WWW.KONF.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Авторефераты, диссертации, конференции
 


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 11 |

«Информационная безопасность: понятие, место в системе уголовного законодательства РФ, проблемы правовой охраны ...»

-- [ Страница 4 ] --

В качестве самостоятельного нормативно – правового акта, имеющего непосредственное отношение к Общей части уголовного права, продолжает действовать постановление Президиума Верховного Совета СССР от 6 мая 1964 г. (в редакции постановления от 1 февраля 1984 г.) “О применении статьи 44 Основ уголовного законодательства”98, в котором регулируется порядок применения условно – досрочного освобождения от наказания в случаях, когда лицо отбывает наказание за совершение двух или более преступлений, при осуждении за которые этот институт применяется после фактического отбытия различных частей наказания (по УК РФ – не менее одной трети, половины, двух третей, а в отношении лиц, совершивших преступление в возрасте до восемнадцати лет, – не менее одной трети, двух третей), а также когда лицо отбывает наказание за совершение двух или более преступлений, совершенных им как в возрасте до восемнадцати лет, так и после достижения этого возраста.

В ст. 79, 80, 93 УК 1996 г. эти вопросы не решаются, следовательно, судам необходимо руководствоваться названным выше постановлением Президиума Верховного Совета СССР, пока Государственной Думой Федерального Собрания РФ не будет принято соответствующее постановление.

То же следует сказать и о постановлении Президиума Верховного Совета СССР “О применении статьи 11 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик” от 13 июля 1985 г.99 о возможности применения принудительных мер медицинского характера к лицу, совершившему общественно – опасное деяние, у которого в процессе предварительного следствия или рассмотрения дела в суде установлено временное расстройство психической деятельности, препятствующее определению его психического состояния во время совершения общественно опасного деяния, если по характеру совершенного деяния и по своему психическому состоянию это лицо представляет опасность для общества и нуждается в лечении в принудительном порядке.

В систему Общей части уголовного законодательства России также входят некоторые правовые предписания, сформулированные в Уголовно – процессуальном кодексе РФ 2002 г. и Уголовно – исполнительном кодексе РФ 1997 г. В УИК См.: Ведомости Верховного Совета СССР. 1964. № 20. Ст. 444; 1984. № 6. Ст. 99.

См.: Ведомости Верховного Совета СССР. 1985. № 25. Ст. 444.

определяется порядок и условия исполнения наказаний в виде: а) штрафа, лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью; б) лишения специального, воинского или почетного звании, классного чина и государственных наград; в) обязательных работ и др.

Некоторые правовые положения, содержащиеся в УИК, раскрывают содержание ограничений и лишений прав и свобод осужденного к тому или иному наказанию, поэтому, по нашему мнению, они тоже входят в систему норм Общей части уголовного права100.

К тому же, в ч. 2 разд. II “Заключительные и переходные положения” Конституции указано, что законы и другие правовые акты, действовавшие на территории РФ до вступления в силу настоящей Конституции, применяются в части, не противоречащей Конституции РФ. Следовательно, нормы уголовного права могут содержаться в конвенциях и договорах, ратифицированных в установленном порядке бывшим СССР.

И, наконец, в соответствии с положением ч. 3 ст. 331 УК источником уголовного права является, кроме того, законодательство военного времени: уголовная ответственность за преступления против военной службы, совершенные в военное время либо в боевой обстановке, определяется законодательством РФ военного времени101.

В связи с изложенным, с учетом положений ст. 2 УК, задачами настоящего Кодекса являются: охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя РФ от преступных посягательств, обеспечение мира и безопасности человечества, а также предупреждение преступлений, и для осуществления этих задач настоящий Кодекс устанавливает основание и принципы уголовной ответственности, определяет, какие опасные для личности, общества или государства деяния признаются преступлениями, и устанавливает виды наказаний и иные меры уголовно – правового характера за совершение преступлений, очевидно, что главная роль в решении указанных задач, в том числе – в обеспечении информационной безопасности, отводится, безусловно, УК.

См.: Уголовное право России. Часть Общая: учеб. для вузов / Отв. ред. Л.Л. Кругликов. С. 263.

См.: Уголовное право России. Часть Общая: учеб. для вузов / Отв. ред. Л.Л. Кругликов. С. 263.

По мнению некоторых авторов, например М.А. Лапиной, А.Г. Ревина и В.И.

Лапина, в УК к преступлениям в информационной сфере можно отнести около 50 статей, причем отдельная глава УК (глава 28) посвящена составам преступлений в сфере компьютерной информации102. На наш взгляд, в действительности количество предусмотренных УК преступлений, посягающих на информационную сферу, а, следовательно, неизбежно нарушающих такой элемент общественных отношений, как информационная безопасность, заметно больше. По самым приблизительным подсчетам, Особенная часть содержит не менее 71 нормы, предусматривающей самые разнообразные составы преступлений, посягающих на отношения в области информационной безопасности. При этом указанное количество норм было выделено нами из множества других по такому основанию, как присутствие в диспозициях данных норм явного указания на те или иные термины, приведенные в § 2 главы I настоящего исследования (например “сведения”, “данные”, “тайна” и т.п.).

В связи с изложенным уголовная ответственность за правонарушения в информационной сфере определяется рядом статей УК, расположенных в различных разделах и главах. В действующем УК из всего объема информационных отношений, подлежащих специальной охране, выделены отношения, возникающие в связи с уголовно наказуемыми правонарушениями в области компьютерной информации (глава 28). К ним отнесены неправомерный доступ к компьютерной информации (ст. 272), создание, использование и распространение вредоносных программ для ЭВМ (ст. 273) и нарушение правил эксплуатации ЭВМ, системы ЭВМ или их сети (ст. 274). Таким образом, преступления в области компьютерной информации, содержащиеся в указанной главе, объединены единым инструментом обработки информации – компьютером. Важно отметить, что термин “компьютерная информация” впервые был введен законодателем в УК 1996 г. и является новеллой.

В тех случаях, когда общественно опасные действия в области информационных отношений совершаются без применения компьютерных средств, законодатель нередко относит их к соответствующим межродовым или родовым объектам.

Так, в разделе “Преступления против личности” находятся составы таких преступлений, как клевета (ст. 129), оскорбление (ст. 130), нарушение тайны переСм.: Лапина М.А. Ревин А.Г., Лапин В.И. Указ. соч. С. 130.

писки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений (ст.

138), отказ в предоставлении гражданину информации (ст. 140), нарушения избирательных прав или работы избирательных комиссий (ст. 141, 1411, 142, 1421), воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналистов (ст.

144), нарушение авторских и смежных прав (ст. 146), нарушение изобретательских и патентных прав (ст. 147).

