WWW.KONF.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Авторефераты, диссертации, конференции
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 16 |

«Принцип поддержания доверия граждан к закону и действиям государства в российском конституционном праве и правосудии ...»

-- [ Страница 1 ] --

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«Санкт-Петербургский государственный университет»

На правах рукописи

Арапов Никита Александрович

Принцип поддержания доверия граждан к закону и действиям государства

в российском конституционном праве и правосудии

12.00.02 – конституционное право; конституционный судебный процесс;

муниципальное право

Диссертация на соискание ученой степени



кандидата юридических наук

Научный руководитель:

Арановский Константин Викторович, доктор юридических наук, доцент Санкт-Петербург – 2015 г.

Оглавление Введение………………………………………………………………………………..3 Глава I. Исходные понятия, общеправовые и социопсихические основы принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства……12 §1. Понятие принципов конституционного права:

их определение, место в праве, функции…………………………………………..12 §2. Доверие в координатах права:

общеправовые и социопсихические характеристики……………………………..25 Глава II. Фидуциарные начала конституционного права…………………………40 §1. Конституционно-правовые основания принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства………………40 §2. Обоснование принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства конституционно-правовой доктриной………52 §3. Принцип поддержания доверия граждан к закону и действиям государства как средство конституционно-правовой формализации идеи поддержания государством доверия субъектов права……..63 §4. Сферы реализации принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства………………74 Глава III. Основные императивные аспекты принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства и условия их обеспечения…80 §1. Содержание принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государств……………………………….80 §2. Стабильность правопорядка…………………………………………………….88 §3. Определенность правового регулирования…………………………………...102 §4. Добросовестность деятельности государства………………………………...106 Глава IV. Реализация принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства по отдельным направлениям практики российского конституционного правосудия…………...116 §1. Реализация принципа поддержания доверия в области правового регулирования правового статуса лиц…………………….116 §2. Реализация принципа поддержания доверия в области функционирования институтов гражданского общества…………….132 §3. Реализация принципа поддержания доверия в области организации и функционирования государства………………………143 Заключение………………………………………………………………………….161 Список использованных источников……………………………………………169 Введение Актуальность исследования. «Самое дорогое и ценное для всей юридической науки – это доверие к идее права»1 и государства – явлениям, непосредственно взаимосвязанным. Между тем недоверие к одному закономерно влечёт недоверие к другому. И если «вся наша культура, видимо, столкнулась» с массовой утратой «доверия к праву»2, то это в значительной мере оттого, что было утрачено доверие к государству. Возможно, поэтому многие страны, причастные к конституционной традиции, не исключая России, обозначили тенденцию, согласно которой конституционная организация государства предполагает его деятельное внимание к тому, чтобы доверию граждан и иных субъектов права, основанному на их правомерных ожиданиях о качествах деятельности такого государства, была обеспечена защита от нарушения3. Вместе с тем практика конституционного развития государств не показывает однозначности понимания юридического содержания идеи поддержания государством доверия субъектов права и этим ставит перед правовой наукой исследовательские задачи.

В России идея поддержания государством доверия субъектов права получает своё юридическое выражение в конституционном принципе, который чаще всего формулируют как принцип поддержания доверия граждан к закону и действиям государства. Этот принцип отсылает к категории «доверие», абстрактность содержания которой позволяет вывести из него многое. Для права, поскольку оно предполагает относительно определенное и предсказуемое регулирование, это вряд ли допустимо. В каком смысле и чьё доверие государство обязано поддерживать, доверие какого рода должно быть юридически защищаемо, какие для этого есть юридические способы и средства, каковы критерии, показывающие, что доверие было нарушено в правовом смысле? Ответы на эти вопросы, учитывая тенденцию роста обращений юридическим сообществом к принципу поддерНовгородцев П.И. Об общественном идеале. М., 1991. С. 548.





Берман Г.Дж. Вера и закон. М., 1999. С. 12-13.

См., напр., решения: Палаты Лордов от 22 ноября 1983 г. [1983] UKHL 6; Верховного суда США от 13 июня 1994 г. №92-1941; Конституционного суда Венгрии от 1 июля 1995 г. №43/1995; Конституционного трибунала Польши от 22 июня 1999 г. №К5/99; Конституционного Суда РФ от 24 мая 2001 г. №8-П; Конституционного трибунала Испании от 13 декабря 2001 г. №234/2001; Верховного суда Канады от 17 июля 2003 г. №29207; Федерального Конституционного суда ФРГ от 24 мая 2006 г. BvR 669/04; Конституционного суда Чешской Республики от 10 сентября 2009 г. №US 27/09; Конституционного совета Франции от 29 декабря 2012 №2012-662 DC.

жания доверия граждан к закону и действиям государства, насущны. Исходя из этого, целесообразно «поставить во главу угла вопрос об общественном доверии.

Об источниках этого доверия. О механизме его защиты. То есть суметь придать … текущей проблематике одновременно и правовое, и философское, и даже психологическое звучание»1.

От уровня доверия граждан государству зависит устойчивость существования и эффективность функционирования и самого государства, и тех начал, на которых оно основано. Если начала эти могут быть определены понятием «конституционализм», то от доверия граждан государству зависит степень гарантированности и реальности его конституционного устройства, которое и возможно при том лишь условии, что конституционные идеи находят поддержку в солидарном (доверяющем) им политически активном сообществе граждан. «Государство по своей идее есть живая система всеобщего доверия» и тот, кто облечен властью, имеет священную и в то же время правовую обязанность поддерживать к ней доверие, – писал И.А. Ильин2. В настоящем государство в лице Президента России выражает идеи, созвучные словам русского философа-правоведа: «…наш долг – укреплять доверие людей»3. Однако для полноценного исполнения этой правовой обязанности необходимо точно понимать, в чём она состоит, что вряд ли возможно без исследования принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, который формализует эту обязанность на конституционном уровне и возлагает её на государство.

Кроме того, «уяснение и использование логики развития права вне анализа макроправовых проявлений правовой действительности невозможно»4, а в числе макроправовых показателей – доверие. В этом отношении изучение доверия как юридически значимого явления в границах конституционного права обещает возможность формирования новых взглядов на «логику развития» конституционного права и практические выгоды в части реализации этой правовой отрасли.

Зорькин В. Д. Право в условиях глобальных перемен. М., 2013. С. 369.

Ильин И. А. О сущности правосознания // Теория государства и права. М., 2003. С. 368-369.

Послание Президента РФ Федеральному Собранию РФ 12 декабря 2013 г. [Электронный ресурс] // Российская газета. 2013. №6258. – Режим доступа: http://www.rg.ru/2013/12/12/poslanie.html, свободный.

Кокотов А. Н. Доверие. Недоверие. Право. М., 2004. С. 147.

