WWW.KONF.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Авторефераты, диссертации, конференции
 


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 10 |

«УГОЛОВНО-ПРАВОВЫЕ СРЕДСТВА ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ НЕЗАКОННОМУ ОБОРОТУ ОРУЖИЯ И ЕГО ПРИМЕНЕНИЮ ПРИ СОВЕРШЕНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ...»

-- [ Страница 6 ] --

Вторым обязательным признаком субъекта преступления является вменяемость. Уголовный закон не содержит понятия вменяемости, определяя его через противоположное понятие невменяемости. Согласно ч. 1 ст. 21 УК РФ, не подлежит уголовной ответственности лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости, т. е. не могло осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими вследствие хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия либо другого болезненного состояния психики.


Таким образом, вменяемость можно определить как способность лица осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими. Вменяемость — один из важнейших признаков субъекта преступления. Однако, как свидетельствует практика, при привлечении к уголовной ответственности вопрос об установлении вменяемости лица поднимается достаточно редко. Судебно-психиатрическая экспертиза назначается лишь в случаях, когда имеются основания предполагать, что лицо является невменяемым, т. е. ведет себя неадекватно, либо имеется информация, что лицо находилось на учете в психоневрологическом диспансере. Так, из числа изученных нами материалов уголовных дел в отношении лиц, привлекаемых к ответственности за незаконные деяния с оружием, вопрос об их вменяемости возникал только один раз.

Кроме основных признаков субъекта преступления, законодатель, устанавливая преступность и наказуемость общественно опасного деяния, выделяет дополнительные, наиболее существенные признаки специального субъекта преступления, чтобы подчеркнуть их влияние на общественную опасность деяния1, а также указать на особенности той сферы общественных отношений, в которой совершается преступление.

Тарасова Ю. В. Специальный субъект преступления как элемент основных составов преступлений // Рос. следователь. 2007. № 5. С. 22.

В юридической литературе представлены различные определения специального субъекта. Так, B. C. Орлов воспринимает его как субъекты, не только обладающие общими свойствами всех субъектов преступления, но и характеризующиприсущими1.

еся дополнительными, особыми, лишь им По мнению С. А. Семенова, специальный субъект — это «вменяемое лицо, достигшее установленного законом возраста уголовной ответственности и обладающее предусмотренными законом признаками, детерминированными качествами объекта преступления, которые позволяют данному лицу совершить общественно опасное деяние, описанное диспозицией статьи Особенной части Уголовного кодекса»2.

В сфере оборота оружия специальным субъектом преступлений считаются лица, осуществлявшие небрежное хранение огнестрельного оружия (ст. 224 УК РФ), ненадлежащим образом исполняющие обязанности по охране оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств (ст. 225 УК РФ), совершившие хищение либо вымогательство оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств с использованием служебного положения (п. «в» ч. 3 ст. 226 УК РФ).

При определении субъекта преступления, предусмотренного ст. 224 УК РФ, среди ученых отмечены разногласия. Так, по мнению А. В. Наумова, субъектом данного преступления является лицо, достигшее 16 лет3. С точки зрения В. Д. Иванова, поскольку, согласно ст. 13 Федерального закона «Об оружии», правомерно владеть оружием могут только граждане не моложе 18 лет, то и субъектом небрежного хранения огнестрельного оружия должны признаваться лица, достигшие 18-летнего возраста4.

По смыслу ст. 224 УК РФ физическое лицо должно владеть огнестрельным оружием правомерно, поскольку в противном случае уголовная ответственность наступает по ст. 222 УК РФ. Правом на приобретение оружия самообороны, спортивного и охотничьего оружия, сигнального оружия и холодного клинкового ору

–  –  –

Семенов С. А. Понятие специального субъекта преступления // Журнал российского права. 1998. № 7. С. 66.

Российское уголовное право. Особенная часть / под ред. В. Н. Кудрявцева, А. В. Наумова.

М., 1997. С. 262.

Иванов В. Д. Уголовное законодательство Российской Федерации : в 3 т. Ростов н/Д, 1997.

Т. 3 : Часть Особенная. С. 197.

жия, предназначенного для ношения с национальными костюмами народов Российской Федерации или казачьей формой, согласно ст. 13 Федерального закона «Об оружии», обладают граждане, достигшие 18-летнего возраста. В данной статье также содержится указание на то, что возраст, по достижении которого граждане Российской Федерации могут получить разрешение на хранение или хранение и ношение охотничьего огнестрельного гладкоствольного оружия, может быть снижен не более чем на два года законодательными (представительными) органами субъектов Российской Федерации.





На основании изложенного можно сделать вывод, что охотничье огнестрельное гладкоствольное оружие может иметь лицо на законных основаниях с наступлением 16 лет. Некоторые авторы ставят под сомнение возможность реализации данного положения Федерального закона «Об оружии», поскольку, в соответствии со ст. 60 Конституции Российской Федерации, граждане имеют полную дееспособность, а значит, и право самостоятельно осуществлять в полном объеме свои права и обязанности — с 18 лет1.

Мы считаем, что, если предметом преступления выступает охотничье огнестрельное гладкоствольное оружие, а также в случае снижения возраста, с которого возможно получение лицензии на приобретение такого оружия законодательными (представительными) органами субъекта Российской Федерации, субъектом преступления может быть лицо, достигшее 16-летнего возраста. Во всех остальных случаях правомерно обладать огнестрельным оружием, а следовательно, быть субъектом преступления, предусмотренного ст. 224 УК РФ, лицо может только с 18 лет.

Субъектом преступления, описанного в ст. 225 УК РФ, является лицо, на которое по должности, договору или специальному поручению возложена обязанность по охране огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств. Использование служебного положения при совершении хищения либо вымогательства оружия означает, что данные объекты вверены лицу для выполнения производственной или иной служебной деятельности.

См., напр.: Сивцова Л. Ответственность за небрежное хранение огнестрельного оружия:

анализ действующего законодательства // Рос. следователь. 2003. № 9. С. 19.

Так, К. признан виновным в совершении шестнадцати эпизодов хищения огнестрельного оружия с использованием своего служебного положения. К., работая в должности директора ООО «Щ.С.Д.», наделенный правом представлять интересы общества во всех предприятиях, учреждениях, организациях и получать по доверенностям от поставщиков под реализацию материальные ценности, используя свое служебное положение, похитил товарно-материальные ценности в виде травматического оружия и боеприпасов к нему, принадлежащие ЗАО «Н.О», получив их под реализацию и впоследствии распорядившись ими по своему усмотрению1.