В разделе “Преступления в сфере экономики” содержатся составы таких преступлений, как кража (ст. 158), мошенничество (ст. 159), хищение предметов, имеющих особую ценность (ст. 164), умышленное уничтожение или повреждение имущества (ст. 167), незаконное получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну (ст. 183), изготовление или сбыт поддельных кредитных либо расчетных карт и иных платежных документов (ст. 187), незаконный экспорт или передача технологий, научно – технической информации (ст. 189).

Нормы, регулирующие информационные преступления, есть и в разделе X – “Преступления против общественной безопасности и общественного порядка”: заведомо ложное сообщение об акте терроризма (ст. 207), сокрытие информации об обстоятельствах, создающих опасность для жизни или здоровья людей (ст. 237), изготовление и оборот материалов или предметов с порнографическими изображениями несовершеннолетних (ст. 2421) и др.

Ряд информационных преступлений содержится в разделе “Преступления против государственной власти”. Это: государственная измена (ст. 275), шпионаж (ст. 276), разглашение государственной тайны (ст. 283) и др.

Публичные призывы к развязыванию агрессивной войны (ст. 354), являющиеся преступлением против мира и безопасности человечества, также можно отнести к преступлениям информационного характера.

Безусловно, перечисленные нормы не охватывают всех возможных противоправных посягательств на информационные отношения 103. И с этим утверждением не приходится спорить, поскольку анализ диспозиций ряда норм приводит к выводу о том, что, несмотря на отсутствие в них прямого указания на информационный компонент, выполняющий роль предмета преступления и нарушаемый соответствующим противоправным деянием, механизм совершения многих из наСм.: Лапина М.А., Ревин А.Г., Лапин В.И. С. 134 – 136.

званных выше преступлений использует в качестве средства, а последствия такого деяния неизбежно влекут причинение вреда отношениям в сфере обеспечения информационной безопасности личности, общества или государства.

Таким образом, принимая во внимание приведенные выше рассуждения, можно констатировать, что, несмотря на отсутствие в нормах УК такого понятия, как информационная безопасность в “чистом виде”, фактически исследуемое понятие растворено в целом ряде норм, расположенных в самых различных главах и разделах Особенной части УК, присутствуя в соответствующих диспозициях в виде составляющих его сущность терминов – компонентов, таких как “разглашение”, “распространение”, “данные”, “документы” и т.д.

При этом, с одной стороны, учитывая тот факт, что круг норм, предусматривающих уголовную ответственность за преступления, посягающие на такой объект, как информационная безопасность, чрезвычайно широк (такие нормы есть практически в каждом разделе Особенной части УК), не приходится говорить о реализованном в Кодексе системном подходе в обеспечении охраны общественных отношений в области информационной безопасности (слишком велико различие в объектах уголовно – правовой охраны, содержащихся в различных разделах, главах, группах, подгруппах и т.д.).

Однако, с другой стороны, помня о том, что уголовное законодательство, в том числе УК, предстает в виде определенной системы, реализованной законодателем в структуре данного нормативного акта (триада ценностей: личность, общество, государство), принимая во внимание специфику феномена информации как универсального средства коммуникации и легальное определение информационной безопасности РФ как состояния защищенности ее национальных интересов в информационной сфере, определяющихся совокупностью сбалансированных интересов личности, общества и государства, можно обоснованно утверждать, что использованный в УК механизм обеспечения информационной безопасности множеством норм, предусматривающих охрану тех или иных информационных компонентов исследуемого понятия, есть не что иное, как система обеспечения информационной безопасности совокупностью указанных норм.

В связи с изложенным, традиционное для диссертационных исследований уголовно – правовой тематики предложение по совершенствованию законодательной техники посредством объединения анализируемых норм в одну главу с названием “Преступления в информационной сфере” или “Преступления против информационной безопасности”, в данном случае представляется совершенно ненужным, ибо слишком глобальными были бы соответствующие изменения в УК, поскольку перегруппировка свыше 70 норм в пределах Особенной части Кодекса представляет немалую трудность.

Действительно, в случае указанной перегруппировки в общую главу неизбежно попадут объекты самых разных уровней деления объектов “по вертикали”.

Соответственно, принимая во внимание тот факт, что деление “по горизонтали” осуществляется на уровне родового, группового или видового объектов (а не непосредственного, как это утверждается в теории)104, единый основной объект такой множественности норм вряд ли возможно будет выделить. Кроме того, учитывая такое фундаментальное свойство информации, как универсальность, т.е.

способность отражать любые явления и процессы, логичным представляется выявленный механизм обеспечения информационной безопасности совокупностью норм, расположенных на самых различных уровнях общественных отношений, предусмотренных иерархией объектов, реализованных в структуре Особенной части УК.

Однако, исследование вопроса о месте норм об информационной безопасности в системе уголовного законодательства России, заканчивающееся констатацией нецелесообразности объединения анализируемых норм в одну главу типа “Преступления против информационной безопасности” было бы неполным, поскольку одной из важнейших задач научного исследования является формулирование предложений по совершенствованию законодательства. Принимая во внимание тот факт, что подавляющее большинство исследуемых норм находится в разделе VII – преступления против личности, необходимо ввести в состав Особенной части УК общую норму, предусматривающую уголовную ответственность за преступление против информационной безопасности личности.

Диспозиция такой статьи, которую, по нашему мнению, следует расположить в главе 19 – ст. 1361 “Нарушение информационной безопасности личности”, должна иметь следующую формулировку: “Противоправные сбор, хранение, использование или распространение информации, затрагивающей конституционные права и свободы лица, совершенные без его согласия, а равно необеспечение возСм. об этом подробнее: Кругликов Л.Л. Практикум по уголовному праву. Общая часть. Особенная часть:

Учеб. пособие. С. 23.

можности ознакомления лица с такой информацией, собранной в установленном законом порядке, наказываются … ”.

Что же касается двух других аспектов информационной безопасности, а именно – интересов общества и государства в информационной сфере, то, на наш взгляд способом обеспечения надлежащего уровня уголовно – правовой охраны данных отношений могло бы послужить введение в состав диспозиции ч. 1 ст. 63 УК дополнительного пункта “л1”, предусматривающего специальное обстоятельство, отягчающее наказание за совершение любого преступления, сопряженного с незаконным использованием информации, сформулированного следующим образом: “совершение преступления с использованием информации, затрагивающей законные права и интересы личности, общества или государства в информационной сфере”.

