WWW.KONF.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Авторефераты, диссертации, конференции
 


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |

«СПЕЦИАЛИЗИРОВАННЫЙ ПРОДУКТ ДИЕТИЧЕСКОГО ПРОФИЛАКТИЧЕСКОГО ПИТАНИЯ НА ОСНОВЕ КОКТЕЙЛЯ БАКТЕРИОФАГОВ: КОНСТРУИРОВАНИЕ, ТЕХНОЛОГИЯ ПРОИЗВОДСТВА, ОЦЕНКА БЕЗОПАСНОСТИ И ЭФФЕКТИВНОСТИ ПРИМЕНЕН ...»

-- [ Страница 2 ] --

Прогноз типа жизненного цикла бактериофага (умеренный или вирулентный) проводили при помощи программы PHACTS (San Diego State University, США).

Подтверждение вирулентности или определение потенциально умеренного бактериофага проводили в ходе определения соответственно отсутствия или наличия генов, кодирующих известные интегразы, репрессоры транскрипции или их гомологи при помощи алгоритма blastp (http://blast.ncbi.nlm.nih.gov/Blast.cgi).

Анализ отсутствия генов токсичности и интеграз проводили следующим образом:

1) определяли участки генома, идентичные, по крайней мере, на 90 % участкам генома известных аннотированных бактериофагов, в которых отсутствуют вышеуказанные гены;

2) определяли участки генома, имеющие идентичность менее 90 % к геномам известных аннотированных бактериофагов и проводили поиск на предмет схожести с известными генами, кодирующими токсины и интегразы при помощи алгоритма blastn в базах данных NCBI.

Выделение ДНК, полногеномное секвенирование и биоинформационный анализ проводились при участии аспиранта лаборатории прикладной иммунохимии ФБУН МНИИЭМ им Г.Н.Габричевского Е. О. Рубальского, руководителя отдела коллекционных культур ФБУН ГНЦ ПМБ к.б.н. Богуна А. Г и сотрудника лаборатории молекулярной диагностики и генно-инженерных препаратов ГНЦ ПМБ Поповой А.В.

Электронная микроскопия бактериофагов Электронная микроскопия сделана на микроскопе JEM-100СХ (JEOL, Япония) при конечном увеличении 80000, медные сетки покрыты пленкой коллодия, напылены углеродом, окраску производили 2 % ацетатом уранила.

Статистические методы обработки данных Статистический анализ данных, полученных в диссертационном исследовании, выполняли с использованием пакета прикладных программ «SAS»

(SAS Institute Inc., USA) и включал следующие из элементов: построение гистограмм для визуальной оценки характера распределения; расчет средних

–  –  –

Стафилококковые энтеротоксины, в 5- Не допускаются МУК 4.2.2429-08 ти образцах по 25,0 г Вероцитотоксины, в 5-ти образцах по Не допускаются МУК 4.2.2963-11 25,0 г Живые клетки продуцентов (S. aureus, Не допускаются Метод прямого посева (МУК 4.1/4.2-588-96) S. Infantis, S. Enteritidis, S. Typhimurium, L. innocua, E.coli), в 50,0 г Личное участие автора в получении результатов Автором составлен план исследования, проведен аналитический обзор литературы. Всесторонне изучены биологические и молекулярно-генетические свойства выделенных штаммов бактериофагов. Подтверждено отсутствие умеренных фагов, профаги которых не интегрированы в геном бактериальных клеток-мишеней. Диссертантом отработана оригинальная методика культивирования бактериофагов на плотной питательной среде, поз воляющая получать бактериофаги в высоком титре. Для подтверждения безопасности фаголизатов отработан алгоритм проверки степени его очистки от продуктов жизнедеятельности микроорганизмов, в том числе от эндо- и экзотоксинов и продуктов бактериолиза. Разработана рецептура и пилотная технология получения готовой формы специализированного продукта диетического профилактического питания. Апробированы алгоритмы оценки безопасности и эффективности готового продукта в доклинических и ограниченных клинических испытаниях.

Изолирование бактериофагов и изучение их биологических свойств осуществляли в сотрудничестве с к.б.н. Веревкиным В.В. и к.б.н. Красильниковой В.М. (лаборатория молекулярной диагностики и генно-инженерных препаратов ФБУН ГНЦ ПМБ). Молекулярно-генетическую характеристику штаммов бактериофагов проводили при участии сотрудника лаборатории 37 клинической микробиологии и биотехнологии бактериофагов Поповой А.В.

(ФБУН МНИИЭМ им. Г.Н.Габричевского), аспиранта лаборатории прикладной иммунохимии Рубальского Е.О. (ФБУН МНИИЭМ им. Г.Н. Габричевского) и руководителя отдела коллекционных культур к.б.н. Богуна А. Г. (ФБУН ГНЦ ПМБ). Масс-спектрометрию бактериальных штаммов выполняли совместно с руководителем лаборатории диагностики дифтерийной и коклюшной инфекции д.м.н. Борисовой О.Ю. (ФБУН МНИИЭМ им. Г.Н.Габричевского). Электронная микроскопия нативных фаговых частиц проведена на базе ФГБУ «НИИ институт вирусологии им. Д.И. Ивановского» РАМН.

Положения, выносимые на защиту:

1) Отобранные для создания рецептуры производственно-перспективные штаммы бактериофагов на основании их биологической и молекулярногенетической характеристики являются оригинальными и вирулентными.

2) Сконструированный специализированный продукт диетического профилактического питания на основе бактериофагов нарабатывается по уникальной технологии, обеспечивающей отсутствие токсического эффекта в опытах in vitro и in vivo на лабораторных животных.

3) «Фудфаг» эффективен в качестве средства фагопрофилактики, что подтверждено как в доклинических исследованиях, так и в ограниченных клинических испытаниях на пациентах с синдромом раздраженного кишечника и добровольцев с искусственно вызванным эшерихиозом.

Степень достоверности и апробация результатов исследования О достоверности полученных результатов работы свидетельствует достаточный объем выборки анализируемых образцов (2000 образцов клинического материала, 1000 образцов почв, сточных вод, мясных и рыбных полуфабрикатов, экскрементов птиц и крупного рогатого скота, 300 патогенных и условно-патогенных штаммов и изолятов бактерий, 40 штаммов-кандидатов бактериофагов), использование сертифицированных бактериологических, иммунохимических и молекулярно-генетических методов, которые характеризуются высокой специфичностью и чувствительностью. Комплексное бактериологическое, иммунохимическое и молекулярно-генетическое исследование бактериальных штаммов и штаммов бактериофагов позволило получить данные, сопоставимые с данными литературы, что также свидетельствует о достоверности полученных результатов. Выпущенная продукция подвергалась независимой экспертизе НИИ Питания РАМН и ФГБУЗ «Центр экспертиз и гигиены» САО на соответствии утвержденной нормативной документации.

Диссертация апробирована на заседании секций Ученого Совета ФБУН МНИИЭМ им. Г.Н. Габричевского Роспотребнадзора (протокол № 1 от 05.02.

2015 г.).