Субъекты преступлений, связанных с применением оружия, также могут обладать специальными признаками. Так, субъектом преступлений, указанных в ст. ст. 126, 162, ч. 2 ст. 213 УК РФ, признается лицо, достигшее ко времени совершения преступления 14-летнего возраста. Субъектом преступления, предусмотренного ст. 203 УК РФ, являются частный детектив или работник частной охранной организации, имеющий удостоверение частного охранника. Кроме того, специальным субъектом выступают должностное лицо, а также лицо, занимающее государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации; глава органа местного самоуправления — в случае применения оружия или специальных средств при превышении должностных полномочий. Использование оружия или предметов в качестве оружия представляет собой квалифицирующий признак в ч. 2 ст. 313 УК РФ. Субъектом в данном случае будет лицо, отбывающее наказание или находящееся в предварительном заключении. Преступления же, предусмотренные ст. ст. 333, 335 и 338 УК РФ, могут совершаться только военнослужащими.

Таким образом, субъект преступления обладает общими и специальными признаками. Среди общих признаков субъекта преступления можно выделить отнесение к физическим лицам и вменяемость как вызывающие наименьшее количество разногласий. Возраст привлечения к уголовной ответственности по общему правилу установлен 16 лет, в отдельных случаях может варьироваться от 14 до Кассационное определение по делу № 22-16/2011. URL: https://rospravosudie.com/courtbryanskij-oblastnoj-sud-bryanskaya-oblast-s/act-103992413.

18 лет. Специальные признаки субъекта преступления обусловлены спецификой преступного деяния и сферы общественных отношений, которые оно затрагивает.

Выделение признака применения оружия в отношении преступлений, совершаемых специальным субъектом, как нам представляется, связано в большей степени с тем, что лицо, совершающее преступное деяние, становится более опасным в силу упрощенного доступа к оружию в ходе служебной деятельности.

Наряду с определением юридических признаков субъекта преступления, действующее законодательство обязывает во всех случаях изучать личность преступника в целях индивидуализации ответственности и наказания, поскольку «личность преступника» как более широкое понятие раскрывает «его социальную сущность через сложный комплекс характеризующих его признаков, свойств, связей, отношений, нравственный и духовный мир, взятые во взаимодействии с индивидуальными особенностями и жизненными фактами, лежащими в основе преступного поведения»1 и выступает одним из ключевых моментов при разработке профилактических мер.

Наиболее важными социальными характеристиками личности преступника являются пол, возраст, образование и род занятий. Так, проведенное нами изучение материалов архивных уголовных дел показало, что доля женщин в совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. 222, 223, 226 УК РФ, составляет 2%.

В специальной литературе неоднократно указывалось, что случаи совершения такого рода преступлений лицами женского пола редки в силу психологии и особенностей поведенческой направленности.

При анализе возрастных данных было выявлено, что чаще всего подобные преступления совершают лица в возрасте: от 30 до 45 лет — 51%; от 20 до 30 лет — 34; от 16 до 20 лет — 12; старше 45 лет — 3%.

Сведения об образовательном уровне лиц, привлеченных за совершение преступлений, указанных в ст. ст. 222, 223, 226 УК РФ, свидетельствуют, что не получили аттестата о среднем образовании 16%; среднее образование имеют 50%; среднее специальное — 31; высшее — 3%. Среди привлеченных к уголовной ответственности доля лиц, нигде не работающих, составила 64%.

Павлов В. Г. Субъект преступления. СПб., 2001. С. 24.

К числу значимых уголовно-правовых характеристик также относится наличие судимости. Проведенное исследование показало, что 68% лиц, осужденных за незаконный оборот оружия, ранее к уголовной ответственности не привлекались.

Среди совершивших незаконные приобретение, передачу, сбыт, хранение, перевозку или ношение оружия, его основных частей, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств, ранее судимы 28% лиц. В свою очередь, среди лиц, совершивших хищение либо вымогательство огнестрельного оружия, комплектующих деталей к нему, боеприпасов, взрывных веществ и взрывных устройств, 64% имели судимость, в том числе за преступления рассматриваемой группы. Это свидетельствует о большей опасности как самих преступлений, так и лиц, их совершивших.

Лица, совершающие преступления с применением оружия или предметов, используемых в качестве такового, согласно изученным материалам, имеют следующие характеристики. В основном это мужчины (99%) в возрасте от 20 до 40 лет, имеющие среднее (42%) или неоконченное среднее (37%) образование и не имеющие работы (87%). Причем 69% от числа указанных лиц ранее привлекались к уголовной ответственности и были судимыми преимущественно за аналогичные преступления. Особо следует подчеркнуть, что личностные качества субъекта, совершившего преступление с применением оружия, и субъекта, совершившего деяния в сфере незаконного оборота оружия, имеют значительное сходство. Это во многом объясняется тем, что данные преступления непосредственно связаны между собой как части целого преступного замысла. Доля ранее судимых за преступления против жизни, здоровья, а также собственности, совершенные с применением оружия или предметов, используемых в его качестве, значительно выше, нежели за преступления в сфере незаконного оборота оружия. Однако эта цифра увеличивается за счет лиц, совершавших преступления не с применением оружия, а с применением предметов, используемых в качестве оружия.

Результаты изучения личности преступника могут быть использованы в профилактических целях. Сходство лиц, совершающих преступления в двух рассмотренных группах, еще раз подтверждает тезис о их взаимосвязи. С учетом полученных данных можно вывести обобщенный портрет преступника, совершающего преступления в сфере незаконного оборота оружия с последующим его применением.

Таковым является мужчина в возрасте от 20 до 40 лет, имеющий среднее образование, не имеющий постоянной работы, ранее привлекавшийся к уголовной ответственности за преступления против личности или собственности.

Субъективная сторона преступления — это внутренняя сущность преступления, психическая деятельность, непосредственно связанная с совершением преступления. В УК РФ отсутствует термин «субъективная сторона», однако его содержание законодатель раскрывает через такие понятия, как вина, мотив, цель. Вина является главным и обязательным компонентом субъективной стороны. Существуют различные подходы к определению понятия вины. С одной стороны, вина — это «отношение лица, совершившего какой-либо проступок или правонарушение, к тому, что он совершил»1, с другой — вина представляется как «отрицательная общественная оценка»2 противоправного деяния лица. Что касается практического применения, то для квалификации деяний большее значение имеет первое понимание вины, т. е. именно психическое отношение лица к совершаемому деянию.