Научная разработанность темы исследования. В науке, в частности в психологии, философии, социологии, экономике, феномену доверия уделено обширное внимание1. Вместе с тем вряд ли можно сказать, что в правоведческой области научного знания этот феномен исследован столь же полно.

Зарубежные правоведы, исследовавшие доверие как юридически значимое явление, представлены такими именами, в частности, как: А. Барак, Д. Валадес, Я.

Залесны, Н. Луман, Л. Фуллер, А. Шайо, К. Экштайн, E. J. Criddle, E. Fox-Decent, P. D. Finn, S. Schonberg. Среди написанных этими авторами работ, имеющих фундаментальное значение, отметим: The Sovereignty’s Promise: The State as Fiduciary (Fox-Decent); «Forgotten Trust»: The People and the State (Finn). В отечественном правоведении этот феномен был объектом исследования таких учёных, в частности, как: К. В. Арановский, Г. А. Гаджиев, В. Д. Зорькин, И. А. Ильин, Р. А. Каламкарян, С. Д. Князев, А. Н. Кокотов, О.Э. Лейст, Р. М. Оганезов, М. В. Пресняков. Среди работ этих авторов отметим сочинение И. А. Ильина «О сущности правосознания» и исследование А. Н. Кокотова «Доверие. Недоверие. Право».

Кроме того, в отличие от иных областей гуманитарного знания, где отечественные диссертационные исследования «доверия» уже состоялись, в науке права таких исследований ещё не проведено2.

Цель и задачи исследования. Цель данной работы состоит в исследовании принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, с тем чтобы определить его значение для конституционного права и правовой системы в целом. Поставленная цель определила задачи исследования: 1) правовое осмысление феномена «доверие» с обращением к его социо-психической природе; 2) установление конституционно-правовых оснований принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства и их анализ; 3) осмысление природы принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства с точки зрения его имплицитного характера; 4) установление основных сфер реалиСм., напр.: Купрейченко А. Б. Психология доверия и недоверия. М., 2008. 569 с.; Селигмен А. Проблема доверия. М., 2002. 254 с.; Фукуяма Ф. Доверие. М., 2008. 730 с.

Стоит также отметить рост академического интереса к проблеме доверия: по данным Web of Science, с 1995гг. было написано около 15000 статей, в то время как с 1964 по 1995 гг. – немногим более 1000.

Согласно информации электронного каталога диссертаций Российской государственной библиотеки.

зации принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства;

5) правовая интерпретация идеи поддержания государством доверия субъектов права для определения содержания принципа поддержания доверия; 6) анализ содержания принципа поддержания доверия в контексте его обязывающих и управомочивающих последствий; 7) установление конкретных результатов реализации принципа поддержания доверия в различных областях и сферах на уровне конституционного права.

Объект и предмет исследования. Объект исследования включает в себя конституционно-правовые отношения, в которых происходит реализация принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, и другие правовые отношения, которые обнаруживают конституционно-правовую проблематику, связанную с целью исследования. Предмет исследования составляют устойчивые корреляционные и каузальные связи, существующие в правовых отношениях, указанных в объекте исследования, и показывающие закономерности возникновения, существования и развития изучаемого объекта.

Методология исследования определена философскими подходами к познанию (диалектикой, герменевтикой, структурализмом, методологическим плюрализмом, разделением познания на номотетическое и идиографическое), а также использованием социопсихологических позиций правопонимания в дополнение к академически устоявшемуся нормативистскому подходу. В работе были использованы как общенаучные методы и средства познания (индукция, дедукция, анализ, в т.ч. системно-структурный, синтез, абстрагирование, классификация, аналогия), так и специально-юридические – аксиологический, догматический, формально-логический, телеологический, лингвистический, этимологический, конкретно-исторический анализ правовых текстов; синхронное и диахронное сопоставление правовых явлений; для информационного наполнения были использованы подходы правового компаративизма.

Теоретическая и эмпирическая основы диссертации. Общетеоретическую основу исследования составили работы таких отечественных и зарубежных учёных, как: Н. Н. Алексеев, С. С. Алексеев, Р. Алекси (R. Alexy), И. Бентам, Ж.Л. Бержель, И. Берлин, Г. Дж. Берман, Е. В. Васьковский, М. Вебер, Г. К. Гинс, Ю. И. Гревцов, Д.Д. Гримм, Г. Гроций, Г. Д. Гурвич, Р. Давид, Р. Дворкин (R.

Dworkin), Р. Иеринг (R. Jhering), Г. Кельзен (H. Kelsen), Б. А. Кистяковский, А. И.

Ковлер, И. Ю. Козлихин, О. Э Лейст, М. Н. Марченко, Г. Мэйн, С. Н. Овчинников, Дж. Остин (J. Austin), Р. Паунд (R. Pound), Л. И. Петражицкий, И. А. Покровский, А. В. Поляков, Дж. Раз (J. Raz), Ф. Регельсбергер, Дж. Ролз, Е. В. Скурко, Дж. Финнис, Г. Л. А. Харт, А.Ф. Черданцев, И. Л. Честнов, Г. Ф. Шершеневич, Е.

Эрлих, Л. С. Явич и др.

Представления о государственно-правовой проблематике, связанной с темой исследования, и позиция по собственно диссертационной проблематике сложились из работ таких отечественных и зарубежных учёных, как: С. А. Авакьян, А. С. Автономов, И. А. Алебастрова, Л. Н. Альмейда, К. В. Арановский, М. В. Баглай, А. Барак, Б. Барбер (B. Barber), А. В. Барбук, Д. Н. Бахрах, А. А. Белкин, С.

А. Белов, П. Биркс (P. Birks), Н. А. Богданова, Н. С. Бондарь, П. Бурдье, Д. Валадес, Г. А. Василевич, Н. В. Витрук, О. В. Гаврилюк, Г. А. Гаджиев, В. М. Гессен, И. В. Глушко, А.А. Гончаров, А. Д. Градовский, Е. В. Гриценко, В. Ф. Гумбольдт, Л. Гумплович, Б. Дж. Гуссен (B. J. Gussen), А. Дайси, П. Девлин (P. Devlin), С.

Дорсет (S. Dorsett), Б. В. Дрейшев, Л. Дюги, Э. Дюркгейм (E. Durkheim), Г. Еллинек, Я. Залесны, С. Л. Зивс, Г. Зиммель (G. Simmel), В. Д. Зорькин, А. Е. Зуев, И.

А. Ильин, К. Д. Кавелин, Р. А. Каламкарян, Б. Н. Кардозо (B. N. Cardozo), А. Ж.