Глава II. Исторический и сравнительно – правовой анализ норм об информационной безопасности. Их виды

–  –  –

Применительно к настоящей работе, казалось, можно было бы ограничиться упоминанием о том, что впервые информационная тематика нашла свое отражение в УК РСФСР 1960 г. (в ред. 29.04.1993 г.), поскольку в тексте Кодекса, а именно – в названии и диспозиции ст. 781, появилось понятие “информация”. Эта статья называлась “незаконный экспорт товаров, научно – технической информации и услуг, используемых при создании вооружения и военной техники, оружия массового уничтожения”105 и имела следующую формулировку диспозиции:

“Незаконный экспорт сырья, материалов, оборудования, технологий, научно

– технической информации и услуг, которые могут быть использованы при создании вооружения и военной техники и в отношении которых установлен специальный экспортный контроль … Незаконный экспорт сырья, материалов, оборудования, технологий, научно

– технической информации и услуг, которые могут быть использованы при создании ядерного, химического и других видов оружия массового уничтожения или ракетных средств его доставки и в отношении которых установлен специальный экспортный контроль …”106.

Однако с учетом подхода, сформулированного в § 2 главы I настоящего исследования, очевидно, что привязка к базисным терминам исследуемого понятия – “информации” и “безопасности” в данном случае – неуместна. Достаточно вспомнить, например, о: 1) составе оскорбления, чья диспозиция использует такой термин, являющийся компонентом исследуемого понятия, как сведения, который, в свою очередь, входит в состав диспозиций таких статей УК РСФСР, как 2) ст. 33:

“Общественное порицание заключается в публичном выражении судом порицания виновному с доведением об этом в необходимых случаях до сведения общественности через печать или иным способом” или 3) ст. 65: “Передача, а равно похищение или собирание с целью передачи иностранному государству, иностранной организации или их агентуре сведений, составляющих государственную или военную тайну, а также передача или собирание по заданию иностранной разведки иных сведений для использования их в ущерб интересам СССР, если шпионаж совершен иностранным гражданином или лицом без гражданства …”. Таким образом ясно, что в действительности тема информационных отношений существовала в уголовном законодательстве нашей страны и в советский период ее истории.

Что касается более глубоких исторических корней, то в этом плане следует констатировать, что информационные отношения в той или иной форме присутствовали в каждом российском кодифицированном нормативно – правовом акте.

В тексте выделено нами – Д.К.

См.: УК РСФСР // Свод законов РСФСР. Т. 8. М., 1993. С. 497.

Так, и Русская Правда107, и Соборное Уложение 1649 г.108, и Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1864 г.109, а равно Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями 1864 г.110 и Уголовное уложение 1903 г. и т.д. – в той или иной формулировке предусматривали такие составы преступлений, имеющих очевидный информационный характер, как, например, оскорбление и клевета.

Поскольку Русская Правда представляет собой старейший российский кодифицированный правовой акт, содержащий нормы уголовно – правового характера, следует отметить, что уже в нем присутствовал такой состав преступления, как оскорбление, именовавшееся, впрочем, как и иные преступления, “обидой”.

Данная редакция состава оскорбления, безусловно, крайне далека от той его формы, что существует в современном уголовном законодательстве, однако при этом очевидно, что само по себе появление такого состава в первом российском кодифицированном нормативном акте заложило те основы дальнейшего развития уголовного законодательства, которые впоследствии привели к появлению таких составов преступлений против чести и достоинства личности, как клевета и оскорбление (в современной редакции указанных составов).

Русская Правда не предусматривала преступлений против государства или его главы. Личность самого князя как объекта преступного посягательства рассматривалась в качестве физического лица, отличавшегося от других только более высоким положением и привилегиями111. Соответственно, преступление по Русской Правде определялось не как нарушение закона или княжеской воли, а как “обида”, т.е. причинение морального или материального ущерба лицу или группе лиц112, поскольку понятия юридического лица Русская Правда не знала.

Следующими кодифицированными актами были Псковская и Новгородская судные грамоты, датированные XV веком. Они уже предусматривают составы преступлений, причиняющих вред не только физическим лицам, но и государству (измена или “перевет”). Однако интересующих нас составов информационного характера указанные нормативные акты все еще не содержат, несмотря на то, что См.: Владимирский – Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. Ростов – на – Дону, 1995.

См.: Российское законодательство X – XX веков / Под ред. О.И. Чистякова. М., Т. 1, 1985.

См.: Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. (в ред. 1885 г.). Свод законов уголовных.

СПб., 1910.

См.: Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями. 1864 г. Свод законов Российской Империи. Т. 15.

Ч. 3. СПб., 1914.

См.: Исаев И.А. История государства и права России: Полный курс лекций. М., 1994. С. 16.

См.: Исаев И.А. Указ. соч. С. 17.

состав оскорбления уже дифференцирован по основанию способа нанесения оскорбления (обида действием, жестом или словом).

Первым общероссийским “великокняжеским” кодифицированным нормативным актом, содержащим нормы уголовно – правового характера, был Судебник 1497 г.

, в ст. 39 которого, наряду с иными преступными деяниями, упоминает понятие “ябедничество”: “А доведут на кого татьбу, или разбой, или душегубство, или ябедничество, или иное какое лихое дело …”, что предположительно является прообразом современного состава клеветы. Комментаторы Судебника трактуют ябедничество как ложный донос, клевету, имевшую целью обвинить в преступлении невиновного113. С.И. Штамм полагает, что ябедничество в отношение лица совершается с вполне конкретной целью – “… с тем, чтобы воспользоваться его имуществом”114. В подтверждение этой позиции официальный перевод Судебника рассматривает ябедничество как “… злостную клевету с целью вымогательства”115.

Судебник 1550 г., так называемый “царский” (поскольку с 1547 г. при Иване IV Грозном глава государства стал носить официальный титул царя, государя и великого князя Московского) расширяет сферу уголовно – правового регулирования: теперь под преступлением понимается не только нанесении материального или морального ущерба, “обиды” – на первый план выдвигается защита существующего социального и правового порядка, и преступление теперь – это, в первую очередь, нарушение установленных норм, предписаний и вместе с тем – воли государя, которая неразрывно связывалась с интересами государства. Новеллой в категории уголовно – правовых норм становится состав “крамолы”, т.е. антигосударственного деяния, к которым также были отнесены заговоры и мятежи.

Дальнейшее развитие системы государственного управления вызвало к жизни группу должностных преступлений, в частности, имевших информационный характер. Так, например, ст. 3 Судебника 1550 г. предусматривала уголовную ответственность за лжесвидетельство – прообраз состава современного заведомо ложного доноса: “А которой боярин, или дворецкой, или казначей, или дьяк в суде посул возьмет и обвинит не по суду, а обыщется то в правду, и на том боярине, или на дворецком, или на казначеи, или на дьяке взятии истцов иск, а пошлины См.: Чистяков О.И. Указ. соч. С. 68.

См.: Штамм И.С. Судебник 1497 г. М., 1955. С. 45 – 46.