Материалы и результаты исследований представлены и обсуждены на Российских и международных конференциях и конгрессах: Международной научно-практической конференции «Достижения и перспективы развития биотехнологии» (Саранск, 2012 г.); 9-ой Северо-Западной научной гастроэнтерологической сессии (Санкт-Петербург, 2012 г.); V Ежегодном

Всероссийском Конгрессе по инфекционным болезням (Москва, 2012 г.); научнопрактической конференции с международным участием «Бактериофаги:

теоретические и практические аспекты применения в медицине, ветеринарии и пищевой промышленности» (Ульяновск, 2013 г.); International Scientific Conference on Probiotics and Prebiotics – IPC2013 (Kosice, Slovakia, 2013 г.);

International Scientific Conference “Phages2013: Bacteriophage in Medicine, Food & Biotechnology” (Oxford, UK, 2013 г.); International Scientific Conference “2014 Exploiting bacteriophages for bioscience, biotechnology and medicine (the 5th in a biennial series)” (London, UK, 2014 г.); VI Ежегодном Всероссийском конгрессе по инфекционным болезням г.); научно-практической (Москва, 2014 2-ой конференции с международным участием: «Бактериофаги: теоретические и практические аспекты применения в медицине, ветеринарии и пищевой промышленности» (Санкт-Петербург, 2014 г.); EMBO Conference on «Viruses of Microbes III: Structure and Function – from Molecules to Communities» (Zurich, Switzerland, 2014 г.); International Scientific Conference “Phages 2014: Bacteriophage 39 in Medicine, Food & Biotechnology” (Oxford, UK, 2014 г.); III International Conference on Antimicrobial Research - ICAR2014 (Madrid, Spain, 2014 г.).

Публикации. По теме диссертации имеется 21 печатная работа, в том числе 3

– в рецензируемых изданиях, 18 – в сборниках материалов конференций, и 2 патента РФ на изобретения.

Структура и объем диссертации. Диссертационна работа изложена на 207 страницах печатного текста и состоит из следующих разделов: введения, обзора литературы, результатов собственных исследований и их обсуждения, заключения, выводов, практических рекомендаций, приложений, списка использованных литературных источников. Диссертация иллюстрирована 48 таблицами и 33 рисунками. Список литературы содержит 218 источников, в том числе 124 – отечественных и 94 - зарубежных публикаций.

ОСНОВНАЯ ЧАСТЬ

ГЛАВА 1.ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ

1.1. Проблема глобализации ОКИ и пищевых токсикоинфекций В настоящее время проблема острых кишечных инфекций (ОКИ) и пищевых токсикоинфекций остается одной из ведущих в мире и занимает первое место в структуре инфекционной патологии и экономической значимости инфекционных болезней. В западной литературе в рамках этих инфекционных заболеваний выделяется особая группа инфекций – Food-borne infections (FBI), основным путем передачи которых является пищевой. По данным ВОЗ, в мире ежегодно болеют FBI около 1,5 млрд. человек, причем 65 %-70 % из них составляют дети.

Например, в США ежегодно регистрируется около 76 млн. случаев, 325000 из которых приводят к госпитализации, а 5000 заканчиваются летальным исходом [45, 88].

Российская Федерация не является исключением. Ежегодно в стране регистрируется более 500 вспышек кишечных инфекций с фекально-оральным механизмом передачи возбудителя, что составляет около 20 % от всех регистрируемых групповых очагов. В РФ более 120 регионов неблагополучны по ОКИ [87, 89, 93]. Это можно объяснить следующим образом: распространенность кишечных инфекций – это один из важнейших индикаторов социального и санитарного благополучия населения. Заболеваемость острыми кишечными инфекциями часто носит сезонный характер. Пик заболеваемости бактериальной дизентерией наблюдается в сентябре, а сальмонеллезами – летом, чаще в августе.

Это большей частью связано с биологией самих возбудителей.

По данным официальной статистики, в 2013 г. в РФ зарегистрирован рост заболеваемости ОКИ, а также пищевых токсикоинфекций, вызванных установленными бактериальными возбудителями. Заболеваемость составила 153,4 0/0000, в 2012 г.- 154,8 0/0000, в 2011 – 149,5 0/0000. Причем показатель заболеваемости детей до 17 лет в 2013 году составил 671,1 0/0000, это превышает данные 2011 г.- 649,3 0/0000 [93]. В 2013 году случаев ОКИ больше всего было выявлено в апреле (71,2 тысячи), несколько меньше в январе(70,8). И если в целом по России уровень заболеваемости ОКИ относительно невелик, то между субъектами Российской Федерации сохраняются существенные различия по этому показателю. По данным за 2013 год, заболеваемость острыми кишечными инфекциями была ниже всего в Центральном федеральном округе – 407 зарегистрированных случаев заболевания на 100 тысяч населения, выше всего – 858 – на Дальнем Востоке, при среднем значении по России 545 на 100 тысяч человек [93].

Острые кишечные инфекции – это большая группа инфекционных заболеваний человека с фекально-оральным механизмом заражения, вызываемых патогенными (шигеллы, сальмонеллы и др.) и условно-патогенными бактериями (протей, клебсиеллы, клостридии и др.), вирусами (рота-, астро-, калици-, группы Норфолка и др.) и простейшими (Entamoeba histolytica, криптоспоридии, Balantidium coli и др.), объединенных развитием диарейного синдрома [33, 74].

Заболеваемость данной группой инфекций обусловлена широким распространением патогенных агентов, социально-экономическим состоянием регионов. Актуальны на современном этапе и полиэтиологические кишечные инфекции. Источниками инфекции является человек или животное с клинически выраженным или субклиническим течением инфекционного процесса, в состоянии острого или хронического бактерионосительства, а ведущий путь передачи возбудителей – контактно-бытовой и пищевой.

Не менее важной эпидемиологической проблемой являются пищевые токсикоинфекции. Пищевая токсикоинфекция (ПТИ) - это острое заболевание, которое возникает в результате употребления пищи, массивно контаминированной патогенными или условно-патогенными микроорганизмами и их экзотоксинами. Клиническая картина заболевания характеризуется симптомами поражения верхних отделов желудочно-кишечного тракта (гастрит, гастроэнтерит) и нарушениями водно-солевого обмена [2, 99].

Возбудителями пищевых токсикоинфекций и ОКИ являются, прежде всего, сальмонеллы, шигеллы, патогенные эшерихии коли, стафилококки, а в последнее время и листерии.

Сальмонеллы – патогенные микроорганизмы, являющиеся возбудителями брюшного тифа и паратифа (S.typhi, S.paratyphi A), гастроэнтероколитов, внутрибольничных инфекций, а также инфекций, передающихся пищевым путем.

Сальмонеллы занимают одно из ведущих мест среди микроорганизмоввозбудителей пищевых инфекций в мире. Относятся к семейству Enterobacteriaceae. Род Salmonella, представлен двумя видами – S.enterica и S.bongori. Это грамотрицательные, подвижные, факультативно-анаэробные палочки. В настоящее время сальмонеллезы принадлежат к числу наиболее распространенных зоонозов в развитых странах мира [15, 33, 88, 99, 124].

Наиболее значимыми сероварами являются – S.Typhimurium, S.Enteritidis, S.Infantis. Основные факторы патогенности сальмонелл – это холероподобный токсин и ЛПС-эндотоксин. Природными очагами инфекции являются больные животные, а основной путь передачи – пищевой, через продукты животного происхождения [26, 124]. В 2010 году в странах ЕЭС было зарегистрировано более 100 000 случаев сальмонеллеза. По данным CDC (Center for Disease Control and Prevention), каждый год в США выявляется 42 000 случаев сальмонеллеза [162, 168]. При этом основными источниками инфицирования служили контаминированные сальмонеллами пищевые продукты животного происхождения (мясо, молоко, яйца, особенно утиные и гусиные), реже – больные животные или человек (в том числе бактерионосители) [4, 121, 168, 171].