Керуэл, С. Д. Князев, А. Н. Кокотов, А. Н. Кокошкин, В.В. Комарова, Г. Н. Комкова, Б. Констан, И. А. Конюхова (Умнова), Н. М. Коркунов, С. А. Котляревский, И. А. Кравец, Э. Дж. Криддл (E. J. Criddle), В. И. Крусс, О. Е. Кутафин, Н. И. Лазаревский, Ф. Лассаль, Е. Лентовска, Дж. Локк, Е. В. Лукашева, Н. Луман, В. О.

Лучин, Дж. Т. Лэнг (J. T. Lang), С. Маккинзи (S. Mackenzie), Н. МакКормик (N.

MacCormick), Г. Мейер, Дж. Ст. Милль, А. А. Мишин, Ш.-Л. Монтескье, М. Г.

Моргулис, Ф. В. Мэйтланд (F. W. Maitland), С. В. Нарутто, В. В. Невинский, П. И.

Новгородцев, Р. М. Оганезов, М. Ориу, М. В. Пресняков, М. А. Рейснер, О. Г. Румянцев, А. Селигмен (A. Seligman), Л. С. Сили (L. S. Sealy), П. Сорокин, Л. Соссин (L. Sossin), Б. А. Страшун, А. А. Тилле, Ю. А. Тихомиров, А. Дж. Тревино (A.J. Trevino), П. Тэйт (P. Tate), Р. Уолкер, В. И. Фадеев, И. Е. Фарбер, П. Д. Финн (P.D. Finn), Э. Фокс-Дисент (E. Fox-Decent), Ф. Фукуяма, Л. Фуллер (L. Fuller), Т.

Я. Хабриева, Ф. А. Хайек (F.A. Hayek), В. Е. Чиркин, Б. Н. Чичерин, А. Шайо, К.

Шмитт, С. Шонберг (S. Schonberg), Р. Штаммлер, П. Штомпка, Б. С. Эбзеев, К.

Экштайн, Е. Эрлих, А. К. Эсквибл (A.K. Esquibel) и др.

Эмпирическая база исследования: 123 конституции государств, включая Конституцию Российской Федерации; отечественные нормативные правовые акты федерального, регионального и муниципального уровней, проекты таких актов, зарубежное законодательство (Азербайджан, Болгария, Великобритания, Германия, Италия, Канада, Латвия, Финляндия, Франция и др.); 690 решений Конституционного Суда РФ, принятых с 1991 г. по 2015 г.; судебные акты Суда Европейского союза, Европейского суда по правам человека, Международного суда ООН, Верховного и Высшего Арбитражного судов РФ, судов зарубежных государств (Великобритании, Венгрии, Германии, Испании, Канады, Польши, США, Франции, Чехии и др.).

Научная новизна исследования и положения, выносимые на защиту.

Настоящая работа является первой предлагаемой к защите диссертацией, посвященной исследованию принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства в российском конституционном праве и правосудии. Новизну исследования определяет то, что доверие как юридически значимое явление рассмотрено в качестве системообразующего фактора, через призму которого проанализированы конституционно-правовые отношения человека, гражданина, общественных объединений с государством. Исходя из этого взгляда на конституционное право, проведено исследование, основные положения которого выносятся на защиту:

1. Юридически значимое доверие граждан к конституционному государству (публично-правовое доверие) – это уверенное и вместе с тем алеаторное (рискованное) правомерное ожидание граждан относительно того, что конституционное государство будет действовать согласно отличающим его природу качествам, которые следуют из положений конституционного права данного государства.

2. Конституционное право защищает публично-правовое доверие граждан посредством принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, который представляет собой одно из подразумеваемых положений конституционного права. Этот принцип имеет основания своей конституционноправовой действительности, в частности, в положениях преамбулы и статей 1, 2, 7, 17, 18, 21 Конституции РФ 1993 г., определяющих Россию как основанное на гражданском мире демократическое, правовое и социальное государство, где человек, его права и свободы, включая достоинство личности, являются высшей ценностью, их признание, соблюдение и защита – обязанность государства, а основные права и свободы человека неотчуждаемы, принадлежат каждому от рождения, непосредственно действуют, определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность власти и обеспечиваются правосудием.

3. Качества деятельности конституционного государства, относительно которых граждане испытывают правомерные ожидания и которые имеют в виду, когда принимают юридически значимые решения, предопределяют содержание принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства. Эти качества выступают основаниями правового доверия граждан к государству и могут быть обобщённо сведены к следующим характеристикам его деятельности:

стабильность правопорядка, определённость правового регулирования, добросовестность. Соответственно, содержание принципа поддержания доверия образует обязанность государства действовать согласно правомерным ожиданиям граждан относительно качеств, отличающих деятельность конституционного государства, и право граждан защищать свои правомерные ожидания относительно государства посредством понуждения в надлежащих правовых процедурах его органов к добросовестному поведению, поддержанию стабильности правопорядка и обеспечению определенности правового регулирования.

4. Реализация принципа поддержания доверия предполагает защищённость правомерных ожиданий граждан, которая состоит в обеспеченности оснований публично-правового доверия граждан, достигаемой посредством исполнения государством требований, сконцентрированных в принципе поддержания доверия.

Это предполагает, в первую очередь, полномочие Конституционного Суда РФ применить принцип поддержания доверия и, при наличии оснований, лишить правовые акты государства юридической силы, как противоречащие этому принципу, а также возложить, по необходимости, на органы или должностных лиц государства позитивные либо негативные обязанности для их соответствия правомерным ожиданиям граждан.

5. Реализация принципа поддержания доверия в области правового регулирования правового статуса лиц, как следует, в частности, из преамбулы и статей 1, 2, 7, 17, 18, 21, 54, 55, 57 Конституции РФ 1993 г., в т.ч. в их интерпретации Конституционным Судом РФ, предполагает главным образом соблюдение сконцентрированных в нём требований о стабильности правопорядка и определённости правового регулирования, обеспечивающих комплекс свойств права, который позволяет лицам уверенно соотносить своё поведение с правом и защищает их правомерные ожидания от того, чтобы они были нарушены из-за нестабильности правопорядка или неопределённости правового регулирования.

6. Реализация принципа поддержания доверия в сфере функционирования институтов гражданского общества, как следует, в частности, из преамбулы и статей 1, 2, 7, 17, 18, 21, 55 Конституции РФ 1993 г., в т.ч. в их интерпретации Конституционным Судом РФ, происходит главным образом посредством соблюдения требования и презумпции взаимности доверия государства и граждан, предполагая юридическую невозможность государства использовать право на нормативноправовую формализацию своего недоверия гражданским институтам, если оно основано на частных случаях их противоправной деятельности.