См.: Памятники русского права / Под ред. Л.В. Черепнина. М., 1955. Вып. III. С. 55, 62.

царя и великаго князя, и езд, и правда, и пересуд, и хоженое, и правый десяток, и пожелезное взятии втрое, а в пене что государь укажет” 116. Или, например, состав, предусмотренный ст. 4 указанного Судебника, представляющий собой вариант существующего в современном УК состава служебного подлога и получения взятки: “А который дьак список нарядит или дело запишет не по суду, не так, как на суде было, без боярьского, или без дворецкого, или без казначеева ведома, а обыщется то в правду, что он от того посул взял, на том дьяке взятии перед боярином вполы да кинути его в тюрьму”117. Состав, похожий на заведомо ложный донос, содержится также в ст. 6 Судебника: “А кто виноватый солжет на боярина, или на окольничего, или на дворецкого, или на казначеа, или на дьяка, или на подъячего, а обыщется то в правду, что он соглгал, и того жалобщика, сверх его вины, казнити торговой казнью, бити кнутом, да вкинути в тюрьму”118.

Очередным заслуживающим внимания кодифицированным нормативным актом стало Соборное Уложение 1649 г., названное в соответствии с органом, принимавшим участие в обсуждении этого правового акта – Земским Собором, которое фактически представляло собой первый систематизированный свод всех действовавших в России того времени правовых норм, включая Судебники и Новоуказные статьи. Данный нормативный акт представляет собой уже весьма серьезный результат кодификационной деятельности, содержащий расширенный перечень объектов преступлений, к которым теперь относятся: 1) церковь; 2) государство; 3) личность; 4) имущество; 5) нравственность.

Государственные преступления, имевшие информационный характер, представлены, в частности, статьями, посвященными подделке различных документов.

Так, в главе IV с названием “О подпищикех, и которых печатей подделывают”, в ст. 1 и 2 содержатся нормы – прообразы современного состава ст. 327 – подделки, изготовления или сбыта поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей, бланков: “Будет кто грамоту от государя напишет сам себе воровски или в подлинной государеве грамоте и в ыных в каких приказных писмах что переправит своим вымыслом, мимо государева указу и боярскаго приговору, или думных и приказных людей и подъяческия руки подпишет, или зделает у себя печать такову, какова государева печать и такова за такия вины по сыску казнити См.: Чистяков О.И. Указ. соч. Т. 2. С. 97.

–  –  –

Там же.

смертию”119, а также: “А будет кто воровством же учнет отъимати государевы печати от государевых грамот, или от иных каких приказных писем, и те государевы печати учнет к иным каким воровским писмам приткладывати, или будет писма переправливати мимо государева указу, и того казнити смертию же, а писмам его нарядным ни в чем не верити”120.

Помимо указанных составов, в Уложении предусмотрены также преступления, связанные с фальшивомонетничеством, т.е. чеканкой, подделкой и фальсификацией денег: в главе V с названием “О денежных мастерех, которые учнут делати воровские денги” было два состава преступления – в ст. 1: “Которые денежные мастеры учнут делати медные или оловянные, или укладные денги, или в денежное дело, в серебро учнут прибавливати медь ил олово или свинец, и тем государеве казне учнутчинити убыль, и тех денежных мастеров за такое дело казнити смертию, залити горло” и в ст. 2: “А будет золотых и серебренных дел мастеры возмут у кого золотое и серебреное дело, и учнут в золото и в серебро мешати медь же и олово и свинец, и их по сыску за то бити кнутом. А что они кому учинят убытка тем, что в золото, или в серебро подмешают меди, или олова, или свинцу, и то на них доправя отдати тому, кому они такой убыток учинят”121.

Другим примером преступлений информационного характера против порядка управления может служить состав, предусмотренный ст. 5 главы X “О суде”: “А будет который боярин или околничей, или думной человек, или диак, или иной какой судья, исца или ответчика по посулом, или по дружбе, или по недружбе правого обвинит, а виноватого оправит, а сыщется про то допряма, и на тех судьях взятии исцов иск втрое, и дати исцу, да и пошлины и персуд и правой десяток възяти на государя на них же. Да за ту же вину у боярина, и у околничего, и у думного человека отнятии честь. А будет которыи судья такую неправду учинит не из думных людей, и тем учинити торговую казнь, и въпередь им у дела не быти”122.

Помимо упомянутых преступлений, Уложение также содержало ставшие уже традиционными для российского уголовного законодательства составы “ябедничества” или ложного обвинения, дачи ложных свидетельских показаний, принеСм.: Хрестоматия по истории отечественного государства и права (X век – 1917 год) / Составитель: В.А.

Томсинов. М., 2003. С. 73.

–  –  –

См.: Хрестоматия по истории отечественного государства и права (X век – 1917 год). С. 76.

сения в суде ложной присяги, оскорбления чести в виде обиды или клеветы, а равно распространения порочащих слухов.

При этом, например, оскорблением считалось противоправное выражение презрения к личности, определявшееся как умышленное уничижение человеческой личности неприличным обхождением с нею123. Оскорбление имело следующие виды: 1) словесная обида; 2) символическая обида; 3) обида действием, при этом очевидно, что первый и второй варианты противоправного поведения имели преимущественно информационный характер.

Несомненно глобальным кодификационным актом в сфере уголовного законодательства России стал Артикул Воинский 1715 г. Данный нормативный акт явился результатом первой систематизации уголовно – правовых норм, проведенных Петром I, в ходе которой российским законодательством были рецепцированы многие нормы зарубежного, в частности шведского, датского, германского и французского права.

В итоге впервые в уголовном праве России появился состав государственной измены и выдачи военной тайны, сформулированный в Артикуле 124, входящем в главу 16 “О измене и переписке с неприятелем”: “Кто из офицеров или рядовых с неприятелем тайную и опасную переписку иметь будет, и неприятелю или его союзникам как нибудь ведомость какую подаст, или с неприятелем, и от него присланным трубачем, барабанщиком, и с таковыми подозрительными особами без ведома и указу от фелтмаршала или коменданта, хотя в поле, в крепости или где инде, тайны образом разговор иметь будет, оный имеет, яко шельм и изменник, чести, пожитков и живота лишен, и четвертован быть” 124.

В главе 18 Артикулов, называвшейся “О поносительных писмах бранных и ругателных словах” содержится квалифицированный состав клеветы, содержащий элементы преступления в сфере информационных отношений: “Кто паскивили, или ругателныя письма тайно сочинит, прибьет и распространит, и тако кому непристойным образом какую страсть или зло причтет, через что его доброму имени некакой стыд причинен быть может, онаго надлежит наказать таким наказанием, каковою страстию он обруганного хотел обвинить. Сверх того палач такое письмо имеет зжечь под виселицею”125. Разновидностью указанного преступления являлся состав, предусмотренный Артикулом 151: “Ежели офицер о другом, чести каСм.: Фойницкий И.Я. Курс уголовного права. Часть Особенная. Посягательства на личность и имущество.