По данным референс-центра РФ в 2013 году в этиологической структуре сальмонеллеза преобладают сальмонеллы группы D. Они составляют 83 % от всех случаев инфекционных заболеваний с установленной этиологией. Причем сероварный пейзаж у бактерионосителей следующий: S.Enteritidis – 58,9 %, S.Infantis – 13,4 %, S.Typhimurium – 8,9 %. У больных S.Enteritidis выделяется в 81,4 % случаев, а S.Infantis – в 2,5 %. Увеличение числа штаммов S.Infantis у бактерионосителей может указывать на осложнение эпидситуации. Данный факт подтверждается увеличением числа сальмонелл этого серовара в изолятах из пищевых продуктов и объектов окружающей среды [93]. В РФ по разным регионам заболеваемость сальмонеллезом колеблется. Так, в Архангельской области в 2006 году заболеваемость сальмонеллезом была высокой и в 1,7 раза превышала среднероссийский показатель. В период с 2007 по 2009 гг. было снижение заболеваемости, а в 2010 году опять начался подъем, тогда как показатель в среднем по Российской Федерации остался на прежнем уровне – 35,7 на 100 тыс. населения, из которых дети составляли 50% [28]. В Иркутской области уровень заболеваемости сальмонеллезом среди взрослого населения и детей с 2000 по 2010 гг. имел тенденцию к повышению [12], в Республике Башкортостан (РБ) при изучении ОКИ сальмонеллезной этиологии в том же периоде она повсеместно являлась наиболее приоритетной патологией для взрослых и второй по значимости для детей [88,121].

Все большее распространение получают штаммы сальмонелл с повышенной термоустойчивостью, резистентные ко многим современным антибиотикам и дезинфицирующим средствам. Они способные вызывать внутрибольничные вспышки инфекции с высоким уровнем смертности детей младенческого возраста [4, 87].

Шигеллы являются широко распространенными патогенными агентами, приводящими к серьезным инфекционным заболеваниям человека и животных.

Они, также как и сальмонеллы, относятся к семейству Enterobacteriaceae. Данные бактерии выделены в род Shigella, включающий 4 вида: S. dysenteriae, S. flexneri, S. boydii, S. sonnei. Ареал обитания этих микроорганизмов, как и других представителей этого семейства, достаточно обширен. Они могут находиться в почве, воде, на овощах, фруктах, в кишечнике у животных и человека. В отличие от ряда других представителей этого семейства являются вирулентными для людей, вызывая острые кишечные инфекции, нередко приводящие к летальным исходам [92, 99].

Если опираться на статистику, то, например, по данным CDC, каждый год в США выявляется около 14 тысяч случаев шигеллеза. Бактериальная дизентерия особенно часто возникает в социально неблагополучных регионах, характеризуется летней сезонностью [168]. В России, по данным статистики, в 2013 г. было зарегистрировано более 2 тысяч случаев заболевания бактериальной дизентерией. Наиболее неблагополучными субъектами по бактериальной дизентерии, в которых уровни заболеваемости этой инфекцией превышают средние по стране (10,14) в 3–16 раз, являются Республики Тыва, Бурятия, Алтай, Дагестан, Астраханская область и Еврейская автономная область [88].

Следующим значимым представителем из числа возбудителей кишечных инфекций является кишечная палочка (E.coli). E.coli с нормальными ферментативными свойствами относится к постоянным обитателям кишечника человека, животных, птиц, рыб и широко распространена в природе: в воде, почве и других объектах окружающей среды [26, 92]. E.coli как часть нормальной микрофлоры в организме человека выполняют важные функции:

защищают от патогенных и сдерживают рост условно-патогенных микроорганизмов; синтезируют витамины К, В2, В3, В5, В6, В9, B12;

расщепляют молочный сахар (лактозу); принимают участие в переваривании белков и углеводов; участвуют в переработке холестерина, желчных и жирных кислот; ассимилируют кислород, способствуя развитию лакто- и бифидобактерий. В тоже время существует большое количество сероваров патогенных E.coli, которые вызывают ряд патологических состояний, таких как диареи, бактериемии, менингиты, инфекции мочевыводящих путей и т.д. [99].

Диареегенные E.coli подразделяются на следующие основные группы:

энтеротоксигенные (ЭТКП), энтероинвазивные (ЭИКП), энтеропатогенные (ЭПКП), энтерогеморрагические (ЭГКП), энтероагрегативные (ЭАКП) и диффузноадгезивные кишечные палочки (ДАКП) [99, 142]. Заболеваемость эшерихиозами носит периодичный характер. В нашей стране наблюдается тенденция к их снижению, хотя ежегодно регистрируется от 17 до 20 тысяч случаев ОКИ, вызванных этими микроорганизмами [90]. Можно сделать предположение, что уменьшение случаев выявления ОКИ, вызванных патогенными E.coli, в нашей стране связано со сложностями диагностики. Во всем мире они по-прежнему широко распространены, особенно часто выявляются у детей [191, 218].

Особую группу представляют ОКИ, этиологическим агентом которых является энтерогеморрагическая E.coli сероваров О55, О111, О157, O104, О26, О128 – так называемая «Big six» («большая шестерка») шига-токсин продуцирующих (STEC) штаммов. Эта группа микроорганизмов открыта сравнительно недавно и представляет наибольшую опасность для здоровья людей, так как вызывает тяжелые формы поражения кишечника:

геморрагический колит и гемолитико-уремический синдром (ГУС) [142, 166]. В 2011 году в Европе прокатилась волна вспышек и спорадических случаев бактериальных гастроэнтеритов: в Германии – 4000 случаев кровавой диареи, 850 случаев ГУС и 50 летальных исходов, на юго-западе Франции – 15 случаев кровавой диареи, 9 из которых перешли в ГУС, единичные случаи наблюдались и в Швеции, Дании, Австрии, Испании, Австралии. Вспышки были вызваны шига-токсин продуцирующими штаммами E.coli O104:H4 [218, 166, 103, 209, 205].

Что касается STEС-инфекций, вызванных штаммами E.coli О157:Н, то здесь эпидемиологическая картина выглядит следующим образом. Так, в странах ЕС с 2006 по 2009 год она имела тенденцию к росту, и в 2010 г. осталась на том же уровне: от 0,77 до 0,96 на 100 000 населения. В Ирландии в 2010 г. уровень заболеваемости составлял 4,41 на 100 000 населения, в Дании и Швеции тоже были зарегистрированы случаи заболевания (3,58 и 3,22 на 100 000 населения, соответственно) [162, 163]. В Австралии в 2010 году было зарегистрировано 80 случаев STEС-инфекций. Можно отметить, что в летние месяцы заболеваемость этой инфекцией выше, чем в зимние [168, 209]. В Новой Зеландии заболеваемость составила 3,5 случаев на 100 000 населения [163]. Данные по Канаде говорят о снижении числа случаев этой инфекции. К 2012 году уровень встречаемости снизился с 3,80 (2002 г.) до 1,39 на 100 000 населения [194]. В США почти половина всех случаев заболевания, а именно 43,4%, требовала госпитализации, а 71 случай был связан с ГУС [214].

Российская Федерация не является исключением. Последняя крупная вспышка ОКИ, вызванная STEС-штаммами, произошла в г. Санкт-Петербурге в 2013 г.

Заболевания были вызваны употреблением в пищу «коровьего молока, приобретенного через молокоавтомат». Было зарегистрировано 11 случаев: 10 детей и 1 взрослый [83].

Первичным резервуаром эширихий серовара Escherichia coli O157:H7 и других сероваров, не относящихся к O157:H7, синтезирующих шигаподобные токсины, является мясной и молочный скот, который может выделять эти бактерии с фекалиями. Пищевые эшерихиозы обычно обусловлены употреблением в пищу контаминированных возбудителем овощей, фруктов, специй, не прошедших достаточную термическую обработку мясных полуфабрикатов, не пастеризованных молочных продуктов [103, 171].