7. Реализация принципа поддержания доверия в области организации и функционирования государства, как следует, в частности, из преамбулы и статей 1, 2, 7, 21, 31, 32, 33 Конституции РФ 1993 г., в т.ч. в их интерпретации Конституционным Судом РФ, ограничивает право государства свободно решать вопросы своей организации и функционирования условием его соответствия правомерным ожиданиям граждан о качествах деятельности государства, организованного на конституционных началах, и предполагает, что органы и должностные лица государства создадут вертикально-горизонтальную систему власти и обеспечат практику деятельности её институтов согласно правомерным ожиданиям граждан.

Теоретическая значимость исследования. Исследование содержит анализ конституционного права на предмет представленных в нём фидуциарных правовых конструкций, т.е. конструкций, в основании которых находится доверие как юридически значимое явление, и предлагает обоснование малоизученной интерпретации государства как фидуциария граждан. Результаты исследования расширяют объем знаний науки конституционного права и позволяют поставить другие

– как более частные, так и более общие, – вопросы науки права, в основании которых находится доверие как юридически значимое явление.

Практическая значимость исследования. Сделанные в ходе исследования выводы могут быть учтены органами государства и муниципальных образований в их нормотворческой и правоприменительной деятельности, имея в виду выводы, связанные, в частности, с обоснованностью изменений правового регулирования и защитой правомерных ожиданий лиц. Поставленные в диссертации вопросы могут быть использованы для пополнения перечней тем, изучаемых в учебных курсах по конституционному праву, а сама диссертация – задействована как один из источников их изучения, написания монографий, учебной литературы и статей.

Апробация результатов исследования. Промежуточные и итоговые результаты исследования неоднократно представлялись на заседаниях кафедры государственного и административного права юридического факультета СПбГУ, обсуждались с отдельными преподавателями этого факультета, американских и британских ВУЗов, судьями и сотрудниками аппарата Конституционного Суда РФ.

Основные положения диссертации были опубликованы в ведущих периодических изданиях по юридическим дисциплинам, задействованы при проведении семинарских занятий по курсу «Конституционное право», предложены к обсуждению на теоретических семинарах юридического факультета СПбГУ и в рамках открытых дискуссий на конференциях и круглых столах.

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, четырёх глав, разделенных на параграфы, заключения и списка использованных источников.

Глава I. Исходные понятия, общеправовые и социопсихические основы принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства § 1. Понятие принципов конституционного права: их определение, место в праве, функции «Исходные, основные положения Конституции, интегрирующие в себе содержание нормативно-правового регулирования определенного круга общественных отношений в сфере установления положения личности, социальноэкономической, культурной и государственно-правовой организации общества», – так принципы конституционного права определяет В. В. Невинский1. Н. В. Витрук писал, что «под конституционными принципами понимаются общие, руководящие начала конституционно-правового регулирования, обладающие высшей степенью нормативной обобщенности, предопределяющие развитие всей системы правового регулирования»2.

Г. Н. Комкова понимает конституционные принципы как «основные начала конституционализма, являющиеся базисом для формирования системы конституционного права»3. И. А. Алебастрова пишет, что принципы конституционного права – это «идеи, лежащие в основе содержания конституции той или иной страны (общие конституционные принципы или принципы конституции) либо в основе содержания ее отдельных институтов и норм (частные или институциональные конституционные принципы)»4. В. Е. Чиркин считает, что принципы конституционного права – это «нормы, но представляющие собой исходные положения высокой степени обобщенности»5; Б. С. Эбзеев – что это «основополагающие начала, ключевые идеи и положения, определяющие и выражающие… сущность» конституционного права6.

Невинский В.В. Конституционный Суд РФ и развитие конституционных принципов // Конституционное правосудие на рубеже веков. М., 2002 С. 194.

Конституционное право Российской Федерации / под общ. ред. Н.В. Витрука. М., 2010. С. 90.

Комкова Г.Н. Понятие принципов Конституционного права России // Сб. ст., посвященный 75-летию со дня рождения академика О.Е. Кутафина. М., 2012. С. 33.

Алебастрова И.А. Конституционные принципы: проблемы юридической природы и эффективности реализации // Конституционное и муниципальное право. 2007. № 7. С. 6.

Чиркин В.Е. Конституционное право России. М., 2009. С. 25. – Об этом же см., напр.: Кутафин О.Е. Предмет конституционного права. М., 2001. С. 83–94; Конюхова И.А. Конституционное право Российской Федерации. Общая часть. М., 2006. С. 175.

Конституционное право России / под ред. Б. С. Эбзеева. М., 2012. С. 23.

Существуют и иные теоретические взгляды на принципы права1, которые можно использовать для определения понятия «конституционный принцип».

Р. Алекси, в частности, понимает право в качестве однородного явления, где первичный элемент – норма права, которая, смотря по её содержанию и порядку реализации, может быть правилом или принципом2. Правило, по мнению автора, есть норма, содержание которой состоит по крайней мере из относительно определённо сформулированных прав и обязанностей участников общественного отношения и условий о том, к кому и при наличии каких фактов она применима.

Реализация норм этого вида требует полного воплощения их содержания в поведение участников общественного отношения, ими урегулированного. В свою очередь, принцип – это норма права, которая содержит некоторую идею или стандарт. Механизм реализации принципов автор описывает как «требование оптимизации», имея в виду, что содержания принципа образует общий замысел, а не относительно точное предписание, поэтому он может быть реализован в той или иной степени, но не полностью претворен в жизнь как юридическое правило. С другой стороны, Р. Дворкин, например, исходил из того, что стоит различать нормы и принципы права как таковые, а не видеть в норме права потенциал ее дихотомии в форме правил и принципов в зависимости от их содержания и механизма действия3. Понимание нормы права у Дворкина в целом соответствует понятию юридического правила Алекси. В то время как принципы определены им как «все множество тех стандартов, которые не являются нормами»4, т.е. принцип в отлиВ литературе есть представления о принципах права, как: 1. Структурах правосознания (см., напр.: Явич Л.С.

Право развитого социалистического общества: сущность и принципы. М., 1978. С. 199-201); 2. Положениях, сформулированные в области юридической практики (см., напр.: Скурко Е.В. Принципы права. М., 2008. С. 22-29); 3.

Нормах с абстрактным содержанием, особенностью которых – отсутствие структуры нормы-предписания (см., напр.: Марченко М.Н. Теория государства и права. М., 2006. С. 582); 4. «Общих нормах» (Фарбер И.Е., Ржевский В.А. Вопросы теории советского конституционного права. Саратов, 1969. С. 46); 5. Самостоятельных средствах правового регулирования (см., напр.: Алексеев С.С. Общая теория права. М., 2009. С. 186-188).

Автор имеет в виду дискуссию о сходствах и различиях понятий «принцип права» и «правовой принцип» (см., напр.: Принципы российского права. Саратов, 2011. С. 17, 40, 55, 178-179), но для целей настоящего исследования считает возможным воздержаться от участие в ней и использовать эти понятия, как и понятия «принцип конституционного права», «конституционный принцип», в качестве синонимичных друг другу.