СПб., 1890. С. 103.

–  –  –

См.: Фойницкий И.Я. Указ. соч. С. 172.

сающияся или поносные слова будет говорить, дабы тем его честное имя обругать и уничтожить, оный имеет пред обиженным и перед судом обличать свои слова и сказать, что он солгал, и сверх того посажен быть на полгода в заключение” 126.

К преступлениям против суда относились лжеприсяга (Артикул 196), лжесвидетельство (Артикул 198), а к преступлениям, посягающим на установленный порядок управления в сфере государственной монополии на производство денежных знаков (фальшивомонетничество), относилось сразу несколько составов: использование чужого чекана для изготовления денег, смешение металлов при их изготовлении и уменьшение веса металла в монетах: “Кто лживую монету будет бить или делать, оный имеет живота лишен, и по великости нарушения сожжен быть.

Толкование. Монета трояким образом фалшиво делается, (1) когда кто воровски чужим чеканом напечатует, (2) когда не прямую руду (металл) примешает, (3) когда кто у монеты надлежащей вес отъимет, и сие последнее не животом наказано, но чести и имения своего лишены бывают”127.

Артикул содержит также имевшиеся в Соборном Уложении составы подделки документов, печатей, печатей и т.п.: “Артикул 201. Фальшивых печатей, писем и росхода сочинители, имеют на теле наказаны, или чести и имения, пожитков и живота лишены быть по состоянию, ежели обман велик или мал, или вредителен есть”128.

Далее, вплоть до издания Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., а также его редакции 1885 г., сколь – нибудь существенных изменений в регламентации интересующих нас составов преступлений информационного характера в российском законодательстве не происходило. Указанное Уложение продолжило курс развития уголовного законодательства, намеченный правовыми реформами Петра I, поэтому к преступлениям информационного характера в Уложении по – прежнему относится ряд составов, расположенных в разделах преступлений против государственного устройства, порядка управления, а также несколько должностных преступлений и преступлений против чести и достоинства личности. Например, ст. 267 Уложения, расположенная в главе 1 – о преступлениях против священной особы государя императора и членов императорского дома, раздела

–  –  –

См.: Российское законодательство X – XX веков. Т. 4. Законодательство периода становления абсолютизма.

М., 1986. С. 358.

Там же. С. 361.

III – о преступлениях государственных, имела следующую формулировку: “Изобличенные в составлении и распространении письменных или печатных сочинений или изображений, с целью возбудить неуважение к верховной власти, или же к личным качествам государя, или к управлению его государством, приговариваются как оскорбители величества:

К лишению всех прав состояния и к ссылке в каторжную работу в крепостях на время от десяти до двенадцати лет, а буде они по закону не изъяты от наказаний телесных, и к наказанию плетьми через палачей в мере, определенной статьею 21 сего Уложения для четвертой степени наказаний сего рода, с наложением клейм.

Участвовавшие в составлении или злоумышленном распространении таких сочинений или изображений, подвергаются:

тому же наказанию.

Виновные в составлении сочинений или изображений сего рода, но не изобличенные в злоумышленном распространении оных, приговариваются за сие как за преступный умысел:

К заключению в крепости на время от двух до четырех лет, с лишением некоторых, по статье 53 сего Уложения, особенных прав и преимуществ.

Но не изобличенные в злоумышленном распространении оных, если ими не будет доказано, что они имеют у себя сии сочинения или изображения по особому распоряжению или дозволению надлежащего высшего начальства, подвергаются за сие: аресту на время от семи дней до трех месяцев и потом могут быть отдаваемы под надзор полиции на время от одного года до трех лет, смотря по обстоятельствам, более или менее увеличивающим или уменьшающим вину их”129.

Промежуточным этапом в развитии системы уголовного права России явился период действия нового Уголовного Уложения 1903 г., структура которого в целом копировала структуру предыдущего Уложения о наказаниях уголовных и исправительных. Некоторые изменения в плане появления новых составов преступлений произошли в период с 1906 по 1917 г.г. В этот период система источников уголовного права пополнялась новыми элементами, привносимыми постановлениями Совета министров и мнениями Государственного совета. Эти формы, несмотря на их подзаконный характер, имели обязательную силу для всех исполниРоссийское законодательство X – XX веков. Том 6. Законодательство первой половины XIX века. М., 1988.

С. 183 – 185.

тельных органов. Появляясь как чрезвычайные, направленные на достаточно конкретные ситуации нормативные акты, они приобретали впоследствии характер законов. Так, например, в феврале 1906 г. было издано “Мнение Государственного совета об установлении уголовной ответственности за распространение ложных сведений о деятельности правительственных установлений и должностных лиц”.

Объективная сторона этих преступлений заключалась в распространении сведений, “возбуждающих в населении враждебное к ним (правовым установлениям и должностным лицам) отношение; “возбуждающих общественную тревогу слухами о правительственных распоряжениях, общественных бедствиях”; “возбуждающих вражду между классами населения, между сословиями, хозяевами и рабочими”130.

Весной 1917 г. Временное правительство принимает ряд постановлений, содержащих нормы уголовного права. Так, постановление “О наказаниях за публичные призывы” к убийству, разбоям, грабежу и другим тяжким преступлениям вводит уголовную ответственность за совершение названных действий. Специально изданное постановление “О печати” устанавливает уголовное наказание “за призывы к гражданской войне”, сделанные в средствах массовой информации.

После октябрьской революции 1917 г. Наркомюст принимает Руководящие начала по уголовному праву РСФСР, которые, с позиции настоящего исследования, явились шагом назад в кодификации уголовных отношений, поскольку согласно получившей в то время широкое распространение теории “социальных функций права”, новое уголовное право должно было основываться на принципе целесообразности, который противопоставлялся принципу законности. В законодательном корпусе появились тенденции к отказу от Особенной части Кодекса.

Предполагалось, что суды, руководствуясь “социалистическим правосознанием” и принципом целесообразности, будут решать все дела на основе лишь норм Общей (декларативной) части Кодекса131.

Принятый в июне 1922 г. УК РСФСР по своей структуре, содержанию и целевой ориентации коренным образом отличался от дореволюционного наследия, наработанного за несколько веков доктриной и практикой уголовного права. При отсутствии в Кодексе прямых указаний на отдельные виды преступлений, наказания применялись согласно статьям УК, предусматривающим “наиболее сходные

См.: Исаев И.А. Указ. соч. С. 250.

Там же. С. 289.

по важности и роду преступления”, т.е. использовался принцип аналогии, что давало судам возможность широкого толкования закона.