Некоторые ученые считают, что субъективная сторона включает в себя мотив, цель и эмоции3, другие — что ее содержание охватывает и такие признаки объективных элементов состава преступления, как предмет посягательства, способ совершения и преступные последствия4. Согласно законодательной позиции относительно содержания вины, отраженной в ст. ст. 25–26 УК РФ, вина является основным признаком субъективной стороны, в то время как мотив, цель и эмоции выступают факультативными признаками.

Несмотря на разнообразие мнений по поводу содержания вины, споры о ее формах законодательно исключаются. Таковыми, в соответствии со ст. ст. 24–26 УК РФ, признаются умысел (прямой и косвенный) и неосторожность (легкомыслие и небрежность).

Векленко С. В. Диалектика и вопросы вины в уголовном праве. Омск, 2003. С. 13.

Утевский Б. С. Вина в советском уголовном праве. М., 1950. С. 59.

См., напр.: Дагель П. С., Котов Д. П. Субъективная сторона преступления и ее установление. Воронеж, 1994. С. 41–42 ; Красиков Ю. А. Субъективная сторона преступления : лекция 7 // Уголовное право. Общая часть. Особенная часть : курс лекций / под ред. А. Н. Игнатова.

М., 1996. С. 15.

См., напр.: Филановский И. Г. Социально-психологическое отношение субъекта к преступлению. Л., 1970. С. 25–29 ; Назаренко Г. В. Вина в уголовном праве. Орел, 1996. С. 54.

Согласно наиболее распространенной точке зрения, преступления, предусмотренные ст. ст. 222, 223, 226, 226 1 УК РФ, представляют собой умышленные преступления, причем совершаемые с прямым умыслом 1. Однако существует мнение, основанное на исследовании психического отношения субъекта к общественно опасным последствиям, в соответствии с которым незаконные деяния с оружием, названные в ст. 222 УК РФ, могут быть совершены также с косвенным умыслом2. Мы считаем, что данная позиция вполне отражает смысл статьи. При этом субъект преступления осознает, что осуществляет незаконные действия в отношении оружия, понимает общественную опасность своих действий и желает их совершения, однако к последствиям в виде причинения вреда общественной безопасности лицо может относиться безразлично.

Субъективная сторона преступлений, указанных в ст.

ст. 224–225 УК РФ, характеризуется неосторожностью в форме небрежности. Небрежность лица выражается в том, что оно не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло бы предвидеть эти последствия. Так, уголовная ответственность по ст. 224 УК РФ наступает в результате небрежного хранения огнестрельного оружия, выразившегося в непринятии мер по устранению возможности использования оружия другим лицом и повлекшего наступление тяжких последствий.

Субъективная сторона преступления, предусмотренного ст. 225 УК РФ, характеризуется неосторожной виной в форме небрежности. Если при ненадлежащем исполнении обязанностей по охране огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств, повлекшем их хищение или уничтожение либо иные тяжкие последствия, будет установлено наличие умышленной формы вины, то необходимо ставить вопрос о другой квалификации деяния.

См., напр.: Дикаев С. У. Указ. соч. С. 28 ; Рогатых Л. Ф. Указ. соч. С. 31.

–  –  –

При применении оружия, как и предметов, используемых в его качестве, во время совершения преступления присутствует исключительно прямой умысел лица. Относительно последствий его применения умысел может быть как прямым, так и косвенным. Совершая умышленное преступление, выбирая и используя для достижения преступной цели определенные средства и орудия, лицо предвидит общественно опасные последствия и желает или сознательно допускает их наступление. Среди основных целей применения оружия необходимо выделить стремление облегчить совершение преступления, причинить вред здоровью потерпевшего и др.

Рассматривая незаконный оборот оружия и его применение при совершении преступлений как единую взаимодополняющую систему, считаем, что если в ходе совершения преступления используется оружие, то в обязательном порядке должны устанавливаться обстоятельства законности его нахождения у лица. Кроме того, при совершении вооруженного преступления недопустимо применение примечаний к ст. ст. 222, 223 УК РФ об освобождении об уголовной ответственности при добровольной выдаче оружия. Это обусловлено тем, то оружие, находящееся у лица в незаконном владении, использовано, и, соответственно, ущерб общественной безопасности причинен.

Добровольную сдачу оружия, его основных частей, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств следует отличать от добровольного отказа от совершения преступления (ст. 31 УК РФ). Добровольный отказ здесь является обстоятельством, исключающим уголовную ответственность ввиду отсутствия состава преступления, и возможен лишь на стадии приготовления или при неоконченном покушении, т. е. до момента окончания преступления. При добровольной сдаче лицо незаконно владеет оружием или иными предметами, т. е. преступление совершено и может длиться неопределенно долго (например, до момента их добровольной сдачи или задержания преступника). Некоторые авторы относят положения примечаний к ст. ст. 222 и 223 УК РФ к проявлениям деятельного раскаяния1. Хотя фактически они не содержат в себе основных признаков деятельного раскаяния, предусмотренных ч. 1 ст. 75 УК РФ.

Федеральным законом от 30 декабря 2013 г. № 306-ФЗ «О внесении изменений в примечания к статьям 222 и 223 Уголовного кодекса Российской Федерации»2 исключено положение об отсутствии в действиях лица иного состава преступления как одного из условий освобождения от уголовной ответственности по указанным статьям в связи с добровольной сдачей оружия. Однако и до внесения данных изменений правоприменители это положение игнорировали. Мы солидарны с мнением С. У. Дикаева, который критически относится к существованию положения об освобождении от уголовной ответственности на основании применения данных примечаний, поскольку это позволяет виновным избежать уголовной ответственности3.

Суды принимают решения об освобождении от уголовной ответственности за преступления, предусмотренные ст. ст. 222, 223 УК РФ, при малейшем выражении «добровольности» в процессе сдачи оружия. Это касается и случаев, когда оружие использовалось для совершения преступления. Однако такая позиция, на наш взгляд, аналогична оставлению оружия на месте преступления. Ведь лицо, оставляя оружие на месте преступления или избавляясь от него любым иным путем, фактически добровольно прекращает такое длящееся преступление, как незаконное хранение или ношение оружия. Тем не менее факт оставления оружия на месте преступления не освобождает лицо от уголовной ответственности за незаконные деяния с оружием, предусмотренные ст. ст. 222, 223 УК РФ.