См., напр.: Alexy R. 1.) A Theory of Constitutional Rights. N.Y., 2010. P. 44-111; 2.) A Theory of Legal Argumentation. N.Y., 2010. P. 4-5, 242-5, 260-1; Алекси Р. Понятие и действительность права. М. 2011. С. 86-9.

Дворкин Р. О правах всерьёз. М., 2004. С. 45-57, 109-120.

Там же. С. 45.

чие от нормы, имеющей своим содержанием юридическое правило, является, по мнению автора, некоторым стандартом.

В любом случае оба автора исходят из того, что принцип права имеет своим содержанием некоторый стандарт, т. е. идею, общий замысел или представление, но не правило, предписывающее нечто относительно конкретное. Абстрактный характер содержания принципов права вообще и принципов конституционного права в особенности предполагает такое их качество, как дедуктивность. Это значит, что для реализации принципа права необходима правовая интерпретация лежащей в его основании идеи, с тем чтобы, выведя из неё ряд относительно конкретных требований (т. е. сформулировав правило) и определив таким образов содержание принципа, затем применить его для урегулирования общественного отношения1. Между тем сама по себе дедукция правила из стандарта (идеи) не до конца показывает природу принципов. Полнее специфику принципов права позволяет раскрыть позиция Ж.Л. Бержеля о том, что праву свойственны парные категории, в т.ч. «действительность/недействительность»2. Имея в виду различия в механизме реализации норм и принципов, приложение к ним этих «категорий»

показывает следующее.

«Нормы применяются по принципу: все или ничего»3, т.е. надлежащая реализация норм права предполагает, что они должны быть реализованы в поведении субъектов права до своего логического абсолюта. Для этого между ними должны быть установлены приоритеты, а к общественному отношению применены только непротиворечащие, взаимодополняющие и корректирующие друг друга нормы права. Поэтому, когда в праве присутствуют нормы, которые применимы к одному и тому же отношению и в то же время конкурируют между собой, одна из этих норм, если конкуренция между ними неустранима по правилом юридического толкования4, должна быть признана недействительной с вытекающими из этого Принцип права «формирует основание для рассуждения в определённом направлении, но не диктует конкретного решения» (Дворкин Р. Указ. соч. С. 50).

Бержель Ж. Л. Общая теория права. М., 2000. С. 488–489.

–  –  –

Одна из противоречащих норм должна быть устранена по правилам: Lex superior derogat legi inferiori; Lex posterior derogat legi priori; Lex specialis derogat legi generali. Если положения правовой системы не позволяют разправовыми последствиями, в то время как другая – действительной, обладающей юридической силой и применимой для регулирования некоторого отношения.

Обратное, в свою очередь, показывает механизм реализации принципов, где конкуренция принципов есть их признак, обеспечивающий сосуществование в праве конкурирующих идей. В праве необходимо присутствуют одинаково действительные, но конкурирующие друг с другом идеи, и принципы вводят в право и юридически формализуют в нём некоторые общие представления (идеи), из которых участники правоотношения должны исходить, принимая те или иные юридически значимые решения. Однако, если формализующий некоторую идею принцип будет реализован до своего логического абсолюта, это необходимо исключит действие и в конечном счёте действительность конкурирующих с ним принципов, а в итоге сделает невозможным сосуществование в праве различных юридически значимых идей.

Вследствие этого принципам необходима возможность находиться в состоянии взаимной конкуренции, не предполагающей их соотношения как действительных и недействительных1. Таким образом, конкуренция принципов права, одинаково применимых к отдельно взятому общественному отношению, не требует, чтобы один из них получил приоритет и реализацию, в то время как другой – был устранён от регулирования этого отношения. Полноценная реализация принципов права, особенно конституционного, предполагает не приоритет или «весовое» превосходство одного над другим2, но компромисс, корешить противоречие в пользу одной из норм, то стоит признать недействительными обе (см., напр.: Пухта Г.Ф.

Энциклопедия права. Ярославль, 1872. С. 46).

Принципы конституционного права, следовательно, действуют взаимно ограничивающим образом, ни один из них не становится недействительным и только их взаимное применение приводит к завершенному результату.

Опираясь на гипотезу о парных категориях в праве, предположим, что каждому принципу можно противопоставить такой принцип, который будет его ограничивать (см., напр.: Cardozo B. The Paradoxes of Legal Science.

N.Y., 1928. P. 62; Dickinson J. The Law behind the Law // Columbia Law Review. 1929. №3. P. 285, 298). В этом случае имеет место не превосходство одного принципа над другим, а то, что, исходя из осуществленного соответствия принципов, наиболее адекватным является такое-то правило. Таким образом, кроме того, что из принципа необходимо дедуктивно вывести и сформулировать некоторое правило поведения, еще и сам принцип должен быть гармонизирован и согласован с другими существующими в праве принципами.

Поэтому «принципы права надо непременно брать в их системе» (Явич Л.С. Общая теория права. Л., 1976. С. 155).

Р. Дворкин считал, что государственные органы при принятии некоторого решения должны обосновать приоритет одного принципа над другим (см.: Дворкин Р. Указ. соч. С. 51), Р. Алекси доходит до числового определения «веса» принципов, формулируя для этого алгебраические формулы (см.: Алекси Р. Формула веса // Российский ежегодник теории права. 2010. № 3. C. 208–228). Это намерение понятно ввиду стремления исключить из права субъективность, приобщить к нему точность и математическую ясность, но оно все же вызывает сомнения в смысле пригодности для права (см., напр.: Цакиракис С. Пропорциональность: посягательства на права человека? // Сравнительное конституционное обозрение. 2011. №2. С. 48-59).

торый гармонизирует конкуренцию принципов, например в смысле Парето эффективности1 или равновесия Нэша2.

Рассматривая конституционное право с учетом вышесказанного, можно сделать следующие выводы. Во-первых, принцип конституционного права основан на некоторой конституционно значимой этической идее, т. е. на представлении о должном в конституционном праве. Во-вторых, его содержание сформулировано как стандарт3, представляющий собой требование наибольшего соответствия идее («требование оптимизации»). В-третьих, конституционный принцип не устанавливает конкретных прав и обязанностей субъектов для достижения такого соответствия и не предопределяет порядка своей реализации4. Права, обязанности, порядок реализации могут быть из него лишь дедуктивно выведены для целей реализации такого принципа. В-четвертых, в нем отсутствует традиционная для нормы структура5. В-пятых, устанавливая идеальную цель, он может быть реализован лишь относительно, но не абсолютно6. В-шестых, состояние конкуренции принципов конституционного права между собой – это существенный признак, отличающий их от норм конституционного права.