Одним из представителей FBI является листериоз [18, 19, 20]. Изначально листерии были описаны у заболевших листериозом животных. Об этом свидетельствуют публикации, связанные с обнаружением болезни у кроликов.

Первые сообщения о листериозе у людей связаны с именами Аткинсона (Австралия,1915), Дюмонта и Котони (Франция,1918). В настоящее время значение этой инфекции в патологии людей и животных не только не уменьшилось, а, наоборот, увеличивается [20, 79]. Выявление и учет заболеваний листериоза в нашей стране, как самостоятельного заболевания, ведется с 1992 г [47].

Листерии объединены в самостоятельный род – род Listeria. Это аэробные грамположительные неспорообразующие подвижные палочки правильной формы [91]. Род представлен 6 видами: Listeria monocytogenes, Listeria innocua, Listeria ivanovii, Listeria seeligeri, Listeria welshimeri. На настоящий момент два вида листерий являются патогенными: L. monocytogenes (представляют опасность для людей и животных) и L.ivanovii (опасны только для животных) [91]. Листериоз относится к зоонозным заболеваниям с природной очаговостью. Заражение людей происходит при употреблении зараженной воды и продуктов питания, контаминированных этими микроорганизмами. Конечно, через воду чаще заражаются домашние животные. К листериозу восприимчивы козы, овцы, лошади, крупный рогатый скот, кролики. Основной резервуар возбудителя в природе – грызуны [19, 23, 47, 80]. Если учесть особенность листерий выживать и размножаться в холодной среде, мертвых тканях, в почве, то станет понятна возможность их накопления на/в продуктах питания при современных технологических процессах переработки и хранения сырья, полуфабрикатов и готовой продукции [21]. Так, листерии имеют способность накапливаться и размножаться в бытовых холодильниках, тогда как другие микроорганизмы гибнут или не размножаются и не составляют конкуренции для значительного увеличения популяции этих бактерий [23, 29]. Описаны спорадические случаи и эпидемические вспышки листериоза [21].

Начиная с 80-х гг. прошлого века листериоз привлек к себе внимание в связи с регистрацией крупных вспышек заболеваний людей, связанных с употреблением контаминированных продуктов питания в США, Канаде, Мексике, Великобритании, Швейцарии, Франции В США [213, 153, 156, 170].

заболеваемость листериозом составляет 4,4 на 1 млн. жителей в год, то есть ежегодно регистрируется более 1000 случаев. Основной причиной заражения при эпидемических вспышках служат салаты из сырой капусты, пастеризованное молоко, мягкие сыры, паштеты, холодные закуски из свинины; причиной спорадических случаев – недожаренная или не проваренная курятина, непрогретые сосиски, мясные нарезки и другая гастрономия [170, 152, 151]. В Казахстане это заболевание официально регистрируется с 2002 г., особенно часто болеют дети до 14 лет [75, 76, 77].

За последние 20 лет в мире было зарегистрировано несколько крупных эпидемических вспышек и значительное число спорадических случаев листериоза, причем летальность достигала 2530 % от числа госпитализированных больных [20, 113]. В Российской Федерации за период с 1992 по 1995 гг. листериозом заболело 204 человека, а погибло от него 9 человек.

В настоящее время в Тульской области это заболевание распространено повсеместно. Из 24 районов этой области природные очаги листериоза были найдены в 22 [79, 80]. В Москве ежегодно регистрируется 0,2-0,5 случаев заболевания на 100 000 человек [105].

Стафилококки являются патогенными агентами, которые могут вызывать инфекции, передающиеся пищевым путем. Проблема стафилококковой инфекции на протяжении уже более 30 лет остается одной из наиболее острых. Согласно «Определителю бактерий Берджи» 1997 г. они отнесены к группе грамположительных факультативно-анаэробных кокков, выделены в отдельный род Staphylococcus. Некоторые виды вызывают оппортунистические инфекции у человека и животных. Основной экологической нишей для стафилококков являются кожные покровы и слизистые оболочки теплокровных животных и человека, однако достаточно часто их выделяют из пищевых продуктов, воздуха, воды и почвы [46]. Заболевания, отличающиеся разнообразием клинических проявлений, вызывают золотистые (Staphylococcus aureus), реже – эпидермальные и еще реже – сапрофитные стафилококки [26]. Многообразие факторов патогенности стафилококков дает им возможность проявляться в широком диапазоне в инфекционной патологии человека и животных [192]. Это бактерионосительство, стафилококковые инфекции кожи, гнойно-воспалительные заболевания мягких тканей стафилококковой этиологии, стафилококковые инфекции внутренних органов, пищевые токсикоинфекции, синдромы токсического шока [26]. Важную роль в патогенности стафилококков играют экзотоксины, которые можно разделить на две группы: эксфолиативные и энтеротоксины [197, 200]. Ведущим продуцентом энтеротоксинов является золотистый стафилококк, хотя в единичных случаях этиологическая роль в возникновении вспышек пищевых токсикоинфекций может принадлежать и токсинпродуцирующим штаммам других стафилококков. Основные симптомы заболевания развиваются у человека при потреблении чрезвычайно малых доз токсина. Так, например, в июне 2006 г. в детском оздоровительном центре «Березка» (г. Саратов) была вспышка ПТИ, вызванная продуктами питания, контаминированными золотистым стафилококком и цитробактером, в 2011 г. в киргизском селе была зарегистрирована вспышка ПТИ, вызванная токсинами S.aureus [44, 114].

По данным Роспотребнадзора за 2009 г. ОКИ и ПТИ суммарно составили 52 % от общего процента инфекционных заболеваний. Причинами вспышек пищевого характера являлись грубейшие нарушения технологического процесса на предприятиях, занятых в сфере производства и оборота пищевых продуктов, а также на пищеблоках при приготовлении блюд.

В современном мире при резком увеличении миграционных процессов, вызванных работой, желанием и возможностью путешествовать, а так же природными и военными катаклизмами, появился и новый полиэтиологический клинический синдром – «диарея путешественников». Этот синдром характеризуется 3-кратным или более частым появлением неоформленного стула в течение суток у людей, выезжающих за пределы своей страны или в другую климатогеографическую зону, в частности, у туристов. По данным Всемирной организации туризма поток туристов с 1950 по 2007 г. увеличился в 35 раз [10, 215]. Ежегодно посещают страны с тропическим климатом и развивающие страны более 50 млн. туристов из развитых стран [199]. Число поездок граждан России с целью туризма составляет более 9 млн. Увеличилось количество российских туристов, которые посещают страны Юго-Восточной Азии, Африки. Частота развития диареи зависит от географической зоны пребывания, длительности нахождения, условий обитания (качества воды и характера питания), а также вида деятельности.

Риск возникновения диареи при поездках в Латинскую Америку, Африку, Азию составляет от 20 % до 75 %. При путешествии в Китай, Южную Африку, Израиль, Южную Европу, Россию риск развития диареи составляет от 8 % до 20 %. Низкий риск развития диареи ( 5%) зарегистрирован при поездках в США, Австралию, Японию, Канаду, страны Северной и Западной Европы, Новой Зеландии [138]. Также ежегодно регистрируется 10–20 млн. случаев диареи путешественников у 20–70 % людей, которые посещают тропические и субтропические регионы (Юго-Восточную Азию, Африку, Центральную и Южную Америку). У 46 % американцев при приезде в развивающиеся страны регистрируется диарея путешественников [173].