Сухарева Н. Д., Байрамуков Р. Б. Юридическая природа освобождения от уголовной ответственности по нормам Особенной части УК РФ // Общество и право. 2011. № 5. С. 183–185 ;

Антонов А. Г. Соотношение специальных оснований освобождения от уголовной ответственности и добровольного отказа от совершения преступления // Вестник Владимирского юридического института. 2011. № 1. С. 46–50 ; Его же. Освобождение от уголовной ответственности при совершении деяний, связанных с незаконным оборотом оружия, его основных частей, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств (ст. 222 и 223 УК РФ) // Вестник Томского государственного университета. 2008. № 313. С. 107–109 ; Леоненко И. В. Понятие и классификация специальных оснований освобождения от уголовной ответственности // Рос. следователь.

2013. № 17. С. 28–32.

–  –  –

Дикаев С. У. Незаконное распространение оружия, боевых припасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств : Уголовно-правовая и криминологическая характеристика : дис....

канд. юрид. наук. СПб., 1997. С. 172.

Идея поощрения лиц, незаконно владеющих оружием, к его добровольной сдаче, безусловно, необходима. Однако ее современная интерпретация чревата злоупотреблениями. Нелогично, по нашему мнению, освобождать от уголовной ответственности лицо, которое в целях совершения убийства изготовляет оружие или производит его переделку в огнестрельное, хранит его, носит при себе, затем совершает задуманное преступление, после чего добровольно выдает сотрудникам полиции при задержании. В свою очередь, подобные решения не являются редкостью.

Так, Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) в кассационном определении по делу № 22-3341 был отменен приговор, а дело прекращено на основании примечания к ст. 222 и ст. 223 УК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. При этом было установлено, что А. незаконно произвел переделку гладкоствольного охотничьего ружья путем укорочения части ствола, тем самым изготовил обрез ружья, после чего совершил из него убийство П. Однако после совершения преступления А. добровольно сообщил в объяснении о местонахождении обреза и в тот же день при осмотре места происшествия лично указал сотрудникам органа следствия местонахождение оружия, где и был изъят обрез. Органам предварительного следствия не было известно местонахождение обреза ружья А., который имел реальную возможность продолжать хранить в определенном месте изготовленное им оружие.

Аналогично поступил Верховный Суд Российской Федерации,освободив М. и З. от уголовной ответственности по ч. 3 ст. 222 УК РФ и по ч. 3 ст. 223 УК РФ на том основании, что они добровольно сдали огнестрельное оружие, явившееся орудием убийства, поскольку сообщили органам власти о месте его нахождения при реальной возможности дальнейшего хранения вышеуказанных предметов2.

Приговор суда отменен [Электронный ресурс] : кассационное определение по делу № 22-334 от 24 февраля 2011 г. URL: http://rospravosudie.com/act-prigovor-suda-otmenen-ivanov-ruslanvasilevich-zhzhenyx-nadezhda-dekabrinovna-ivanov-dmitrij-dmitrievich-kolesov-iosif-rodionovich-04ch-1-222-ch-1-223-ch-1-s.

Кассационное определение Верховного Суда Российской Федерации от 31 января 2013 г.

№ 72-О12-57сп [Электронный ресурс]. Документ опубликован не был. Доступ из справ.правовой системы «КонсультантПлюс».

В юридической литературе существует точка зрения, что при оценке опасности конкретного действия следует учитывать «цель, ради осуществления которой предпринимается действие»1. Под целью понимается конкретный желаемый результат, к которому стремится лицо.

Небесспорным выглядит разъяснение Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 марта 2002 г. № 5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств», согласно которому в случае ношения, хранения, приобретения и изготовления оружия в целях совершения другого преступления содеянное должно квалифицироваться как совокупность незаконного ношения, хранения, приобретения и изготовления оружия и приготовления к совершению иного преступления, если ответственность за это установлена законом. В части 1 ст. 30 УК РФ приготовлением к совершению преступления называются приискание, изготовление лицом средств или орудий совершения преступления. В соответствии с указанной нормой приискание (приобретение) или изготовление орудия преступления (здесь — оружия) образуют самостоятельный состав, и вопрос о необходимости квалификации по совокупности в этой ситуации является дискуссионным. Как отмечает А. Ф. Соколов, «при более скрупулезном анализе рассматриваемого разъяснения Пленума можно усмотреть попытку привлечения к ответственности по нескольким статьям УК за одно деяние» 2. В настоящее время при квалификации незаконных деяний с оружием по ст. ст. 222, 223, 226 УК РФ цель не имеет значения. Однако если действия, предусмотренные данными статьями, были совершены в целях совершения другого преступления, считаем, что содеянное должно квалифицироваться как оконченное преступление по соответствующей статье и приготовление к совершению иного преступления, если ответственность за это предусмотрена законом. В дальнейшем цель незаконных действий с оружием должна найти отражение в уголовном законе, что послужит дифференциации уголовного наказания и исключению случаев формального Церетели Т. В. Причинная связь в уголовном праве. Тбилиси, 1957. С. 137.

–  –  –

подхода при назначении наказания. Наличие оружия при совершении преступления всегда указывает на умышленное преступление, заранее запланированное, а значит, и более опасное. Вид оружия, в свою очередь, определяет степень опасности лица, как и способ его приобретения. Д. А. Корецкий, например, предлагает ввести квалифицирующий признак для нормы, устанавливающей ответственность за владение самодельным оружием: «те же действия, имеющие целью совершение преступлений»1.

Таким образом, если целью незаконных действий по обороту оружия выступало его использование в преступлении, то лицо не должно освобождаться от уголовной ответственности в случае добровольной выдачи оружия сотрудникам полиции.

Кроме того, согласно постановлению Пленума Верховного Суда, уголовная ответственность за незаконный оборот, хищение либо вымогательство оружия наступает при совершении данных преступлений в отношении не только годного к функциональному использованию оружия, но и неисправного или учебного оружия, если оно содержало в себе пригодные для использования комплектующие детали или если лицо имело цель привести его в пригодное состояние и совершило какие-либо действия по реализации этого намерения.

Если лицо осуществляет незаконные действия в отношении непригодного к функциональному использованию огнестрельного оружия, его основных частей, боеприпасов, взрывчатых веществ, взрывных устройств, но при этом ошибочно полагает, что они пригодны, содеянное следует квалифицировать как покушение на совершение деяния, предусмотренного соответствующими частями ст. ст. 222, 226 УК РФ. Аналогично квалифицируется хищение предметов, принятых виновным по ошибке за огнестрельное оружие, комплектующие детали к нему, боеприпасы, взрывные устройства или взрывчатые вещества. Вместе с тем если лицо похитило предметы, фактически являющиеся таковыми, но не знало об этом, придавая им иное (например, хозяйственно-бытовое) значение, содеянное им не образует состава преступления, предусмотренного ст. 226 УК РФ, и в зависимости от обКорецкий Д. А. Основы теории и методологии криминологического исследования тяжких преступлений, совершаемых с применением оружия : дис. … д-ра юрид. наук. С. 271.