Таким образом, принцип конституционного права7 есть самостоятельная разновидность средства правового регулирования8, которое, в отличие от нормы Парето В. Компендиум по общей социологии. М., 2007. 511 с.

Nash J.F., Jr. Essays on Games Theory. Cheltenham, 1996. 91 p.

См., напр.: Pound R. An Introduction to the Philosophy of Law. New-Jersey, 2003. P. 118.

«Принципы не определяют никакой детализированный результат ни к какому фактическому состоянию… не угрожают никакими определёнными официальными действиями в случае определённого поведения. Они суть исходные пункты для процедуры согласно принятому методу» (Pound R. Discretion, Dispensation and Mitigation // N.Y.

University Law Review. 1960. №4. P. 925).

Гипотеза конституционного принципа отвлечена от предметных обстоятельств его действия, но может состоять из указания на субъект (впрочем, принцип может не включать и этого), который должен обеспечить реализацию принципа. Нет диспозиции, принцип не может устанавливать права и обязанности, иначе он становился бы нормой; он лишь устанавливает некую идеальную цель. Санкция существует, по-видимо, только в правовосстановительной, но не карательной форме (см., напр.: Гаджиев Г.А. Принципы права и право из принципов // Сравнительное конституционное обозрение. 2008 №2. С. 44).

Относительная степень реализации принципа конституционного права обусловлена фактическими причинами – существующей обстановкой и состоянием субъекта, реализующего соответствующий принцип; а также юридическими причинами – во-первых, общим характером его содержания, для уточнения которого, в целях его реализации, необходима правовая интерпретация, во-вторых, тем, что принцип находится в состоянии конкуренции с другими принципами, что предполагает его реализацию лишь в пределах согласованности с ним.

Общий перечень принципов конституционного права, в т.ч. в сравнении с различными проектами конституций для России 1993 года, см.: Румянцев О.Г. Основы конституционного строя России. М., 1994. С. 224-253.

Об этом, например, говорят: ст. 277, 290 Конституции Португалии 1976 г.; ст. 226 Конституции Анголы 2010 г.; ст. 2 Конституции Турции 1982 г.; ст. 61 Конституции Казахстана 1995 г.; ст. 16 Конституции Узбекистана 1992 г.; ст. 4 части VIII Конституции Филиппин 1987 г. (здесь и далее примеры из конституций зарубежных государств права, выступающей первичным средством отражения правила поведения, служит цели первичной фиксации этической конституционно значимой идеи (стандарта)1.

Принцип конституционного права, следовательно, – это юридическая форма выражения этической конституционно значимой идеи (стандарта) и средство придания ей правового (внешне обязывающего) значения. А говоря пространнее: это находящееся в состоянии конкуренции, содержащее общеобязательный, формально определенный стандарт средство правового регулирования, которое позволяет дедуктивным развитием конституционно значимых идей обеспечить непротиворечивое, конституционно правомерное развитие права и защитить правовую систему от нарушения тех конституционных идей, на которых она основана.

Учитывая это теоретическое представление о принципах конституционного права, стоит иметь в виду, что «если относиться к Конституции серьёзно, толкование и осуществление этих общих положений вызовет большие трудности для органов законодательной власти, а эти трудности приведут Конституцию, суды и органы законодательной власти к конфликту и подорвут их репутацию. Если же рассматривать эти декларации как пустые обещания, это также приведёт к дискредитации»2. Вследствие этого целесообразно проанализировать положение и действие конституционных принципов в правовой системе.

Сравнительно-правовой метод показывает две тенденции того, как может быть определено правовое положение принципов конституционного права. Вопервых, правовая система может не иметь каких-либо специальных положений о конституционных принципах. Если в средствах правового регулирования наряду со сравнительно конкретными нормами конституционного права можно при этом обнаружить и принципы, это свидетельствует об их конклюдентном признании без установления специальных предписаний относительно статуса принципов, что обусловливает их функционирование сообразно своей природе и общей правовой приведены по материалам портала «Конституции государств мира» [Электронный ресурс]. – Режим доступа:

http://worldconstitutions.ru, свободный. – Загл. с экрана).

Это значит, что норма и принцип равноположенны, а правило и стандарт соотносятся с ними как содержание и форма (см., напр.: Грибанов В.П. Осуществление и защита гражданских прав. М., 2000. С. 217).

Басу Д.Д. Основы конституционного права Индии. М., 1986. С. 245-246.

логике1. Во-вторых, правовая система может общим2 или частным3 образом определить особенности положения принципов конституционного права.

Из легального подтверждения принципов конституционного права следует вопрос об их реальном положении в правовой системе, т.е. о функциях, ими исполняемых4, что может быть рассмотрено в контексте роли этих принципов на различных стадиях правового регулирования5.

Регламентация общественных отношений образует первую стадию правового регулирования и предполагает установление правил поведения, которым конкретные общественные отношения должны соответствовать. На этой стадии стандартным средством правового регулирования является норма права, с помощью Такое положение принципов конституционного права обнаружим в многих правовых системах. Например, конституции Бельгии 1831 г., Германии 1949 г., Италии 1947 г., Нидерландов 1887 г., России 1993 г., США 1787 г., Франции 1958 г. не содержат каких-либо особых правил относительно положения их принципов, в то же время эти конституции в достаточной мере ими наполнены. В Конституции Норвегии 1814 г. слово «принцип» вообще не использовано ни в одном из ее положений, кроме статьи 112, устанавливающей, что «изменения [конституции] никогда не должны противоречить принципам данного Основного закона».

Конституция Боливии 1947 г. (ст. 28) устанавливала, что закон не может нарушать отраженные в ней принципы, а реализация принципа возможна и без его законодательной регламентации. Акт о форме правления Швеции 1974 г. (глава II, п. 23) не признает юридической силы за законом или иным предписанием, противоречащим принципам свободы. В Конституции Папуа-Новой Гвинеи 1975 г. (ст. 22) принципы рассмотрены в качестве вспомогательного средства при отсутствии применимого к правоотношениям правового акта; Конституция Мексики 1917 г.

(ст. 14) допускает обращения к общим принципам права в цивильных делах при отсутствии применимого закона.

Принципы, связанные с социально-экономическими правами и не получившие подтверждения законом, лишены судебной защиты конституциями Индии 1949 г. (ст. 37), Испании 1978 г. (ст. 53), Ирландии 1937 г. (ст. 45), Мальты 1964 г. (ст. 21). В Конституции Пакистана 1973 г. (ст. 29) возникновение обязанности государства обеспечить реализацию ряда конституционных принципов поставлено в условие от экономических возможностей.

Некоторые принципы конституционного права наделены качеством повышенной устойчивости. Оно дает о себе знать при существенных преобразованиях отрасли, исключая правомерную возможность внести в неё ряд изменений. Например, ст. 79 Основного закона ФРГ 1949 г. наделяет таким качеством принцип федерализма, а ст.