На первом месте среди причин плохого самочувствия в период поездок у туристов находятся поражения желудочно-кишечного тракта, связанные с диареей. Возбудителями диареи путешественников могут быть бактерии, вирусы, простейшие [133, 148, 150]. Механизм передачи фекально-оральный. Нарушения пищеварения могут быть связаны с изменением характера и качества питания, питьевого режима, режима работы и отдыха на новом месте пребывания: другой солевой состав воды, сезонная пища, непривычные виды мяса, резкая смена климата и высоты, стрессы, которые присущи переездам, покупка еды или воды у уличных торговцев. Все случаи заболевания вызваны микроорганизмами, которые попадают в организм человека с пищей и водой. Основными факторами передачи инфекции являются пищевые продукты, вода и лед, а также напитки.

Наибольшую опасность представляют салаты, овощи, фрукты с поврежденной кожурой, холодные закуски, мясные продукты, недостаточно термически обработанные или сырые, сырая или плохо прожаренная рыба, морепродукты, непастеризованное молоко, мороженое, молочные продукты [10, 112].

Таким образом, острые кишечные и пищевые токсикоинфекции в конце ХХ начале ХХI века остаются серьезной медико-социальной проблемой человечества.

Основную роль в лечение ОКИ и ПТИ отводят антибиотикам. Однако применение антибактериальной терапии при купировании инфекционных заболеваний у широких слоев населения имеет ряд негативных последствий.

Во-первых, антибиотики, подавляя рост патогенных и условно-патогенных микроорганизмов, также угнетают и нормальную микрофлору человека, приводя к развитию дисбактериозов [94].

Во-вторых, на фоне приема антибиотиков развиваются аллергические реакции и иммунодефицитные состояния [25].

В-третьих, формируются устойчивые к антибиотикам штаммы возбудителей.

Например, одной из таких проблем является появление антибиотикорезистентных штаммов и ассоциированных с ними «госпитальных» стафилококковых инфекций. К настоящему моменту наиболее актуальным аспектом антибиотикорезистентности стафилококков является их устойчивость к метициллину (синтетический антибиотик группы пенициллина) – так называемые метициллинрезистентные штаммы S.aureus (MRSA). В Европе в 90-х годах ХХого столетия из 7333 культур золотистого стафилококка, выделенных в 43 лабораториях, 936 (12,8 %) оказались метициллинрезистентными [211]. В 21 стране Латинской Америки в 2007 г. было выделено 23 338 изолятов золотистого стафилококка. Процент устойчивости к антибиотикам колебался от 27 % до 72 %.

В Сальвадоре 50 % выделенных S.aureus оказались MRSA [161]. Также, в последнее время произошел рост количества штаммов с лекарственной резистентностью у сальмонелл. Все чаще появляются штаммы, устойчивые к основным антибактериальным препаратам [3, 42].

В-четвертых: при некоторых видах ОКИ (STEC- инфекции) нельзя использовать антибиотикотерапию, это может провоцировать гемолитикоуремический синдром. Гемолитико-уремический синдром – это устойчивый симптомокомплекс, включающий неимунную гемолитическую анемию, тромбоцитопению и поражение почек [196]. Пусковым фактором развития заболевания (ГУС) чаще всего служит E. coli, продуцирующая шига-подобный токсин, а типичным проявлением является диарея, часто кровянистого характера.

Ряд авторов доказывают, что применение антибиотиков на стадии гастроинтестинальной инфекции Stx-E.coli повышает риск развития развернутого ГУС [214]. Выдвинуто предположение о том, что повреждение мембраны бактерий, индуцируемое антибиотиками, может способствовать острому выделению токсина в больших количествах [17].

Прием антибиотиков при сальмонеллезе и эшерихиозе в течение 5-7 дней также может вызывать антибиотико-ассоциированную диарею [135, 174].

Таким образом, все большую роль в профилактике, а часто и при лечении кишечных инфекций, играют пробиотики, пребиотики, метаболитные пребиотики [35, 39, 41, 97, 164].

Пробиотики – это живые организмы или вещества микробного или иного происхождения, оказывающие при естественном способе введения благоприятные эффекты на физиологические функции, биохимические и поведенческие реакции организма хозяина через оптимизацию его микроэкологического статуса [48, 60, 198]. К пробиотикам относятся живые микроорганизмы, представители облигатной микрофлоры человека, которые при попадании в желудочно–кишечный тракт в достаточном количестве, сохраняют свою активность, жизнеспособность и оказывают положительное влияние на его здоровье. В качестве пробиотиков используются различные виды бифидобактерий (Bifidobacterium longum, B. breve, B. infantis, B. bifidum, B. adolescentis, B. animalis), лактобактерий (L. acidophilus, L. casei, L. bulgaricus, L. gasseri) и другие микроорганизмы (Lactococcus cremoris, L. lactis, Streptococcus thermophilus, Enterococcus faecium, Saccharomyces boulardi). К другим микроорганизмам, реже используемым в качестве эубиотиков, относятся Escherichia coli, Bacillus spp. и Saccharomyces spp [117]. Однако в последнее время при применении ББП (бактерийных биологических препаратов) стали наблюдаться «сбои» в виде снижения эффективности проводимой терапии, нестабильности результатов лечения, роста числа побочных эффектов. Кроме этого имеют место сложности со стандартизацией этих препаратов, а также недостаточная защищенность при приеме внутрь от агрессивного воздействия защитных барьеров желудочнокишечного тракта (ЖКТ) человека [39, 40, 41].

В настоящее время ведется поиск новых путей повышения эффективности пробиотикотерапии при коррекции и профилактике дисбиотических нарушений.

Одно из перспективных направлений – это бактериофаги. По данным литературы бактериофаги можно отнести к разряду пробиотиков, так как по своей биологической природе они полностью подходят под определение ВОЗ:

«Пробиотики – живые микроорганизмы, которые при применении в адекватных количествах полезны для организма хозяина» [132, 202]. А бактериофаги – это вирусы, характеризующиеся специфической способностью к избирательному инфицированию бактериальных клеток, принадлежащих к одному штамму или антигенно-гомологичным штаммам одного вида или рода, с последующим лизисом (после внутриклеточной репликации) клетки-хозяина (вирулентные фаги) или интегрированием в бактериальный геном с образованием лизогенов (умеренные фаги), и в адекватных количествах при естественном способе введения полезные для организма хозяина [7, 8, 58]. По многочисленным данным литературы фаги могут быть использованы в качестве природных антимикробных агентов при инфекциях у людей, животных и сельскохозяйственных культур [62, 134, 143].

1.2. Бактериофаги и их роль в биосфере 1.2.1. История открытия бактериофагов Бактериофаги представляют собой наиболее многочисленную, распространённую в биосфере и эволюционно древнюю группу микроорганизмов [58, 128, 172]. Приблизительный размер популяции фагов на планете составляет более 1030 фаговых частиц [204]. Они незримо присутствуют повсюду в нашем мире – в океане, почве, глубоководных источниках, питьевой воде и пище [134, 145, 203]. История бактериофагов начилась с исследований английского бактериолога Эрнеста Хэнбери Хэнкина, который в 1896 попытался подсчитать число бактерий Vibrio cholerae в 1 мл воды, взятой из реки Ганг.

Забор образцов производили в 2-х местах: где река входила в город Агра и выходила из него. К своему удивлению Хэнкин обнаружил, что в 1 мл воды на входе в город содержится 100 000 бактерий, в то время как на выходе из гор ода их число уменьшалось до 90. Странное самоочищение воды в Ганге в то время не нашло своего объяснения и получило название «феномен Хэнкина» [11, 95]. В конце девятнадцатого века Н.Ф. Гамалея опубликовал статью, в которой описал внезапное разрушение Bacillus anthracis в дистиллированной воде, после чего эта жидкость приобретала способность лизировать свежие культуры сибиреязвенной бациллы. Он предположил, что бактерии при распаде образуют бактериолизин, который специфически действует на такие же бактерии, вызывая их лизис [109]. В 1915 году известный британский журнал The Lancet опубликовал статью Ф.Творта о передающемся лизисе бактерий, в которой он описал свои наблюдения о «съеденных краях колоний Staphylococcus» [109].