стоятельств квалифицируется как совершение преступления против собственности. Однако если лицо, совершающее хищение, наряду с другим имуществом похищает оружие, действия лица должны квалифицироваться как хищение оружия при условии, что лицо осознавало характер и назначение указанных объектов1. Заблуждение виновного относительно устройства или принципа действия находящихся в его незаконном владении огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств не имеет значения для квалификации2.

Под хищением оружия понимается противоправное завладение им любым способом, с намерением виновного присвоить похищенное либо передать его другому лицу, а равно распорядиться им по своему усмотрению, иным образом.

А. В. Наумов отмечает, что, в отличие от субъективной стороны хищения чужого имущества, корыстная цель при совершении преступления, предусмотренного ст. 226 УК РФ, не является обязательной3. В примечании 1 к ст. 158 УК РФ указано, что «под хищением в статьях настоящего Кодекса понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества»4. Мы солидарны с В. П. Тихим, согласно мнению которого хищение оружия не может быть отнесено к числу корыстных посягательств, поскольку по субъективной стороне данное понятие шире категории «хищение имущества»5. Если корыстную цель хищения оружия сделать обязательным элементом субъективной стороны, то при ее отсутствии деяние подпадало бы под признаки незаконного приобретения оружия. Однако такая квалификация деяния не будет соответствовать степени его общественной опасности.

Тихий В. П. Ответственность за хищение огнестрельного оружия, боевых припасов и взрывчатых веществ по советскому уголовному праву. Харьков, 1974. С. 23.

Тихий В. П. Уголовная ответственность за незаконное владение оружием. Харьков, 1978.

С. 52.

Иванова, Л. В. Хищение и вымогательство огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств : автореф. дис. … канд. юрид. наук. СПб., 2004. С. 8 ;

Наумов А. В. Практика применения Уголовного кодекса Российской Федерации : комментарий судебной практики и доктринальное толкование / под ред. Г. М. Резника. М., 2005. С. 580.

Тихий В. П. Ответственность за хищение огнестрельного оружия, боевых припасов и взрывчатых веществ по советскому уголовному праву. С. 24–26.

–  –  –

Кроме цели, немаловажное уголовно-правовое значение имеет такой факультативный признак субъективной стороны преступления, как мотив. Мотив — это «обусловленное определенными потребностями и интересами побуждение, которое вызывает у лица решимость совершить преступление и проявляется в нем»1. Анализ мотивов преступления позволяет оценить степень общественной опасности деяния, а также выявить особенности формирования умысла на совершение преступления. Кроме того, установление мотива преступного поведения в каждом конкретном случае способствует эффективному применению уголовного закона.

Мотивы совершения незаконных деяний с оружием могут быть различными.

Так, В. П. Тихий указывает на использование предметов вооружения для хозяйственных и бытовых нужд, желание пополнить коллекцию, ознакомиться с принципом действия и устройством, озорство, тщеславие, стремление к самостоятельности, подражание, ложную романтику2. Как правило, мотивы преступления в отношении незаконных деяний по обороту оружия судом не устанавливаются.

Характеризуя субъективную сторону преступлений в сфере незаконного оборота оружия, необходимо рассмотреть также такое преступление, как бандитизм (ст. 209 УК РФ). В данном случае наряду с обязательным объективным признаком вооруженности, предполагающим наличие у участников банды огнестрельного или холодного, в том числе метательного, оружия заводского или самодельного изготовления, различных взрывных устройств, а также газового и пневматического оружия, предполагается обязательный субъективный признак — осведомленность других членов банды о наличии оружия хотя бы у одного из них. Причем если оружие было использовано только в одном конкретном преступлении, совершенном группой лиц, и не было намерения продолжать преступную деятельность с этим оружием, то данную группу лиц нельзя признать бандой, а наличие у них оружия — признаком вооруженности банды.

Рарог А. И. Квалификация преступлений по субъективным признакам. СПб., 2002.

С. 139.

Тихий В. П. Уголовно-правовая охрана общественной безопасности. С. 99–102.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда установила, что, согласно приговору, Г. в составе организованной группы незаконно хранил, передал, перевез и носил оружие и боеприпасы, покушался на убийство Н., М., А. и Г., при этом совершил убийство М. и причинил тяжкий вред здоровью Б., кроме того, незаконно хранил боеприпас и взрывное устройство и, находясь в предварительном заключении, совершил побег из-под стражи1. Суд оправдал Г. по ч. 2 ст. 209 УК РФ, указав, что оружие, использованное при нападении на потерпевших, не обнаружено. Как следует из дела, после совершения преступления он утопил оружие в реке Енисей, в связи с чем суд сделал обоснованный вывод: в дальнейшем Г. и другие лица не намеревались его использовать, что свидетельствует об отсутствии признака вооруженности как обязательной характеристики банды.

Несмотря на имеющиеся теоретические разработки роли потерпевшего2, вопрос о необходимости учета восприятия потерпевшим совершаемого деяния для квалификации почти не обсуждался. Однако на практике часто возникают проблемы в оценке субъективного восприятия потерпевшим применения в отношении него оружия при совершении преступления. Так, согласно одной из точек зрения, квалификация должна зависеть не только от действий лица, совершающего преступление, но и от восприятия таких действий потерпевшим. Особенно актуально это для квалификации действий лица по ст. ст. 162, 213 УК РФ.

Центральный районный суд г. Омска квалифицировал действия С. по п. «г»

ч. 2 ст. 162 УК РФ3 — разбой, т. е. нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия. Признак «применение предметов, используемых в качестве оружия» нашел свое подтверждение, поскольку С. демонстрировал и иногда приставлял к потерпевшим предмет, восОпределение Верховного Суда Российской Федерации от 16 февраля 2005 г. № 53-о04-100 [Электронный ресурс]. Документ опубликован не был. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

Анощенкова С. В. Учение о потерпевшем в российском уголовном праве : автореф.

дис. … канд. юрид. наук. Саранск, 2004. С. 16 ; Булгаков Д. Б. Потерпевший в уголовном праве и его криминологическая характеристика : автореф. дис. … канд. юрид. наук. Ставрополь, 2000.

С. 18.

–  –  –

принимаемый ими как нож, а в одном эпизоде — как пистолет (макет). При этом С. осознавал, что именно в качестве оружия данные предметы будут восприниматься потерпевшим1.