110 Конституции Греции 1975 г. и ст. 288 Конституции Португалии 1976 г. – республиканскую форму правления;

также см. напр.: ст. 4 Конституции Турции 1982 г.; ст. 112 Конституции Норвегии 1814 г.; ст. 142 Конституции Молдовы 1994 г.; ст. 79.1 Основного закона ФРГ 1949 г.; ст. 178 Конституции Алжира 1989 г.; ст.120 Конституции Бахрейна 2002 г.; ст. 175 Конституции Кувейта 1962 г.

В Конституции Российской Федерации (принятой всенародным голосованием 12 декабря 1993 г.: по состоянию на 21 июля 2014 г. // Российская газета. – 1993. – № 237; Собрание законодательства РФ. – 2014. – №31. – Ст.

4398; далее по тексту – Конституция РФ, Конституция), например, нет специальных положений о принципах конституционного права. Но, скажем, ст. 6 части первой Гражданского кодекса РФ (Федеральный закон от 30 ноября 1994 г. №51-ФЗ: в ред. ФЗ от 05.05.14 №129-ФЗ // СЗ РФ. 1994. №32. Ст. 3301; СЗ РФ. 2014. №19. Ст. 2334; далее – часть первая ГК РФ), говорящая об аналогии права, отсылает к общему смыслу гражданского законодательства и требованиям добросовестности, разумности и справедливости, которые, кроме прочего, имеют в качестве своих оснований известные конституционные принципы. Это положение гражданского права, таким образом, есть частное определение правовой системы о положении (и значении) конституционных принципов.

Конституционный Суд РФ в своём Постановлении от 23 января 1993 г. №1-П указывал, что общие принципы конституционного права «обладают высшей степенью нормативной обобщенности, предопределяют содержание конституционных прав человека, отраслевых прав граждан, носят универсальный характер и в связи с этим оказывают регулирующее воздействие на все сферы общественных отношений. Общеобязательность таких принципов состоит как в приоритетности перед иными правовыми установлениями, так и в распространении их действия на все субъекты права».

Далее будет использована традиционная структура правового регулирования, сформулированная в теории права (см., напр.: Алексеев С.С. Общая теория права. С. 281; Общая теория государства и права. Академический курс в 3-х томах. Т. 3. М., 2013. С. 97).

которой субъекты правотворчества вводят вышеуказанные правила, но обнаруживает себя и конституционный принцип. Конституционные границы правотворчества предполагают, что субъекты, его осуществляющие, обязаны добросовестно и правомерно, в т.ч. с соблюдением принципов конституционного права, осуществлять деятельность по регламентации общественных отношений посредством принятия нормативно-правовых актов1. Взяв законодателя в качестве примера субъекта, осуществляющего такую регламентацию, можно отметить следующее.

Принципы конституционного права, с одной стороны, управомочивают законодателя на принятие законов, с другой – обязывают его принимать их так, чтобы они соответствовали и развивали те общие положения, которые содержат обязательные для законодателя принципы. Исходя из этого, функция принципов конституционного права, исполняемая ими на данной стадии, может быть названа конструктивной2. Она проявляет себя в форме общего концепта права, при дедуктивном подходе к которому субъекты правотворчества выводят из принципов и ими обосновывают формулируемые нормы, тем самым обеспечивая непротиворечивость правовой системы и её защищённость от т.н. «законного неправа»3.

Основным средством правового регулирования на стадии действия права4 является конструкция правоотношения, основанного на правовой норме и ею регламентированного, в то время как конституционные принципы играют тут роль, скорее, вспомогательную5. Эта стадия требует ясно сформулированных правотворцем норм, которые содержат понятные правила поведения, в т.ч. норм, являНекоторые конституции закрепляют, что законодатель должен действовать, «точно придерживаясь принципов, положенных в основу настоящей Конституции» (ст. 45 Конституции Лихтенштейна 1921 г.); «законы… должны составляться исходя из принципов достоинства и равенства полов» (ст. 24 Конституции Японии 1946 г.).

«Принципы права можно рассматривать… как механизм саморегулирования, призванный обеспечить единство, взаимосогласованность и взаимодействие отдельных составных частей правовой системы» (Черданцев А.Ф.

Основные характеристики нормы права // Российский ежегодник теории права. 2009. № 2. С. 568-569). Есть, впрочем, и другой взгляд на такой процесс, согласно которому сами принципы индуцируются из имеющегося правового материала (см., напр.: Тарановский Ф.В. Учебник энциклопедии права. Юрьев, 1917. С. 259; Муромцев С.А. Что такое догма права? (окончание) // Юридический вестник. 1884. №5-6. С. 234; Берман Г.Дж. Западная традиция права: эпоха формирования. М., 1998. С. 124-165).

Радбрух Г. Философия права. М., 2004. С. 228.

Вторая и третья (стадия реализации прав и обязанностей) стадии правового регулирования в такой степени взаимосвязаны, что о них будет сказано в совокупности.

Впрочем, известное значение на этой стадии конституционные принципы, конечно, имеют, например, в части деятельности публичной администрации (см., напр.: Бержель Ж.Л. Указ. соч. С. 179); ст. 37 Конституции Бразилии 1988 г., в частности, устанавливает, что «публичная администрация, выполняющая свои функции непосредственно или косвенным образом… действует на основе принципов законности, объективности, нравственного поведения и гласности».

ющихся следствием согласования различных принципов конституционного права на первой стадии правового регулирования. Поэтому превалирующее значение этих принципов на стадии действия права есть признак ненадлежащей деятельности правотворческих субъектов1 и низкого уровня развития правовой системы.

Хотя конституционные принципы – это средство правового регулирования, обращенное в первую очередь к правотворцам и правоприменителям, между тем иные субъекты права, вступая в правоотношения или в связи с реализаций своих прав и обязанностей, принимают во внимание и исходят из существования и содержания различных принципов конституционного права. И факт, что участники правоотношений исходят из наличия некоторых конституционных принципов, юридически небезразличен и как минимум порождает у них определенные ожидания.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 16 |
Похожие работы:

«Филиппова Софья Юрьевна ИНСТРУМЕНТАЛЬНАЯ МЕТОДОЛОГИЯ ЦИВИЛИСТИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ Специальность 12.00.03 гражданское право; семейное право; предпринимательское право; международное частное право; 12.00.07 корпоративное право; энергетическое право. Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических...»

«Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Санкт-Петербургский государственный университет» НА ПРАВАХ РУКОПИСИ Русаков Виталий Июстинович Правовой режим инвестиций, объединяемых участниками государственно-частного партнерства Специальность: 12.00.03 гражданское право, предпринимательское право, семейное право, международное частное право ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: Лебедев...»