Первоначальная редакция УК РСФСР 1926 г., помимо традиционных для исследуемой тематики составов клеветы, оскорбления, шпионажа, выдачи государственной тайны и т.п., содержала в ст. 597 такую, например, норму информационного характера: “Пропаганда или агитация, направленная к возбуждению национальной или религиозной вражды или розни, а равно распространение или изготовление и хранение литературы того же характера, — влекут за собой лишение свободы на срок до двух лет”.

УК РСФСР 1960 г. внес дополнительные уточнения в формулировки некоторых уже давно существовавших составов, таких, например, как оскорбление (ст.

131), которое теперь представляет собой умышленное унижение чести и достоинства личности, выраженное в неприличной форме.

Много позднее, в 1986 г., в УК РСФСР был введен такой состав преступления, как уклонение от подачи декларации о доходе (ст. 1621), использовавший новый для уголовного законодательства термин “данные”: “Уклонение от подачи декларации о доходах от занятия кустарно – ремесленным промыслом, другой индивидуальной трудовой деятельностью либо об иных доходах, облагаемых подоходным налогом, и в других случаях, когда подача декларации предусмотрена законодательством, либо несвоевременная подача декларации или включение в нее заведомо искаженных данных, если эти действия совершены после наложения административного взыскания за такие же нарушения …”.

С 1992 г. в УК РСФСР появился состав преступления, предусматривавший в ст. 184 ответственность за разглашение данных предварительного следствия или дознания: “Разглашение данных предварительного следствия или дознания без разрешения прокурора, следователя или лица, производящего дознание …”.

Такой термин, как “тайна”, также был достаточно широко распространен и применялся в УК РСФСР сразу в нескольких статьях, иногда наряду с другим термином информационного характера – “разглашением”: 1) в ст. 64 – измена Родине;

2) в уже упоминавшейся выше ст. 65 – шпионаж, 3) в ст. 75 – разглашение государственной тайны; 4) в ст. 76 – утрата документов, содержащих государственную тайну; 5) в ст. 761 – передача иностранным организациям сведений, составляющих служебную тайну.

Кроме названных случаев использования данного термина, в УК РСФСР существовали также такие составы преступлений, как разглашение тайны усыновления (ст. 1241), разглашение сведений, составляющих врачебную тайну (ст. 1281), нарушение тайны переписки, телефонных переговоров и телеграфных сообщений (ст. 135) и разглашение военной тайны или утрата документов, содержащих военную тайну (ст. 259).

Таким образом, с учетом приведенных результатов анализа развития норм информационного характера в уголовном законодательстве России очевидно, что информационные отношения имели место в самых ранних кодифицированных актах российского права.

Вообще, в истории развития цивилизации, неразрывно связанной с процессом накопления знаний, произошло несколько информационных революций, обусловленных кардинальными изменениями в сфере обработки информации. Следствием этих преобразований стали важные качественные изменения человеческого общества.

Первая информационная революция связана с изобретением письменности.

Появилась возможность фиксации знаний на материальном носителе и передачи знаний от поколения к поколениям.

Вторая (середина XVI в.) – вызвана изобретением книгопечатания, которое радикально изменило культуру, организацию деятельности. Появилась возможность активного распространения информации, ее тиражирования.

Третья (конец XIX в.) – обусловлена изобретением электричества, благодаря которому появились телеграф, телефон, радио, позволяющее оперативно передавать и накапливать информацию.

Четвертая (70 – е годы XX в.) – связана с изобретением микропроцессорной технологии и появлением персонального компьютера. На микропроцессорах и интегральных схемах создаются компьютеры, компьютерные сети, системы передачи данных (информационные коммуникации). Этот период характеризуют три фундаментальных инновации: 1) переход от механических и электрических средств преобразования информации к электронным; 2) миниатюризация всех узлов, устройств, приборов, машин; 3) создание программно – управляемых устройств и процессов.

Последняя информационная революция выдвигает на первый план новую отрасль – информационную индустрию, связанную с производством технических средств, методов, технологий для распространения новых знаний. Важнейшими составляющими информационной индустрии становятся все виды информационных технологий, особенно телекоммуникации132.

В этом плане следует согласиться с позицией И.Л. Бачило, которая полагает, что к середине XX века информация как самостоятельный феномен общества “выделилась”, став предметом системообразующего значения, и активно формирует отношения, которые условно обозначаются как информационные отношения. Подобно тому, как в недрах индустриального общества на основе научно – технического прогресса XIX века формировалось промышленное право, авторское право и институты интеллектуальной собственности, XX век стал рубежом “взросления и возмужания” нового феномена – информации.

Особенность информации как объекта, создающего свою область социальных отношений, состоит прежде всего в том, что она самым удивительным образом аккумулирует и реализует свойства материального и нематериального созидания и является пограничным предметом между уже известными праву “вещными” и “интеллектуальными” предметами отношений133.

В настоящее время Россия, подобно большинству стран мира, переживает очередной информационный бум, характеризующийся лавинообразным увеличением количества и качества обращающейся в обществе информации самых разнообразных видов и форм. Именно это обстоятельство и является сейчас тем фактором, который обусловливает неизбежность грядущего переосмысления понятия, роли и значения информации в современном обществе и праве. И в этой связи не приходится оспаривать тезис о том, что на данный момент квинтэссенцией информационных отношений являются отношения в сфере компьютерной информации.

Однако, несмотря на крайне высокие темпы развития указанных отношений и их очевидное доминирующее положение в обществе обозримого будущего, приведенные выше результаты анализа развития норм информационного характера в российском уголовном законодательстве убедительно свидетельствуют о том, что

См.: Чубукова С.Г., Элькин В.Д. Указ. соч. С. 3.

См.: Бачило И.Л. Информационное право: основы практической информатики. Учеб. пособие. М., 2003. С.

31.

указанные отношения, а равно их уголовно – правовые компоненты, не могут быть сведены только к той их разновидности, которая представлена отношениями в сфере компьютерной информации.

§ 2. Сравнительный анализ норм об информационной безопасности

–  –  –

Информационная эра стала реальностью для многих зарубежных стран значительно раньше, чем для России. Ее начало традиционно связывают с появлением автоматизированных технологий обработки информации, которые, в свою очередь, стали возможными благодаря изобретению технологий компьютерных. И если на западе соответствующие технологии начали появляться в 50 – х годах XX – го века, то в России аналогичные процессы начались спустя почти 40 лет – в 90 – х годах 20 – го столетия.