Изучая природу открытого им тогда, еще не имевшего названия литического фактора, задавался вопросом – подобен ли этот фактор бактериям, простейшим или фильтрующимся вирусам; не может ли он оказаться фильтрующейся стадией жизненного цикла пораженного микроорганизма, а может быть, это бактериальный фермент, образующийся аутокаталитически при разрушении продуцирующего его микроорганизма. В 1916 году среди ученыхмикробиологов распространилась сенсационная новость, что Феликс д’Эрелль открыл вирусы, «пожирающие бактерии», и что ему удалось разработать фаговые препараты для лечения солдат, заразившихся дизентерией [157]. Врачи во всем мире были воодушевлены этим известием, особенно потому, что сообщения, опубликованные в медицинских журналах, указывали, что вирусыбактериофаги безвредны для людей и животных и могут успешно использоваться как терапевтические средства [1, 11, 203]. Величайшая заслуга Ф. д’Эрелля состояла в том, что он выдвинул идею использования бактериофагов для лечения болезней, причиной которых у людей и животных являются бактерии. За эту идею он заслужил Нобелевскую премию, на которую его выдвигали восемь раз, каждый год, начиная с 1925 года, хотя она так никогда и не была ему присуждена[157]. Д’Эрелль первый применил бактериофаги для лечения дизентерии в детской больнице в Париже в 1919 году под руководством профессора Виктора-Анри Ютинеля. Фаговый препарат предварительно был перорально введен д’Эреллю, Ютинелю и нескольким интернам этой больницы для того, чтобы подтвердить его безопасность перед применением у детей с острой дизентерией. По свидетельству д’Эрелля симптомы заболевания прекратились у пациентов в течение 24 часов после однократного введения противодизентерийного бактериофага и через несколько дней их выписали из клиники [6,157, 158].

В 1917 году молодой грузинский ученый Г.Элиава наблюдал загадочное исчезновение клеток V. cholerae в водах реки Куры [11].

Р. Брюноже и Д. Мэйсин в 1921 году впервые использовали бактериофаги для лечения стафилококковых инфекций кожи. Авторы сообщали, что бактериофаги, введенные непосредственно в открытые хирургические раны, инициировали процесс выздоровление через 24-48 часов [146].

С появлением антибиотиков учение о бактериофагах подверглось значительной эволюции и начало превращаться из проблемы медицинской и ветеринарной в общебиологическую дисциплину – фаги считались наиболее удобными объектами вирусологических и генетических исследований. В 1940-80е годы тема исследования бактериофагов продолжала активно развиваться в СССР, несмотря на достаточно скептическое отношение к ней многих западных ученых. По данному направлению работали известные исследователи: В.Д.

Тимаков, Н.Н. Жуков-Вережников, Д.М. Гольдфарб, Я.И. Раутенштейн, Т.И.

Тихоненко, И.П. Ревенко, В.Н. Крылов и другие [52, 34, 102, 63].

В нашей стране не прекращалось практическое применение бактериофаговых препаратов, в частности, они широко использовались с профилактической целью в регионах, эндемичных по инфекционным заболеваниям, а также в организованных коллективах, таких как ясли, детские сады, школы и армейские коллективы, где могли происходить быстрые вспышки инфекций [13, 70, 98]. В.Д.

Тимаков и Д.М. Гольдфарб, основываясь на специфичности действия бактериофага и сравнительной простоте его количественного учёта, теоретически обосновали и экспериментально разработали принципиально новый метод для обнаружения дизентерийных и брюшнотифозных бактерий. Они назвали его реакцией нарастания титра фага (РНТФ), который, в отличие от существовавших тогда методов фагодиагностики, позволял выявлять возбудителя непосредственно в исследуемом материале без выделения чистой культуры. И.П. Ревенко одним из первых использовал метод фаготипирования в эпизоотологической практике для выяснения связей между отдельными случаями ряда заболеваний животных и человека.

В 70-ые годы М.Д. Крылова [64] и С.С. Маркина [73] под руководством директора МНИИЭМ им. Г.Н. Габричевского И.И. Шатрова впервые в СССР применили метод фаготипирования в эпидемиологической практике. В результате существенной модификации румынской схемы фаготипирования коринебактерий дифтерии Alice Saragea & Paula Maximescu была разработана отечественная коллекция, включающая 7 штаммов дифтерийных бактериофагов. Привлечение данных фаготипирования при анализе эпидемиологической ситуации позволило устанавливать эпидемиологические связи в очагах дифтерии, верно определять источники инфекции и констатировать случаи реинфекции.

В описываемый период продолжались исследования и в области биологии бактериофагов. Так, Я.И. Раутенштейн [102] подробно описал схему строения фаговой частицы. Т.И. Тихоненко исследовал репликационную стадию литического цикла бактериофагов и впервые с помощью электронной микроскопии наблюдал «конденсацию» фаговой ДНК в бактериальной клеткехозяине, приводящую к образованию новых молекул фаговой ДНК. Основные работы В.Н. Крылова, посвященные изучению фагового генома, позволили глубже понять возможности формирования побочных эффектов в случае использования умеренных бактериофагов за счет модуляции вирулентности бактерии-хозяина вследствие внедрения в ДНК хозяина профагового генома или горизонтального переноса генов от лизогенных патогенных бактериальных культур к непатогенным. Бактериофаги выполняют важную роль в контроле численности микробных популяций, в автолизе стареющих клеток, в переносе бактериальных генов, выступая в качестве векторных «систем» [58,122].

Результаты исследований фагов были очень важны для крупнейших открытий в биологии в целом, включая идентификацию ДНК, как носителя наследственности, открытие феномена трансдукции, расшифровку генетического кода, открытие информационной РНК [147].

1.2.2. Классификация бактериофагов

Классификация вирусов претерпевала в ходе истории исследований ряд изменений, связанных с появлением новых данных. Так, вначале она основывалась на характеристике бактерии-хозяина, позже учитывались серологические, морфологические свойства, а затем строение и физикохимический состав вириона [106]. В настоящее время согласно Международной классификации и номенклатуре вирусов (ICNV) современная редакция вирусной таксономии включает 3 отряда, 61 семейство, подразделенных на 214 родов, которые содержат более 3600 видов вирусов [58, 210].

Бактериофаги - наиболее крупная категория вирусов. Они инфицируют представителей Eubacteria и Archaea и могут называться «вирусами прокариот».

С появлением электронной микроскопии были исследованы более 5000 бактериофагов. Бактериофаги выделены в 1 отряд, 13 семейств и 31 род [127].

Классификация бактериофагов преследует практические цели – собрать воедино научные данные об этой категории вирусов, разбить информацию на категории, упростить сложные задачи с помощью выделения групп. Основные принципы классификация бактериофагов построены на характеристиках, приведенных выше для царства в целом: виде бактерии-хозяина, специфичности литического действия, характере взаимодействия с бактерией, строении вирусной частицы, типе нуклеиновой кислоты.

Одной из первых в хронологическом порядке была классификация бактериофагов по родовым и видовым названиям чувствительных к ним бактерий.

Так, например, фаги, лизирующие стрептококки, называются стрептококковыми, лизирующие холерные вибрионы – холерными, стафилококки – стафилококковыми [26].