«Темникова Нонна Владимировна ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПОДНАДЗОРНЫХ ЛИЦ Специальность 12.00.08 Уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный...»

«Маслов Вилли Андреевич УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА МОШЕННИЧЕСТВО В СФЕРЕ СТРАХОВАНИЯ Специальность 12.00.08 – уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель – Заслуженный юрист Российской Федерации доктор юридических наук, профессор Сабанин С.Н. Екатеринбург – 201 ОГЛАВЛЕНИЕ Введение.. Глава 1....»

«ЯКОВЛЕВА ЕВГЕНИЯ НИКОЛАЕВНА ПООЩРЕНИЕ И ЗАЩИТА ПРАВ ИНВАЛИДОВ В МЕЖДУНАРОДНОМ ПРАВЕ Специальность 12.00.10 – Международное право. Европейское право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: доктор юридических наук, профессор Автономов Алексей Станиславович Москва – СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И ИСТОРИЧЕСКИЕ...»

«Ковалева Наталия Николаевна АДМИНИСТРАТИВНО-ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ИНФОРМАЦИОННЫХ ТЕХНОЛОГИЙ В ГОСУДАРСТВЕННОМ УПРАВЛЕНИИ 12.00.14 – административное право, административный процесс 12.00.13 – информационное право Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук Научный консультант — доктор...»

«Зорькина Анна Александровна НЕОСТОРОЖНЫЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ: КРИМИНОЛОГИЧЕСКОЕ И УГОЛОВНО-ПРАВОВОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ Специальность: 12.00.08 уголовное право и криминология; уголовноисполнительное право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: д.ю.н., доцент Анисимов...»

«Демаков Руслан Александрович МЕХАНИЗМЫ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ ЗАКОНОПРОЕКТНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПРАВИТЕЛЬСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ: СРАВНИТЕЛЬНО-ПРАВОВОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ 12.00.02 – Конституционное право; конституционный судебный процесс; муниципальное право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный...»

«Чекмарева Анастасия Валериевна ПОДГОТОВИТЕЛЬНЫЕ ПРОЦЕДУРЫ В ГРАЖДАНСКОМ ПРОЦЕССЕ 12.00.15 – гражданский процесс, арбитражный процесс Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук Научный консультант – доктор юридических наук, профессор О.В. Исаенкова Саратов – 20 ОГЛАВЛЕНИЕ Стр. ВВЕДЕНИЕ.. Глава I....»

«Репьева Анна Михайловна РЕАЛИЗАЦИЯ ОБЩЕПРАВОВЫХ ПРИНЦИПОВ В ПРОЦЕССЕ ИСПОЛНЕНИЯ НАКАЗАНИЯ В ВОСПИТАТЕЛЬНЫХ КОЛОНИЯХ ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук 12.00.08 – уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право Научный руководитель: доктор юридических наук, профессор Варыгин...»

«ФУРТАК АЛЕКСАНДРА АЛЕКСАНДРОВНА ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВАЯ ПРИРОДА МЕДИАТИВНОГО СОГЛАШЕНИЯ Специальность 12.00.03 – гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель кандидат юридических наук, доцент, Заслуженный юрист...»

«Данько Александр Александрович ПРОБЛЕМЫ ТЕРРИТОРИАЛЬНОГО УСТРОЙСТВА СУБЪЕКТОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Специальность 12.00.02 – конституционное право; конституционный судебный процесс; муниципальное право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ С.А. Авакьян Москва – СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ.. ГЛАВА 1....»

«МАМЕДОВИЧ ФИНАНСОВ процесс ДИССЕРТАЦИЯ наук консультант – профессор, Федерации НИКОЛАЕВИЧ Челябинск – 20 ОГЛАВЛЕНИЕ ВВЕДЕНИЕ.. правоотношений.. доктрине. экономические отношения..40 определения период.60 воздействия на процессе.. средств... отношения..10 их статуса.. органов.. административном праве... (опосредованных) государственном экономики.. экономики.. экономики.. административно-правовые финансового администрирования..20...»

«Костин Сергей Андреевич МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ КОЛЛЕКТИВНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ В ЕВРОПЕ Специальность: 12.00.10 Международное право; Европейское право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: доктор юридических наук, профессор, почетный работник высшего...»

«Сорокина Татьяна Владимировна ИНСТИТУТ СУДЕБНЫХ ПОРУЧЕНИЙ В ГРАЖДАНСКОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Специальность 12.00.15 – гражданский процесс; арбитражный процесс Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: доктор юридических наук, профессор Носырева Елена Ивановна Воронеж – 2015 ОГЛАВЛЕНИЕ...»

«БУМАГИН Александр Николаевич ДОСТУП К ИНФОРМАЦИИ О ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СУДОВ В РЕАЛИЗАЦИИ КОНСТИТУЦИОННОГО ПРИНЦИПА ПУБЛИЧНОСТИ ПРАВОСУДИЯ 12.00.02 – конституционное право; конституционный судебный процесс; муниципальное право ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный...»

«ШМЕЛЕВА Дарья Вагифовна ПРИОРИТЕТНЫЕ ОРГАНИЗАЦИОННО-ПРАВОВЫЕ ФОРМЫ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ ИННОВАЦИОННОЙ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ 12.00.03 – гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право Диссертация на соискание ученой степени кандидата...»

«УДК 347. 721. Золотухин Алексей Валерьевич ПРАВОВОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ СТРАХОВАНИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКИХ РИСКОВ ПО ГРАЖДАНСКОМУ ПРАВУ РЕСПУБЛИКИ ТАДЖИКИСТАН Специальность 12.00.03. –гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право (юридические науки) Диссертация на соискание учёной степени доктора юридических наук...»

«ГАЛИАКБЕРОВ АДЕЛЬ СИРЕНЬЕВИЧ МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВАЯ ОХРАНА ИЗОБРЕТЕНИЙ, ПОЛЕЗНЫХ МОДЕЛЕЙ И ПРОМЫШЛЕННЫХ ОБРАЗЦОВ НА РЕГИОНАЛЬНОМ УРОВНЕ Специальность 12.00.10 – Международное право; европейское право Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: доктор юридических наук, профессор...»

«Чепрасов Константин Викторович КОНСТИТУЦИОНАЛИЗАЦИЯ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ФЕДЕРАЛЬНЫХ ОРГАНОВ ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ ВЛАСТИ И ОРГАНОВ ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ ВЛАСТИ СУБЪЕКТОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ: СУЩНОСТЬ, РАЗВИТИЕ, КОНСТИТУЦИОННО-СУДЕБНОЕ ВЛИЯНИЕ Специальность 12.00.02 – конституционное право; конституционный судебный процесс; муниципальное право...»







 
2016 www.konf.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, диссертации, конференции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.