Другая точка зрения заключается в том, что применение оружия или иных предметов должно повлечь причинение вреда, в ином случае применения оружия не будет. Подобные действия рассматриваются как демонстрация оружия, по отношению к которой восприятие потерпевшего не имеет решающего значения для квалификации.

Так, З. в целях хищения имущества подошел к ранее незнакомой Г., для подавления воли и решимости к сопротивлению приставил к горлу Г. предмет, который потерпевшая восприняла как нож, и потребовал передачи имущества. Г.

восприняла данные действия как реальную угрозу своей жизни и здоровью и передала З. имущество. Органы предварительного расследования квалифицировали деяние по ч. 2 ст. 162 УК РФ — разбой, т. е. нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия. Суд исключил из обвинения квалифицирующий признак «с применением предмета, используемого в качестве оружия», так как в судебном заседании было установлено, что, угрожая предметом, похожим на нож, подсудимый реально его не использовал, ударов, порезов данным предметом не причинил2.

Угроза непосредственного применения насилия, например, при разбойном нападении может выражаться устно, а также совершением конклюдентных действий путем демонстрации оружия. В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» указано: если потерпевший понимал, что ему угрожают негодным или незаряженным оружием либо имитацией оружия, то действия преступника будут квалифицироваться как грабеж. По общему правилу, при отсутствии такой осведомленности, если при этом преступник не намеревался использовать предметы для причинения телесных повреждений, опасных для жизни или здоровья, содеАрхив Центрального районного суда г. Омска за 2003 г. Уголовное дело № 1-101.

Архив Октябрьского районного суда г. Омска за 2007 г. Уголовное дело № 1-609.

янное следует квалифицировать по ч. 1 ст. 162 УК РФ. Если преступник демонстрирует огнестрельное оружие, которое исправно и заряжено, в таком случае можно утверждать, что лицо собиралось его использовать при необходимости, так как объективно без выполнения этих условий применить огнестрельное оружие невозможно. В случае с холодным оружием, ножом или другим предметом, повреждения которым можно нанести, используя лишь мышечную силу самого преступника, возможность его применения для нанесения телесных повреждений присутствует всегда, однако умысел на его применение не может быть определен точно. Исключить такую возможность можно только при установлении, например, что нож был игрушечным, из материала, которым нельзя причинить повреждения.

Таким образом, намеревался преступник или нет использовать данный предмет в отношении потерпевшего в качестве оружия, можно выяснить либо по наступившим последствиям, либо если в момент применения создавалась реальная опасность для жизни или здоровья потерпевшего, т. е. была выполнена объективная сторона по применению насилия с использованием этого предмета. На основании вышеизложенного можно заключить, что угроза применения оружия или предметов, используемых в качестве оружия, для потерпевшего имеет не меньшее значение, чем непосредственное применение.

Угроза применения предметов в качестве оружия может быть квалифицирована, по нашему мнению, по ч. 2 ст. 162 УК РФ в том случае, если у потерпевшего имелись основания полагать, что с помощью данных предметов может быть осуществлено насилие, опасное для жизни и здоровья в силу характеристик этих предметов, например, таких как острая форма, тяжелый вес и т. п. Это согласуется, на наш взгляд, с указанием постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации о том, что при определении характера насилия, выраженного в угрозе, рекомендуется устанавливать место и время совершения преступления, число нападавших, характер предметов, которыми они угрожали потерпевшему, субъективное восприятие угрозы, совершение каких-либо конкретных демонстративных действий, свидетельствовавших о намерении нападавших применить физическое насилие. Таким образом, субъективная сторона применения оружия должна характеризоваться прямым умыслом. Угроза же его применения, в свою очередь, должна реально восприниматься потерпевшим.

Кроме того, дискуссионным является вопрос о реальности угрозы применения оружия и ее восприятии при совершении хулиганства. Рассматриваемый квалифицирующий признак относится к ч. 1 ст. 213 УК РФ, т. е. к основному составу.

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2007 г. № 45 «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений», под применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, следует понимать умышленные действия, направленные на использование лицом указанных предметов как для физического, так и для психического воздействия на потерпевшего, а также иные действия, свидетельствующие о намерении применить насилие посредством этого оружия или предметов, используемых в его качестве.

Применение в ходе совершения хулиганства незаряженного, неисправного, непригодного оружия (например, учебного) либо декоративного, сувенирного оружия, оружия-игрушки и т. п. также предлагается считать основанием для квалификации содеянного по п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ. Данное положение аргументируется тем, что эти предметы могут быть восприняты окружающими как настоящее оружие. Однако строить аргументацию в подобной ситуации только на основе субъективного восприятия внешних обстоятельств содеянного потерпевшим, на наш взгляд, ошибочно. Здесь признак применения оружия или предметов, используемых в его качестве, считаем излишним в основном составе. Кроме того, составы преступлений, указанные в пп. «а» и «б» ч. 1 ст. 213 УК РФ, по своему содержанию являются несопоставимыми. Исходя из предложенного Пленумом Верховного Суда Российской Федерации разъяснения, названный признак, по нашему мнению, правильнее заменить формулировкой «с использованием оружия или иных предметов, его заменяющих», который объединил бы в себе как применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, так и угрозу их применения. Однако дальнейшее рассмотрение признаков ст. 213 УК РФ выходит за пределы нашего исследования.

Проведенный анализ субъективных признаков незаконных деяний с оружием позволил сделать следующие выводы.

Субъектом преступлений, предусмотренных ст. ст. 222, 223 УК РФ, является вменяемое физическое лицо, достигшее 16-летнего возраста. В отношении хищения либо вымогательства оружия возраст наступления уголовной ответственности снижен до 14 лет. В условиях современного общества считаем вполне обоснованным аналогичное снижение возраста в отношении деяний, указанных в ст. ст. 222, 223 УК РФ. Субъектом преступления, названного в ст. 224 УК РФ, по общему правилу лицо может быть с 18 лет, поскольку оружием необходимо обладать на законных основаниях. Однако если предметом преступления выступает охотничье огнестрельное гладкоствольное оружие, а также при фактическом снижении возраста, с которого возможно получение лицензии на приобретение такого оружия законодательными (представительными) органами субъекта Российской Федерации, то субъектом преступления может быть лицо, достигшее 16-летнего возраста.