По признаку специфичности бактериофаги классифицируют на поливалентные, лизирующие штаммы одного семейства или рода бактерий, моновалентные (монофаги) – лизируют штаммы только одного вида бактерий, типовые – бактериофаги, способные вызывать лизис только определенного типа бактериальных штаммов внутри вида бактерий.

По характеру взаимодействия фага с клеткой бактериофаги делятся на:

- вирулентные (литические), вызывающие продуктивную инфекцию и лизис бактериальной клетки;

- умеренные, вызывающие латентную инфекцию и ассоциацию генома вируса с бактериальной хромосомой. Умеренные фаги не вызывают гибели бактериальных клеток и при взаимодействии с ней переходят в неинфекционную форму фага, называемую профагом. Профаг – это геном фага, ассоциированный с бактериальной хромосомой или образующий внехромосомный генетический аппарат – плазмиду. Профаг, ставший частью хромосомы клетки или плазмидой, при размножении реплицируется синхронно с геномом бактерии, не вызывая ее лизиса, и передается по наследству от клетки к клетке в неограниченном числе поколений. Бактериальные клетки, содержащие профаг, называются лизогенными. Профаг в лизогенных бактериях самопроизвольно или под влиянием различных индукционных агентов может переходить в вегетативный фаг (возвращаться в литический цикл). В результате такого превращения бактериальная клетка лизируется и продуцирует новые фаговые частицы. В ходе лизогенизации бактериальные клетки могут дополнительно приобретать новые признаки, детерминируемые геномом вируса. Такое явление – изменение свойств бактерий под влиянием профага – называется фаговой, или лизогенной, конверсией (проявление вирусиндуцированной трансформации) [43].

В зависимости от типа нуклеиновой кислоты бактериофаги разделяют на ДНК- и РНК-содержащие: ДНК-содержащие фаги образуют следующие семейства: Myoviridae, Siphoviridae, Podoviridae, Lipothrixviridae, Plasmaviridae, Corticoviridae, Fuselloviridae, Tectiviridae, Microviridae, Inoviridae, Plectovirus и Inoviridae Inovirus, а РНК-содержащие – Cystoviridae, Leviviridae [208].

В своей работе Г. Шлегель (1987) представил 6 форм фаговых вирионов (рисунок 2) Рисунок 2 Различные формы фаговых вирионов 1 - нитевидная форма; 2 - гексагональная головка с сокращающимся чехлом отростка (фаги Т2, Т4, Т6); 3 - гексагональная головка с длинным не способным к сокращению хвостиком; 4 - головка с коротким отростком (фаги ТЗ, Т7); 5 октаэдр; 6 – икосаэдр.

На современном этапе по классификации ICTV (международный комитет по таксономии вирусов) вирусы прокариот относят по форме к: хвостатым – самые древние вирусы, включающие 3 семейства, полиэдрическим (бесхвостым) – включающие 10 маленьких семейств, нитчатым – 3 семейства и плеоморфным бактериофагам, включающим тоже 3 семейства [34, 43, 58, 84, 62, 110].

1.2.3. Механизм взаимодействие бактериофагов и бактерий Процесс взаимодействие фагов с бактериальной клеткой характеризуется последовательной сменой определенных стадий: адсорбции, инъекции или проникновение бактериофага, репродукции вирусных частиц и выхода дочерних популяций бактериофага.

Адсорбция фага к бактерии происходит на рецепторах – особых структурах, находящихся в клеточной стенке бактерий. Например, рецепторы могут быть расположены в липополисахаридном слое наружной мембраны. Некото рые фаги могут адсорбироваться на половых ворсинках (sex pili) бактерии-мишени, которые контролируются F-или R- плазмидами. На бактериях, полностью лишенных клеточных стенок (протопласты), адсорбция фагов не происходит.

Помимо рецепторов, адсорбция фага зависит от состава и рН среды, температуры, наличия катионов (Ca2+, Mg2+), а также наличия в среде некоторых аминокислот (например, триптофана для Т2-фага). При избытке фага в окружающей среде на одной клетке бактерии-мишени может адсорбироваться до 200-300 вирусных частиц [26, 123,177].

Инъекция или проникновение бактериофага. Проникновение фага происходит путем инъекции нуклеиновой кислоты через канал отростка. В отличие от вирусов человека и животных, капсидные белки головки и отростка остаются вне клетки. Некоторые фаги вводят свою ДНК без предварительного повреждения клеточной стенки бактерии, другие – сквозь отверстия, которые они пробуравливают в клеточной стенке с помощью лизоцима (например у миовируса Т4) [43]. На этой стадии ДНК фага попадает в клетку в виде нити.

Репродукция бактериофага. Проникнув в клетку, в так называемый скрытый период (эклипс), когда обнаружить вирус не удаётся, ДНК фага берёт на себя генетическое управление клеткой, осуществляя полный цикл репродукции фага.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |
 

Похожие работы:

«Черкасова Анна Владимировна НОВЫЕ КАРОТИНСОДЕРЖАЩИЕ БАД: ПОЛУЧЕНИЕ, СВОЙСТВА И ПРИМЕНЕНИЕ ДЛЯ ОБОГАЩЕНИЯ МОЛОЧНЫХ ПРОДУКТОВ Специальность: 05.18.07– Биотехнология пищевых продуктов и биологических активных веществ Диссертация на соискание ученой степени кандидата технических наук Научный руководитель: доктор технических наук,...»

«Петухов Илья Николаевич РОЛЬ МАССОВЫХ ВЕТРОВАЛОВ В ФОРМИРОВАНИИ ЛЕСНОГО ПОКРОВА В ПОДЗОНЕ ЮЖНОЙ ТАЙГИ (КОСТРОМСКАЯ ОБЛАСТЬ) Специальность: 03.02.08 экология (биологические науки) Диссертация на соискание ученой степени кандидата биологических наук Научный руководитель: доктор биологических наук, профессор В.В. Шутов...»

«Петренко Дмитрий Владимирович Влияние производства фосфорных удобрений на содержание стронция в ландшафтах Специальность 03.02.08 экология Диссертация на соискание ученой степени кандидата биологических наук Научный руководитель: доктор биологических наук, профессор Белюченко Иван Степанович Москва – 2014 г. Содержание Введение Глава 1.Состояние изученности вопроса и цель работы 1.1 Экологическая...»

«Цвиркун Ольга Валентиновна ЭПИДЕМИЧЕСКИЙ ПРОЦЕСС КОРИ В РАЗЛИЧНЫЕ ПЕРИОДЫ ВАКЦИНОПРОФИЛАКТИКИ. 14.02.02 – эпидемиология ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени доктора медицинских наук Научный консультант: заслуженный деятель науки РФ, лауреат Государственной премии СССР профессор, доктор медицинских наук Ющенко Галина Васильевна Москва – 20 Содержание...»

«Сухарьков Андрей Юрьевич РАЗРАБОТКА МЕТОДОВ ОЦЕНКИ ОРАЛЬНОЙ АНТИРАБИЧЕСКОЙ ВАКЦИНАЦИИ ЖИВОТНЫХ 03.02.02 «Вирусология» Диссертация на соискание ученой степени кандидата биологических наук Научный руководитель: кандидат ветеринарных наук, Метлин Артем Евгеньевич Владимир 2014 ОГЛАВЛЕНИЕ 1 ВВЕДЕНИЕ 2 ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ 2.1 Характеристика возбудителя бешенства 2.2 Эпизоотологические...»

