВЛАСТИ СУБЪЕКТОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ: СУЩНОСТЬ, РАЗВИТИЕ, КОНСТИТУЦИОННО-СУДЕБНОЕ ВЛИЯНИЕ Специальность 12.00.02 – конституционное право; конституционный судебный процесс; муниципальное право...»







 
2016 www.konf.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, диссертации, конференции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.