Субъективная сторона преступлений, предусмотренных ст. 222 УК РФ, может быть выражена, в отличие от субъективной стороны преступлений, предусмотренных ст. ст. 223, 226 УК РФ, также и в форме косвенного умысла. Применение оружия при совершении преступлений всегда осуществляется с прямым умыслом. Косвенный умысел может усматриваться только в отношении наступления каких-либо последствий его применения.

Высокая степень опасности вооруженного лица определяется тем, что им легче подыскать себе соучастников, а также подавить сопротивление жертвы. К незаконному владению оружием нередко стремятся лица, которые имеют намерение использовать его в противоправных целях. Однако необходимо отметить, само оружие не создает у лица установку на совершение преступления с его применением.

Преступный замысел, на наш взгляд, первичен. Несмотря на это, в настоящее время цели незаконных деяний по обороту оружия не придается существенного значения. Более того, при изучении материалов уголовных дел было выявлено, что цель незаконного оборота оружия устанавливалась и указывалась только в случае, если уже было совершено преступление с применением оружия. В результате недооценки цели совершаемых деяний рассматриваемые нормы имеют низкое превентивное значение.

Квалификация незаконных деяний с предметами, похожими на оружие (имитация, макет, игрушка), при хищении либо вымогательстве оружия зависит главным образом от субъективной стороны деяния. Так, если умысел направлен на хищение либо вымогательство оружия, и лицо, заблуждаясь, считает данные предметы оружием, то необходимо квалифицировать их как покушение. И наоборот, если лицо не осознает, что предмет является оружием, то квалифицировать его хищение по ст. 226 УК РФ не представляется возможным.

Сложность в оценке субъективной стороны преступлений, связанных с оружием обусловлена во многом тем, что единой точки зрения нет не только среди ученых, но и у Верховного Суда Российской Федерации, выражающего свою позицию в официальных разъяснениях законодательства. Оправданным представляется выделение такого признака, как субъективное восприятие, который в рамках преступлений, связанных с угрозой применения оружия, находит свое подтверждение при учете осознания потерпевшим реальности и опасности данной угрозы. Поскольку рассматриваемая угроза оказывает не меньшее влияние на восприятие происходящего потерпевшим, чем само применение, считаем необходимым дополнить отягчающее обстоятельство «с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия» угрозой применения оружия или предметов, используемых в качестве оружия.

ГЛАВА 3. СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ НОРМ ОБ УГОЛОВНОЙ

ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ И ПРИМЕНЕНИЕ

ОРУЖИЯ ПРИ СОВЕРШЕНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ,

А ТАКЖЕ ПРАКТИКИ ИХ ПРИМЕНЕНИЯ

–  –  –

Применение уголовного закона немыслимо без квалификации деяния как преступления, которая связана с «юридической оценкой всей совокупности фактических обстоятельств дела путем отнесения рассматриваемого случая к определенным юридическим нормам»1. Данное В. Н. Кудрявцевым определение квалификации преступления можно считать классическим: «...квалификация преступления — это установление и юридическое закрепление точного соответствия между признаками совершенного деяния и признаками состава преступления, предусмотренного уголовно-правовой нормой»2.

Поскольку применение уголовного закона охватывает не только принятие решения по делу, но и последующую деятельность соответствующих органов по исполнению наказания, нам представляется более правильной точка зрения, согласно которой квалификация преступления является только частью процесса применения уголовно-правовой нормы и состоит в выборе нормы, предусматривающей данное общественно опасное деяние, а также в закреплении этого выбора в юридическом акте (приговор, определение, постановление)3.

Анализ приговоров и кассационных определений по уголовным делам о незаконном обороте оружия выделил ряд спорных моментов, вызывающих разногласия среди правоприменителей. Одна из проблем — это различная интерпретация содержания объективной стороны преступлений.

Так, при разграничении незаконного ношения и хранения оружия наибольшие затруднения вызывают случаи, когда лицо приобретает оружие или боеприАлексеев С. С. Общая теория права : в 2 т. М., 1982. Т. 2. С. 340.

Кудрявцев В. Н. Общая теория квалификации преступлений. М., 2004. С. 5.

–  –  –

пасы, носит их при себе и через непродолжительное время (например, в течение одних суток) задерживается правоохранительными органами. Кроме того, неразрешенным остается вопрос о том, как расценивать действия лица по длительному (постоянному, от нескольких дней до нескольких месяцев) ношению оружия при себе (в кармане одежды, в сумке).

При анализе судебных решений по уголовным делам было выявлено, что в 18% рассмотренных фактов вменения ст. 222 УК РФ огнестрельное оружие, боеприпасы или взрывчатые вещества находились у лица в течение одних суток. Ношение было вменено в 38% случаев; хранение — в 32; одновременно ношение и хранение оружия — в 30% случаев.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации 12 марта 2002 г. № 5 раскрывает незаконное хранение через «сокрытие оружия и обеспечение его сохранности». Однако считаем необходимым определять незаконное хранение предусмотренных ст. 222 УК РФ предметов как действия, направленные на обеспечение длительного владения таковыми, в том числе путем их сокрытия в помещениях, тайниках, а также в иных местах, обеспечивающих их сохранность.

Под незаконным ношением понимается нахождение их в одежде или непосредственно на теле обвиняемого, а равно перенесение в сумке, портфеле и иных предметах. Таким образом, ношение подразумевает обеспечение быстрого доступа к оружию, что облегчает его использование. В свою очередь, длительное ношение оружия также можно рассматривать как обеспечение сохранности и нахождения его во владении лица.



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 10 |


Похожие работы:

«Жолобова Галина Алексеевна ЧАСТНАЯ ТОРГОВЛЯ В УСЛОВИЯХ РОССИЙСКОЙ МОДЕРНИЗАЦИИ 1881–1913 гг.: МЕХАНИЗМ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ОТРАСЛЕЙ 12.00.01 – теория и история права и государства; история учений о праве и государстве Диссертация на...»

«Зорькина Анна Александровна НЕОСТОРОЖНЫЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ: КРИМИНОЛОГИЧЕСКОЕ И УГОЛОВНО-ПРАВОВОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ Специальность: 12.00.08 уголовное право и криминология; уголовноисполнительное право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: д.ю.н., доцент Анисимов...»

«ЗАКАЛЯПИНА ЛЕЙЛА АЛЕКСАНДРОВНА ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ПРЕСТУПНОСТИ В ГОРОДАХ-КУРОРТАХ РОССИИ СПЕЦИАЛЬНОСТЬ 12.00.08. – Уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководительк. ю. н., доцент Орлов Владислав...»