Следуя распространенному мнению, являющемуся на наш взгляд ошибочным134, многие полагают, что формально российское уголовное законодательство предусмотрело интересующие нас нормы лишь в ныне действующем УК, т.е. датой рождения таких норм считается 1 января 1997 г. Речь идет, прежде всего, о главе 28, предусматривающей три статьи, содержащие ряд составов преступлений в сфере компьютерной информации: 1) ст. 272 – неправомерный доступ к компьютерной информации; 2) ст. 273 – создание, использование и распространение вредоносных программ для ЭВМ; 3) ст. 274 – нарушение правил эксплуатации ЭВМ, системы ЭВМ или их сети.

По нашему мнению подобный подход нуждается в серьезной корректировке.

Дело в том, что из приведенных выше рассуждений, а также анализа текстов различных нормативных актов с очевидностью следует вывод о том, что все многообразие отношений в информационной сфере не может быть сведено к той ее разновидности, которая характеризуется автоматизацией процессов создания, накопления, обработки, передачи, хранения и использования информации, в том числе

– с применением средств компьютерной техники и технологии.

134 См. ниже результаты проведенного нами анкетирования.

Данный вывод подтверждается результатами сравнения УК РФ с уголовными кодексами ряда зарубежных стран. Основным критерием отбора большинства соответствующих кодексов для сравнительного исследования был избран критерий принадлежности правовой системы государства к так называемой континентальной правовой семье, поскольку российское право, как известно, тяготеет именно к этой системе права. Кроме того, из соображений репрезентативности, были также рассмотрены несколько уголовных кодексов государств, чья правовая система более близка островному типу (прецедентная система права).

Так, например, УК Федеративной Республики Германии содержит ряд составов преступлений, посягающих на отношения в информационной сфере. Например § 263а представляет собой состав преступления, предусматривающий ответственность за совершение компьютерного мошенничества: “(1) Кто действует с целью получения для себя или третьего лица противоправной имущественной выгоды и этим наносит вред имуществу другого лица тем, что он воздействует на результат обработки данных ЭВМ, составляет неправильные программы, используя неправильные или неполные данные, неправомочно применяя данные или влияя на такой процесс каким – либо иным неправомочным воздействием, наказывается лишением свободы до пяти лет или штрафом.

(2) § 263, абз. 2 – 7, действует соответственно”135.

Следующей конструкцией УК ФРГ, предусматривающей ответственность за незаконное использование компьютерных технологий, является § 303b – компьютерный саботаж: “(1) Кто нарушает обработку данных, которые имеют существенное значение для чужого предприятия, чужой фирмы или государственного органа таким образом, что он

1. совершает деяние, указанное в § 303a, абз. 1, или

2. разрушает, повреждает, делает непригодной установку для обработки данных или носитель данных, наказывается лишением свободы на срок до пяти лет или денежным штрафом.

(2) Покушение наказуемо”.

Данный параграф содержит ссылку на § 303a, который представляет собой состав преступления, предусматривающий противоправное изменение данных в См.: Уголовный кодекс Федеративной Республики Германии / Науч. ред. Д.А. Шестаков; перевод с немецкого Н.С. Рачковой. СПб., 2003. С. 415.

следующей формулировке: “(1) Кто противоправно аннулирует, уничтожает, делает непригодным или изменяет данные (§ 202a, абз. 2), наказывается лишением свободы на срок до двух лет или штрафом.

(2) Покушение наказуемо”. Интересным является указание в данном параграфе на § 202a, который, наряду с составом преступления, представляющего собой разведывание сведений: “(1) Кто противоправно получает для себя или другого лица не предназначенные для этого лица сведения, которые особо защищены от незаконного к ни м доступа …”, содержит в ч. (2) норму – дефиницию, предписывающую считать сведениями “… только такие, которые собираются или передаются электронным, магнитным или иным, непосредственно не воспринимаемым способом”.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 11 |

Похожие работы:

«Трунева Виктория Александровна СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ МЕТОДОВ ОПРЕДЕЛЕНИЯ РАСЧЕТНЫХ ВЕЛИЧИН ПОЖАРНОГО РИСКА ДЛЯ ПРОИЗВОДСТВЕННЫХ ЗДАНИЙ И СООРУЖЕНИЙ НЕФТЕГАЗОВОЙ ОТРАСЛИ Специальность...»

«Топольский Руслан Ахтамович ОБЕСПЕЧЕНИЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ ГОСУДАРСТВА НА ОСНОВЕ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ СТРУКТУРНОЙ ПОЛИТИКИ Специальность 08.00.05 Экономика и управление народным хозяйством (экономическая безопасность) ДИССЕРТАЦИЯ на соискание учной степени кандидата экономических наук Научный руководитель:...»

«Музалевская Екатерина Николаевна ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЕ ОБОСНОВАНИЕ ПРИМЕНЕНИЯ МАСЛА СЕМЯН АМАРАНТА ДЛЯ КОРРЕКЦИИ ОСЛОЖНЕНИЙ, ВЫЗЫВАЕМЫХ ИЗОНИАЗИДОМ 14.03.06 Фармакология, клиническая фармакология ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата фармацевтических наук Научный руководитель: д.м.н., профессор Николаевский Владимир...»

«УБАЙДУЛЛОЕВ ДЖАМОЛИДДИН МАХМАДСАИДОВИЧ ИРАНСКАЯ ЯДЕРНАЯ ПРОГРАММА КАК ВАЖНЫЙ ФАКТОР ЗАЩИТЫ НАЦИОНАЛЬНЫХ ИНТЕРЕСОВ Специальность 23.00.02политические институты, процессы и технологии (политические науки) Диссертация на соискание ученой степени кандидата политических наук Научный руководитель: доктор исторических наук, профессор Латифов Д.Л. Душанбе-20 ОГЛАВЛЕНИЕ ВВЕДЕНИЕ.. ГЛАВА I. ВОЗНИКНОВЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ЯДЕРНОЙ ПРОГРАММЫ ИРАНА:...»

«Кудратов Комрон Абдунабиевич ВЛИЯНИЕ АФГАНСКОГО КОНФЛИКТА НА НАЦИОНАЛЬНУЮ БЕЗОПАСНОСТЬ РЕСПУБЛИКИ ТАДЖИКИСТАН (1991-2014 гг.) Специальность 07.00.03 – Всеобщая история Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук Научный руководитель: доктор исторических наук, профессор Искандаров К. Душанбе – 20 2    ОГЛАВЛЕНИЕ Введение..3ГЛАВА 1. НАУЧНО-ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ...»

«РОМАНЬКО ТАТЬЯНА ВЛАДИМИРОВНА УДК 662.351 + 502.1 ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ ЭКОЛОГИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ ПРИ ДЛИТЕЛЬНОМ ХРАНЕНИИ ПИРОКСИЛИНОВЫХ ПОРОХОВ 21.06.01экологическая безопасность Диссертация на соискание научной степени кандидата технических наук Научный руководитель: Буллер Михаил Фридрихович доктор технических наук, профессор Шостка – 2015 СОДЕРЖАНИЕ С. ПЕРЕЧЕНЬ УСЛОВНЫХ...»