«НГУЕН ВУ ХОАНГ ФЫОНГ ОЦЕНКА ЭКОЛОГИЧЕСКОЙ СИТУАЦИИ КРУПНЫХ ГОРОДОВ В СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ ВЬЕТНАМ Специальность: 03.02.08экология (биология) Диссертация на соискание учёной степени кандидата биологических наук Научный руководитель: доктор биологических наук, профессор Чернышов В.И. Москва ОГЛАВЛЕНИЕ ГЛАВА 1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА...»

«Баранов Михаил Евгеньевич Экологический эффект биогенных наночастиц ферригидрита при ремедиации нефтезагрязненных почвенных субстратов Специальность (03.02.08) – Экология (биология) Диссертация на соискание ученой степени кандидата биологических наук Научный руководитель: кандидат...»

«Абдуллоев Хушбахт Сатторович ИММУНОБИОЛОГИЧЕСКИЕ СВОЙСТВА ВИРУСА ИНФЕКЦИОННОГО БРОНХИТА КУР ГЕНОТИПА QX 06.02.02 «ветеринарная микробиология, вирусология, эпизоотология, микология с микотоксикологией и иммунология» Диссертация на соискание ученой степени кандидата ветеринарных наук Научный руководитель: доктор биологических наук, профессор Макаров Владимир Владимирович...»

«Доронин Максим Игоревич ЭКСПРЕСС-МЕТОДЫ ВЫЯВЛЕНИЯ ВИРУСА ИНФЕКЦИОННОГО НЕКРОЗА ГЕМОПОЭТИЧЕСКОЙ ТКАНИ ЛОСОСЕВЫХ РЫБ 03.02.02 «Вирусология» Диссертация на соискание ученой степени кандидата биологических наук Научный руководитель: доктор биологических наук, Мудрак Наталья Станиславовна Владимир 2015 ОГЛАВЛЕНИЕ 1 ВВЕДЕНИЕ 2 ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ 2.1 Характеристика возбудителя инфекционного...»

«Храмцов Павел Викторович ИММУНОДИАГНОСТИЧЕСКАЯ СИСТЕМА ДЛЯ ОЦЕНКИ НАПРЯЖЕННОСТИ ПОСТВАКЦИНАЛЬНОГО ИММУНИТЕТА К КОКЛЮШУ, ДИФТЕРИИ И СТОЛБНЯКУ 14.03.09 – Клиническая иммунология, аллергология Диссертация на соискание ученой степени кандидата биологических наук Научный руководитель: доктор биологических наук, Раев Михаил Борисович...»

«БРИТАНОВ Николай Григорьевич ГИГИЕНИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ПЕРЕПРОФИЛИРОВАНИЯ ИЛИ ЛИКВИДАЦИИ ОБЪЕКТОВ ПО ХРАНЕНИЮ И УНИЧТОЖЕНИЮ ХИМИЧЕСКОГО ОРУЖИЯ 14.02.01 Гигиена Диссертация на соискание ученой степени доктора медицинских наук Научный консультант: доктор медицинских наук, профессор...»

«АСБАГАНОВ Сергей Валентинович БИОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИНТРОДУКЦИИ РЯБИНЫ (SORBUS L.) В ЗАПАДНОЙ СИБИРИ 03.02.01 – «Ботаника» ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата биологических наук Научный руководитель: к.б.н., с.н.с. А.Б. Горбунов Новосибирск 2014 ОГЛАВЛЕНИЕ ВВЕДЕНИЕ.. 4 Глава 1. ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ.. 8 Ботаническая...»

«Анохина Елена Николаевна ПОЛИМОРФИЗМЫ ГЕНОВ ПРОИ ПРОТИВОВОСПАЛИТЕЛЬНЫХ ЦИТОКИНОВ, МУТАЦИИ ГЕНОВ BRCA1/2 ПРИ ЗЛОКАЧЕСТВЕННЫХ НОВООБРАЗОВАНИЯХ ОРГАНОВ ЖЕНСКОЙ РЕПРОДУКТИВНОЙ СИСТЕМЫ 14.03.09 – клиническая иммунология, аллергология Диссертация на соискание ученой степени кандидата биологических наук Научный руководитель: доктор биологических наук Тугуз А.Р. Майкоп 2015 Оглавление Список сокращений.. 3 Введение.. 5 Глава I....»

«Брит Владислав Иванович «Эффективность методов вакцинации против ньюкаслской болезни в промышленном птицеводстве» Специальность: 06.02.02 ветеринарная микробиология, вирусология, эпизоотология, микология с микотоксикологией и иммунология ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидат ветеринарных наук Научный руководитель:...»

«Палаткин Илья Владимирович Подготовка студентов вуза к здоровьесберегающей деятельности 13.00.01 общая педагогика, история педагогики и образования Диссертация на соискание ученой степени кандидата педагогических наук Научные руководители: доктор биологических наук, профессор,...»

«Трубилин Александр Владимирович СРАВНИТЕЛЬНАЯ КЛИНИКО-МОРФОЛОГИЧЕСКАЯ ОЦЕНКА КАПСУЛОРЕКСИСА ПРИ ПРОВЕДЕНИИ ФАКОЭМУЛЬСИФИКАЦИИ КАТАРАКТЫ НА ОСНОВЕ ФЕМТОЛАЗЕРНОЙ И МЕХАНИЧЕСКИХ ТЕХНОЛОГИЙ 14.01.07 – глазные болезни Диссертация на соискание ученой степени кандидата медицинских наук Научный...»

«Фирстова Виктория Валерьевна ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНО-ИММУНОЛОГИЧЕСКОЕ ОБОСНОВАНИЕ ВЫБОРА СТРАТЕГИИ ОЦЕНКИ ПОСТВАКЦИНАЛЬНОГО ИММУНИТЕТА ПРОТИВ ЧУМЫ И ТУЛЯРЕМИИ 14.03.09 – Клиническая иммунология, аллергология Диссертация на соискание ученой степени доктора биологических...»

«Шумилова Анна Алексеевна ПОТЕНЦИАЛ БИОРАЗРУШАЕМЫХ ПОЛИГИДРОКСИАЛКАНОАТОВ В КАЧЕСТВЕ КОСТНОПЛАСТИЧЕСКИХ МАТЕРИАЛОВ Специальность 03.01.06 – биотехнология (в том числе бионанотехнологии) ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата биологических наук Научный руководитель: доктор биологических наук Шишацкая Екатерина Игоревна Красноярск...»

«Алексеев Иван Викторович РАЗВИТИЕ КОМПЛЕКСНОГО ИНЖЕНЕРНО-ГЕОЛОГИЧЕСКОГО И МИКРОБИОЛОГИЧЕСКОГО МОНИТОРИНГА НА ЯКОВЛЕВСКОМ РУДНИКЕ ДЛЯ ПОВЫШЕНИЯ БЕЗОПАСНОСТИ ВЕДЕНИЯ ОЧИСТНЫХ РАБОТ ПОД НЕОСУШЕННЫМИ ВОДОНОСНЫМИ ГОРИЗОНТАМИ Специальность 25.00.08 – Инженерная геология,...»

«ХАФИЗОВ ТОИР ДАДАДЖАНОВИЧ ОСОБЕННОСТИ РОСТА, РАЗВИТИЯ И ПРОДУКТИВНОСТИ ЧАЙОТА (SECHIUM EDULE L. – CHAYOTE) В УСЛОВИЯХ ГИССАРСКОЙ ДОЛИНЫ ТАДЖИКИСТАНА Специальность: 06.01.01. – общее земледелие, растениеводство ДИССЕРТАЦИЯ на соискание учёной степени кандидата сельскохозяйственных наук НАУЧНЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ: доктор биологических наук, профессор, Гулов С.М. Душанбе – 201 ОГЛАВЛЕНИЕ...»







 
2016 www.konf.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, диссертации, конференции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.