«Немзорова Римма Юрьевна ПРИОРИТЕТЫ ПРОКУРОРСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ: ПРАКТИЧЕСКИЙ И ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ АСПЕКТЫ Специальность: 12.00.11 – Судебная деятельность, прокурорская деятельность, правозащитная и правоохранительная деятельность Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: Бут Надежда Дмитриевна,...»

«Халилов Рафик Нуруллович ТЕРРИТОРИАЛЬНЫЕ ОРГАНЫ ФЕДЕРАЛЬНОЙ СЛУЖБЫ ИСПОЛНЕНИЯ НАКАЗАНИЙ КАК СУБЪЕКТЫ ПРОЦЕССА ИСПРАВЛЕНИЯ И РЕАБИЛИТАЦИИ ОСУЖДЕННЫХ К ЛИШЕНИЮ СВОБОДЫ 12.00.08 – уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: доктор юридических наук, профессор Сундуров Федор Романович Казань – 2015 ОГЛАВЛЕНИЕ ВВЕДЕНИЕ ГЛАВА 1....»

«Агеева Алена Викторовна КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВОЙ СТАТУС СЕМЬИ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 12.00.02 – Конституционное право, конституционный судебный процесс, муниципальное право ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: доктор юридических наук, профессор Ю. В....»

«Лепина Татьяна Геннадьевна УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ОХРАНА ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ Специальность 12.00.08 – уголовное право, криминология; уголовно-исполнительное право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: доктор юридических наук, профессор Понятовская Т.Г. Курск 20 ОГЛАВЛЕНИЕ...»

«Абедини Мохаммад Хосейн РАСТОРЖЕНИЕ БРАКА В ИРАНСКОМ ПРАВЕ Специальность 12.00.03 – Гражданское право, предпринимательское право, семейное право, международное частное право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: академик АН Республики Таджикистан, доктор юридических наук, профессор Махмудов М.А. Душанбе 20 2    ВВЕДЕНИЕ.. ГЛАВА 1. ПРАВОВАЯ ПРИРОДА РАСТОРЖЕНИЯ БРАКА ПО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ...»

«Сергеева Наталья Юрьевна МАТЕРИАЛЬНО ПРАВОВЫЕ ПРЕДЕЛЫ ДЕЙСТВИЯ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОГО ПРАВА НА ТОВАРНЫЙ ЗНАК – ОБЪЕКТ ОХРАНЫ 12.00.03 – гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель –...»

«Чуйко Наталия Андреевна МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ БЕЗОПАСНОСТИ ПИЩЕВЫХ ПРОДУКТОВ В РАМКАХ ВСЕМИРНОЙ ТОРГОВОЙ ОРГАНИЗАЦИИ Специальность 12.00.10 Международное право; Европейское право. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель доктор юридических наук, профессор,...»

«Федоров Дмитрий Александрович УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ХИЩЕНИЙ В ОСОБО КРУПНОМ РАЗМЕРЕ Специальность 12.00.08 — Уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: Заслуженный юрист Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор В. В. Векленко Омск 2014 ОГЛАВЛЕНИЕ ВВЕДЕНИЕ ГЛАВА 1....»

«Симонов Аркадий Григорьевич Уголовно-правовая охрана лесной и иной растительности от уничтожения или повреждения Специальность 12.00.08 – «уголовное право и криминология; уголовноисполнительное право» Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: заслуженный юрист Российской Федерации,...»

«ГАЛИАКБЕРОВ АДЕЛЬ СИРЕНЬЕВИЧ МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВАЯ ОХРАНА ИЗОБРЕТЕНИЙ, ПОЛЕЗНЫХ МОДЕЛЕЙ И ПРОМЫШЛЕННЫХ ОБРАЗЦОВ НА РЕГИОНАЛЬНОМ УРОВНЕ Специальность 12.00.10 – Международное право; европейское право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: доктор юридических наук, профессор...»

«БЮДЖЕТНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ОБРАЗОВАНИЯ УНИВЕРСИТЕТ» УНИВЕРСИТЕТ) Евгеньевна СФЕРЕ ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКЕ право; процесс степени руководитель: наук, – ОГЛАВЛЕНИЕ ВВЕДЕНИЕ.. ФЕДЕРАЦИИ § 1. формы.. России.. аспекты. РУБЕЖОМ Союзе. основы надзорной и Республике Германия. НАДЗОРА электроэнергетике России.. электроэнергетике. ЗАКЛЮЧЕНИЕ.. СПИСОК..18 ВВЕДЕНИЕ и экологии. – лет1. потребителей2. года. – 2012. – № 4. – С. 12. –...»

«Смоляков Евгений Викторович УГОЛОВНО-ПРАВОВОЕ ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯМ, ПОСЯГАЮЩИМ НА ЗДОРОВЬЕ, ЧЕСТЬ И ДОСТОИНСТВО ПРЕДСТАВИТЕЛЯ ВЛАСТИ 12.00.08 – уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель – доктор...»

«Васякина Елена Владимировна Эволюция международных уголовных трибуналов (1945-1994 гг.) Специальность 12.00.10 – Международное право; Европейское право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: кандидат юридических наук, доцент И.Н. Лебединец Москва...»

«ОНУФРИЕНКО АНДРЕЙ ВАСИЛЬЕВИЧ СИСТЕМА ПРЕСТУПЛЕНИЙ КОРРУПЦИОННОЙ НАПРАВЛЕННОСТИ Специальность 12.00.08 – Уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: доктор юридических наук, профессор Скляров С.В. Москва 2015 г. План...»

«Ефимцева Татьяна Владимировна МЕСТО ИННОВАЦИОННОГО ПРАВА В СИСТЕМЕ ОТРАСЛЕЙ РОССИЙСКОГО ПРАВА Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук 12.00.03 – гражданское право; предпринимательское право; семейное право;...»

«Гоголев Петр Васильевич КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ПАТЕРНАЛИЗМА И ПАРТНЕРСТВА В ОТНОШЕНИИ КОРЕННЫХ МАЛОЧИСЛЕННЫХ НАРОДОВ СЕВЕРА, СИБИРИ И ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА РОССИИ Специальность 12.00.02 – конституционное право; конституционный судебный процесс; муниципальное право Диссертация на соискание ученой степени доктора...»

«Ображиев Константин Викторович СИСТЕМА ФОРМАЛЬНЫХ (ЮРИДИЧЕСКИХ) ИСТОЧНИКОВ РОССИЙСКОГО УГОЛОВНОГО ПРАВА Специальность 12.00.08 – «Уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право» ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени доктора юридических наук Научный консультант: доктор юридических наук, профессор Яцеленко...»







 
2016 www.konf.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, диссертации, конференции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.