«Беленький Владимир Михайлович МОДЕЛИ И МЕТОДЫ УПРАВЛЕНИЯ БЕЗОПАСНОСТЬЮ ТРУДА ПРОИЗВОДСТВЕННОГО ПЕРСОНАЛА Специальность: 05.13.10 «Управление в социальных и экономических системах» (технические науки) Диссертация на соискание ученой степени доктора технических наук Научный консультант: д.ф.-м.н., профессор Прус Ю.В. Москва 2014 Оглавление Введение Глава 1. Аналитический обзор. Современные информационные технологии в...»

«Музалевская Екатерина Николаевна ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЕ ОБОСНОВАНИЕ ПРИМЕНЕНИЯ МАСЛА СЕМЯН АМАРАНТА ДЛЯ КОРРЕКЦИИ ОСЛОЖНЕНИЙ, ВЫЗЫВАЕМЫХ ИЗОНИАЗИДОМ 14.03.06 Фармакология, клиническая фармакология ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата фармацевтических наук Научный руководитель: д.м.н., профессор Николаевский Владимир...»

«МАКСИМОВ АФЕТ МАКСИМОВИЧ УГОЛОВНАЯ ПОЛИТИКА В СФЕРЕ ОБЕСПЕЧЕНИЯ БЕЗОПАСНОСТИ ЖИВОТНОГО МИРА: КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ОСНОВЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ ОПТИМИЗАЦИИ 12.00.08 – уголовное право и криминология; уголовноисполнительное право Диссертация на соискание учёной степени доктора юридических наук Научный консультант: заслуженный работник высшей школы РФ,...»

«Гуськов Сергей Александрович ПОВЫШЕНИЕ БЕЗОПАСНОСТИ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ДЛИННОМЕРНЫХ ТРУБ В БУНТАХ НА НЕФТЯНЫХ И ГАЗОВЫХ СКВАЖИНАХ Специальность 05.26.03 – Пожарная и промышленная безопасность (нефтегазовый комплекс) ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата технических наук Научный руководитель – доктор технических наук, профессор Ямалетдинова Клара Шаиховна Уфа...»

«МАНЖУЕВА ОКСАНА МИХАЙЛОВНА ФЕНОМЕН ИНФОРМАЦИОННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ: СУЩНОСТЬ И ОСОБЕННОСТИ Специальность 09.00.11 – социальная философия ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени доктора философских наук Научный консультант: доктор философских наук, профессор Цырендоржиева Д. Ш. Улан-Удэ – 2015 СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ..4 ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ИНФОРМАЦИОННОЙ...»

«Кирилов Игорь Вячеславович Военная политика, военно-политические процессы и проблемные аспекты в системе обеспечении военной безопасности в современной России Специальность 23.00.02. – Политические институты, процессы и технологии Диссертация на соискание ученой степени кандидата политических наук Научный руководитель: д.пол.н.,...»

«МАКАРОВА Виктория Александровна РАЗВИТИЕ ОРГАНИЗАЦИОННОГО МЕХАНИЗМА ПОВЫШЕНИЯ ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОСТИ ТРУДА РАБОЧИХ ГОРНОДОБЫВАЮЩЕГО ПРЕДПРИЯТИЯ...»

«Кокин Дмитрий Михайлович НЕКОРЫСТНЫЙ ОБОРОТ ОРУЖИЯ: УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ И КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА 12.00.08 – уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук Научный руководитель: Готчина Лариса Владимировна доктор...»

«ЖУРАВЛЁВ ВАЛЕРИЙ ВЛАДИМИРОВИЧ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ПОЖАРНОЙ И ФОНТАННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ ПРИ СТРОИТЕЛЬСТВЕ И ЭКСПЛУАТАЦИИ СКВАЖИН В ВЫСОКОЛЬДИСТЫХ МЕРЗЛЫХ ПОРОДАХ Специальность 05.26.03 – Пожарная и промышленная безопасность (нефтегазовый комплекс) ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата...»

«Сурчина Светлана Игоревна Проблема контроля над оборотом расщепляющихся материалов в мировой политике 23.00.04 Политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития Диссертация на соискание ученой степени кандидата...»

«УВАРОВА ВАРВАРА АЛЕКСАНДРОВНА Методологические основы контроля пожароопасных и токсических свойств шахтных полимерных материалов Специальность 05.26.03 – Пожарная и промышленная безопасность (в горной промышленности) Диссертация на соискание ученой степени доктора технических наук Научный консультант: Фомин Анатолий Иосифович Кемерово 2015 ОГЛАВЛЕНИЕ Оглавление...»

«Савина Анна Вячеславовна АНАЛИЗ РИСКА АВАРИЙ ПРИ ОБОСНОВАНИИ БЕЗОПАСНЫХ РАССТОЯНИЙ ОТ МАГИСТРАЛЬНЫХ ТРУБОПРОВОДОВ СЖИЖЕННОГО УГЛЕВОДОРОДНОГО ГАЗА ДО ОБЪЕКТОВ С ПРИСУТСТВИЕМ ЛЮДЕЙ Специальность 05.26.03 – «Пожарная и промышленная безопасность (нефтегазовый комплекс)» Диссертация на соискание ученой степени кандидата технических наук Научный руководитель – д.т.н....»

«Кузнецов Андрей Вадимович ОБЕСПЕЧЕНИЕ БЕЗОПАСНОСТИ СЕТЕЙ ГАЗОРАСПРЕДЕЛЕНИЯ ПУТЕМ УСОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ МЕТОДОВ ПРОГНОЗИРОВАНИЯ РЕСУРСА ЗАПОРНОЙ АРМАТУРЫ Специальность 05.26.03 Пожарная и промышленная безопасность (нефтегазовый комплекс) ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата технических наук Научный руководитель – доктор технических наук, профессор Шурайц...»

«ГРАЙВОРОНСКАЯ ИННА ВАЛЕРЬЕВНА УДК 504.064.4:658.567.1:574.63 ОБЕСПЕЧЕНИЕ ЭКОЛОГИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ ПРИ ИСПОЛЬЗОВАНИИ МЕТАЛЛУРГИЧЕСКИХ ШЛАКОВ В CОРБЦИОННЫХ ТЕХНОЛОГИЯХ ОЧИСТКИ ВОД 21.06.01 – экологическая безопасность Диссертация на соискание научной степени кандидата технических наук Научный руководитель: Хоботова Элина Борисовна, доктор химических наук, профессор Харьков –...»







 
2016 www.konf.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Авторефераты, диссертации, конференции»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.